Глава 17 · Княжеский ужин

— Ну, как съездили? — с интересом спросила Виноградова, как только я вошел в гостиную.

Я прошел к столу, сел в кресло и откинулся на спинку. Взглянул в окно и протянул:

— У нас с Семеном вышел очень интересный разговор. Он сказал, что иногда чувствовал развоплощение призраков.

— И как он понял, что это именно оно самое? — подозрительно осведомилась женщина. — Это все ваши сети. Много в них свободы. В одной передаче говорили, что там даже цензуры нет! Немыслимо…

— Сеть, — поправил я призрака и покачал головой. — Вы слишком много смотрите телевизор, Любовь Федоровна. Что до вашего вопроса, то Семен просто описал свои ощущения, а вывод сделал я сам. Сложно было не понять, что парень говорит о развоплощении.

— Понятно. Выходит, правда, в городе завелся некромант? — ахнула Виноградова.

Я покачал головой:

— Вряд ли.

— Почему? — хитро уточнила Любовь Федоровна.

— Потому что это должен быть очень сильный некромант, — ответил я. — Семён чувствовал на себе ненавидящий взгляд. И ледяной сквозняк. И при этом в мастерской никого не было. Если это был некромант, он должен был вытаскивать призраков из дома, и развоплощать их во дворе.

— И что в этом сложного? — удивилась соседка. — Ты вроде тоже так делал. Притягивал нитями силы от «Фонаря».

— Делал, — признал я. — Но «Фонарь» притягивает всех призраков на определенном радиусе. И для этого нужно отсечь лишние нити силы. Но даже это не даст никакой гарантии, что ты справишься с оставшимися. И что голодные призраки не заметят тебя в тумане, и не найдут. А тут получается, что кто-то работал прямо в здании, но не был там.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что это некромант-невидимка? — предположила Виноградова.

Я тяжело вздохнул:

— Я слышал, что на телевизор можно устанавливать детский контроль. Пожалуй, я закрою несколько каналов, которые засоряют ваши мозги.

Угроза подействовала слабо. И призрачная дама с улыбкой погрозила мне пальцем:

— Не вздумай меня контролировать. Потом замучаешься просить прощения.

Я кивнул, заметив, что Виноградова выглядит немного бледной. Потому призвал тотем и бросил ей темную нить. Любовь Федоровна, как всегда, взялась за нее со всем достоинством и спустя короткое время сама отпустила поток энергии.

— Благодарю, — сказала она.

— Не за что, — ответил я.

Из кухни выглянула Иришка, которая с улыбкой уточнила:

— Павел Филиппович, накрывать на стол?

Я посмотрел на часы и кивнул.

— А Фома во дворе? — спросила девушка и покраснела. — Он ведь тоже голоден.

— Он скоро должен будет вернуться, — сообщил я. — Тебе пора домой?

— Если не возражаете, ваша светлость. Матушка просила помочь ей с тортом. Она готовит его на заказ, а коржи лучше всего получаются у меня.

— Тогда накрой на меня одного. Фома добросит тебя до дома, и, думаю, ты угостишь его чем-нибудь.

— Хорошо, — просияла девушка и исчезла на кухне.

— Так они быстро захомутают нашего Фомушку, — вздохнула Любовь Федоровна.

— Уверен, что ему будет полезно, если его приручит приличная девица, а не кто попало, — возразил я и вновь вернулся к прежней теме разговора. — Я почти уверен, что призраков развоплощает кто-то из другого мира.

— Думаете, что это кто-то из мертвых делает? — внезапно предположила Любовь Федоровна.

— Я еще не встречал блуждающих между мирами призраков. Вы полагаете, что такие есть?

Виноградова задумалась:

— Не слышала о таком, — ответила она после паузы.

— А по вашей сети из слухов ничего не известно о пропажах призраков?

Любовь Федоровна развела руками:

— Призраки склонны постепенно истончаться. Многие из тех, кто еще вчера мог внятно общаться, сегодня становится лишь тенью себя прежнего. Другие впадают в спячку.

— И надолго? — заинтересовался я.

— Некоторые без присутствия живых застывают на месте и стоят так годами. Ну, по-вашему времени годами. А по-нашему — минует пара минут.

— Время для нас бежит по-разному, — согласился я.

— Но я попробую разузнать про странности, которые стали происходить в Петрограде. Если что-то узнаю…

Женщина замолчала, посмотрев на часы. И я усмехнулся:

— Не говорите, что сейчас начнется какая-то очередная передача.

— Я забыла вам передать, что к вам сейчас прибудет гость, — невозмутимо сообщила женщина и метнулась к лестнице.

Она вернулась спустя несколько секунд и положила на столик записку в надорванном конверте.

— Это я на яды проверяла, — отмахнулась она.

— Для этого не обязательно быдло рвать бумагу, — я развернул лист и прочел записку от секретаря князя Шуйского.

— Растет мальчишка, — довольно улыбнулась Виноградова. — Записки за него секретарь теперь пишет.

— Лишь потому, что теперь он стал важным господином, — оправдал я Дмитрия и добавил, — попросите Иришку накрыть стол на две персоны.

— На кухне? — удивилась Любовь Федоровна, и я усмехнулся:

— Нечего баловать гостей. Мне не хочется, чтобы он думал, что мы будем относиться к нему иначе только потому, что он получил титул.

— Правильно, — одобрила Виноградова. — Мы и сами не простолюдины.

С этими словами она умчалась на кухню. А через секунду, там что-то громыхнуло, и Иришка извиняющимся тоном запричитала:

— Простите, Любовь Федоровна. Не ожидала вас увидеть.

Я запоздало понял, что после того, как насытил бухгалтера, не убрал тотем. И призрак была видима для живых. Пень тихонько сидел в углу и раскачивал подхват для шторы. Но стоило ему понять, что на него смотрят, как тут же насупился и заблестел глазами.

— Брось, я все видел, — отмахнулся я. — Главное, не порть ничего. А не то наша женщина тебя начнет гонять.

Пень фыркнул.

— … по дому с заданиями, — закончил я, и мне показалось, что тотем призадумался.

В дверь позвонили. Я встал с кресла и направился к входу.

На пороге стоял новоиспеченный князь. Позади, в арке двора виднелась машина, похожая на ту, в которой не так давно был взорван отец Дмитрия.

— Добрый вечер, мастер Чехов, — произнес парень и обозначил поклон. — Надеюсь, что я вас не побеспокоил?

— Все в порядке, — успокоил я князя. — Я получил вашу записку буквально пару минут назад.

— Я не вовремя? — смутился гость.

— Нисколько, — ответил я и посторонился, пропуская гостя в дом. — Как насчет домашнего ужина? Вы составите мне компанию?

— С удовольствием.

Дмитрий прошел в холл и оттянул узел галстука с видом мученика. А потом вдруг спросил:

— Как вы с этим справляетесь?

— С чем? — не понял я.

— Когда приходится соответствовать. Мне все же пришлось принять дела отца. И это оказалось… ужасным!

На последнем слове гость нервно дернул несчастный галстук, ослабляя узел, а затем и вовсе стянул его через голову.

— Давайте попросим Виноградову принести нам вина и поговорим обо всем за столом, — предложил я.

— А я со своим пришел, — улыбнулся парень, доставая из кармана пиджака плоскую бутылку.

— Благослови Искупитель порядочных гостей, — объявила Любовь Федоровна, спускаясь по лестнице.

— Здравы будьте, — поклонился ей Дмитрий и тут же стушевался. Растерянно уточнил. — Нельзя же говорить «мертвы будьте»?

— Бросьте, любое приветствие от вас к месту, — женщина улыбнулась нам и сделал приглашающий жест в сторону кухни. — Проходите, стол накрыт. И я вам мешать не стану. Вижу, что вам надо поговорить по-мужски.

Мы с князем переглянулись, но возражать не стали.

Иришка и впрямь уже сервировала стол. И использовала тонкий фарфор, который ей наверняка выдала хозяйка. Также рядом с тарелками лежали свернутые в виде цветов льняные салфетки.

— И это вы называете по-домашнему? — удивился Дмитрий.

— Мы не могли ударить в грязь лицом, принимая князя, — тотчас пояснила Любовь Федоровна и подмигнула Иришке. — Обслуживать себя дальше будете сами, господа. Наша кухарка сейчас поедет домой. А у меня телепередача, которую пропустить не получится ни при каких обстоятельствах.

— Что за передача? — уточнил я.

— Про роковую красавицу времен Смуты, — женщина довольно усмехнулась, — про меня.

— Осторожнее, — предупредил я. — Там могут напридумывать всякого.

— Очень на это надеюсь, — хихикнула соседка и скрылась в стене.

В этот момент на площадке показался взъерошенный Питерский. Он поклонился гостю и спросил у меня:

— Вашество, мои услуги надобны?

— Отвези Иришку домой и обратно можешь не торопиться. Отужинаешь в городе.

— Нас дома матушка ждет. Она приготовила комки с рисом, — тихо сообщила парню кухарка и взяла его под локоть. И в этот момент, мне подумалось, что Любовь Федоровна права — захомутают Фому. И полагаю, что это будет к добру.

Мы с гостем вымыли руки и уселись за стол. Он осмотрелся и признал:

— Хорошо у вас. Душевно.

— А вы переехали в семейный особняк? — предположил я.

— Воспользовался советом Арины Родионовны и приехал туда, чтобы познакомиться со слугами. Они оказались мне рады. Дворецкий проводил меня в кабинет, затем в библиотеку. Оказалось, что большинство слуг не получали жалованья, потому как всем этим распоряжалась вдова моего отца. И после ее отъезда бухгалтер заморозил счета.

— Смените бухгалтера, который вас не предупредил об этой оказии. Очевидно, что он сделал это не из добрых побуждений.

— Я заказал проверку всех расходов, чтобы точно знать, не было ли под шумок что-то украдено.

— Вам нужен управляющий, который разберется со всеми делами.

— Мне нужен кто-то, кому я могу доверять. И потому мне хотелось бы попросить у вас помощи.

— У меня? — удивился я.

— Не поймите меня неправильно, но я заметил, что ваш секретарь умеет зрить в корень. И каким-то удивительным образом находит общий язык с людьми. Если бы вы заехали ко мне в гости, и заодно прошлись по дому…

— Вы желаете, чтобы я провел ревизию дома на предмет нахождения в ней призраков, — догадался я

— Понимаю, что прошу многого. Но я на самом деле не готов признаваться в своей несостоятельности кому-то кроме вас, Павел Филиппович. Вас я этим уже не удивлю.

— Все в порядке. Я прекрасно понимаю, с чем вы столкнулись. Более того, я могу попросить Виноградову, чтобы она поехала с нами, чтобы проверить ваши бухгалтерские книги.

— Полагаете, что это будет уместно? — с надеждой уточнил Дмитрий. — Я буду вам очень признателен.

— Вам придется выплатить Любовь Федоровне командировочные. Она весьма щепетильна в таких вопросах.

— Конечно, — с готовностью кивнул парень. — И Арине Родионовне…

— А вот ей лучше вышлите цветы, — посоветовал я. — Поверьте, она оценит такой жест. Что до меня, то я просто буду рад возможности посмотреть на ваших призраков. Представляю, сколько их может быть в старинном особняке.

— Вы ведь не всерьез считаете, что там полно мертвых? — с опаской спросил Дмитрий.

— Я достоверно знаю, что в доме вашего батюшки часто бывала княгиня Чехова. А значит, никого опасного там быть не может. Ну уж если и есть кто-то, то наверняка полезный.

— Разве могут быть полезные? — выпалил Шуйский.

Я промолчал, и многозначительно покосился в сторону комнаты Виноградовой. И гость тут же осекся:

— Об этом я не подумал, — растерянно пробормотал он.

— Поверьте, в домах часто происходят странности, — заверил я Шуйского. — Часто теряются ключи, а потом обнаруживаются там, где их оставляли.

— Что же в этом странного?

— Порой призраки уберегают своих соседей от неприятностей. Или пытаются таким образом привлечь внимание. И если подобные вещи происходят часто, не стоит их игнорировать. Это может быть намеком, к примеру, что стоит сменить ненадежный замок.

В этот момент у меня в животе заурчало.

— Простите, что отвлекаю от трапезы, — виновато улыбнулся гость.

Я придвинул к себе тарелку и оценил знатную телятину в ореховом соусе. Хлеб с семечками оказался к месту. А крепкий напиток, который принес гость, мы разлили по небольшим граненым рюмкам на толстых ножках.

— Знаю, к месту было бы вино, но это уж как-то совсем официально, — пояснил выбор подарка гость.

— К тому же мы без женской компании, — согласился я.

И тут же заметил, как князь посмурнел.

— Я что-то не то сказал?

— Не думаю, что я имею право вываливать на вас это, Павел Филиппович, — вздохнул парень.

— Мы ведь просто ужинаем. И я готов выслушать вас, Дмитрий Васильевич.

— Все сложно, — собеседник отпил из рюмки и скривился, — какая гадость…

— Закусите баклажанами с чесноком, — посоветовал я.

А потом все же вернулся к начатому разговору:

— Так что вас тревожит?

— Мне пришло приглашение на обед в резиденцию императора, — признался он.

— Но не в загородную же, — отмахнулся я.

— Велено явится на трапезу в яблоневом саду, — совсем упавшим голосом заключил парень.

— И что это значит? — насторожился я.

— Там обычно составляют помолвки, Павел Филиппович.

— Нее, — протянул я недоверчиво.

— Да, — коротко кивнул гость. — И сдается мне, что Станислав Викторович решил навязать мне подходящую пару.

У меня тотчас пропал аппетит. Я сразу же представил Белову и вспомнил, как она поглядывала на жандарма, тогда еще бывшего Ивановым.

— Я понимаю, что никто не хочет, чтобы бастард, получивший княжеский титул, смешал и так не самую благородную кровь с кровью еще менее благородной, — печально продолжил парень.

— А что вы сами об этом думаете? — нахмурился я.

— Что не хочу становиться «отцом подходящего потомства», — проворчал он и бросил на меня короткий взгляд исподлобья. — Знаете, Павел Филиппович, не так давно я встретил одну девушку.

Я молча ждал продолжения.

— Она пришла работать в мой отдел. Невероятная девица. Вредная, упрямая, наглая. Одна из немногих, кто не боялся смотреть на меня в упор.

— Вы про Белову? — осведомился я.

— Про нее, — не стал отпираться Дмитрий. — И если вы подумаете, что для меня это блажь, то уверяю — это не так.

— Алиса хорошая девушка, — кивнул я.

— Я ведь думал, что между вами что-то большее, чем дружба, — немного смущенно признался Шуйский. — И если откровенно, меня это здорово злило.

— Мы просто друзья, — улыбнулся я.

— Я понял это немного позже. Как и то, что мне хотелось бы видеть рядом с собой именно такую…

Гость встал на ноги и подошел к окну. Он вопросительно посмотрел на меня:

— Если я закурю, то Любовь Федоровна меня поколотит?

— Она иногда сама курит в гостиной, — заговорщически сообщил я.

— Зачем?

— А вы зачем? — вернул я вопрос, и Дмитрий неожиданно тепло улыбнулся:

— Алиса тоже против курения. Говорит, что это вредно. Обо мне никто так не беспокоился. Знаете, Павел Филиппович, наверно я брошу эту скверную привычку. Чтобы не расстраивать Алису.

— Хорошее решение, — кивнул я.

— Но мне все же придется идти на этот обед в яблоневом саду, — мрачно проговорил гость. — Нельзя отказать императору.

— Насколько мне известно, на подобные обеды можно брать с собой одного сопровождающего, — вспомнил я.

— Вы желаете пойти со мной в этот приют гадюк? — удивился Дмитрий.

— Я хочу вам посоветовать другого друга.

— У меня не так уж много друзей подходящего статуса, — напомнил мне Шуйский. — Да и чем мне поможет друг?

— Поверьте, этот кандидат вам окажет нужную медвежью услугу.

— О ком речь? — оживился Дмитрий.

— О Зимине, который не так давно стал Морозовым. Никто не посмеет выставить его с обеда, чтобы не обидеть Александра Васильевича.

— А меня сочтут человеком, который не умеет выбирать друзей, — довольно усмехнулся князь.

— Это ведь то, что вам нужно. Представьте лица дам, которые приведут туда своих дочерей.

— И никто не упрекнет меня в том, что я не исполнил волю императора!

Парень просиял и забыл про незажженную сигарету, которую какое-то время просто так держал в пальцах. Выбросив ее в ведро, гость вернулся за стол и подвинул к себе тарелку:

— Теперь и у меня появился аппетит, мастер Чехов. Вам бы пойти консультантом в личных делах.

— Увольте, советы хороши, когда о них просят. А когда за них платят — то это уже служба.

— И то верно.

Мы какое-то время ели молча, а потом Дмитрий все же заметил:

— Никогда бы не подумал, что в доме некроманта будет так уютно. Буквально сегодня я побывал в одном доме с дурной репутацией. И просто диву давался, как там могут жить люди.

У меня появилось нехорошее предчувствие, и я спросил:

— Что за дом?

— На границе района у канала старый дом, в которой много лет никто не жил. Поговаривали, что в нем случалась всякая бесовщина. Его продали новым жильцам и их угораздило не починить лестницу. Пришлось удостоверяться, что новый владелец и впрямь свалился с прогнивших ступеней без чьей-либо помощи.

— Вас же должны были назначить на должность начальника охранного отделения, — начал было я и осекся. Дом, про который ходили дурные слухи, был куплен новыми владельцами. Уж не тот ли это человек, который уничтожает призраков?

— А где сейчас этот человек? — осторожно уточнил я. — Ну, тот который свалился с лестницы?

— Завтра постараюсь узнать в отделении, — растерянно глядя на меня произнес Шуйский. — Если вам нужно…

— Поверьте, Дмитрий Васильевич, мне очень нужно, — заверил я гостя.