38

Преподавательница всегда такая энергичная - яркая блондинка, вечно на бегу. С лучезарной улыбкой и острым умом.

Сейчас она выглядит удивительно хрупкой.

На ней невзрачный темно-серый свитер с высоким горлом. Кажется, что он велик ей.

Светлые волосы слегка растрепаны, а серо-голубые глаза, обычно сияющие, покраснели от слез…

Она быстро отворачивается, вытирая щеки тыльной стороной ладони, но всхлип сдержать не удается.

- Анна Сергеевна? - я делаю неуверенный шаг вперед. - Простите, я не вовремя…

Мне ужасно неловко, хочется провалиться сквозь землю или тихонько уйти.

Но вид этой сильной женщины, которая внезапно сломалась, не дает мне сдвинуться с места. Она всегда так добра к нам.

- Всё в порядке, Мари, - Анна пытается улыбнуться, но губы дрожат. - Просто… плохой день. Вы за зачетом?

Я не отвечаю про зачет. Вместо этого быстро расстегиваю сумочку и достаю оттуда запечатанную бутылку воды, которую купила в автомате на первом этаже.

Подхожу ближе. Ставлю воду перед ней на стол.

- Вот, выпейте. Что случилось? Вам плохо? - спрашиваю я тихо, стараясь, чтобы в голосе было как можно больше деликатности.

В этот момент я смотрю на нее и думаю - жизнь такая непредсказуемая.

Мы все строим планы, мечтаем о счастье… Потом что-то происходит, и даже самые сильные из нас оказываются беззащитными в пустом кабинете под вечер.

И в этот миг я ещё острее чувствую свою любовь к Игорю. Как что-то драгоценное, что нужно беречь любой ценой.

Анна делает жадный, судорожный глоток.

Я вижу, как дрожит ее рука. Пластик бутылки слегка похрустывает под ее пальцами. Она тяжело выдыхает и прикрывает глаза, будто пытаясь собраться с силами.

- Вам плохо? - повторяю я, подходя чуть ближе. - Может, вызвать скорую? Или я могу чем-то помочь?

Она горько усмехается. Этот звук режет слух сильнее, чем ее всхлипы.

- Мне, Мари, уже никто не поможет. Сама виновата.

- Да что с вами такое? - я хмурюсь, вглядываясь в ее лицо. - Вы серьёзно заболели?

Преподавательница качает головой.

- Нет, физически я абсолютно здорова, - она поднимает на меня взгляд, в котором застыла такая безысходность, что мне становится не по себе. - Просто пять лет назад я совершила огромную, непоправимую ошибку. А теперь вот… расхлебываю последствия. По полной программе.

Я присаживаюсь на край соседнего стула. Зачёт, вечерние дела - всё это уходит на второй план. Передо мной сидит человек, который явно находится на грани.

- Если вам нужно выговориться, я готова слушать, - говорю мягко, но уверенно. - Не бойтесь меня напугать. Я рано потеряла маму и с тех пор не падаю в обморок от плохих историй. Жизнь меня закалила.

Эти слова, кажется, становятся той самой последней каплей. У Анны Сергеевны словно пробивает плотину.

Она закрывает лицо руками, делает глубокий вдох и начинает говорить - быстро, захлебываясь словами. Будто боится, что если остановится, то замолчит навсегда.

- Пять лет назад я выскочила замуж. По любви, как мне тогда казалось… - голос ее дрожит. - Он был моим коллегой. Старше меня… Талантливый врач, красавец. Перспективный - как говорила мама! Он тогда как раз метил в главные врачи крупной клиники. Я им так гордилась, Мари…. Если бы я только знала.

Я молчу, боясь перебить.

- Его карьера пошла в гору - он получил всё, что хотел. Влияние, связи, деньги. Но дома… он становился другим человеком. Всё раздражение от работы, все свои неудачи или плохое настроение он приносил в семью. Сначала это были просто крики. Оскорбления. Он внушал мне, что я ничтожество, что без него я - посредственная блондинка с дипломом.

- Но это же неправда! Вы - один из лучших преподавателей на курсе! - не выдерживаю.

- Для него это не имело значения, - она хмурит брови. - А потом он начал поднимать руку. Сначала «на эмоциях» толкнул, потом ударил… Я некоторое время терпела, дура! Верила, что это стресс, что он изменится. Но три месяца назад я не выдержала. Собрала вещи в один чемодан и подала на развод.

Анна замолкает, судорожно сжимая пальцы.

- И он не отпускает? - догадываюсь я.

- Он мстит. Сказал, что если я уйду, он уничтожит меня как врача. И он это делает, Мари. У него везде связи. Он сделал так, что меня лишили лицензии. Я больше не могу практиковать, меня не берут ни в одну клинику. Моя карьера в медицине уничтожена его влиянием.

Она поднимает на меня полные слез глаза.

- Скорее всего, после Нового года мне придется уйти и из университета… Я остаюсь на улице. Без профессии, которую люблю больше жизни. Вот такой финал.

Я смотрю на нее и чувствую, как внутри закипает праведный гнев. Как можно так ломать человека?

Мои мысли невольно возвращаются к Игорю.

Он тоже врач, тоже сильный и властный. Но я знаю - он никогда, ни при каких обстоятельствах не поступил бы так. Его сила - в защите, а не в разрушении. От этой мысли мне становится ещё больнее за Анну Сергеевну.

- Это несправедливо, - шепчу я, чувствуя, как сжимаются кулаки. - Так не должно быть. Должен же быть какой-то выход…

Она лишь бессильно опускает плечи, выглядя в свете лампы совсем маленькой и беззащитной. А ведь в этой женщине всегда было столько энергии, силы!

Я не хочу ничего обещать просто так. Ведь если помогу, то при помощи другого человека. А говорить могу только за себя.

- Анна Сергеевна…. - но и оставлять без ответа ее монолог я тоже не хочу. - Я… постараюсь что-нибудь придумать. Как-то помочь! Серьёзно… У меня есть ваш телефон. Я обязательно вам позвоню.

Хотя бы просто спросить, как дела. Но все же думаю, что позвоню с хорошими новостями.

- Ох, Мари, - она улыбается мне мягко и где-то в глубине светлых глаз я вижу ту самую любовь и тягу к жизни, - спасибо уже за то, что выслушала. Я не должна была выливать на тебя…

- Я только рада! - перебиваю. - Рада, что вам немного легче. Информация никуда не просочится… Я только… попрошу одного человека помочь. Но он не связан с университетом. Ему можно полностью доверять.

Анна впервые тепло улыбается.

- Я вижу, ты влюблена, Мари, - говорит она, а я распахиваю глаза от такой проницательности, - пусть у тебя все сложится абсолютно по-другому.

Теперь и я улыбаюсь.

- У вас тоже все наладится! Обязательно! Вы такая… Такая хорошая и точно будете счастливы!

- Давай уже зачетку, - Анна посмеивается.