Глава 30

На следующее утро у ворот меня ждали два дюжих молодца.

— Елька, — окрикнул меня один из них, когда я, ничего не подозревая, отправилась в харчевню, — нас Жерен прислал. Велел присматривать за тобой. Меня Дишлан звать. А это, — он ткнул в своего напарника, помоложе, — Арвур.

Первым порывом было прогнать приставленную ко мне охрану. Не потому что они мне не нужны, а потому, что ее прислал Жерен, а не Гирем. Но я прикусила кончик языка и только кивнула. Не время показывать характер. Если за мной следят люди Адрея, то я приму помощь от кого угодно. Хоть от черта лысого, как говорила моя соседка в другом мире.

Но обида на Гирема, зародившаяся вчера, жгла так сильно, что я не выдержала и вместо харчевни отправилась выяснять отношения.

Мне открыла незнакомая девица с покрасневшими от слез глазами.

— Похороны завтра — прогундосила она, шмыгнув носом. — приходи к полудню в дом Зирны.

И закрыла дверь прежде, чем я успела что-то спросить. Я похолодела… Догадаться, кто умер не составило никакого труда. В ушах сразу зазвучали слова Жерена о том, что она сам разберется с мальчишкой, который за мной следил. Меня затошнило. Нет, я принцесса, дочь короля, меня растили как наследницу, и я знала, когда-нибудь мне придется отправлять людей на плаху. И меня учили принимать это как должное. Но вчера я впервые приговорила человека к смерти. И это неожиданно оказалось тяжело. Если бы я промолчала, то сын Зирны был бы жив.

Я так и не смогла отойти от двери, стояла и стояла, глядя в одну точку. В груди пекло… Хотелось плакать, но слезы застыли стеклянным крошевом и резали глазницы. Казалось еще немного и вместо слез польется кровь. Что же я натворила?!

— Елька, — ко мне неслышно подошел Дишлан, — идем…

Он взял меня под локоть и повел с крыльца вниз по лестнице. Арвур ждал нас у ворот, цепко оглядывая улицу.

— Я все знаю, — тихо говорил мне Дишлан, пока мы шли, — и ты ни в чем не виновата. Он предатель. И дело не только в тебе, через парня уходило много секретов. Он пользовался тем, что его мать служит Гирему… и продавал сведения направо налево. Такое не прощают.

Я кивала. Все было понятно. Криминальное общество, не детский сад. Здесь играют по-взрослому. Здесь каждый отвечает за свои поступки своей собственной жизнью. А иногда и жизнь близких. Но легче от этого не становилось.

— Подожди, — опомнилась я на последней ступеньке, — я же хотела поговорить с Гиремом!

Хотела было развернуться и пойти наверх, но Дишлан меня удержал.

— Тебе лучше обратиться к Жерену. Гирема здесь нет. Он уехал.

— Уехал? Куда? — удивилась я.

Дишлан ничего не ответил, только пожал плечами. Ну, правильно. Ему-то Гирем точно не докладывал.

И мне ничего не сказал… даже не попрощался… А вдруг наша вчерашняя ссора — это конец? По встревоженным нервам плеснуло кипятком. От боли в сердце хотелось свернуться клубком, обхватить колени и лежать без движения. Но вместо этого я вскинула подбородок вверх, призывая на помощь всю свою гордость. Прежде сем страдать, надо все выяснить.

— Идем к Жерену, — приняла я решение. Он-то точно все знает.

Дом Жерена был по соседству с Гиремом. Забор к забору. Но парадные ворота, в целях конспирации располагались на противоположных улицах. Была еще тропинка и калитка в заборе, которая вела напрямую из одного двора в другой, но против обыкновения, калитка оказалась закрыта. Пришлось идти в обход.

Стоило завернуть за угол, как я поняла, этой ночью на самом деле произошло что-то серьезное. Во дворе у Жерена бродили встревоженные мужчины. Смотрящие. Они собирались кучками и о чем-то тихо шептались. Я знала почти всех, не по именам, конечно. Но я уже встречала их в своей подпольной ресторации.

Входная дверь в доме Жерена была открыта нараспашку, несмотря на позднюю осень. В гостиной меня встретила встревоженная Селеса. Она куталась в теплую шаль и бродила перед дверью, как неприкаянная.

— Елька, — кинулась она ко мне, — ты знаешь, что случилось?!

— Нет, — мотнула я головой и обняла подругу. — А ты?

— Я тоже не знаю! — Селеса криво улыбнулась и я увидела, как у нее на глазах заблестели слезы. — Мне так страшно! Жерен как пришел вчера вечером, так из кабинета и не выходит. Всю ночь у него люди. То один, то другой… ох, Елька, — она всхлипнула, — думала я тихо-мирно жить будем. А тут такое… Что-то нехорошее происходит, Елька…

— Все будет хорошо, — попыталась я успокоить подругу, — ты зря переживаешь. Жерен сам на рожон не полезет, у него вон сколько людей есть. Дети твои где?

— У Дошки в комнате сидят, — всхлипнула Селеса, — я велела не выходить. Чужих слишком много. Оно так безопаснее.

— Хочешь, можешь их к нам отвести. Нюнь за ними присмотрит, накормит, напоит… И сама можешь с ними там побыть. Пока все не утрясется.

— Да-да, — Селеса закивала, вытирая слезы, — только Жерену скажу. И пойдем.

— Я сама ему скажу, — улыбнулась я, — а ты иди детей собирай. И я вчера печенье напекла. Хотела в гости зайти, да не получилось. Но ты попробуй. Если понравится, то будем в харчевне такие продавать.

Селеса кивала. Вряд ли она меня слышала, но хотя бы перестала плакать. И у нее появилась цель. Она больше не выглядела потерянной.

— Елька, — подал голос Дишлан, — я Арвура отправлю сопроводить? Дом-то твой под приглядом, там им ничего не угрожает. А вот по городу без охраны сейчас лучше не ходить.

— Хорошо, — кивнула я. Сердце кольнуло иглой панического страха. Во рту резко пересохло. Если мой дом охраняют, значит не только мне угрожает опасность, но и детям. — Ты тоже можешь идти. Здесь, в доме Жерена я в безопасности.

— Не могу, — усмехнулся невесело Дишлан, — я за тебя головой отвечаю…

Я не стала настаивать, только кивнула. После всех событий слова про голову прозвучали зловеще.

— Елька, — к нам подбежал молодой парнишка, бледный, уставший с синими кругами под глазами, — Жерен тебя ждет. Велел, как появишься, сразу к нему проводить.

— Хорошо, — кивнула я, — идем…

Кабинет Жерена выглядел как после бомбежки. Повсюду лежали кучи бумаг, грязная посуда с остатками пищи, а у окна высилась куча холодного оружия с поясами. Не знаю почему, но именно это деталь напугала меня сильнее всего. Я сразу представила сколько человек и почему лишилось поясов в этом кабинете. И что с ними было дальше…

— Елька, ты как? — уставший голос Жерена заставил отлепить взгляд от так напугавшей меня картины. Ни один мужчина не отдаст свое оружие просто так… да еще и с поясом…

Ком встал в горле. Я сглотнула, и подняла глаза на Жерена. Он тоже выглядел не особо хорошо. Сразу стало понятно эту ночь он и правда провел в кабинете без сна и отдыха.

— Х-хорошо, — прошептала хрипло. Прокашлялась. — А где Гирем? Мне сказали он уехал… И даже не ничего не сказал, не попроща…

Мои претензии прозвучали так мелко, что я захлопнула рот, не договорив. И молча уставила на Жерена.

— Ему пришлось, — он вздохнул, отодвинул какие-то бумаги, в беспорядке разложенные на столе, взял кружку с остывшим взваром и глотнул. — Ты ведь вчера подслушала наш разговор?

— Н-нет, — мотнула я головой и призналась, — да…

— Так вот… Я не могу рассказать тебе все, но мы потрясли мальчишку, который следил за тобой. Оказалось, что у нас завелась не просто крыса, — он зло цыкнул, — а целая крысиная стая. Мы сейчас чистим свои ряды. И пока все не устаканится, придется быть осторожными.

— А Гирем?..

— А Гирему придется залечь на дно. Надолго. — Сказал Жерен, и я сразу вспомнила, как Селеса говорила, что ему после смерти Алиха пришлось уехать на несколько лет… Он тогда тоже «залег на дно». Сердце сжалось… — А тебе, Елька, я настоятельно советую переехать в его дом. Просто потому, что так безопаснее. Я, конечно, поставил охрану… Но, пойми, здесь рядом я и мои ребята. А там вы одни.

— Я понимаю, — кивнула. — Если надо, то мы переедем…

— Отлично, — Жерен допил холодный взвар и отодвинул кружку, — все. Иди. Дишлан все организует.

Я снова кивнула. Весь этот разговор я так и простояла столбом посреди комнаты. Как-то даже в голову не пришло, что можно сесть… Сделал шаг назад разворачиваясь к двери. И меня остановил окрик Жерена:

— Елька, погоди! Чуть не забыл, — он сунул руку за пазуху, вынул сложенные в четыре раза лист бумаги и какой-то браслет и протянул мне, — на, тебе Гирем передал.

Я сунула браслет в карман не глядя, а листок тут же развернула, читая кривые, торопливо написанные строчки на ходу. Все же он не забыл про меня. Помнил. И от этого стало как-то легче. Все когда-нибудь наладится, Гирем вернется…

Торопливо написанные буквы прыгали и расплывались от слез на моих глазах. Но я все же читала, шевеля губами и слыша голос Гирема.

«Елька, родная моя, прости, что все получилось именно так, как получилось. Я люблю тебя и больше всего хочу всегда быть рядом с тобой. Но я должен уехать. Пока даже не знаю куда и надолго ли.

Я совершил большую ошибку, которая привела к таким нехорошим последствиям. Несколько лет назад, связался с очень опасными людьми. Они пообещали мне титул, если выполню одно очень грязное дело. Я долго сомневался, но не смог отказаться от своей мечты. Я стал бароном, но оказался у них на крючке.

С каждым разом они требовали от меня все больше и больше. Я был вынужден идти у них на поводу, ведь иначе меня ждала плаха. Искал способ избавиться от зависимости, но так и не находил.

Несколько месяцев назад, один из них потребовал от меня сделать то, после чего меня ждала верная смерть. И я отказался. Сначала они уговаривали меня, суля разные блага, потом угрожали… а потом решили избавиться от меня, натравив моих же людей.

И им почти удалось. Если бы ты не заметила слежку, мы, скорее всего, никогда не узнали бы о готовящемся нападении. Они понимали, что меня им не поймать, но решили схватить тебя, рассудив, что я приду сам.

Вчера мальчишка, который следил за тобой сдал своих подельников. К счастью их оказалось не так много. Власть все еще в наших руках, хотя Жерену придется хорошенько потрясти наши ряды.

Я тебя очень прошу, делай все так, как говорит Жерен. Если ты не согласна, то можешь высказать все претензии мне, когда я вернусь. А пока, умоляю, будь благоразумной, береги себя и детей.

Носи браслет, который я тебе предела не снимая. Он достался мне от матери, и она говорила, что в нем заключена сила Древних Богов. Можешь не верить, но он не раз спасал мне жизнь.

И еще… Я все равно против того, чтобы ты училась у Жерена бою.

Гирем»

Я всхлипнула и вытерла слезы. Пока читала не заметила, как вышла в коридор и дошла до гостиной.

— Елька, — вздохнул Дишлан, — может пойдем домой? Мне тут шепнули, что переезжаете вы… Надо бы вещи собрать…

— Да, — улыбнулась я сквозь слезы, — пойдем. Надо собрать вещи.