Глава 31

Я не смогла сдержать кривую усмешку. Как же раздражает стремление всех вокруг решить за меня мою судьбу. Один хочет, чтобы я стала бессловесной супругой его сыну и родила ребенка, который имеет все шансы стать королем. Другая мечтает надеть корону на мою голову, и, вероятно, тоже править за моей спиной. Ведь зачем-то Матери это нужно. Никогда не поверю, что это всего лишь бескорыстный порыв.

И никто ни разу не поинтересовался чего хочу я сама.

Но с другой стороны, мне это даже выгодно. Если не говорить, что я собираюсь посадить на трон брата, который и должен был унаследовать корону после отца, то можно рассчитывать на помощь Ургородских Матерей почти до самого конца. А значит союз с ними большая удача.

Но я не могла упустить шанса поторговаться еще.

— Королевой? — я рассмеялась. — А с чего вы решили, что мне это нужно?

Мать снова улыбнулась мне, как неразумному ребенку:

— У тебя нет выбора. Это твоя судьба, которая началась еще задолго до твоего рождения.

— Я не верю в судьбу…

— Не верь, — теперь рассмеялась она, — от этого ничего не изменится. Ты растили, как будущую королеву.

— Это ничего не значит, — возразила я. — И, вообще, если вы в курсе, что моим будущем мужем будет Адрей, то вам должно быть известно, что очень скоро я стану герцогиней Форент. А в таком случае стать королевой Грилории невозможно. У меня не будет никаких прав на трон.

— Не совсем верно, — голос Матери звучал снисходительно, — ты можешь стать королевой даже будучи супругой Адрея. Нужно только сделать твоего мужа королем…

— Что?! — ахнула я.

Она рассмеялась.

— Мне тоже такой вариант нравится меньше всего. Я предпочла бы, чтобы ты вернула свое имя, когда придет время. Но и об этой возможности, Еляна, забывать не стоит.

Говорить об Адрее и мне не хотелось. И думать тоже. Я предпочла бы забыть о предстоящей свадьбе.

— Хорошо, — кивнула я, — допустим я соглашусь принять свое наследство. Но что вы хотите взамен? Не верю, что вы собрались помогать мне по доброте душевной.

Мои слова снова насмешили Мать. Она хохотала так, как будто бы я рассказала ей анекдот.

— Очень зря… Частично я так поступаю именно потому, что желаю тебе добра. А частично, — она запнулась, взглянула на меня так серьезно и спокойно, как будто бы не заливалась только что безудержным смехом, — что ты знаешь об Ургороде? И о Древних Богах и их наследниках?

Я пожала плечами. Известно мне не так много, но я не собиралась делиться ничем. Вдруг Матери не знает то, что знаю я. Поэтому и ответила, что мне рассказал Третий Советник:

— Знаю, что род Ургородских Матерей основала принцесса Хурра, в которой текла Древняя кровь. И что с королем Грилории у вас была договоренность, то Матери не будут выходить замуж, чтобы ничей род не смел претендовать на родство с королевским. И Матери часто становятся женами королей.

— Верно, но это очень мало, — кивнула она и откинулась на спинку кресла, давая понять, что рассказ будет долгим. — Древние Боги оставили ушли из этого мира, оставив вместо себя трех наследников. У сына Абрегора было семь детей, у сына Грилора — девять, а дочь Аддиии родила семерых. И в каждом из этих детей текла кровь Древних Богов. Они все были магами большой силы, но божественные способности так ни у кого и не проявились.

— Не может быть! — удивилась я. — Я же точно знаю, что силы Древних Богов передаются от отца к сыну? Ну, в смысле, от родителя к ребенку, — поправилась, вспомнив про Аддию.

— Если бы все было так просто, — покачала головой Мать. — Первым из детей Древних Богов погиб сын Абрегора. Не знаю, что с ним случилось, этого история не сохранила, но в тот же самый миг у одного из его многочисленных отпрысков проявился божественный дар.

— Вы хотите сказать, что… сила Древних Богов всегда переходит после смерти ее владельца? И не к старшим детям, то есть не наследникам, а к кому придется? — мгновенно сообразила я. Это мне было неизвестно. Я, вообще, стала подозревать, что в королевском замке от меня скрывали слишком много.

— Да, так и есть. Только после смерти, и переходит не к формальному наследнику, а к одному из детей, — подтвердила мои слова Мать. — Так императорский род Абрегории и потерял свой дар. Он достался какому-то незаконнорожденному мальчишке, которого император зачал совершенно случайно и о котором не знал. А королева, которую обвинили в том, что она родила сына не от мужа, на самом деле была верна супругу…

Я мысленно присвистнула. Если бы была одна, не сдержалась бы и посвистела вслух. Это многое объясняло. И почему способности у Анни проявились так рано, а у Лушки намного позже… только после смерти отца… у которого, выходит, были такие же способности, как у Лушки…

— Значит мой отец… — я не договорила. Горло сжало, я впервые за много лет назвала отца отцом. Даже в разговорах с Жереном я старалась избегать этого слова. Было слишком больно. И сейчас на глаза навернулись слезы. Я отвернулась, чтобы Мать ничего не заметила.

— Да, — жестко заметила Мать. — Твой отец обманул нас. Когда твоя мать вышла замуж за твоего отца, главным условием было, что дочь рожденная от этого брака станет наследницей короны. К тому же ты должна была быть единственным ребенком короля. И к тебе должна была перейти божественная сила, которой владел Эдоард. Сначала все шло по плану: ты была объявлена наследницей и будущей королевой. Но потом Анни родила ему сына. Глупая… Она не должна была этого делать.

А я похолодела. Что это сейчас было? Мать намекнула, что это она приложила руку к смерти моей мамы? Это вполне возможно. Вот прямо передо мной стоят мешочки с травами, которые могут все: и задурить голову, и усыпить, и даже убить. Тихо и незаметно.

Мать просто не могла оставить юную королеву без присмотра. И ее дочь. Я только сейчас поняла, что моя нянюшка Элила, которую все считали сбежавшей из Ургорода Матерью могла вовсе не быть. Ее нарочно отправили в королевский замок, чтобы следить за мной и за королевой. А может были и другие. Я никогда не спрашивала о прошлом своих слуг.

Матери ничего не стоило уничтожить королеву, решившуюся на предательство интересов Ургорода.

А не пошла ли она дальше? Возможно ли, что она участвовала в том самом заговоре, когда погиб мой отец? Вполне. Смерть короля и принца Фиодора была бы ей на руку. Я осталась бы единственной наследницей, получила бы и трон, и силу. А то, что вышла бы замуж за Адрея, чтобы оплатить собой и своим телом участие в заговоре Третьего советника? Подумаешь, какая ерунда! Мне ведь только что объяснили, что это вовсе не помеха для планов Великой Матери.

Я прикрыла глаза, чтобы не выдать свои догадки. Теперь я уже сомневалась, что настоящим моим врагом был Третий советник. Этот тип вполне мог быть всего лишь марионеткой в руках Ургородской Матери. Это она дергала его за веревочки, заставляя действовать так, как ей нужно.

Сейчас я бы даже не удивилась, если бы за гибелью первой семьи моего отца тоже стояла незримая тень Ургородской матери. Ей нужно было, чтобы король женился на Анни, чтобы их дочь получила не просто королевство, но и силу. И ради этого она готова была пойти по головам.

Во всей этой теории я видела только два слабых места. Первое, почему они не расправились с Лушкой пока это было возможно? Если бы младенец умер вслед за матерью, это никого не удивило бы.

И, второе, почему мне было позволено расти без влияния Матерей? Да, они присматривали и за мной, и за всеми в королевском замке, но об Ургородских Матерях я знала катастрофически мало. Если бы они хотели, чтобы я плясала под их дудку, логичнее было бы воспитать во мне сопричастность к их традициям. Добиться желаемого всегда легче, если человек на которого ты хочешь повлиять, думает так же, как ты.

Но со мной было все наоборот. Мне тщательно внушали, что в Ургороде живут несчастные женщины, у которых отбирают сыновей. В те времена, когда я была принцессой, мечтала выйти замуж за Эбрахила и родить кучу детей, порядки в Ургороде ужасали меня.

Допустим, все все пошло бы по плану, и я, сбежав из замка по подземельям в одиночку, попала бы прямо в объятия Адрея и стала его женой. Матери было бы сложно завоевать мое расположение. Я бы не захотела иметь с ними никаких дел. Это же так очевидно…

Очевидно — самое опасное слово. Снова услышала я слова моего второго отца. Я совершенно точно упустила какую-то важную деталь. Но какую?

Пауза затянулась. Мать внимательно смотрела на меня. И я решилась. Мне нужны союзники, чтобы справиться с Третьим советником и добраться до трона. А дальше… А дальше я разберусь с Матерями. У меня нет выбора. Я дала клятву Древним Богам.

— И что вы хотели получить от королевы, обладающей божественной силой?

Мать довольно улыбнулась:

— Возродить королевство Древней Богини Аддии, конечно же. Страну, где женщин будут почитать, как богинь.

Я на мгновение представила, как Третий советник почитает меня, как богиню. И расхохоталась.

— Это невозможно, — мотнула я головой. — В Грилории никогда не приживутся подобные порядки. Даже если грилорцы примут меня, как королеву.

— А кто сказал, Еляна, что я говорю о Грилории? — картинно вскинула брови Мать. — Чтобы возродить свою страну, нам нужна королева с божественным даром. А кто будет править Грилорией меня волнует в последнюю очередь. — Она улыбнулась. — Если бы не твое стремление непременно вернуть потерянное, я пришла бы совсем с другим предложением.