Глава 30

— Что вам надо? — равнодушно спросила я. Почему-то не было страха, что эта женщина уличит меня в обмане. Уж настоящая Ургородская Мать определенно знает, никакого отношения к Ургородским Матерям я не имею. И уж тем более не являюсь Наследницей.

— Посмотреть на тебя хотела, — глубоким и сильным голосом произнесла Мать, без приглашения прошла в кабинет и села в кресло. И выглядела при этом так, как будто бы это было не место для посетителей, а королевский трон.

— Посмотрели? — спросила я с вызовом. Вдруг до отчаяния захотелось поставить ее на место. Я в конце-концов принцесса. И я выпрямилась, задрала подбородок вверх и взглянула на нее свысока, как раньше в тронном зале королевского замка. И сразу же поняла, что не сработало. Я играла, пыжилась, а она на самом деле была такой Великой… Матерью…

Она рассмеялась.

— Посмотрела. Вижу, от матери тебе много досталось. Много, да не все. Она никогда не стала бы рыдать в уголке, оплакивая судьбу. Она все взяла бы в свои руки, и любую ситуацию повернула бы в свою пользу. Моя Анни — гордость рода…

— Что?! — ахнула я пораженно. И ощутила, как кровь отлила от лица, а сердце ухнуло в пятки. Если эта Мать узнала во мне дочь Анни, то это гораздо страшнее, чем то, что она могла опознать во мне самозванку. — Я не понимаю, о какой Анни вы говорите!

— Конечно, о твоей матери, Елина, — она смотрела на меня и улыбалась. А я чувствовала, как от ужаса перехватывает дыхание. Нам с Лушкой конец! Ничего нас не спасет. Я даже не смогу сбежать. Не сейчас, когда за каждым моим шагом бдительно следят и абрегорианцы, и Третий советник. Мать склонилась ко мне и зашептала, — не бойся, я никому не скажу.

Я смотрела на нее не моргая и не могла заставить себя произнести ни слова. Но ей и не нужны были мои ответы.

— Я хочу помочь тебе, — улыбнулась Мать.

Наконец дар речи вернулся ко мне, и первым делом я попыталась откреститься:

— Я не знаю, о чем вы! Меня зовут Еляна. И мою мать звали вовсе не Анни.

— И как же звали твою мать? — слегка склонила голову на бок Ургородская мать.

И я ляпнула первое, что пришло мне на ум:

— Селеса! — В этот самый момент я думала, как бы мне предупредить Жерена, что нужно срочно бежать, несмотря на самые минимальные шансы.

— Селеса?! — приподняла одну бровь Мать и рассмеялась. — Селеса твоя подруга. И она из наших дочерей. Именно она и помогла нам найти тебя, Еляна. Все это время она присматривала за тобой. И сейчас я приехала потому, что узнала о затруднениях, с которыми ты не можешь справиться без моей помощи…

Селеса?! Ургородская Мать?! Как такое может быть?! Мир вокруг меня сделал кульбит и перевернулся. Я даже на мгновение забыла, о том, что эта женщина раскрыла мое инкогнито.

— Вы врете! Селеса не может быть из Ургорода. Я точно знаю, она всю жизнь прожила здесь! В Яснограде. Она сама мне рассказывала, — выпалила я.

— Верно, — рассмеялась она и, склонив голову спросила, — но что ты знаешь о наших порядках?

— Ничего не знаю, и не хочу знать, — отрезала я. — Я не знаю, откуда вы узнали про Селесу, но она совершенно точно не Ургородская Мать.

— Разве я сказала, что Селеса Мать? — укоризненно покачала головой Мать. — Нет, Еляна, Селеса наша Дочь. Если бы ты поинтересовалась, то узнала бы, что нашей Дочерью может стать любая женщина, которой нужна помощь. Селеса обратилась к нам, когда ее первый муж погиб, а второй был вынужден бежать из Грилории на несколько долгих лет. И с тех пор она связана с нами…

А я вдруг вспомнила. Селеса, правда, говорила, что у нее жила сбежавшая из Ургорода Мать, которая научила ее всему… Но почему она не сказала, что значит это «всему», и что она какая-то там Дочь? Но я и сама хороша, почему не расспросила Селесу тогда, когда решила притвориться Наследницей? Я была излишне самоуверенна, решила, что если король не знает о Матерях, то о них не знает никто. А теперь выходит, что все знали больше, чем я — дочь Ургородской Матери…

— Селеса сообщила о сбежавшей юной Матери сразу, как ты поселилась у нее. Но в то время ни одна Мать не покидала лоно семьи. И я сама лично приехала в Ясноград, чтобы увидеть самозванку, — мягко улыбнулась Мать. — Мне хватило одного взгляда, чтобы узнать тебя, Еляна. Ты так похожа на свою мать.

А я вдруг разозлилась. На себя. За то, что была так глупа и не позаботилась узнать о своем происхождении больше. На маму. За то, что всю жизнь скрывала от меня правду. На Мать. За то, что она явилась ко мне и ткнула носом в мою ошибку. И, вообще, зачем она мне все то рассказывает? Тянет время? Может прямо сейчас в мой дом спешит королевская стража, чтобы схватить нас и казнить на радость всем врагам моего отца.

— Что же вы сразу не сообщили страже?! — спросила я спокойно. Злость выморозила все остальные чувства.

— А зачем? — Мать продолжала улыбаться, чем неимоверно раздражала меня, — даже если забыть, что я многим обязана своей сестре — матери твоей матери, ваша поимка не на пользу Ургороду. Мы не нуждаемся в деньгах или славе. Твоя жизнь для нас гораздо важнее твоей смерти. Поэтому не бойся. — она как будто бы прочитала мои мысли, — королевская стража ничего не знает и спокойно спит в своих казармах.

Не могу сказать, что ее слова успокоили меня. Но я уловила главное. Им тоже что-то от меня надо. А значит я могу поторговаться. Мне не привыкать ставить на кон свою жизнь. Только нужно взять себя в руки, бесконтрольные эмоции, которые захлестывали меня прямо сейчас могут все испортить. Особенно злость. Надо быть хитрее. Я незаметно сжала кулаки, так, что ногти впились в ладони и глубоко вдохнула, успокаиваясь. А когда выдохнула, поняла, что снова готова идти вперед. Биться за свою жизнь и жизни моих детей.

— Хорошо, — кивнула я. — Вы не сдали меня тогда. Вы не сдали меня сейчас. Но зачем тогда вы пришли сегодня в мой дом?

Вместо ответа Мать поставила мне на стол небольшой, полотняный мешочек, который достала из складок своего одеяния.

— Мы собираем травы на краю Южной Пустоши, там где эманации Древней Магии не изменили их суть, но кратно усилили лечебные свойства. Самые обычные травы, выросшие за границей обладают уникальными особенностями. Эту травку называют Кружево Анни. Достаточно бросить всего одну щепотку в стакан горячего взвара, и мужское семя целый месяц не прорастет в женском лоне, как бы твой будущий муж, герцог Адрей Бокрей не старался.

Я ошеломленно заморгала. Матери снова удалось поразить меня. Откуда она знает про Адрея? О том, что меня в будущем ждет свадьба с Тузенышем я рассказала только Жерену. И было это здесь, в моем доме, значит Селеса ничего не могла подслушать, даже если бы захотела. И Жерен совершенно точно ничего ей не рассказывал. В нем я была уверена. Это слишком опасные знания.

Тем временем Мать достала из кармана второй мешочек и поставила его рядом с первым:

— Это Сладкие Грезы — смесь сонницы, мухомора и степной травы, для мужской силы. Одна щепотка на стакан любого напитка, и твой будущий муж уснет на всю ночь. А проснувшись утром, будет уверен, что всю ночь предавался любовным играм с тобой. — Я перевела взгляд на мешочек… Если это правда, то… Мать покачала головой и добавила, — но Грезы безопасны только один раз в седьмицу. Слишком часто их использовать нельзя, иначе твой муж может не проснуться.

Я, как завороженная уставилась на снадобье, которое все могло изменить. Адрея мне вовсе не жалко. Я готова подсыпать травку в его питье каждый вечер, чтобы между нами ничего не было, а он думал, что было. Это как раз то, что мне нужно. А потом пусть помрет. Я горевать точно не буду.

На столе появился третий мешочек:

— Это Тихая Ночь — смесь сонницы и корня валерианы. Одна щепотка и человек уснет так крепко, что ничего не будет ни чувствовать, ни помнить. Использовать эту травку нужно осторожно, у нее очень характерный запах. Но зато она совсем безвредная, ее можно пить хоть каждый день самой, если муж вдруг будет слишком настойчиво требовать исполнения супружеских обязанностей. И последнее, — на стол с тихим стуком опустился небольшой глиняный горшочек с притертой крышкой. — Это Морозко — особая травка, которая растет только в Южной пустоши. Мы смешиваем ее с маслом. Если нанести каплю с маковое зернышко на женский цветок или мужской корень, то можно сохранить разум холодным даже в любви. Если такое же количество добавить в питье мужчины, то он станет немощен, и ни одна красавица не сможет пробудить его мужскую силу. Если же увеличить дозу до горошины, то его сердце замерзнет навечно через половину дня, — улыбнулась Мать.

Хочу, поняла я. Я хочу все эти травы. Мать права. Эти снадобья не избавят меня от ненавистного замужества, но помогут пережить его с наименьшими потерями. А это гораздо лучше, чем ничего.

— Сколько вы хотите за все? — спросила я.

Мать довольно улыбнулась. Она знала, что я не смогу отказаться.

— Нисколько. Я всего лишь хочу, чтобы ты добилась того, для чего была рождена. И все сестры готовы помочь тебе достичь этой цели…

— И для чего же я была рождена? — спросила я с усмешкой. Сейчас, когда я увидела выход из того тупика, в который завели меня интриги Третьего советника, решила, что пообещаю все, что угодно, лишь бы заполучить заветные мешочки. А особенно горшочек… А потом буду думать, как выполнить это обещание и не навредить себе.

Мать рассмеялась.

— Стать королевой, конечно…