Глава 31
Глава 31
Антонио невозможный, непредсказуемый мужчина! Когда он успел поменять билеты? У меня работа! И почему обязательно Париж? Может, я с большим удовольствием посмотрела фьёрды Норвегии!
— Кари, прекрати дуться, а то всё семейство решит, что мы поссорились, что я тебя обидел.
— А ты прекрати командовать мной и распоряжаться моей жизнью!
— Ого! Мы ссоримся!
— Да!
— Какая девушка не мечтает поехать в Париж, хоть и на сутки всего?
— Я! Я не мечтала и не мечтаю! Ты понимаешь, что я опоздаю на работу из отпуска? Мне совсем не хочется стать безработной, тем более, что моя работа мне нравится. Найти работу не так-то просто, а ты предлагаешь мне её потерять за просто так. И вообще… Почему ты принимаешь решения, не поговорив со мной!
— Не сердись, ну, я хотел сделать тебе сюрприз в честь обручения… Согласись, какой бы это был сюрприз, если б я о нём рассказал тебе заранее. И не волнуйся о своей работе, никуда она не денется, тем более, что ты не каждый день бываешь в офисе.
Мне бы обратить внимание на слова Антонио, но в запале я пропустила их мимо ушей…
Ну, не умею я долго злиться… Хотя Антонио как никогда сейчас напоминал своего отца, хотел он этого или нет… Как же Елена справляется с такими темпераментными и упрямыми мужчинами? А их у неё трое! Да ещё и Анита, которая ничуть им не уступает…
Мы летели в Париж. Наши проводы были столь бурными, чтобы не сказать сумбурными: каждый норовил успеть переговорить, пожелать, объяснить что-то… Это было настоящее столпотворение, паломничество в наши комнаты. В самолёте я хотела одного — спать! Собственно, я задремала ещё в машине по пути в аэропорт, благо нам удалось отговорить семейство ехать нас провожать, а Антонио меня поддержал. Полусонная я плюхнулась в кресло лайнера и, положив голову на плечо мужчины, вырубилась окончательно. Не знаю, удалось ли поспать Антонио, но он меня разбудил, когда мы уже должны были приземляться.
Париж… Сбылась мечта, которой у меня никогда не было! И так случается…
Антонио бесцеремонно не давал мне общаться в сети, потому что, похоже, ревновал из-за того, что я много уделяю времени переписке. Мне это не нравилось, но были всего лишь сутки в столице Франции и он так старался, что я согласилась повременить с изучением ленты, ответами друзьям и так далее…
Наше пребывание в этом городе больше походило на какой-то забег по знаковым местам, поэтому впечатлений было много, но они все перемешались в голове… Вновь и вновь я поражалась способности Антонио всё организовать, но вымоталась я основательно.
Из аэропорта в центр Парижа, ну, как же без Эйфелевой башни… Вид, конечно, потрясающий — словно, ты обнимаешь этот город, а он раскрывает свои объятия в ответ, впуская в свою душу и сердце. Не влюбиться невозможно!
Триумфальная арка и Елисейские поля, потом через площадь Согласия к Лувру, а по пути изумительная прогулка по саду Тюильри. Хорошо, что здесь мы не спешили.
Лувр. Жаль, что не попали в его залы, но и величественная изящность оставила неизгладимое впечатление — мне даже захотелось однажды приехать сюда вновь, чтобы в полной мере надышаться пьянящим воздухом Парижа.
В такси Антонио, уж не знаю, как угадав мои мысли, пообещал, что мы непременно приедем сюда ещё ни один раз.
Монмартр, базилика Сакре-Кер… Усталость и переизбыток впечатлений берут своё. И на бульваре Капуцинок мы наконец-то решили зайти в Гранд кафе, чтобы выпить кофе, слегка перекусить и немного отдохнуть, потому что ноги и голова гудели в унисон, по крайней мере, у меня. Антонио был бодр и жизнерадостен. Завидую белой завистью! Меня ещё на даче, когда он приезжал по утрам готовить мне кофе, поразила его способность быстро восстанавливаться и выглядеть безупречно.
— Если хочешь, то мы можем пообедать в Le Procope. Тебе там очень понравиться…
— Что ты не договариваешь?
— Ну…
— Я слушаю. Очень внимательно слушаю, — я уже научилась замечать, когда Антонио что-то недоговаривает, пытается уйти от ответа.
— Я заказал нам там столик почти месяц назад, в тот вечер, когда вёз тебя после инцидента в ресторане, когда ты поранила ногу, — на одном дыхании выдал мужчина.
— Ты заказал столик в ресторане Парижа тогда? Иными словами…
— … я не сомневался, что мы здесь будем!
— Ты… ты…
— Кари!..
— Пффф… — я откинулась на спинку стула, у меня просто не было слов от такой самоуверенности, граничащей с наглостью.
— Я честно сказал в самый первый вечер, что не отпущу тебя. Разве я нарушил слово?
И как я должна на это реагировать?
— Ладно, пошли, поехали в твой зарезервированный ресторан. Наверняка, что-то сногсшибательное, знаковое и так далее и тому подобное…
— Кари, что сейчас-то не так? Я старался…
— Лучше б ты так не старался и не бежал впереди лошади…, - я махнула рукой, бесполезно…, - Это что ж за ресторан такой, если ты за столько времени заказывал столик…
— Тебе обязательно понравится. Это же один из старейших ресторанов Парижа. Туда не так просто попасть. Он известен с семнадцатого века…
— Антонио, остановись! Историю ты мне можешь рассказать и позже, но предупреждаю, если мне там не понравится, то я развернусь и уйду! Мне плевать на пафос и престиж. Я согласна пойти туда только потому, что ты потратил столько усилий… Но! Прошу впредь обходиться без подобных сюрпризов, когда я вынуждена идти у тебя на поводу.
— Я тебя обожаю! Ты неподражаема даже в своём гневе.
— Не подлизывайся!
— Я?
— Ты!
— Обещаю исправиться…Буду обсуждать всё с тобой!
Врёт!
— Осталось принести клятву на Библии…
— Кари, — укоризненно покачал головой, будто это я во всём была виновата, — Ты требуешь так много…
— Ничего сверхъестественного! Так, где этот твой ресторан?
Конечно, Антонио не мог выбрать ничего среднего… Если ресторан, то с такой историей, что её впору называть родословной! Даже не стану перечислять весь список знаменитостей, что побывали здесь за такой-то период…
Наш столик нас уже ждал. Кажется, слово «потрясающе» стало моим сорным словом, но это на самом деле было нечто потрясающее… А блюда… Знаменитый луковый суп — мрррр… Сказочно вкусно и… романтично.
— Что ты ещё заготовил напоследок, только не говори, что меня ждёт экспромт — не поверю!
— Кари, ты действительно потрясающий аналитик! Просчитала всё! Ну, мы можем отправиться в Moulin Rouge…
— Или?.. Ты и не заготовил другого варианта — так, на всякий случай…
— Оpéra Garnier, — обречённо сообщил Антонио, — К счастью, там сегодня спектакль, хотя у них сложная афиша и представления не каждый день…
— Идём в оперу!
— Умница, хотя снова удивила выбором, ведь Мулен Руж…
— Ты хочешь пойти туда?
— Нет, конечно, но там яркие представления…
— Выбор за мной? — Антонио кивнул, — Тогда опера, но надо привести себя в приличный вид…
— Карина…
— Что ещё, чего мне надо опасаться?
— Мы идём практически на закрытие сезона и нас ждут одноактные балеты в постановке Матса Экса: «Балеро», «Кармен» и «Другое место»… Ты уверена? Или всё-таки другое место выберешь?
— Почему?
— Это не совсем привычная классика…
— Тем интереснее! А то у тебя появилась тяга к каламбурам…
Вещей с собой нет… Опера это не Мулен Руж, хотя и туда в джинсах не пойдёшь. Я была готова убить Антонио! Это желание окрепло, когда он предложил зайти в какой-нибудь приличный магазин и всё купить. М-да и в прокат не возьмёшь…
— А, может, просто погуляем по Парижу, ведь скоро улетать?
— Карина! Я тебя пригласил, ты выбрала, значит, мне решать проблемы, которыми я не озаботился заранее. Моя ошибка — мне и исправлять, только не спорь, пожалуйста… Ты потом скажешь всё, что обо мне думаешь.
— Ты уверен, что хочешь услышать всё?
— Нет, но я вытерплю…
Легче согласиться, чем сесть за убийство, хоть и во французскую тюрьму!
…Лучше бы я выбрала тюрьму! Потому что сначала меня терзали примерками, потом быстро затащили в какой-то салон… Можно подумать, что накраситься и причесаться самостоятельно я не в состоянии! Аргумент, что не в общественном же туалете, прозвучал убийственно безапелляционно. И я сдалась…
Ничего! Впереди Россия, Москва, дача! Я всё запомню, а что не запомню, то запишу и узелок завяжу на память…
— Ты строишь планы мести, — хихикнул Антонио.
Ещё какие, знал бы — не хихикал!
— У тебя всё на лице написано. Мне следует не откладывать с завещанием?
— Тебе им озаботиться следовало в тот момент, когда ты приглашал меня на танго!
— Мегера, а так и не скажешь!
— Угу, но скорее стерва!
— Ух ты, моя жена — стерва… Кари, ты неподражаема! Скука в нашем браке исключена.
— Да! Скорее убийство!
— Кровожадная моя, выпьем кофе в каком-нибудь кафе?
— Я буду кровь, желательно твою.
— Согласен!
— Антонио! Как ты себе это представляешь? Я в таком наряде разгуливаю по улицам, пусть и Парижа!
— Понял, такси и кафе рядом с оперой…
О Боже, дай мне терпения не убить этого ненормального романтика до возвращения в Россию, хотя желательно и позже…
…Дворец, самый настоящий дворец! Вот откуда Антонио всё знает или он специально штудировал литературу?
Безумно красиво. Изящно и пышно. Это видеть надо, потому что любые эпитеты бледнеют на фоне этого великолепия.
Должна признать, что Антонио был прав, когда настоял на покупке одежды и салоне, кстати, он тоже сменил одеяние. Ему очень шёл новый вечерний костюм, я заметила, как местные и, думаю, не только дамы бросают на него взгляды… Хорошо, что до начала спектакля осталось не так много времени, а то дефиле по фойе мне основательно начал действовать на нервы, и всю красоту я уже перестала воспринимать…
Прекрасный зал, замечательная акустика, дивная музыка, но от классического балета не так уж и много, точнее мало что осталось.
Я не скажу, что заядлая театралка, но театр люблю, будь то спектакль, опера, балет. И всё-таки предпочитаю классику, хотя есть и интересные эксперименты — именно эксперименты, а не экскременты самовыражения, после которых хочется немедленно принять душ.
Одноактные балеты были интересны, не вызывали раздражения, но второй раз бы я пошла через какое-то время, чтоб проверить правильность первого впечатления. Может, это замечательно, однако, несколько не моё… Впрочем, вкусы иногда меняются…
Сумасшедшие сутки в Париже заканчивались, мы ехали в аэропорт.