30

Я делаю глубокий вдох. Пытаюсь взять себя в руки и сосредоточиться на… ну, на уборке.

- Отлично, - хлопаю в ладоши. Пытаюсь придать голосу бодрости, хотя внутри все трепещет. - Значит, ты остаешься. И ты будешь моим супер-помощником!

Его брови приподнимаются.

- Супер-помощником? Звучит ответственно. Что я должен делать, босс?

Не могу сдержать довольную улыбку.

Оглядываюсь на погром, пытаясь определить масштаб бедствия.

- Так, значит… - указываю на кучу одежды, которую они вывалили из шкафа. - Вот эта куча. Это мой гардероб. Нужно все аккуратно сложить в стопочки.

Игорь кивает, глядя на гору ткани.

- Сложить, понял.

- Хорошо… А я займусь учебниками в гостиной. Ну и Дракулу надо бы покормить. После всего пережитого он заслужил вкусняшку.

- А я? - Давыдов усмехается.

- Ты ведь тоже голодный! Да и я сама… Что хочешь на ужин? Сейчас приготовлю! Заодно разгребусь на кухне…

- Сделай что попроще, - Игорь провожает меня до двери, - или лучше закажи.

- То есть у тебя никаких пожеланий?

- Есть одно.

- Мм?

- Сегодня перед ужином я хочу десерт.

В моих глазах наверняка паника. Голова сразу прокручивает варианты, чем бы сладеньким накормить дока.

Ничего нет!

Я - ужасная сладкоежка. Потому мало покупаю сладкого, съем же за один вечер…

Вот даже зефира, который предлагала Игорю в прошлый визит, уже нет.

- Наверное… надо сходить в магазин?

- Зачем?

Так искренне спрашивает. Но я не успеваю ничего сказать, он берет в ладони мое лицо и целует.

Сначала в уголок губ, потом во второй. Ещё один легкий поцелуй.

А после я уже сама прижимаюсь губами, чтобы почувствовать его глубже. Угостить его, да и себя, самым лучшим десертом.

Игорь выдыхает мне в губы. Успокаивающая нежность перерастает в глубокую, тягучую чувственность. Он не торопится. Но с силой сминает мои губы своими.

Мои руки сами собой находят его спину, я вцепляюсь в его футболку. Под пальцами - твердые, напряженные мышцы. Его тело, как натянутая струна.

Я слышу, как его дыхание сбивается, становясь тяжелым. Этот поцелуй уже не просто утешение. Это обещание.

Обещание того, что когда эта бесконечная ночь закончится, когда двери будут починены, а страхи забыты, между нами произойдет нечто гораздо более интимное и сокрушительное.

Игорь отстраняется, но не отпускает меня. Его щека прижимается к моему лбу, и мы оба пытаемся отдышаться.

Я смотрю мутным взглядом на как будто бы другую комнату. Понимаю, что это мужчина меняет мой мир.

Что же будет…

Давыдов словно подслушивает мои мысли.

- Всё будет хорошо, Мари, - шепчет он, и я верю ему больше, чем самой себе. - Я здесь.

Он целует меня в кончик носа, возвращая в реальность. Но то электричество, что прошило нас обоих, никуда не делось. Оно вибрирует в воздухе.

И вот начинается наш вечер уборки…

Я бегу на кухню. Привожу в порядок шкафчики. Ищу, что приготовить на ужин.

Игорь Павлович остается в спальне. Я слышу, как он тяжело вздыхает, глядя на мой гардероб, но потом принимается за дело.

Не могу удержаться и заглядываю к нему. Он стоит посреди комнаты, окруженный моими вещами, и кажется таким неожиданным здесь и в то же время таким… своим.

Аккуратно складывает мои кофточки. Иногда с недоумением разглядывает какую-нибудь особенно замысловатую деталь.

Уф… Надеюсь, там не проскочит что-то из белья! Его вроде не тронули в комоде.

Вот чем я думала, когда «приказала» доку убирать спальню?... Лучше бы гостиную ему отдала.

Хотя он и до нее доходит. Игорь Павлович у нас, оказывается, чемпион в уборке!

Пока я отвариваю яйца и филе для «Цезаря», он заканчивает в спальне и берется за книги. Сосредоточенно изучает корешки, расставляет их в алфавитном порядке.

А может, секрет в том, что Игорь не отвлекается, а я постоянно за ним подглядываю?!

Его футболка немного обтягивает, и я невольно любуюсь тем, как играют мускулы под тканью, когда он нагибается, чтобы поднять очередную стопку книг.

Бицепсы, трицепсы… Я ведь видела его руки в операционной, видела, как ловко и точно он работает скальпелем. А сейчас он с такой же сосредоточенностью складывает мои тетрадки. Это так… нереалистично.

И в то же время, как будто так и должно быть.

*****

Давыдов

Смотрю на свои руки и почти не узнаю их.

Пальцы, привыкшие к стальному холоду скальпеля и ювелирной точности швов, сейчас трепетно разглаживают складки на какой-то блузке.

Если бы кто-то сказал месяц назад, что я, Игорь Павлович, буду собственноручно сортировать женский гардероб и расставлять книги по алфавиту, я бы рассмеялся этому человеку в лицо.

Обычно такие вопросы решаются одним звонком. Пятнадцать минут - и клининговая служба уже на пороге, вычищает каждый угол до блеска.

Но сейчас здесь я. Ползаю по полу, собираю разбросанные вещи и чувствую себя.... странно. Правильно? Наверное.

Я вижу, как Мари понемногу оттаивает.

Каждая сложенная вещь - это как кирпичик в стене ее спокойствия. И я согласен на все, чтобы восстановить его.

Ещё месяц назад Мари была моим запретным плодом.

Красивая, родная, но… недосягаемая по ряду причин. Которые я сам себе выдумал?

И вот я в ее святая святых. Даже Рафик, этот мохнатый комок нервов, кажется, признал во мне своего. Бедняга, до сих пор вздрагивает от каждого шороха.

Ловлю себя на том, что то и дело почесываю его за ухом. Проверяю, не слишком ли он напуган.

- Игорь, бросай все! Ужин готов, - доносится из кухни девичий голос.

Я выпрямляюсь, чувствуя приятную усталость, и иду на запах. Останавливаюсь в дверях кухни. Замираю.

Мари стоит у стола, накрывая на две персоны. Она успела переодеться в лосины и свободную серую рубашку, закатала рукава. Волосы собрала в небрежный узел.

В этом домашнем образе есть что-то настолько уютное и в то же время притягательное, что у меня перехватывает дыхание.