41

- Ну и дела! - Павел Петрович, до этого стоявший чуть поодаль, делает шаг вперед и широко улыбается. Голос у него добрый. - Какая гостья! Проходите, не мерзните на пороге.

Он по-отцовски подмигивает мне, и напряжение немного спадает. Мы идем к дому и заходим внутрь.

Дом именно такой, каким я его увидела снаружи. Кирпичный, добротный, построенный на года.

Внутри нет пафоса или дизайнерской мебели. Здесь все простое, но очень уютное - массивный деревянный шкаф, пара вышитых картин в прихожей. Доносится запах хвои и легкий аромат домашней выпечки.

- Раздевайтесь! Проходите в гостиную! - суетится Елена Сергеевна, хотя я вижу, что она всё ещё «переваривает» информацию. - Игорь, проводи Марианну. Отдохните с дороги, а я пока быстро на стол накрою.

- Давайте я вам помогу? - тут же предлагаю я, отдавая Игорю свою куртку.

Мама заминается. Она окидывает взглядом мой маникюр, платье, и в ее глазах проскальзывает тень сомнения.

Хотя выгляжу я отнюдь не как принцесса. И этими самыми руками готовлю дома завтраки и ужины ее сыну.

Но у Елены Сергеевны другие мысли…

- Ой, милая.... ты, наверное, не привыкла к кухонной суете, - мягко, но не терпя возражений, говорит она. - Посиди лучше с мужчинами, отдохни.

В ее словах нет издевки. Скорее убежденность, что девушка из «такой семьи» не знает, с какой стороны подходить к кастрюлям.

В итоге мы идем в гостиную. Комната не огромная, но тут поместились и диван с креслами, и книжный шкаф. И большой телевизор с елкой рядом. А в дальней боковой стене встроен настоящий камин.

Вся комната в темных, но теплых и уютных тонах.

Я присаживаюсь на мягкий диван, накрытый клетчатым пледом. Игорь садится рядом, почти касаясь своим плечом моего.

Павел Петрович устраивается в кресле напротив и, хитро прищурившись, начинает рассказывать какую-то историю про их завод. Как раньше они работали 31-го декабря, и во что это выливалось.

Игорь закашливается в итоге, просит сменить тему. Отец переключается на то, каким он был в детстве непоседой.

- А Игорек-то наш, - Павел Петрович откидывается на спинку кресла и посмеивается, - врачом стал раньше, чем научился шнурки завязывать. Помню, было ему года четыре, так он у матери из аптечки все бинты перевел. Соседский пес, Черныш, от него по всему двору удирал! Игорь решил, что у того «хвост неправильно висит»! В итоге не догнал и забинтовал спящего кота так, что тот три часа из-под дивана выйти не мог! Пришлось нам с матерью операцию по спасению проводить. Малой и сам в ней участвовал.

Я не выдерживаю и смеюсь, представляю маленького, серьёзного Игоря с бинтами в руках.

Давыдов рядом со мной театрально вздыхает, качает головой. Но я-то вижу, как в уголках его глаз прячутся смешинки. Напряжение, которое сковывало меня с самого порога, вроде отпускает.

Папа ещё что-то рассказывает о былых временах. К нему присоединяется и Игорь.

- Ну, идемте уже, все остынет! - доносится бодрый голос Елены Сергеевны.

Мы переходим в просторную кухню. В центре стоит большой круглый стол, накрытый красивой новогодней скатертью. Здесь тепло, пахнет домом и чем-то невероятно аппетитным.

- Марианночка, вы присаживайтесь, - Елена Сергеевна суетится, расставляя тарелки. Она бросает на меня быстрый взгляд и вдруг как-то виновато улыбается. - Вы уж простите, у нас тут все так... по-простому.

Мне становится неловко.

Хочу сказать, что мне здесь нравится гораздо больше, чем в любом дорогом ресторане, но слова застревают в горле.

Игорь, будто почувствовав мое замешательство, отодвигает мне стул и приходит на помощь.

- Мам, не преувеличивай, - спокойно говорит он, усаживаясь рядом. - Мари обожает домашний уют, а у тебя его больше, чем в любом месте. Давай лучше корми нас, а то я с утра ничего не ел.

Елена Сергеевна тут же расцветает и начинает нас угощать.

Передо мной оказывается тарелка наваристых щей со сметаной, от которых идет ароматный пар. В центре стола - огромная миска оливье (какой же Новый год без него!), а на блюде горой лежат румяные пирожки.

- Супчик перед новогодней ночью не помешает! А пирожки с картошкой и с капустой, - поясняет мама, пододвигая их ко мне. - С утра напекла в духовке. Не жирные.

Я пробую кусочек - тесто тает во рту. Начинка сочная. Это действительно безумно вкусно. Чувствуется опытная рука.

- Ну, расскажи, Марианночка, - Елена Сергеевна села напротив и поглядывает на меня внимательно. - Как тебе работается в клинике? Тяжело, поди? Игорь у нас начальник суровый, спуску не дает?

- Он отличный наставник, - отвечаю. - Строгий, но справедливый. Я многому у него учусь.

Мама молча кивает, дает мне поесть. Но после снова поднимает эту тему.

- И как же ты, такая хрупкая, в хирургию пошла? - мама Игоря исподволь переводит тему. - Папа ведь наверняка хотел тебе какой-нибудь доли полегче... Престижнее. Может, продолжить его дело?

Я чувствую, это не просто болтовня за столом. Елена Сергеевна хочет нащупать почву. Понять, какая я на самом деле.

- Ни я, ни сестра не хотим идти в бизнес. Как раз потому, что перед глазами был пример папы. Не понаслышке знаем, как там и что… Вы, наверно, как бухгалтер, понимаете.

- Ой, да! - Елена качает головой. - Риск, нервотрепка. Хотя и доход на порядок выше.

Тут вклинивается Павел Петрович.

- Хороший врач тоже может заработать! Вон Игорь не бедствует! - в голосе слышится гордость за сына.

- Ой! - Елена машет рукой. - У Игорька и медицина, и бизнес. И все мы знаем, сколько это занимает времени. А поначалу занимало ещё больше. Некогда было семью завести.

- Мам, все было к лучшему, - Давыдов кидает на меня влюбленный взгляд.

Уф, в животе щекочет.

Но мама снова обращается ко мне.

- А как же семья, Марианночка? - Елена Сергеевна даже откладывает вилку, и ее взгляд становится сосредоточенным. - Хирургия ведь - это не работа, это образ жизни. Практика сутками, экстренные вызовы... Как вы планируете это совмещать? А если в итоге потребуется принести карьеру в жертву? Ради дома, ради детей…

В воздухе повисает тяжелая пауза. Я чувствую, как холодеют кончики пальцев.

- Лена, ну что ты пристала к человеку? - ворчит Павел Петрович, пытаясь разрядить обстановку. - Дай гостье спокойно пирожки доесть. Смущаешь только.

- Паш, не мешай, это вопрос важный, - отмахивается она, не сводя с меня глаз, - и потом, мне интересно, чем живет современная молодежь. Наш сын уже вышел из такого возраста. Мы и подавно.

Намекает на нашу с Игорем разницу в возрасте? Я сглатываю, стараясь подобрать слова.

- Знаете, мне трудно судить заранее… Я только в начале пути. Но я точно знаю, что хочу семью. Хочу детей... с любимым человеком. И верю, что при желании можно найти баланс.

Елена Сергеевна качает головой, и в ее жесте я вижу едва скрываемое разочарование.