Глава 3

Глава 3

Как вытащить на свет то, что стальной занозой застряло и никакими ухищрениями с этим не справиться. Если и хочется поделиться с кем-то, да не знаешь, как и с чего начать, если и сама не понимаешь, как ты так опростоволосилась, доверив то, что болело, совершенно незнакомым людям. Наверное, каждому из нас иногда бывает нужно выговориться, почувствовать поддержку, просто человеческое тепло, в конце концов. Даже надев панцирь сильной, спрятавшись под маской циничной стервы, мы остаёмся уязвимыми, и кто-то находит тот листочекАхилла, что открывает доступ к душе и сердцу.

Я привыкла быть сильной, я привыкла сама решать все свои проблемы и не только свои, но так уж сложилось, а быть слабой для меня непозволительная роскошь, да и обходится она слишком дорого… Мои подруги… И на них я никогда не решалась выливать всю ту боль одиночества, что затаилась во мне, пригрелась и дала ростки. Разве можно рассказать всю свою жизнь. Ту жизнь, что не видит никто или видят только близкие, которых уже нет. Да, есть старшая сестра и за неё я порву любого, но нет меж нами душевного тепла, так получилось, что она мамина дочка, а я — папина… Мы общаемся, но каждый живёт своей жизнью, хотя после смерти родителей что-то немного изменилось… Бабушку она особо не жаловала, поэтому как-то легче перенесла её уход. Папа умер после второго инфаркта, а до этого были не самые простые годы, когда мужчина в самом расцвете сил получил инвалидность и искал, чем себя занять, чтобы содержать семью и не быть в тягость, чтоб не ныть. И ведь находил! Он был удивительным человеком: открытым, добрым, щедрым, с пытливым умом и сильным характером… О его смерти и того, что происходило на похоронах я не хочу вспоминать, он для меня жив. Жив, пока я помню, а забыть не смогу никогда, потому что более родного человека не было и, наверное, никогда не будет. Смерть мамы, пожар в квартире, а между всеми этими кошмарами гибель друзей, самоубийство одноклассницы, с которой сидела за одной партой…

Сама не знаю почему, но я тянулась к людям, что старше меня, наверное, не хватало родителей, хотя так было и тогда, когда они были живы. У нас был очень гостеприимный дом, где частенько собирались знаменитости, но не потому что они были таковыми и модно было хвастать знакомствами, нет, так повелось в нашей семье. Вначале приходили просто интересные люди, с которыми было о чём поговорить, поспорить и даже помолчать под гитарные переборы, это потом их узнавали на улице, показывали по всем каналам — в нашем доме они были друзьями, нашими друзьями. Я иногда жалею, что многое прошло мимо меня, потому что была слишком маленькой, но до пожара были фотографии, записи… Что-то сохранилось, но совсем немного…

— Рииин…

— Простите, задумалась…

— Опять путешествуешь по реке памяти?

— Разве что совсем чуть-чуть…

— Вернись! Мы тебя совсем заждались тут. Что там с паутиной?

— Да, в общем-то, ничего, что нельзя пережить и с чем, невозможно справиться.

— Знаем мы твоё ничего. Заканчивай время тянуть и рассказывай.

— Наташка, есть способ получше, — Маринка подтолкнула сидящую рядом подругу, — Эх, вспомним детство золотое!

Щекотки я всегда боялась…

— Девчонки, отпустите душу на покаяние, — взмолилась, когда уже от смеха икота напала.

— То-то же, кайся! — смилостивились эти довольные достигнутым эффектом нахалки.

— Сдаюсь, только ничего сногсшибательного вы не услышите, всё до маразма примитивно. Зарегистрировалась, кого-то пригласила в друзья, кто-то вышел на меня сам… Я тогда ещё не знала многих нюансов, например, что можно заглянуть на страницу человека, прежде, чем соглашаться дружить…

— Но ты же умница, единственная, которую со всего курса пригласили сразу в крупную компанию работать, хотя ты ещё была студенткой! — не утерпела Маринка…

— Ага, и ты единственная выбирала место подработки задолго до этого приглашения, поддакнула Наташка.

— Угу, но бывает и на старушку прорушка, видно, не в то время решила я в соцсети влезть…

— Не отвлекайся, — перебили обе в один голос.

— В первые же дни был какой-то бум озабоченных с совершенно хамскими предложениями, высказываниями и картинками… Я готова была отказаться от идеи общения, но среди этого дерьма попадались хорошие, интересные люди… и я осталась…

— Темнишь, подруга… Вот и голос тебя выдаёт. Не умеешь ты врать, Каринка!

— Ошибаетесь, подруженьки, — горько улыбнулась, — есть люди, которые уверены, что весь кошмар, в котором я жила, можно придумать…

— Стоп! Ты что же посторонним стала рассказывать правду? Ты хотя бы не под своим именем зарегистрировалась, балда?

— Не под своим… Ну да, я и подумать не могла, чем это обернётся…

— Ринка, Ринка, как же можно жить по принципу душа нараспашку в наше-то время! — покачала головой Наташка, — Впрочем, ты всегда жила с открытым сердцем.

— Вот-вот, поэтому и шрамов на нём не сосчитать. Хоть кусочек целым остался? — грустно поинтересовалась Маринка, — В школе, в институте черпала человеческую зависть, ненависть полной ложкой, а дублёной кожей так и не обзавелась и панцирь не вырастила…

— Это у меня кальция в организме не хватает, — попыталась отшутиться.

— Нет, это витамина «Д» не хватает, да только не тебе, добро и зло есть в каждом, но не всегда добро побеждает. Люди сейчас заняты собой, своими проблемами и понять их в чём-то можно. Живём набегу, выводы делаем быстро…

— Наташка, вот и не спеши, начни с себя! Рин, и?..

— И так и… Мне написал человек, нормальный человек и мы начали общаться. В какой-то момент мне показалось, что мы понимаем друг друга…

— Как зовут? — деловито поинтересовалась Маринка.

— Какая разница, — отмахнулась, — Не надейтесь, я даже ник вам не назову и ваши садистские щекотушки здесь не сработают, даже не пробуйте!

— Ну, радует, что не только маньяки и уроды нашли себе прибежище в соцсетях, — улыбнулась Наташка.

Эх, мне б её оптимизм! И если б было всё так просто…