23

Я как будто хочу вылить в этот первый (и единственный?) поцелуй всю страсть, которая у меня к ней накопилась.

Мари сначала ошарашена. Но не сопротивляется. А через несколько мгновений она… начинает мне отвечать. Тянется ко мне, скользит ладошками к моей спине. Прижимается.

Целуется она неловко, но так искренне. Мне стоит нечеловеческих усилий не взять ее тут же и не сделать своей.

Разрываю поцелуй и уже хочу извиниться. Но вижу перед собой ее поплывший взгляд и слышу тихое:

- Игорь….

Снова впиваюсь губами в ее губы.

Это когда ты хочешь только пригубить, но выпиваешь до донышка. Мы целуемся, пока не начинаем задыхаться.

То, что я хочу ее больше жизни, даже не надо говорить.

- Всё, Мари. Мне пора.

Но после этих слов коротко прижимаюсь губами к ее губам. И выпускаю из объятий.

Выхожу в прихожую.

- Игорь Павлович.

Она выходит за мной, когда я уже обулся. Смотрит на меня прямо. Хотя на щеках играет румянец.

А я смотрю на нее с вопросом. И Мари продолжает:

- Вы пожалели? Это ошибка?

Что я должен сказать? Да, мы погорячились, на нервах и так далее. Сделаем вид, что ничего не было?

Но я лишь качаю головой.

- Нет.

В ее темном взгляде как будто вспыхивают искры. Я буквально за шкирку выволакиваю себя из этой квартиры. Напоследок только прошу:

- Запрись.

*****

Мари

Игорь ушел, а я легла в кровать и пока не уснула, как дурочка думала о нем. О нас…

Боже мой, как глупо! Я настрочила сообщение сестре, но слава Богу, успела утром удалить, пока она не прочитала. Агния подняла бы меня на смех!

Игорь Павлович не женат. Да, у него есть Оленька, но… Но даже если судить объективно - у них нет серьёзных отношений. Это было очевидно на празднике.

Хотя я все же не думаю, что Давыдов стал бы спать с ней и параллельно с кем-то ещё.

Спать! Заниматься сексом. Взрослые отношения.

Какой-то там поцелуй для опытного мужчины - чепуха. Тоже ничего серьёзного. Он даже не пожалел и не взял в голову.

Это я прокручивала эти минуты снова и снова, лежа в кровати.

Не знаю, подозревает ли Давыдов, что я девственница. Сашулик говорит, мужчины такое чувствуют. Как медик я считаю, что это чушь.

Но вдруг я ошибаюсь?

Игорь в курсе и становиться моим первым не захотел. Ведь это вроде как что-то значит. Особенно с дочкой друга.

А провести ночь со мной без последствий не получилось бы. Приятную и ни к чему не обязывающую ночь...

Поэтому он сразу ушел? Или типа хранил верность Оленьке?

В голове куча вопросов и ни одного ответа. А ещё во мне вино, и я всё-таки быстро засыпаю.

Просыпаюсь с чувством стыда и миллионом сомнений.

А ещё без понятия - что теперь, и как вести себя в клинике?

Остаток выходных посвящаю уборке квартиры. Надеюсь, что и в голове все ляжет по полочкам.

Заодно просто убиваю время и выплескиваю энергию.

Да, можно было заняться учебой. Но тут я делаю только необходимое. Голова не соображает…

К вечеру воскресенья понимаю - мне просто нужно прийти в клинику и увидеться с Игорем Павловичем. Посмотреть, как он будет себя вести.

Хорошо, что мне туда к утру, а после обеда занятия.

Плохо, что я почти не сплю перед этим всю ночь.

Ну вот и понедельник. Утро. Запах антисептика встречает меня у порога клиники, как старый знакомый.

Вот бы ненужные мысли можно было убить, как бактерии!

Вдох-выдох. Иду.

Шаги гулко отдаются в ещё полупустых коридорах. Сердце бьется чаще обычного, и дело не в том, что я опаздываю. Наоборот я сегодня приехала раньше.

На ресепшн девочки с утренней смены приветливо улыбаются. Я киваю в ответ, стараясь выглядеть как обычно, но щеки предательски горят.

Каждый поворот, каждая дверь – я одновременно боюсь его встретить и жду.

Поднимаюсь на свой этаж, сразу иду в кабинет Игоря Павловича. Открываю жалюзи, впускаю бледный утренний свет. Вроде бы, тут ничего не изменилось, но изменилась я…

Все же начинаю с привычной рутины: протираю поверхности, раскладываю истории болезни. Это немного отвлекает от вихря в голове.

Затем направляюсь в операционную. Здесь всегда царит своя особая тишина.

Проверяю индикаторы стерильности, инструменты, целостность упаковок. Прохожусь по списку, который знаю наизусть. Каждая мелочь важна.

Все должно быть идеально к его приходу, к первой операции. Мои руки двигаются уверенно, а мысли… мысли то и дело возвращаются к субботней ночи.

Заканчиваю последние приготовления, когда слышу шаги в коридоре. Знакомый, уверенный ритм. Сердце замирает, а потом срывается в галоп. Делаю вид, что очень занята.

Но понимаю - глупо оттягивать неизбежное. Выхожу из операционной в кабинет.

Дверь открывается. Я не оборачиваюсь сразу, но чувствую его присутствие. Он заходит. Медленно поворачиваюсь.

Наши взгляды встречаются. Мои щеки мгновенно вспыхивают, будто меня поймали на чем-то запретном. Не могу выдавить ни слова. Смущение настолько сильное, что хочется провалиться сквозь пол.

Он тоже молчит, его взгляд… он какой-то глубокий, изучающий

А потом он делает шаг в мою сторону и ставит на столик рядом бело-зеленый картонный стаканчик.

Аромат свежесваренного кофе наполняет воздух. Я поднимаю взгляд. В его глазах что-то мелькает. Он едва заметно улыбается.

- Доброе утро, Мари.

- Доброе утро… Мм, все нормально?

- А что должно быть не нормально?

Боже, я спросила вслух?!

- Я…. Я не знаю.

- Раз уж мы оба пришли раньше, то поговорим?

- Мм… Да, - пожимаю плечами.

Мне страшно, но как я могу отказаться?

Он кивает на креслице возле своего стола. Обычно туда садятся пациенты.

Я сама себя неважно чувствую сейчас. И мой диагноз совсем не ясен.

Мне влекло к нему в тот вечер. Когда он меня целовал, я сгорала от страсти. Было это из-за вина?...

Сейчас я трепещу перед ним, что со мной в принципе бывает редко. Это из-за него или потому что моя карьера в клинике теперь под вопросом?

- Наверное, я должен извиниться. Как считаешь?

Резко мотаю головой.

- Нет!

- Я позволил себе….

- Мы оба себе позволили, Игорь Павлович! Я… Может, вы не заметили, но я взрослый человек!

- Это я очень хорошо заметил.

- Своими извинениями вы меня унижаете!

- Этого я хочу меньше всего.

- Вы сказали, что это не была ошибка. Что вы не жалеете…

- Как я могу жалеть о самых прекрасных минутах своей жизни?

Он вроде спрашивает, но это не вопрос. Это признание.

У меня одновременно приоткрывается рот и распахиваются глаза. Он-то в тот вечер не пил!

Да и сейчас, естественно, находится в трезвом уме.

И говорит это искренне? Хм… Ну а зачем ему врать?

Я сижу, просто хлопаю ресницами и не знаю, что сказать. А Давыдов что-то собирается добавить, но тут резко открывается дверь.

- Доброе утро, коллеги!

Вадим Михалыч собственной персоной. Как всегда сияющий успехом и хорошим настроением. Игорь прокашливается.

- Доброе…