Глава 33

Я сняла браслет, положила его в карман, села на второй стул, который поставила напротив нашего пленника и, чувствуя, как застучало сердце, кивнула Жерену. Пора начинать переговоры…

— Рада видеть в вас в добром здравии, господин посол, — я слегка, как и положено по этикету, склонила голову приветствуя герцога Форента, который беспрестанно моргал, привыкая к тусклому свету после полной темноты, — предлагаю сегодня обойтись без верительных грамот, — я добавила каплю улыбки в голос, — все же мы с вами уже давно знакомы… Я ее высочество принцесса Елина.

Повисла неловкая пауза. Герцог Форент никак не отреагировал на мои слова. Я была готова к тому, что он не узнает меня и начнет возмущаться, но сейчас немного растерялась.

Мой пленник же, привыкнув к свету, впился пристальным взглядом в мое лицо. И узнал. Я увидела, как изменился его взгляд.

— Ваше высочество?! — растеряно пробормотал герцог, — но как такое может быть? Вас же убили… Господин Первый советник говорил…

— Я расскажу позже, — невежливо перебила я, — сейчас, к сожалению, у меня мало времени. И вы здесь совершенно по другому поводу…

Надо отдать должное герцогу Форенту. Он мгновенно взял себя в руки и, несмотря на связанные руки и ноги, почтительно склонил передо мной голову:

— Я вас случаю, ваше высочество…

Невольно восхитилась стойкостью этого человека. Прав был отец. Он настоящий дипломат. Будет очень жалко, если мы не сможем договориться.

— Уверена, вам уже известно, что господин Первый советник нашел вашу дочь и внучку? — спросила я, герцог Форент кивнул. На его лице застыло профессионально-приветливое отношение, и я не могла прочесть через эту маску его настоящие чувства. — К сожалению, ваша светлость, господин Первый советник вам врал.

— Что с Абритой? — тут же отозвался герцог. — Они в порядке?

Его голос был спокоен. Но я ощутила его тревогу. Возможно мы все ошибались и герцог Форент любил своего ребенка. И переживал именно за нее, а не за потерянную невесту короля…

— С вашей внучкой все хорошо, — кивнула я, заметив, как в глазах моего собеседника мелькнуло облегчение. Это внушало надежду, что у меня получится. — Ее зовут Анни, и я вырастила ее, как свою дочь.

Герцог не проронил ни слова, продолжая смотреть на меня с вежливым почтением, даже тогда, когда я коротко рассказала о смерти Абриты во время родов в грязной подворотне. И о том, что я бросила ее, оставив без погребения, потому что сама была напугана до смерти и плохо понимала, что происходит и что ждет нас в будущем.

— Благодарю, ваше высочество, — склонил голову герцог, — что не скрыли от меня правду об Абрите, — тут его голос дрогнул, выдавая горечь потери. — И особенно за то, что спасли ее дочь. Я могу ее увидеть?

— Если мы с вами договоримся, — кивнула я. — Все это время я жила в Яснограде под видом Наследницы Ургородских Матерей. И когда Первый Советник увидел меня, то, не признав во мне принцессу Елину, настойчиво предложил поучаствовать в спектакле и выдать себя за герцогиню Форент. У меня не было выбора, я вынуждена была согласиться. Вы же, чтобы не опознать самозванку, погибли сегодня утром. Ваша лошадь понесла, карета опрокинулась и вы сломали шею.

— Но почему тогда я здесь?

— Потому что я не хочу вас убивать, — улыбнулась я, — мой отец всегда отзывался о вас с уважением. А я чту память своего отца…

— Вы хотите вернуть себе трон?

— Не себе, — улыбнулась я, — а тому, кому он принадлежит по воле моего отца, принцу Фиодору. Я смогла вытащить брата из королевского замка в ту страшную ночь.

— Что вам нужно от меня? — герцог был максимально прямолинеен. Это было совсем недипломатично, но я была ему благодарна. Все же переговоры с Третьим советником прошли на кураже от опьянения настойкой Алиса, с Матерью на охватившей меня злости, а сейчас мне было только страшно.

Страшно, что герцог Форент может в меня не поверить. Все же я неопытная девчонка, которая решила пойти на матерого волка — Третьего советника, с голыми руками.

Страшно, что герцог Форент откажется участвовать в заговоре против действующего короля Грилории Его величества Грегорика Пятого…

И особенно страшно, что он не согласится с моим предложением. И мне придется приговорить его к смерти. Я не могла рисковать. Именно об этой поправке говорил Жерен, когда мы обсуждали реалистичность моего плана.

— Вы должны помочь мне занять место Абриты, — я вскинула руку, останавливая слова, готовы сорваться с губ герцога, — временно! До тех пор, пока я не буду готова уничтожить тварь, которая устроила заговор почти шесть лет назад, свергнуть узурпатора с трона и короновать его высочество принца Фиодора. А потом мы воздадим положенные почести Абрите. Поверьте, я безмерно благодарна вашей дочери за этот шанс. И в королевской семье Грилории память о ней останется навечно.

— А если я не соглашусь?

Я вздохнула, но все же произнесла:

— Тогда все будут думать, что вы погибли при падении… я не могу рисковать, оставляя вас в живых, в случае отказа.

Я все таки сделала это. Теперь все. Осталось только ждать решения его светлости.

Герцог задумался на одно мгновение, а потом спросил:

— Каковы ваши шансы на успех?

Я выдохнула с облегчением, разжала ладонь, чувствуя легкое онемение в пальцах, так сильно сжимала кулак, пытаясь справится с волнением. Если он не отказался сразу, значит есть вероятность договориться. Мне этого очень хотелось. И даже не ради поддержки в заговоре против Грегорика, а просто потому, что мне не хотелось выносить ему приговор. Я пока к такому не готова.

— Еще несколько дней назад они были минимальны, — не стала скрывать я правду, — но на днях мне удалось договориться о союзе с Ургородскими Матерями. — Жерен, все это время стоявший чуть позади герцога, вопросительно вскинул брови. Но я улыбнулась ему одними глазами и взглядом же попыталась объяснить, что все расскажу чуть позже. — И мои шансы слегка подросли. Если вы поддержите меня не только, как отец Абриты, но и как посол Абрегорианской империи, то они станут значительно выше.

— Что именно я должен буду сделать, если соглашусь?

— Пока ничего, — улыбнулась я, — Первый советник не должен знать, что вы выжили. Иначе он может что-то заподозрить, если вы вдруг ни с того, ни сего признаете в посторонней женщине свою дочь. Поэтому вас перевезут в безопасное место. Поживете какое-то время под другим именем. Сейчас от вас требуется просто не мешать. А потом, когда все успокоится, мы начнем действовать. К тому же Анни будет рада увидеть вас, — использовала я запрещенный прием, — вы знаете, у нее есть особенные способности. И я уверена, она уже знает обо всем, что происходит здесь и сейчас. И поэтому мне не хочется быть причиной смерти ее дедушки.

В глазах герцога снова что-то мелькнуло.

— Я могу с ней встретиться? — спросил он снова.

Я повторила:

— Если согласитесь быть на моей стороне…

— Я могу подумать?

— Да, конечно, у вас есть несколько мгновений, чтобы принять решение. К сожалению весть о вашей смерти вот-вот достигнет Яснограда, и я не могу больше ждать, мне нужно уходить, чтобы оплакать безвременную смерть моего отца, герцога Форента.

Герцог понимающие махнул головой и замер, обдумывая ситуацию. А я смотрела на него не отрываясь и слышала, как громко колотится в висках мое сердце. Сейчас все решится.

— Хорошо, — произнес герцог Форент, — я согласен. Я помогу вам, ваше высочество. Но и вы должны пообещать мне кое-что…

— Говорите, — кивнула я. Напряжение достигло наивысшей точки. Что попросит у меня герцог Форент за свою помощь? А вдруг я не смогу это выполнить?

Эх, вздохнула против воли, далеко мне еще до Третьего советника. Он точно не стал бы нервничать и так сильно переживать. И торговаться. Я же понимала, что корабль, который мне удалось выторговать, были скорее жестом доброй воли. Если бы этот тип отказался купить мне «дорогую игрушку», то ничего бы не изменилось.

— Вы должны пообещать мне, что моя внучка не пострадает в заговоре.

— Анни моя дочь, а принц Фиодор теперь мой сын, — улыбнулась я. — Я готова на все, чтобы защитить своих детей. Поверьте, я лучше сама сложу голову, чем позволю кому-то тронуть моих малышей. В случае неуспеха, их обоих вывезут из Грилории в тот же день. Я вам это обещаю.

— Вы не поняли, — улыбнулся герцог Форент, — я хочу, чтобы за Анни присматривали мои люди. Вы должны отправить ее в Абрегорианскую империю прямо сейчас. Я тоже покину Грилорию инкогнито. И буду сам воспитывать внучку.

— Это невозможно, — покачала я головой, — и не только потому, то я не хочу отпускать Анни. Первый советник не позволит ей уехать… Он не причинит ей вреда, он прекрасно знает, что за урон невесте будущего императора ему придется отвечать собственной шкурой. А ею он дорожит очень сильно. Кроме того, — я вздохнула, — простите ваша светлость, но я не стала бы доверять вашим людям. Барон Пирр много лет работает на Первого советника, старая нянька Абриты уже признала во мне вашу дочь, и мы не знаем насколько глубоко проникла зараза в ваше посольство. Кто продался Первому советнику, а кто остался верен вам…

— Барон Пирр?! — шокировано произнес герцог Форент. Мне удалось удивить его настолько, что вежливая маска слетела с лица, обнажив настоящие эмоции. — Не может быть!

— Увы, — развела я руками, встала и склонила голову в поклоне, — простите, я вынуждена закончить разговор. Я принимаю ваше согласие. Мои люди перевезут вас в безопасное место, а нашу беседу мы продолжим в другое время и в другом месте.

Герцог Форент кивнул, все еще не совсем придя в себя после известия о предательстве Пирра.

— Жерен, — улыбнулась я, — оставляю нашего дорогого друга с тобой. Позаботься о нем. И жду тебя в самое ближайшее время у себя.

— Да, ваше высочество, — склонился в поклоне Жерен.

Как же мне с ним повезло, в который раз подумала я, спеша к неприметной дверце и на ходу надевая на руку тяжелый серебряный браслет Гирема.

Вот и все… улыбнулась. Первые фишки расставлены, теперь пути назад нет. Борьба за власть началась.