Часть 29

Часы пробили полночь, но Лейле сегодня было не до сна. Взволнованно кусая губы, она ходила из угла в угол по номеру отеля, не понимая, что происходит.

Алекс не позвонил ей сегодня, ни разу. Не написал, не приехал — хотя вчера, уходя домой, обещал это сделать! Более того, когда она перешагнула через гордость и набрала ему первая, он не ответил, а потом и вовсе отключил телефон.

Лейла просто недоумевала, что же могло такого произойти, что он вдруг решил полностью её игнорировать. Он же был так нежен с ней вчера, признался в чувствах… Они так хорошо по прощались…

Может, это она во всём виновата и не стоило говорить ему о любви первой?! Вполне возможно, что его это оттолкнуло и отвернуло. Мужчины по натуре своей добытчики, а тут мало того, что она отдалась ему спустя всего несколько дней после знакомства, так ещё и о любви первая заговорила. Вот идиотка, взяла всё и испортила! Другого объяснения такому его поведению она не могла найти.

Днём ещё теплилась надежда, что, может, он занят похоронами Аманды, ну мало ли, не мог взять трубку, но и эта крошечная надежда растаяла к вечеру как дым, когда она нашла в интернете номер телефона семьи Райт и позвонила будто высказать соболезнование. Женщина, взявшая трубку, уставшим голосом поблагодарила за сочувствие и проронила, что все уже давно разошлись, но, если есть желание, Лейла может пойти завтра в церковь святого Серафима и поставить Аманде свечку. Выходит, уже вечером Алекс был свободен, но телефон он так и не включил… Стало быть, причина его холодности действительно кроется в ней самой, что-то она всё же сделала не так.

Лейле стало так больно и обидно, что как бы она не пыталась мужаться, но так и не смогла сдержать слёз. Сердце разрывалось от отчаяния, а ещё от того, что едва стоило ей влюбиться и довериться парню, как он её бросил. Бросил, потому что она была полной дурой! Круглой идиоткой! Считала, что читая статьи в модных журналах, научилась управлять мужчинами. Черта с два! Играючи — возможно, но когда в эту игру подключилось сердце, она потерпела полное разрушительное фиаско.

Если бы он только позвонил… Хотя бы просто сказал, что именно она сделала не так, чтобы она не нарезала круги по комнате сходя с ума и теряясь в догадках.

Когда мобильный телефон разразился мелодичной третью, Лейла тут же схватила аппарат, ожидая увидеть на дисплее номер Алекса, а увидев его, едва не закричала от счастья и, одновременно, злости, что он заставил её столько времени мучиться в неведении!

Сдерживая бурлящие эмоции, Лейла приняла вызов и затаила дыхание, слушая на том конце его холодный чужой голос:

— Лейла, это я. Прости, что звоню так поздно. Ты не спишь?

— Нет ещё.

— Я у твоей двери. Открывай.

* * *

— Привет, — открыв дверь, Лейла посторонилась, пропуская позднего гостя. Не ответив на приветствие, Алекс вошёл в номер и, подойдя к раскрытой двери балкона, сложил руки на груди, будто любуясь ночным пейзажем.

То, что что-то произошло стало ясно без каких-либо слов. Его поза, каменное выражение лица, плотно сжатые губы говорили сами за себя. Лейла закрыла дверь и осталась стоять у входа, словно именно она здесь нежданная гостья. Замялась, не зная, как себя лучше повести, что спросить. Сделать вид, будто не замечает его угрюмости и вести себя как обычно или прямо поинтересоваться, что именно произошло, почему он пропал, не отвечал на звонки и сейчас стоит словно истукан…

Твёрдые плечи под натянутой тканью футболки так и манили к себе прикоснуться, ей так хотелось обнять его, прижаться к спине, втянуть чарующий аромат волос… Он всё-таки здесь, разве не это самое важное?

— Я… звонила тебе сегодня, несколько раз. Ты… не брал трубку. Наверное, ты был сильно занят, извини, что отвлекала…

Он продолжал молчать и напряжение звенящей струной вибрировало в воздухе. Нет, так дальше не может продолжаться!

Лейла неслышно подошла сзади, робко протянула руку и вздрогнула, когда он резко обернулся:

— Твою сестру зовут Ева?

— Что?..

— Так как её зовут?

— Да, Ева… Но какое это имеет…

— Чч-ё-ёрт! — прорычал он и нервно переметнулся в другую часть комнаты. Опустив ладони в карманы джинсов, прошёл взад-вперёд от ванной до входной двери, взъерошил рассыпанные по плечам волосы. — Чёрт! Чёрт! — яростно пнув пуф, через мгновение взял-таки себя в руки: приземлившись на край кровати, сцепил пальцы в плотный замок и уставился куда-то себе под ноги.

Лейла в ужасе наблюдала за его поведением, теряясь в догадках, что же такого произошло, что могло настолько его разозлить. Допустим, он встретил того Аарона и тот рассказал, что видел её в машине его отца. Могло это его так взбесить?

Могло, и это было всё объяснило. Но при чём тут Ева?

Собрав волю в кулак, Лейла присела рядом и, сминая пальцами атласный пояс халата, тоже принялась изучать узор напольного ковра.

— Алекс, я не знаю, что именно произошло, почему ты сейчас такой, но мне кажется…

— Скажи мне только одно — за что ты так со мной? — перебил он, уставившись на неё потемневшими глазами. — Я реально тебе поверил, как последний кретин, а на деле оказалось, что я всего лишь часть продуманного плана. Твоего и твоей сестры. Как можно быть настолько прогнившей изнутри, чтобы манипулировать чувствами из-за бабок? Ты признавалась мне в любви, ты со мной спала!

Лейла в изумлении округлила глаза, и в голове крутилась только одна мысль: откуда он это узнал.

— Вот только не надо разыгрывать сейчас удивление, я уже убедился в твоих блестящих актёрских данных, больше я на это не куплюсь.

— Алекс…

— И не смей мне сейчас врать! Не смей выкручиваться и придумывать нелепые оправдания. Я всё знаю. Вернулся вчера забрать забытые в ванной часы и услышал твой разговор с сестрой.

— Ты подслушивал под дверью? — ужаснулась Лейла, осознавая, что это конец.

— Услышал своё имя, стало интересно. Знакомо, правда? — язвительно спросил он, припомнив её недавний грешок у мастерской.

Поднявшись, снова сделал по комнате нервный круг, после чего остановился, и, пододвинув незаслуженно избитый пуф, сел напротив, с горечью заглядывая ей в глаза:

— Я всё понимаю, мой отец — тот ещё засранец, и вполне поверю, что когда-то он кинул твою сестру на деньги — с него станется. Но я этого не знал! Как и не знал о том, что во всём этом была замешана моя мать, — покачав головой, горько усмехнулся. — Коварные планы, украденные деньги, шантаж — я не участвовал во всём этом дерьме, так какого чёрта ты решила моими руками вершить правосудие?!

— Постой, — встрепенулась Лейла, — мы не говорили вчера с Евой о том, что твоя мать тоже была замешана, так откуда тебе это известно?

— Сегодня я услышал разговор родителей под окном их спальни. Да, снова случайно. Дурной пример заразителен.

Лейла подалась вперёд и вцепилась в его ладони, как утопающий за спасительную соломинку:

— Алекс, пожалуйста, дай мне всё объяснить! То, что я говорила о тебе Еве — это не правда! Вернее, частично правда, но в целом я ей врала, чтобы успокоить, чтобы она не вмешивалась в мои планы!

— Прекрати вешать мне лапшу! — взвился Алекс, скинув её руки. — Я больше не верю ни единому твоему слову! Я уже понял, что вся ты — это сплошная фальш, абсолютно всё было спланировано, чтобы склеить идиота меня и использовать в своих целях. Соблазнить, влюбить, а потом вить из меня верёвки. Кстати, поздравляю, с первыми пунктами ты справилась на отлично, а вот с последним вышла неувязочка.

— Нет! Нет! Прошу тебя! Ты всё неправильно понял! Вернее… О, Боже! — теперь пришла очередь Лейлы ходить по комнате как заведённой. — Я не знаю, что именно ты слышал от своих родителей, могу только догадываться, но о своём разговоре с Евой могу сказать только то, что ты точно торопишься с выводами. Если ты дашь мне возможность всё спокойно объяснить, я расскажу тебе всё, от начала и до конца! Да, мы приехали сюда с сестрой чтобы забрать когда-то украденные твоим отцом деньги, да, у нас был разработан план, но клянусь тебе, я не собиралась тебя использовать! Тебя вообще в нашем плане не было, я просто встретила тебя и влюбилась, я тебе не врала! Я призналась тебе в чувствах совершенно искренне, я подарила тебе свою девственность, разве это не лучшее доказательство того, что я не вру?

— Прости, что своим появлением спутал ваши карты, — холодно бросил он, играя напряжёнными желваками. — Секс с тобой… я точно его не забуду, но тот факт, что ты даже решилась пожертвовать невинностью лишь бы достичь меркантильных целей… Это же… Это же, блин, мерзко!

— Да не собиралась я использовать тебя!

— Я слышал всё собственными ушами! Прекрати считать меня олухом!

— Какой же ты непробиваемый болван! Почему, почему ты не хочешь мне поверить? Почему не хочешь выслушать? Почему?! — Лейла пересекла комнату и яростно замолотила кулачками по его груди, глотая слёзы обиды.

— Потому что ты завралась. А я терпеть не могу лгунов, — он перехватил её руки и понизил тон. От его спокойной холодности из-под ног медленно поплыла почва: — Хватит, Лейла, всё, спектакль окончен.

Когда он отпустил её ладони и целенаправленно пошёл на выход, Лейла решила, что всё, сейчас он уйдёт и она больше никогда его не увидит. Но он не ушёл, лишь поднял сброшенный у двери чёрный рюкзак и, поставив тот на кровать, рывком расстегнул «молнию».

— Ты что делаешь? — непонимающе уставилась на его манипуляцию Лейла и ахнула, когда из рюкзака на покрывало посыпались тугие пачки банкнот. — Что… что это такое?

— Деньги, которые мой отец украл у твоей сестры. Я не знаю, сколько именно там было, но, надеюсь, этого хватит, — бесцветным тоном проронил он и натянул на плечи лямки опустевшего рюкзака.

— Алекс… но… но где ты их взял? — всё ещё не отойдя от шока, пролепетала Лейла, разглядывая гору денег. Столько она никогда в своей жизни не видела.

— Не волнуйся, я никого не обокрал, просто забрал из сейфа отца то, что ему не принадлежит. Код — номер его любимой тачки, проще некуда.

— Боже… ты сделал это ради меня? — Лейла подняла на него полные удивления глаза и наткнулась на ледяную стену презрения:

— Нет, я сделал это ради себя. Прощай, Лейла. — резко развернувшись, парень не оборачиваясь пошёл на выход. Теперь уже точно, чтобы навсегда уйти.

Лейла обессиленно опустилась на край кровати и долго смотрела на гору банкнот. Море возможностей, безбедная жизнь — но ей было тошно только от одного их вида. Из-за этих мерзких денег она словно извалялась в грязи. Переступила через себя, предала человека, которого полюбила. Доброго чистого человека, который точно не заслуживает подобного к себе отношения.

Возникло непреодолимое желание бросить доллары в ванну, чиркнуть зажигалкой и спалить всё к чертям; или швырнуть бело-зелёным конфетти с балкона, на радость местным жителям; или попросту спустить по одной в унитаз.

Но вместо этого Лейла обессиленно рухнула на кровать и горько заплакала.