Глава 12

Утром следующего дня мы с господином Элдием отправились в Дом гильдий. Старик сиял ярче солнца и иногда воинственно потрясал кулаком, вероятно, представляя, как он врывается на заседание глав гильдий и разносит всех в пух и прах. Но до этого момента было еще далеко, пока нам нужно было решить более мелкие вопросы.

Первым делом мы нанесли визиты в гильдию рестораторов. Я хотела решить вопрос по поводу своей харчевни. Зачем платить лишние гроты за патент, который мне пока не нужен? И я собиралась приостановить действие патента в связи с тем, что мое заведение сгорело и требует восстановления.

Толстячок-секретарь гильдии, сидевший в кабинете, равнодушно кивнул, внес запись о том, что моя харчевня временно не работает, и предупредил, что я должна известить его о начале работы не позже дня открытия харчевни. Иначе все мои патенты в гильдии рестораторов будут аннулированы.

А вот со вторым вопросом все получилось довольно непросто. Худая старуха сидевшая в кресле с высокой спинкой, как и в прошлый мой визит вязала. Вот только вязала она на моей вязальной машине, путаясь в петлях и шепотом ругаясь на «дурацкую штуковину».

— Доброе утро, уважаемая, — улыбнулась я как можно шире, — вижу вы оценили работу моих мастериц? Что же, в таком случае прошу оценить и уведомление от гильдии промышленников о том, что используя данное приспособление для вязания, вы нарушаете правила Дома гильдий.

— Что?! — старуха подняла на меня взгляд и скривилась. — Эта штуковина совершенно бесполезна! На спицах вязать гораздо быстрее, чем колупаться между всех этих крючков и ниток.

— Не быстрее, улыбнулась я. — Вы и сами знаете, что это приспособление ускоряет работу вязальщиц в несколько раз. И полотно получается гораздо ровнее и аккуратнее. Даже если вязальщице очень далеко до звания мастера.

Старуха поджала губы. Я была права. Мои девочки-сотрудницы могли выдавать аккуратные и ровные изделия, но мало кто из них смог бы повторить эту работу на спицах.

— На этом, — старуха кивнула на машинку, — можно быстро вязать только простое полотно.

— Да, — кивнула я, бесцеремонно усаживаясь в кресло рядом со столом. Господину Элдию досталось место на деревянной скамье, но он не жаловался, с интересом наблюдая за нашей перепалкой, — качественную лицевую глядь на моих машинках может выдать любой дурак. Но и араны, которые вы несомненно видели, мои девочки вязали тоже на этих же самых машинках.

— Видела, — хмыкнула старуха и, вздохнув, призналась, — я вас помню. Мне жаль, что в свое время я не обратила внимания на ваше мастерство... Так значит, — она подвинула станок и неискренне улыбнулась, — вы создали гильдию промышленников? Как в Абрегорианской империи?

— Верно, — согласилась я, — и именно моей гильдии принадлежит право использовать для работу механические приспособления для вязания. Вот документы, — я прижала документы о создании гильдии промышленников и о закреплении за ней права на механические приспособления к столу и одним движением подвинула их вперед, прямо под нос старухе.

Старуха подняла листы и повернувшись к окну быстро пробежала по строчкам глазами.

— Хм, — вернулась она к нам и перевела взгляд на господина Элдия, — а ты, значит, решил поддержать девочку? — Бывший секретарь Дома гильдий кивнул и довольно оскалился. — Не оставил своих планов отомстить Эрригу? — Он мотнул головой в сторону, говоря, мол, нет, не оставил. И старуха, задумавшись на миг, задала третий вопрос, — думаешь, у тебя получится?

Господин Элдий рассмеялся, встал со скамьи и подошел к нам.

— Ваша светлость, — обратился он ко мне с поклоном, — позвольте представить вам секретаря гильдии вязальщиц, несравненную госпожу Фаону...

— Ох, ну что ты, — жеманно улыбнулась старуха, но тут же застыла, выпучив глаза и открыв рот... а потом спросила шепотом, — ваша светлость?!

Я слегка склонила голову, подтверждая слова господина Элдия, который громко расхохотался, глядя на ошеломленную старуху. Уверена, именно такого эффекта он и добивался, и теперь был абсолютно счастлив.

Через мгновение, переварив услышанное и опомнившись, госпожа Фаона вскочила с кресла и неловко поклонилась.

— Прошу прощения, ваша светлость... визиты аристократов у нас в Доме гильдий большая редкость, и я не ожидала, что вы окажетесь такого высокого рода. — Она явно хотела польстить мне, но совсем не ожидала, что господин Элдий, засияет еще больше и торжественно представит меня:

— Госпожа Фаона, хочу представить вам вам ее светлость, герцогиню Абриту Бокрей!

Бедная старуха потеряла дар речи. Она застыла, глядя на меня огромными глазами и не дышала. Я даже забеспокоилась, что несчастную прямо сейчас хватит инфаркт.

— Герцогиня Бокрей?!

Я мило улыбнулась. Не стала отнимать у господин Элдия момент триумфа. Думаю, он его заслужил.

— Но, ваша светлость, зачем тогда вам вот это все? — ошеломленно выдохнула госпожа Фаона. — я не пониманию, простите...

— У богатых свои причуды, — пожала я плечами, уходя от ответа.

-Так что, Фаона, — нетерпеливо спросил господин Элдий, — ты с нами или против нас?

Взгляд старухи сразу изменился. Одно дело, когда глава новой гильдии безродная девица, пусть и разбогатевшая, если судит по платью. И совсем другое, когда она — герцогиня Высокого рода.

Глаза госпожи Фаоны загорелись, а выражение удивления и растерянности словно кто-то стер ластиком. Я усмехнулась про себя, а бабка-то не промах, своего никогда не упустит.

— Элдий, ты меня знаешь, — хмыкнула она, — я всегда готова помочь старому другу. Но пустой гильдии недостаточно, чтобы сместить Эррига. Даже если ее глава герцогиня Высокого рода.

И не дура. Но мы с господином Элдием давно обговорили все детали. И поэтому слово взяла я.

— Я прекрасно понимаю, что моя гильдия пока существует только на бумаге. И все, что нам нужно от вас — осуждение моих технологий, — я кивнула на станок, — со стороны гильдии вязальщиц. Я хочу, чтобы ваша гильдия во всеуслышание заявила, что подобные приспособления разрушают основу вашей работы, что гильдия вязальщиц никогда не поддержит использование механического труда в своих рядах.

Старуха задумалась. Она снова схватила вязание и принялась нервно накидывать крючком петли... получалось у нее довольно плохо. Несмотря на огромный опыт ручного вязания, для такой работы нужна была сноровка. Повозившись пару дней и привыкнув к такому способу вязания, госпожа Фаона быстро станет отличным мастером.

— Не понимаю, — сказала она, нахмурившись, — зачем вы пришли ко мне с такой просьбой? Ладно вы, ваша светлость, вероятно не знали, но ты-то, Элдий, должен знать, гильдия и так поступит именно таким образом. Я видела, как вяжет на этой штуковине ваша мастерица, ваша светлость. Однако при этом она совершенно не умеет держать в руках спицы. Если мы допустим ваши «технологии» в свою работу, то мы уничтожим само понятие мастерства. Каждая девка, научившаяся перекидывать петли, будет называть себя мастером.

— Фаона, — кивнул господин Элдий, — вот так ты и должна говорить на собраниях гильдии вязальщиц. Слово в слово.

— В чем подвох, Элдий? — забеспокоилась Фаона, стараясь держать лицо. Но я-то видела, что она встревожена.

— В том, дорогая моя, что ты должна убедить мастеров гильдии, что промышленники им не конкуренты, потому что их изделия ограничены и однотипны... Ну, или придумай сама еще какую-нибудь причину... И подписать отказ от претензий к гильдии промышленников. Ты видела этот документ, — он кивнул на стопку, которую госпожа Фаона все еще держала в руках.

Старуха задумалась. Уверена, она понимала, что как только гильдия промышленников развернется, большей части мастеров ручного вязания придет конец. Они уже сейчас ощутили, как снизилось количество заказов. И я знала, несколько ремесленных семей за эти годы не смогли оплатить патенты и потеряли право продавать свою работу.

Молчание затянулось. Госпожа Фиона продолжала терзать пряжу, но теперь накидывать петли на крючки вязального станка у нее получалось довольно ловко. Я почувствовала, что рыбка прямо сейчас сорвется, и решила вмешаться:

— Госпожа Фиона, — улыбнулась я, — у вас есть возможность сохранить гильдию. Дело в том, что возможности этих приспособлений очень ограничены. Мы используем самые простые узоры. Наше преимущество это дешевизна и скорость обучения. Но на моих мануфактурах невозможно связать сколько-нибудь уникальную вещь, цену на которую определяют не расходы на пряжу, а талант мастера.

— Но выживут не все, — хмуро заметила старуха. — Вы же понимаете, что в гильдию входят не только очень талантливые вязальщицы... иногда это мастера, предельный уровень которых те самые простые узоры, которые вы вяжете на своих мануфактурах...

Я пожала плечами:

— Тогда им придется пойти работать ко мне... поверьте, мои девочки зарабатывают ничуть не меньше, чем посредственные мастера, входящие в гильдию...

— Да, — кивнула госпожа Фаона, — я в курсе.

Она отложила «штуковину» в сторону... медленно сложила разбежавшиеся по столу клубки в корзину, стоявшую в ногах... задумчиво почесала нос... она явно нарочно оттягивала момент принятия решения. А я уже готова была ногти грызть от нетерпения...

И наконец, когда терпение было уже на исходе, госпожа Фиона, тяжело вздохнув сказала.

— Хорошо, ваша светлость... Я сделаю, как вы просите. Но, — вскинула взгляд на господина Элдия, — ты, Элдий, должен мне пообещать, что как только скинешь Эррига, моя дочь станет главой гильдии вязальщиц...

— Обещаю! — ни раздумывая ни мгновения, тряхнул головой бывший секретарь дома гильдий.

Через некоторое время, когда сердечно попрощавшись с первым нашим сторонником, мы с господином Элдием вышли в коридор, он с облегчением выдохнул:

— Фух... Получилось...

Я удивленно взглянула на него:

— Но вы же сказали, что дело верное? Что госпожа Фаона никогда не откажется от возможности занять место главы гильдии? И план, который мы с вами составили, сошелся до самого последнего пункта? Разве нет?

— Все так, — улыбнулся господин Элдий. — Но Фаона та еще ослица. Если бы она уперлась, то никакой здравый смысл не заставил бы эту стерву сойти с места...

— Я все слышу, Элдий! — раздался крик старухи из-за двери, — И если я стерва, то ты мерзкий старикашка!