Глава 3

– Тогда что вас интересует? ― Карина смотрела на мужчину, а все не могла отвести взгляд от Степана.

Неужели он действительно мой брат?

– Валерия. Меня интересует именно она.

Я резко перевела взгляд на Демида, который в этот момент смотрел на меня.

– Что ты ответишь мне? Остаешься, или?

Снова взгляд на Степана.

– Остаюсь.

– Лера!

– Я не могу уйти, Карин. Что если это правда?

– Я не обижу твою подругу. Это я могу тебе гарантировать, ― обратился он к Карине.

– Почему я должна вам доверять?

– Не должна. Но я знаю кто твой отец, а он знает меня. Можешь спросить у него.

Я была в шоке со всеми что происходило. Сначала меня предал жених. Нет, не так! Он меня проиграл! Потом новость о брате, которого у меня никогда не было. А теперь что, дядя Юра знаком с этим бандитом?

У меня голова кругом от новостей.

– Верните телефон, сейчас ему позвоню и спрошу.

Демид кивнул и достал из кармана свой телефон.

– Тимур, женскую сумочку принеси.

Через минуту в комнату зашел амбал с женской сумочкой.

Оригинально.

– Не мне. Карине, ― кивнул Демид, и Тимур передал сумочку моей подруге.

Карина достала телефон и сразу же принялась набирать номер отца.

– Как ваша фамилия?

– Огнев.

Я сглотнула.

Карина посмотрела на меня и немного расслабилась, услышав голос родителя.

– Пап, привет. Прости, если отвлекаю, я на минутку. Угу. Да, да, пап. Послушай, пожалуйста. А ты знаешь Демида Огнева? Да? Нет, пап, это не мой ухажер. Еще не хватало. Потом расскажу. А ему можно доверять? Языком не ляпает что попало?

Я вспыхнула и посмотрела на мужчину.

– Поняла. Ладно. Хорошо. Заеду. Не волнуйся. Пока.

Она сбросила вызов.

– Ну что?

– Я у него еще узнаю откуда такие хорошие отзывы о вас. Лер, ― она подошла ко мне и взяла за руку, ― я удивлена, но папа ручается за этого… Огнева.

– Хоть что‐то хорошее.

– Я тебя не брошу, Лер. Ты же знаешь?

Я кивнула.

– Знаю, подруга. Спасибо тебе.

Она обняла меня и негромко прошептала.

– Мы с папой тебя вытащим.

– Люблю тебя, Карин.

– И я тебя люблю.

– Отвезите меня туда, откуда взяли, ― приказным тоном произнесла Карина, бросая взгляд на Тимура, а потом обернулась к Огневу, ― если хоть один волос упадет с моей подруги, я клянусь, что вы об этом пожалеете.

Карина достала мой мобильный и протянула его мне, но Демид вовремя перехватил телефон.

– Она свяжется с тобой через меня. Всего доброго.

– Береги себя, Лер.

Она вышла, и Тимур вместе с ней.

Мне стало одиноко и страшно.

– Нам нужно поговорить, Лера. А потом мы все вместе пообедаем.

– А Степа? Он здесь останется?

– Да. У нас будет взрослый разговор. Пойдем.

Я вздохнула и неуверенно посмотрела на парня.

Демид вышел из комнаты, а я подошла к Степе и взяла его за руку.

– Я тебя не брошу. Верь мне.

– Обещаешь?

– Да. Обещаю.

Я обняла его и поняла, что парню не хватает родного человека, потому что он порывисто обнял меня в ответ. И почувствовала, как он дрожит и нервно дышит.

– Все будет хорошо, ― улыбнулась ему, сама не зная, что меня ждет.

Постояв с ним в обнимку около минуты, я нехотя отпустила парня. Посмотрела в глаза и вышла из комнаты.

Демид потянулся к двери, но я неожиданно для себя перехватила его за руку.

Мужчина посмотрел мне в глаза, и я заметила, как расширились его зрачки. Одернула руку.

– Не запирайте его. Он не уйдет.

Огнев ничего не ответил. Убрал ручку с двери и пошел в сторону кабинета. Я заглянула в комнату и улыбнулась мальчику, когда увидела его ответную улыбку.

Прошла в кабинет вместе с Демидом. Он предложил присесть мне на диван, и я только сейчас поняла, что забыла в комнате свои босоножки. К черту их. Сейчас не это важно.

– Что вы от меня хотите?

– Скажу сразу, чтобы ты не думала, что я подставил твоего жениха. Он сам тебя проиграл. А когда я увидел твое фото, понял, что не имею права отказаться. Немного ранее я видел тебя в ресторане с подругой. И уже тогда решил, что хочу тебя.

Я вспыхнула от прямолинейности, но была благодарна за честность.

– И я так удачно подвернулась?

– Не буду лгать, так и есть. Я не виноват, что твой придурок Костя не умеет играть, и готов поставить на кон свою женщину. Он конченый, все что я могу тебе сказать о нем. Такими женщинами, как ты не разбрасываются. Да и в принципе это низкий поступок.

– Низкий? ― удивленно произнесла я, руками упираясь в диван по обе стороны бедер. ― Это подло и жестоко!

– Согласен.

– Я живой человек, а меня разыграли, как ненужную вещь.

– Ты не ненужная. Для меня.

Я устало вздохнула и обхватила руками голову.

– Тебе плохо? Голова болит?

Я подняла голову и посмотрела в его глаза.

– Мне плохо. Меня предали, продали, меня уничтожили. Есть еще вопросы?

– Никто тебя не уничтожил. И пальцем никто не тронет.

– Кроме тебя? ― перешла на «ты».

– Я тоже не собираюсь тебя трогать. Пока что.

– Многообещающе. Зачем я вам?

Демид поднялся из кресла и пройдя по кабинету, присел рядом со мной на корточки. Я подалась корпусом назад.

– Я не знаю. Но я залип на тебе.

Я в шоке уставила на мужчину, которого узнала полчаса назад. И который пытается сейчас перевернуть мой мир с ног на голову. Или уже перевернул?

Я сглотнула вязкий ком в горле и поморгав часто‐часто, попыталась прокрутить в голове его слова. Что он сделал? Залип? И что это значит?

Или нет, я понимаю, просто не хочу принимать этот факт?

– Ты залип на мне? Хочешь сказать, что влюбился?

– Я не знаю, как это назвать. Возможно ли влюбиться во внешность? Но то, что я хочу тебя, это факт. Из головы моей не выходишь.

Он руками коснулся моих колен, и я резко схватилась за его запястья, убирая их и желая подняться с дивана. Но у меня не было возможности. Встань я, тут же окажусь в его руках.

– Не трогай меня, пожалуйста. Ты что думаешь, забрал меня силой, рассказал о своей похоти, и я растаю?

– Нет, я этого и не ждал. Но прошу дать мне шанс.

– О каком шансе ты говоришь? Я тебя не знаю. Ты для меня чужой. Бандит, который похищает людей. Степа, который вроде как мне брат, но я об этом не знаю, потом я. И то, что отец Карины знает тебе и доверяет, не дает тебе плюсы в моих глазах. Ты меня выиграл как товар!

Я толкнула его в плечи, отчего Демид повалился назад, а я, воспользовавшись моментом, сорвалась с дивана, но не успела сделать и шагу, как он перехватил меня за бедра. Я вскрикнула и повалилась на диван. Мужчина навис сверху, прижал меня своим огромным телом, и я не могла даже пошевелиться под его весом.

– Пусти меня.

– Не пущу, пока не успокоишься.

Левая рука легла мне на бедро, правая коснулась лица, но я дернула головой не желая, чтобы он прикасался ко мне.

Кое‐как вытащила руку, зажатую между нашими телами, и попыталась отодвинуть его за плечо. Но бесполезно. Он слишком тяжелый. Килограмм сто, не меньше.

– Пусти! ― продолжала сопротивляться, и вырываться, но куда мне с ним бороться.

– Обещай, что успокоишься и не будешь пытаться сбежать. Обещай.

– Отпусти, сволочь!

Я кое‐как дотянулась до стеклянной пепельницы, и дрожащими пальцами схватив ее, размахнулась, пока Демид отвлекся и ударила его по голове.

– Чееерт, зараза мелкая! ― прорычал он, а я зажмурилась, боясь, что он сейчас меня ударит, разжала пальцы и стекло посыпалось на пол.

Пискнула от боли и поняла, что с меня слезли. Стало легче дышать.

Распахнула глаза и увидела, как Демид морщится, трогая место удара. На его пальцах была кровь.

Я резко села и обнаружила что моя рука тоже в крови.

Ему было больно, но мне не стыдно. Только страшно.

– Вот же зараза, ― снова повторил он и перевел взгляд на мою руку, ― и кому хуже сделала? Быстро в ванную? Рану промыть!

А я не знаю зачем, поднялась и подошла к нему, смотря на место удара. Там была кровь.

– Больно?

Я не жалела, мне не стыдно.

Не стыдно.

– Жить буду. А ты будешь меня лечить теперь. Живо в ванную, ― рукой указал на дверь в кабинете.

Не знаю зачем, но я послушалась и пошла промывать рану.

Зашла в ванную и застыла, глядя на руку.

И вправду, кому хуже сделала?

Открыла кран с холодной водой и подставила руку, морщась от боли и кусая губу.

Демид зашел следом и включив в душевой кабинет воду, подставил голову и зарычал.

Мне не стыдно.

Черт! Но почему так больно от того, что больно ему?

Да потому что я не привыкла причинять вред людям. Тем более бить!

– Давай помогу, ― неожиданно произнесла я, выключая воду и подходя к мужчине.

Сорвала с крючка полотенце и когда он выключил воду, я зачем‐то промокнула его волосы. Мне бы бежать, пока он не в лучшем состоянии, но я понимала, что на территории дома и двора его люди, которые остановят меня. Да еще и запрут в той серой комнате.

Демид выпрямился и посмотрел на меня с высока, продолжая удерживать мою руку вместе с полотенцем на ране.

Левая рука так и болела… даже пальцы согнуть не могла. Но взгляд мужчины отвлек меня от этой боли и мне на минуту показалось, что он сейчас залепит мне пощечину. И тогда я улечу в другой конец ванной комнаты.

– Ударишь? ―произнесла охрипшим голосом, отчего Демид нахмурился еще больше.

Он опустил наши руки, бросив взгляд на грязное полотенце. Откинул его и взял мою пораненную руку.

– Откуда в твоей головке такие дурацкие мысли? Ты себя видела? Представляешь, что с тобой будет, если я подниму на тебя руку? Я, конечно, в твоем понимании ублюдок, но женщин никогда не бил.

Я виновато опустила голову, но ему это не понравилось, и он поднял мое лицо за подбородок.

– Тебя что, бил мужик?

Я прикусила губу и здоровой рукой отбросила его руку.

– Не надо меня жалеть, понял?

– Пошли, рану надо обработать. Потом расскажешь кто этот мудак.

– Тебе тоже не помешает обработать рану.

Он потянул меня обратно в кабинет и хмыкнул.

– Тебе это зачем? Убить меня хотела, а теперь переживаешь?

– Я не переживаю. И убивать точно не хотела! Ты мог меня изнасиловать!

– Дура что ли? Я не трону тебя без твоего согласия.

Он неожиданно подхватил меня под попу и усадил на стол.

– Сиди, аптечку принесу.

Он вышел из кабинета, а я, воспользовавшись минуткой одиночества, прикрыла глаза и выдохнула.

Что вообще происходит? Я же могла убить его. И что тогда? Тюрьма?

Это еще с какой стороны посмотреть, где мне будет лучше. В тюрьме или здесь.

Демид вернулся быстро. Я открыла глаза и только сейчас поняла, как сильно устала.

Слишком много потрясений за один день.

Он включил настольную лампу и поднес мою руку ближе к свету. Поморщился и достал пинцет.

– Осколок в руке. Будем доставать.

– Это больно? ― испуганно прошептала я, и увидела на его лице улыбку.

– Бить значит, было не больно? Не бойся, я осторожно.

– А я не боюсь, ― гордо заявила, приподняв подбородок.

Демид замер взглядом на моих губах и встряхнул головой тут же поморщившись от боли.

Я прикусила губу, чувствуя себя виноватой.

– Не боится она. А ты страстная девочка. С тобой будет интересно.