Глава 37

Кирилл

Гнался за машиной такси до поворота. Водитель набрал скорость и умчался. В спину сигналили. Объезжая мимо, выкрикивали брань. Но я словно прирос к земле и всматривался вдаль, провожая разбитый вдребезги последний шанс, который упустил лишь по своей вине.

Мелисса не простит. Не поймет. А что здесь понимать?

Спор для развлечения придурков. Мои амбиции и напускная крутость для друзей. Сюда же рвение к победе любой ценой. Еще чего-то не хватает. Да, вспомнил! Привычка обходить углы во избежание проблем. По поиску легких путей я точно мастер.

Во-от. Так выглядит правило жизни везунчика. Для всех свой, классный дружбан, добрый и обаятельный, со мной весело и легко. Мог бы себя похвалить, как обычно, в этом я тоже знаю толк. Мог бы… но после разочарования в самых любимых глазах… я себя ненавижу.

Все на что хватило ради моей девочки — побороть амбиции и уступить победу. Но никуда не делась привычная стратегия ухода от проблем. Ну вот, проблемы признаться больше нет. Появилась другая. Меня теперь тоже нет без нее.

— Он здесь еще! Вытягивай быстрей!

— Кир, мы думали ты уехал.

Друзья вытолкнули на обочину. Завалили с двух сторон вопросами, все связано с Мелиссой. Пожалел, что остался стоять, мне совсем не хотелось общаться.

Сейчас друзья напоминали мне больше всего самую темную сторону спора. В той, где я видел только «ставку».

— Идите в клуб. Я домой, — попробовал избавиться от них.

— Ага, домой он. Ты себя видел? — пристал Алекс, преграждая путь.

— И в клуб нас отправлять не надо, — покосился на мигающую вывеску Марк, — Нам вообще лучше двум фуриям из троицы пока на глаза не попадаться. Перед тем как прогнали от себя, высказали все, что думают о нас и споре. Безжалостные свиньи — это самое мягкое из остальных ругательств.

Немного даже позавидовал. Лучше б меня наедине Мелисса также обозвала, и как угодно, знаю, заслужил. Но я и этого лишился, когда попал в ловушку. Сколько раз я придумывал ловушки для нее. Сегодня попал в ловушку сам. В такую, из которой не выбраться.

— Считаете, что девочки не правы?

Под сомнения поставил не подруг Мелиссы. Если друзья не поняли, то я уйду один.

— Думаешь, я совсем кретин? — расстроенно произнес Алекс, — После признания Мелиссы и твоего убитого вида, так и продолжаю считать наш спор удачной затеей? Мне вообще уже пофиг, кто победил. Сильно жалею, что спорили.

— В этот раз мы точно перегнули, — согласился и Марк, — Кир, ну я бы хотел вернуть время назад. Послать нахрен Фила с проверками, и нас заодно, что поддержали. Больше в жизни ни во что подобное не ввяжусь. Только вряд ли тебе от наших обещаний сразу станет легче.

— Без моей девушки не станет, — только и выдавил из себя.

Марк прав. Сожалеть в прошедшем времени — не значит удалить ошибки. Для Мелиссы так и останусь последним уродом, обманом, втершимся в доверие.

Далеко мы не ушли. Через два здания от клуба друзья затянули в бар.

— Кир, надо думать, что делать дальше, — Марк вернулся к нашей теме, как только заняли места возле стойки.

— Попробуй извиниться. Ну а потом… ее забыть, — Алекс не верил, что Мелисса простит.

— Пробовать буду, — единственное, в чем не сомневался, — А забывать не хочу. Вы, когда поймете, что встретили свою… свою, — описать словами даже сложно, — Любимую или половинку. Так часто называют. Скажу, по-своему, как еще чувствую. Хочу заглядывать наперед и видеть себя только с ней, со своей маленькой беляночкой. О каком забывании может идти речь?

В конце сорвался, повысив голос. Марк поторопил бармена. И скорей поставил передо мной пузатый бокал. В молчании выпили по первому кругу.

И меня перемкнуло.

— Нет, я так не могу. Срочно нужно поехать к ней. Проверить хотя бы, что домой нормально добралась. Таксистам не доверяю.

Подхватился уже бежать, Алекс еле успел догнать.

— Добралась или нет по телефону поймешь. Время позднее, и вряд ли тебя там ждут не дождутся.

Тоже верно. Пусть считает меня кем угодно. Такой и есть. Отстать не смогу. На набережной не смог, а сейчас и подавно.

Шум посетителей бара нам вообще побоку. Замираем над важным моментом. Насколько далеко меня послали.

Нажимаю на номер, подписанный «Белянка». Надо будет потом изменить на Беляночка. Позор мой в том, что раньше она долго записана была как «Ставка».

— Сбросила вызов. Как чувствовал…

Сжал с силой до треска корпус телефона.

— Не раздави, там сообщение пришло, — ткнул пальцем в экран Алекс.

Отвернул от друзей телефон и прочел:

«Больше ответить не смогу. Забудь мой номер, не карауль под подъездом и домой не приходи. Иначе придется объяснить родителям, отчего тебя не впускаю».

Так и произошло. Ответить Мелисса больше не смогла. А я звонил, писал, писал. Просил прощения, клялся, что все осознал. Ничто никуда не отправилось.

— Ну все. Теперь я в черном списке, — поделился, что послали далеко, — Звонить и писать — смысла нет. Домой к себе не пустит. В приюте животных тоже не откроет. Ждать до универа несколько дней я свихнусь.

— Не забывай, что в универе Мелиссу прикроют подружки. Много тебе удалось в начале спора ее на учебе достать? — еще один вариант не слишком вселял надежду. Марк напомнил о моих обломах.

Помимо поиска путей для встречи, нам не давал покоя еще тот, кто сдал. Договорились выяснить имя предателя, во что бы то ни стало. Если настолько жаждал справедливости, почему ко мне не подошел? Вылил грязь за спиной. И похоже на месть. В этом нужно скорее разобраться.

После четвертого бокала я сгорал от бездействия. Уже почти весь бар хотел помочь. Бармен смахнул слезу от истории моей любви. Чуйка страдала, знала, как тяжело и плохо моей девочке. Хоть бы немножко удалось с ней объясниться. Прошлые методы использовать нельзя. Любое давление будет только хуже.

Нужно что-то новое. А что?

— Кир, ты это… если надо говор-ри, — у Алекса уже заплетался язык, но он готов был прямо сейчас возвращать мне Мелиссу. На словах, разумеется.

— Придумал! Стань Бэтменом и прилети к ней, раз прийти нельзя, — Марка понесло фантазировать с размахом. Пятый бокал для него стал лишним.

— Надо будет стану. Ради беляночки смогу!

Бармен и мужики рядом за стойкой меня поддержали.

Дома бессильно упал на кровать, представляя, как прилечу к своей любимой и все-все скажу, о чем раньше не смог. Вот дебил.

С утра вспомнил обо всем. И понял, чем раньше начну возвращать Мелиссу, тем лучше. Прошлых ошибок никогда не совершу, лишь бы только простила.

— Марк, помнишь мы хотели к Мелиссе отправить меня Бэтменом? — первым делом набрал друга по телефону.

— Офигел? Семь утра и суббота! Пить меньше надо, — бросил трубку.

Ну и как вам?

Сам предложил, а пить меньше мне.

Напоминание о субботе остро кольнуло, сегодня Мелисса хотела прийти ко мне в первый раз в гости. Два дня назад еще собиралась. А теперь я в черном списке.

Позвонил второй раз.

— Ну хватит спать. Вы с Алексом сами на помощь напрашивались.

— Так, а я что? Отказываюсь? — Марк ответил уже без крика, понял, что не отстану, — Сейчас свою волшебную палочку начищу и превращу тебя в Бэтмена или Человека-паука. Сам выбирай, короче.

Так бы и сразу. Другой разговор.

— Палочку себя оставь, пригодится, — поржал, представляя зачем, — Своего отца лучше попроси. Передай вопрос жизни решается.

Марк не сразу въехал. Многого не обещал, но все что в его силах сделать постарается. Связался потом с Алексом. Реакция примерно та же. Правда, потом попросился стать Невидимкой, чтобы за Дашей проследить.

Ну не мог я не попробовать свой шанс. Если сразу не простит, то хоть увижу, как она. Не могла ведь так быстро забыть, разлюбить и полностью стать равнодушной?

Днем мой план по возвращению любимой откладывался. Мелисса на работе. Заставил себя поехать на тренировку брейк-данса, пока совсем не чокнулся от угрызений совести. Еле дождался времени, в которое Мелисса точно вернется домой. Проследил с тяжелым сердцем как входит с Ваней в подъезд. Подмывало подбежать, схватить на руки, заставить выслушать. Нет, решил ведь не повторяться с прошлыми атаками и сдержался.

Через квартал от дома Мелиссы встретился с друзьями и способом увидеться, не нарушая требований в последнем сообщении.

— Главное, не перепутай, Кир. А то постучишься к какой-нибудь мадам, а там муж за любовника примет, — перед подъемом предостерег Алекс, нашел чем пугать. Перепутать мне точно не грозит.

— А если кинет чем-то тяжелым от злости — зови нас, чтобы поймать успели, — расставил руки Марк, показывая заранее куда мне падать.

— Лучше б нормальное что-то пожелали, — отмахнулся от таких советов, и так на пределе, они еще нервируют.

Друзья перед стартом отбросили шутки.

— Желаем тебе выйти через дверь.

— Можешь и не выходить, лишь бы впустила.

Вот такие пожелания мне понравились. Эх-х, сомневаюсь, что мне так повезет.

Высчитал нужное окно.

Забрался в кабинку.

И… тронулся по сигналу водителя автовышки.

Отец Марка потом мне еще перезванивал. Думал мы снова затеяли соседей разыгрывать. Он владелец строительной компании, и свободными автовышки редко стоят без дела. Сегодня повезло, неподалеку обновляли фасад дома.

Считаю этажи. В окна вылезли соседи белянки снизу. Самые любопытные выскочили во двор, и знакомые бабки в числе первых.

Третий. Четвертый. И вот он, пятый. С горшочком фиалки встречает.

— Окно хоть не выбей, — снизу подсказали умники.

Постучал по стеклу. Тишина.

Попробовал почирикать. Затем покаркать. Мелисса любит животных. Кормушка с просом свисает в доказательство.

Наверное, думает птицы прилетели поесть.

Нет. Надо кого-то посерьезнее к ней привести.

Ну гавкать точно отпадает. В летающих собак вряд ли поверит.

Стучу сильнее и ору на весь двор:

— Ку-ка-ре-кууу!!! Мелис-су зов-ву!!! Выгляни, мое солнце!

Занавеска дернулась.

Солнце появилось с бородой.

— Здравствуйте, Дмитрий Викторович!

Папа Мелиссы потер глаза. Открыл. А я все еще здесь, с букетом цветов за окном качаюсь.

Все-таки защитный пояс мне пригодился. От неожиданности появления не белянки, дернулся, и подножка болталась ходуном. Так и прилетай в квартиру, в мечтах, все еще моей девушки. Сходу перед отцом спалился. И не зря как оказалось. Он хотя бы окно открыл и дочь позвал.

— Ты… ты в своем уме? Думала папа пошутил.

Мелисса залетела в свою спальню, в шоке округлив глаза.

— О том, что в окно нельзя прилетать ты не писала.

Телефон с собой, могу показать.

Подошла ближе, и я заметил, покрасневшие веки, плакала. Выглянула проверить на чем стою, дотронулась до пояса на сцепке с бортиком кабинки, проверяя мою безопасность. Злится и все же беспокоится. Отметил как добрый знак. Но протянутые цветы не взяла и внутрь не звала. Нас продолжал разделять подоконник с фиалкой.

Совсем короткая растерянность, в которой промелькнуло волнение обо мне, быстро закончилось. На смену пришла резкость и последствия обиды.

— Кирилл, зачем ты снова меня преследуешь? У вас условия в споре дольше встречаться? Что еще я тебе должна, чтоб оставил в покое?

— Беляночка, — поймал угрожающий взгляд, и осекся. Назвать как просила «ставкой» не смогу. — Мне не нужен никакой спор. Ты давно значишь для меня намного больше. И все, что говорил о чувствах правда.

Ветер поднялся, и я закачался еще больше, хватаясь за горшок с фиалкой одной рукой.

— Когда говорил? — не дрогнула она, — Когда в универе бегал за мной и осыпал комплиментами или на свиданиях повторял тоже самое? Как я должна понять, где нужна для развлечения и обсудить с друзьями, а где вдруг стала интересна просто так?

— В начале наших тайных отношений ты перестала быть для меня ставкой. Потом все по-другому началось…

— Я знаю почему, — перебила, даже не пытаясь выслушать. — Ты понял, что победа почти в кармане и выжидал, когда объявишь друзьям. Наигрались, посмеялись надо мной и хватит. Даже сейчас ты шоу для развлечения устроил, друзей порадовать и зрителей собрал, — указала вниз рукой на соседей-наблюдателей. — Для них и старайся. А я не верю, что ты изменишься. Вообще тебе больше не верю.

Дверь открылась и вернулся ее отец с проверкой.

— Мелисса, почему ты до сих пор держишь Кирилла за окном?

Отец моей белянки, мужчина строгий, и то сжалился.

Но не она. Добрая ко всем зверям, меня не пожалела.

— Кирилл уже улетает в самые далекие края, — ответила отцу.

И резко захлопнула перед носом окно, еле отскочить успел, и на ногах удержаться. Спасибо брейку, хоть научился сохранять равновесие в любых положениях.

Вниз я спустился в одной руке с букетом, а во второй — с фиалкой. Случайно вышло, пальцы разжать не успел. Теперь еще в краже цветка обвинит. Лажа со всех сторон.

— Во как! Внутрь не пустили, зато подарок получил, — махнул на горшок Алекс.

— Хоть немного оттаяла? — задрал голову Марк, повторяя за мной наблюдение движения занавески.

— Между тем как послала и чуть окном не прибила — горько всхлипнула. Мелиссе тяжело без меня. А мне без нее. (3303c)

Сегодня полет не помог добиться прощения. Но я увидел все и даже больше. Любит меня. Злится, но любит. Достучаться после обмана с правдой будет трудно. Это я тоже понял. В моем дерьмовом положении помочь могут два преимущества:

В отличие от прошлых завоеваний ради спора, я знаю о Мелиссе почти все.

Мной движет желание вернуть любимую девушку.