Глава 21

Марина

Когда я увидела, что комната Данила пуста, сразу почувствовала недоброе. Так бывает: вроде бы ничего еще не случилось, а внутри уже все сжимается от страха, и хочется кричать, запустив пальцы в волосы. Я едва помнила, как искала телефон. Зато раздавшийся звонок, наверное, не забуду до конца жизни.

– Даня, ты где? – выпалила, едва увидев имя на экране.

– Марин… – Шум дождя перекрывал голос. – Забери меня, пожалуйста. Я немного в столб влетел, до дома далеко. Перекресток Шубинской и Ленина. Сможешь?

– Я сейчас буду!

Это все, что могла сказать. Говорит – значит жив. Хотя голос звучал очень глухо. Столб? Какой столб? На чем он вообще уехал? Ответ нашелся, когда мы прибежали в гараж. Данькиного «запретного» зеленого авто не было.

– Вот бестолочь! – сквозь зубы ругался Арс. – Кто звонил хоть?

– Он и звонил.

– Значит, живой. Это главное. Куда едем?

– На перекресток Шубинской и Ленина, если я правильно поняла.

Сама попыталась перенабрать Данила, но в телефоне неслись лишь длинные гудки. Арсений гнал так, что брызги летели в стороны. Кто-то сигналил вслед, а я мысленно посылала их к черту. Даня был важнее. Самим бы только никуда не влететь. Вот глупое дите! Как еще назовешь? Зачем было куда-то срываться самому? Я обняла себя руками. Зубы стучали, как от холода, а внутри разрастался ужас. Сразу вызвать скорую, прямо отсюда? Или полицию? Кого? А может, там и без меня справились… И снова набирала Даньку, чтобы слушать гудки, а потом телефон и вовсе отключился.

Зеленый автомобиль у столба заметила издалека и зажала рот руками, потому как капота у него просто не было. Выпрыгнула из машины раньше, чем Арсений затормозил, и побежала вперед.

– Даня! Данечка! – крикнула в ночной полумрак.

– Я здесь.

Данил сидел на обочине, скрытый остовом автомобиля. На первый взгляд – живой и здоровый. Только джинсы на коленке порвались, и на коже выступила кровь, но рана не выглядела глубокой.

– Где болит? – подлетела к нему, вцепилась, будто пытался от меня сбежать, но Данил меня почти не видел. Точнее, смотрел куда-то мимо меня. Его тело было ледяным, и я схватила его в охапку, прижимая к себе.

– Как ты, солнышко мое? – шептала в темную макушку.

– Нормально. Я тормозил, не успел.

Не успел он!

– Прости, я разбил машину. – Данил все-таки посмотрел на меня.

– Даня, какая машина? – Едва удерживалась, чтобы его не встряхнуть. – Ты что натворил? Ты куда ехал?

– К папе.

Он закрыл лицо руками. Я прижала его сильнее, гладила по голове, стараясь успокоить. Арс стоял рядом, бледный и серьезный, а я легонько поглаживала Данила по спине сквозь промокшую насквозь футболку.

– Ты что, родненький? – шептала ему. – Хороший мой, любимый, родной. Ежик мой колючий.

Целовала мокрые от дождя и слез щеки, стараясь не реветь сама. Арсений звонил куда-то. Я даже не спрашивала куда.

– Марин, отвези меня домой, – тихо попросил Данил.

– Хорошо. Сейчас, солнышко. Давай, поднимайся.

Он действительно не пострадал. Это чудо! Только прихрамывал слегка на левую ногу, которая и щеголяла разбитым коленом. Не иначе в рубашке родился. Я боялась и на минутку его отпустить. Сжимала холодную ладонь.

– Я вызвал эвакуатор, – сказал Сеня. – В больницу лучше сами поедем, тут недалеко.

– Не надо в больницу. – Даня мотнул головой.

– Надо. – Сеня был непреклонен. – Садитесь в машину, я сейчас.

Мы с Данькой забились на заднее сиденье. Я дотянулась и включила печку, чтобы немного согреть его. Укутала в свою куртку, осторожно обняла, стараясь успокоить. Он плакал тихо, почти неслышно. Только с шумом вырывалось дыхание из груди. А я не знала, кого благодарить, что все закончилось вот так. Не вынесла бы, если бы его потеряла.

– Прости, – просипел Данил.

– Все в порядке, миленький, ничего страшного. Прошу, больше так не делай, слышишь? Сказал бы мне, отвезла бы хоть на край света.

– Я думал, справлюсь.

– Глупый мой котенок. Родной, хороший. Золотко мое. Я так тебя люблю.

– И я тебя, Марин.

Улыбнулась сквозь слезы. От Даньки такое признание дорогого стоит. Ничего, все у нас будет в порядке. Надо только собраться с силами. А Сеня уже сел за руль.

– Отвезу вас и буду тут разбираться, – сказал он. – Потом за вами заеду.

– Как скажешь.

Теперь Арсений ехал куда осторожнее. По такой погоде не хватало еще нам куда-нибудь влететь. Я продолжала прижимать к себе Даньку. Тот опустил голову на плечо и затих. Немного успокоился, уже хорошо. До больницы действительно было рукой подать, и двадцать минут спустя Сеня уехал за нашими с Данилом документами, Даню увели на осмотр, а я сидела в приемной и медленно сходила с ума. Страх никуда не делся. Наоборот, будто стал сильнее, несмотря на то что для него почти не было причин, и когда врач пригласил меня в кабинет, я готова была сама лечь в больницу. Видно, накопилось слишком много стресса.

– Присаживайтесь, Марина Викторовна, – сказал седой доктор, и я села на кушетку рядом с Данилом. – Что я могу сказать? Вашему племяннику повезло, серьезных травм нет. Легкий ушиб левой ноги в вашем случае – это пустяк. Я напишу, какие делать компрессы, и пройдет быстро. Но лучше мы оставим Данила под присмотром до утра.

– Нет! – тут же взвился Даня. – Я домой поеду. Не буду тут ночевать.

– Дань, ты чего? – сжала его руку. – Я с тобой останусь.

– Нет, Марина. Не хочу. Я нормально себя чувствую.

Похоже, вот теперь у него начиналась истерика.

– Тише, – пожала ледяные пальцы. – Доктор, я лучше отвезу его домой. Под мою ответственность.

– Как скажете, Марина Викторовна. Дело, конечно, ваше. Тогда заполните все необходимые бумаги и можете ехать.

– Спасибо. Пойдем, Дань.

Данил будто был со мной – и не со мной. Ничего, выспится – станет легче. Документы подписывала, как в полудреме. И если бы не Арсений, не нашла бы, где стоит наш автомобиль. Но Сеня успел позаботиться обо всем, и я была благодарна ему, как никогда. Еще полчаса езды – и мы оказались дома.

Стоило открыть дверь, как на нас налетел ураган по имени «дети». Ане, конечно, ничего не сказали, зато Юля и Марк повисли на старшем брате.

– Ты с ума сошел? – вопил Марк. – Ты чем вообще думал, бестолочь?

А Юля рыдала – наверное, за эти дни перевыполнит годовую норму слез.

– Зачем ты им сказал? – спросила шепотом у Арса.

– А ты попробуй промолчи, – так же тихо ответил он.

Данил же вяло отвечал сестре и брату. В больнице его напичкали лекарствами, сейчас он, похоже, как и я, хотел только одного – спать.

– Ребята, давайте вы поговорите утром? – не выдержала я. – Данька и так еле на ногах стоит.

Марк и Юля точно были против, но Сеня взял их на себя, а я осторожно увела Данила наверх. В голове все путалось, в ушах стоял шум.

– Ты как, родной? – спросила у Дани.

– Нормально, – ответил он сонно. – Я лягу, ладно?

– Конечно. Только переоденься, мокрое ведь все, грязное.

Данил кивнул. Порылся в шкафу, нашел штаны и футболку. Замерз все-таки. Я заставила его принять горячий душ, чтобы быстрее согрелся, а потом лично проследила, чтобы лег в кровать.

– Не уходи, – попросил он. – Мне… страшно.

– Как скажешь, котенок. – Села на край кровати и погладила его по голове. – Я с тобой. Все у нас будет хорошо. Поспи, Дань.

Он послушно закрыл глаза. Редкая сговорчивость, оттого и жутковатая. Я долго сидела рядом, думая, как могла предотвратить произошедшее сегодня. Да, нескоро научусь справляться со своими – теперь уже точно своими – детьми. Но научусь! И никому не дам их в обиду. Когда убедилась, что Данька крепко спит, тихонько вышла из комнаты, чтобы в коридоре наткнуться на Сеню.

– Ты почему не спишь? – спросила шепотом.

– Не хочется, – ответил он. – Как Даня?

– Уснул. Безумная ночка, да?

Арс кивнул. Он тоже казался бледным и усталым. Я знала, что Арсению не все равно, что будет с детьми. Он прикипел к ним, как и они к нему. Все-таки повезло нам с нянем.

– Идем? – увлекла его с собой. О том, чтобы спать одной, и думать боялась. Только закрывала глаза – и видела искореженный автомобиль, который мог стоить Даньке жизни.

Толкнула дверь в свою спальню, даже не задумываясь, как это выглядит со стороны. В конце концов, мы взрослые люди и сами можем решать, каким образом нам поступать. Наверное, Арс подумал так же, потому обнял меня и поцеловал. Я спряталась в его объятиях от всего мира. Это единственное, что сейчас казалось правильным. А Сеня лег рядом со мной, мы закутались в одеяло, конечно, не думая о чем-то большем, – не та была ситуация. Но он был нужен мне, а я, видимо, так же нужна ему.

– Ты знаешь, я так испугался, – признался Арс. – Даже не ожидал от себя.

– И я, – прижалась к нему крепче. – Никогда не смогу забыть этот день. Так все жутко.

– Да.

Коснулась губами его губ. Чувствовала себя бесконечно усталой, будто кто-то опустил на плечи тяжкий груз. Но ничего, переживем, выберемся. У нас нет другого выхода.

– Сень…

– А?

– Давай завтра съездим в банк. Я не хочу каждый день думать, когда этот твой наниматель выставит счет.

– Марин, я не хочу… – попытался было он, но я прикоснулась пальцами к его губам и ощутила легкий поцелуй. – Хорошо. Только я тебе все отдам.

– Само собой. Когда сможешь.

Иначе он не примет. Но после всего произошедшего сегодня я действительно не могла больше ждать. Пусть эта история закончится! Хотя бы в том, что касается флешки. Не хочу бояться потерять Сеню. Не переживу.

– Знаешь, а ведь Аделаида может что-то знать о смерти бывшего мужа, – сказал вдруг Арс. – Оказывается, у нее был любовник. Тот, чье имя точно находится на флешке.

– Что? – приподнялась на локте. – Думаешь, она имеет отношение к гибели Макса?

– Возможно. Слишком большие деньги крутятся в этой истории. Тамара рассказала, якобы Адель крала деньги Максима для своего любовника. Может, и не только деньги?

– Вряд ли она расскажет.

– Но спросить придется.

Да, придется. Потому как сейчас речь идет даже не о Максе, а об Арсении. И, кто знает, может быть, о нас с детьми тоже. Зачем-то ведь приходила Адель в наш дом. Только для того, чтобы потребовать сумму на содержание? Или причина была в другом? Во флешке, которую никак не можем найти?

– Я попробую с ней побеседовать, – сказал Арсений. – Думаю, правда, ничего не выйдет…

– Если не предложить ей денег. Попробуй, если что, у меня есть чем ей заплатить.

– Хорошо, попробуем.

Мы замолчали. Я постепенно отогревалась от холода этой ночи, въевшегося под кожу. Становилось легче, уходил страх. Арсений нежно водил пальцами по моей спине, и становилось теплее.

– Спасибо тебе, – коснулась губами его губ. – Если бы не ты, я бы не справилась.

– Рано благодаришь, – с горечью ответил он. – Пусть сначала вся эта история закончится.

– Будем надеяться.

– Да.

Он крепче обнял меня, и я наконец-то уснула.