Глава 13

Затем мы заглянули в гильдию ткачей, поскольку я собиралась открывать еще и ткацкий цех, чтобы делать пряжу из верблюжьей шерсти. Пока все замерло на стадии подготовки: оборудование из Абрегорианской империи, которое пришлось изготавливать под заказ, еще не доехало до Грилории. Но откладывать визит не имело никакого смысла, лучше разобраться с главными гильдиями-конкурентами сразу. А то глядишь, потом ткачи и другие сообразят, что развитие промышленности естественным образом уничтожит большинство мастерских, где используется ручной труд, и будет гораздо труднее убедить их не мешать.

С ткачами все прошло довольно просто, хотя эта гильдия была одной из самых крупных, а значит сильных в Грилории. И именно поэтому была самым слабым местом нашего плана. Глава, по счастливой случайности оказавшийся в Доме гильдий, даже глазом не моргнул, когда господин Элдий представил меня. Еще бы, глава гильдии ткачей был вхож даже к королю... что им герцоги... Но ощущение превосходства сыграло с ним дурную шутку, он только посмеялся над нами и тут же снисходительно подмахнул подготовленную заранее бумагу, что гильдия ткачей не против того, чтобы мы пряли шерсть на станках.

А уж напутственная речь, в которой он довольно грубо прошелся по господину Элдию, назвав его попавшим под каблук к бабе, и по мне, как неразумном недочеловеке, не способном ни к чему другому, кроме как причесываться и наряжаться, заставила меня усомниться в его разумности. Нельзя же быть настолько оторванным от действительности.

Хотя... я вспомнила Адрея... можно.

Последней задачей, которая была намечена на сегодняшний визит, была необходимость договориться об аудиенции у главы Дома гильдий. И если предыдущие визиты мы нанесли минуя нового секретаря, то сейчас нам все же пришлось обратиться к нему. Этот момент был для господина Элдия самым тяжелым. Даже улыбка, появившаяся на губах бывшего секретаря после визита к госпоже Фаоне померкла и стала больше похожа на оскал.

— Господин Элдий, — я осторожно тронула старика за руку, — я могу все сделать сама, вам не обязательно идти туда.

— Вот еще, — воинственно фыркнул он, — я не боюсь. Они у меня еще попляшут, я их вот где всех держу, — он сжал кулак и потряс им в воздухе.

Обижать старика не хотелось, и я сделала вид, что не заметила насколько наигранным вышло его бахвальство.

Новый секретарь Дома Гильдий оказался совсем молодым, но очень напыщенным и с огромным чувством собственной важности. Не знаю, каким был сам господин Элдий в молодости, но в старости он был гораздо любезнее с нищей девчонкой, чем новый секретарь с герцогиней Бокрей.

— Что вам нужно от Дома гильдий, ваша светлость? — спросил он после того, как господин Элдий представил меня, как герцогиню Бокрей. При этом он в нетерпении теребил листы документа, который заполнял в момент нашего прихода, а взгляд постоянно перебегал с предмета на предмет, словно показывая, что мы здесь совершенно не к месту.

— Ее светлость желает лично встретиться с главой Дома гильдий, господином Эрригом, — торжественно провозгласил господин Элдий, не дав мне даже рот открыть. Я величественно кивнула подтверждая сказанные слова. Вышло слишком высокомерно, но сейчас это было уместно.

— Господин Эрриг никого не принимет, — тут же отрезал мальчишка, сморщив нос и показывая, что в гробу видал глава Дома Гильдий такие визиты. — Но, — растянул он губы в неестественной улыбке, — в знак уважения к Высокому роду, он примет вас, как только у него будет возможность.

— Когда? — холодно произнесла я. При этом ни одна мышца на моем лице не дернулась, сохраняя выражение отстраненного спокойствия. — Назовите дату.

Новый секретарь тяжело вздохнул, снова полистал документы, лежавшие перед ним, как будто бы там был ответ на мой вопрос и нехотя произнес:

— Не раньше первой декады хмуреня, ваша светлость... господин Эрриг очень занят. Его величество неоднократно приглашал к себе главу Дома Гильдий. И, как вы понимаете, подготовка к таким визитам отнимает очень много времени. А ведь есть еще и Совет Дома... — и опять я уловила в его голосе некую досаду...

— Хорошо, — кивнула я, — меня устраивает. Мы обязательно будем. Предупредите господина Эррига, чтобы не опаздывал, — улыбнулась я и добавила с небольшой угрозой, — не думаю, что мой свекр, господин Первый советник, будет рад, если господин Эрриг будет столь пренебрежителен к его роду...

Мальчишка слегка побледнел, но кивнул. Кажется, до него дошло, кого он пытался поставить на место. Я улыбнулась. То ли у парня с памятью плохо, то ли он получил недвусмысленные распоряжения от господина Эррига по поводу бывшего секретаря.

И господин Элдий был со мной согласен:

— Мерзавец! — выплюнул он, когда мы покинули Дом гильдий и сели в карету, ожидавшую нас у дороги. — Какой же мерзавец!

— Вы о ком? — сделала я вид, что не поняла.

— Об Эрриге, конечно! — воскликнул старик, — о ком же еще?!

— Господин Элдий, — улыбнулась я, — а вы так и не рассказали мне, почему ушли с должности секретаря? Вам ведь нравилась эта работа...

— Нравилась, — буркнул он. Тяжело вздохнул и ответил, — а ушел я потому, что этот мерзавец потребовал мою внучку в жены. Представляете?! — Это предложение на самом деле возмутило господина Элдия. Даже сейчас, рассказывая мне о делах почти двухлетней давности, он не смог сдержать эмоций. — Да он чуть младше меня! Как я мог так поступить с своей Аддией?! А он заявил, что я ему обещал. А я обещал дочь, а не внучку! И не сейчас, а сорок лет назад, когда он был молод. Но тогда он сам предпочел дочь главы гильдии ткачей. А когда она померла от старости, притащился ко мне и говорит, мол, обещал — давай. Ну, я и дал. В глаз. А он меня выгнал!

Выпалив все на одном дыхании старик замолчал. Вероятно последняя фраза вырвалась у него непроизвольно, но я сделала вид, что не заметила. Какая разница, ушел он сам или выгнали его за нападение на главу Дома гильдий, все рано в этом споре я была на стороне господина Элдия.

Главу Дома гильдий, господина Эррига, я не однажды встречала в королевском замке. Он всегда держался с достоинством, не лебезил, не пресмыкался перед его величеством, говорил со знанием дела. Такие люди нравились моему отцу, и господина Эррига мой отец уважал, как профессионала. Я и сама не имела ничего против нынешнего главы, если бы не поймала его на нарушении указов короля о развитии ремесел. А личная неприязнь господина Элдия просто пришлась очень кстати.

— Кстати, — я вдруг вспомнила еще об одном деле, — господин Элдий, я совершенно случайно натолкнулась на странный листочек бумаги. Почему-то мне кажется, что он вас очень заинтересует... вот посмотрите...

Я достала из кармана тот самый огрызок, который вынесла из королевского замка вместе с рогом. Вчера из-за всей суматохи я совсем про него забыла и поэтому сегодня утром захватила с собой.

Господин Элдий, взяв листок, разгладил его и прищурился, пытаясь прочитать начертанные на нем каракули. В сумраке трясущейся по дорогам Среднего города карете это было не очень удобно, но, кажется, старик что-то смел прочесть и удивленно замер...

— Это же... — он запнулся и кинулся к окну. Дрожащей рукой отодвинул шторы и, придерживая их, прищурившись снова взглянул на незнакомые буквы и прошептал ошеломленно, — Боги... Ваша светлость, откуда это у вас?

— А что это? — ответила я вопросом на вопрос.

— Я не уверен, — взволнованно прошептал господин Элдий и тут же исправился, — нет, я абсолютно уверен, это обрывок листа из утерянной Книги Древних Богов. Вот смотрите, здесь написано, — он бросил штору и провел пальцем по строчке, — их было много. Никто не знает откуда Они пришли и куда исчезли. Но Их наследие будет жить незримо в крови потомков, пока не соберутся они снова вместе. Воин, Пророк, Воровка, Добряк, Писарь, Торговец, Лекарь, Кузнец, Пастух, Золотарь...

— Это же сказ о Древних Богах? — хмыкнула я. — Но откуда там золотарь? Я раньше не слышала, чтобы в сказании говорилось об уборщике нечистот... Хотя, если там был нищий...

Господин Элдий взглянул на меня снисходительно:

— Ваша светлость, в прежние времена золотарями называли не уборщиков нечистот, а ювелиров. А если вы имеете в виду Нюня, то он не нищий, он Добряк... А нищий он только потому, что люди бессовестно пользуются его добротой. Знаете, почему он просит каждый день по гринке? — улыбнулся господин Элдий. — На этот счет есть очень интересная легенда. Хотите расскажу?

— Хочу, — кивнула я. Раньше господин Элдий, то есть Хранитель, никогда не предлагал мне послушать те легенды, которые рассказывал Лушке и Анни. Наоборот, он всегда замолкал, если вдруг кто-то подходил к их кругу слишком близко. Да и дети никогда не делились тем, что он им рассказывал. А когда я спрашивала, мастерски уходили от ответа. — Но вы уже не успеете, мы почти приехали...

Господин Элдий улыбнулся:

— Успею, она очень короткая, но поучительная. Когда Древние Боги гуляли по нашему миру, в одной деревеньке они увидели человека, который спас умирающего от голода нищего, поделившись пищей, добытой в поте лица. Это так впечатлило Древних Богов, что они нарекли несчастного Добряком, вручили Рог Изобилия и повелели помогать всем, кто попросит о помощи. Только забыли предупредить, что ничего не появляется из ниоткуда. И если из Рога падает кусок хлеба, значит на чьем-то столе на один кусок хлеба становится меньше.

Я улыбнулась. А Боги хитры.

— Первым к нему пришел сосед, который случайно подслушал разговор с древними Богами, и попросил дать ему курицу взамен той, что ночью унесла лиса. Добряк, не долго думая, тряхнул подаренным Рогом, и оттуда выпала курица. Довольный сосед забрал птицу, а Добряк, пересчитав своих несушек, понял, что отдал ему свою. Все бы ничего, но на следующий день сосед снова пришел к Добряку и попросил вернуть корову, которая сдохла в прошлом году. Добряк пытался объяснить, что ему придется отдать свою корову, но сосед продолжал требовать корову взамен сдохшей. Добряк снова тряхнул рогом и остался без коровы. Аппетиты соседа росли, и он каждый день требовал все больше и больше. Несчастный Добряк пробовал игнорировать просьбы, но магия Древних Богов не позволяла ему не помогать страждущим, и бедолага очень быстро разорился, оставшись нищим. Он думал что на этом все закончится, но нет... Рог принялся делиться тем, что принадлежало его близким.

Карета дернулась и остановилась на воротах. Мы приехали домой, в усадьбу Алиса. Осталось всего пара минут до парадного входа, и господин Элдий закончил рассказ:

— Тогда Добряк покинул деревню и ушел странствовать, дав клятву, что его рот никогда не произнесет ни слова, чтобы никто из людей не узнал об артефакте, которым его одарили Древние Боги. И каждый день будет получать из Рога всего одну монету до тех пор, пока ему не встретиться человек, способный отдавать больше, чем просить.

— И что было потом? — улыбнулась я. Карета уже остановилась у крыльца и надо было выходить. Но я чувствовала, что рассказ еще не завершен...

— А вот это мы можем узнать только у Нюня, — рассмеялся господин Элдий. — Если, конечно, он захочет говорить...