Глава 17

Вика затеяла генеральную уборку, чтобы как-то отвлечь себя от мыслей о Дмитрии, находящемся в заключении. Когда она уже домывала пол на огромном крыльце, услышала, как звучит мелодия сотового, установленная на звонки Натальи.

Девушка вылила воду и, сполоснув ведро с тряпкой, положила сушиться. Вытерев руки после мытья, Вика подошла к телефону и приняла вызов.

— Привет, Викулька! Я забрала Егорку, и мы едем к тебе! Так что ставь еду на стол и корми нахлебников.

— Конечно. Что-то случилось? — спросила Вика, чувствуя по голосу, что Наташа слишком напряжена, несмотря на веселость Пущиной.

— Все после, главное — жди голодающих с работы, — воскликнула подруга.

— Хорошо, жду вас.

— Это самые приятные слова для моего желудка! — счастливо произнесла Наташа.

— Я знаю, — проговорила Вика, с улыбкой отключая телефон.

Волкова пошла на кухню, поставила подогревать овощное рагу с мясом и достала из холодильника салат. Вместо хлеба положила беляши: теперь-то она дома сидит в ожидании, так что некому сходить в магазин.

Через десять минут она услышала трель, свидетельствующую о том, что в дверь ограды звонят. Вика нажала на кнопку связи и спросила:

— Кто?

— Мы! — радостно прокричали Наташа и Егорка.

Вика надавила на клавишу, впуская их, и пошла встречать гостей. Через двадцать минут, когда они сытно и вкусно пообедали, Егорка попросился на улицу поиграть в песке, который привез специально для него дядя Дима.

Виктория отпустила, но наказала ни в коем случае не выходить за переделы двора, на что он радостно взвизгнул и пообещал никуда не отходить от песка. Как только братик ушел, Наташа выдала:

— У меня был Талгат.

— Да? — ответила Вика, стараясь быть очень удивленной.

— Ой, совсем притворяться не можешь! И про бордовые розы только ты знаешь.

— Каюсь, каюсь. Он спросил, а я честно сказала. Ты меня простишь? — произнесла Виктория, надеясь, что лучшая и единственная подруга не обиделась.

— Конечно! Цветочки супер! — оскалилась Пущина.

— А Талгат?

— Не знаю пока. Мне сейчас как-то не до мужиков, а он танком прет на меня.

— Не подкаблучник, это точно… — заметила Вика.

— Даже рядом не стоял… — усмехнулась Наташа.

— Так в чем проблема?

— Во мне… Мне тяжело переступить тот барьер, что я была ничтожеством, удобной игрушкой недостойного мужика, а ведь я была так счастлива и верила в нашу любовь. А тут… Теперь везде чудится подвох. Талгат вроде нормальный, даже офигенный мужик, но вдруг ему просто захотелось не заморачиваться и подружку нанимательницы трахнуть?

— Не-е-ет… — не веря в эту идею, протянула Вика.

— На них не написано, что хотят и что думают, поэтому не знаю…

— Честно скажу, мне нравится Санаров в отношении тебя. Если тот осьминог бесил и вызывал желание заехать кочергой по его наглой морде, то Талгату хочется сказать: «В путь»!

— Вот и прилетели! В путь?! Ну и ну…

— Не ворчи… Ты изменилась после Павла.

— Стерва? — уточнила девушка, играя пальцами правой руки по столу.

— Возможно, хотя ты одуванчиком никогда и не была.

— Это точно. Но он растоптал мое доверие… И пока… мне тяжело перестроиться…

— Понимаю…

— А я тебя обрадую! — внезапно радостно воскликнула Наташа.

— Чем? — удивленно произнесла Вика.

— Талгат сказал, возможно, Дима скоро будет дома!

— Как?! Правда?! — обрадовалась девушка, не веря своему счастью. — А когда именно?

— Ну, вроде вечером… Так как у Талгата очень важная встреча была… — поделилась Наташа, посмотрев на часы. — Час назад…

Раздался довольный счастливый голос Егорки, который радостно визжал и звал Вику. Вика вздрогнула, так как услышала посторонний чужой голос, хотя что-то было в нем знакомое, и напряглась всем телом.

— Не поняла… Егорка не один? — удивленно спросила Наталья.

В ответ Вика только покачала головой, чувствуя, что что-то не так. Наташа рванула к кухонному гарнитуру и вытащила три ножа, отдав один Вике со словами:

— Не порежься, они у вас до ужаса острые.

И тут голоса стали сильнее слышаться, так как говорившие приближались к кухне. Егорка, еще не дойдя до кухни, нетерпеливо выкрикнул:

— Вика! Вика! У нас сюрприз! Наш Дима приехал!

Радостно прокричав это, мальчик совсем не заметил, как изменились в лице сестра и тетя, а тот, кого он впустил в дом, резко притянул его к себе, приставляя охотничий нож к его горлу.

— Вот наконец и познакомились, девочка! — злорадно процедил мужчина, хищно улыбаясь во весь рот.

— Оставь ребенка! — твердо процедила Вика, приходя в бешенство от злости.

— Это кто, Вика? — тихо спросила Наташа, видя перед собой Дмитрия, угрожающего Егорке.

— Это чудовище — близнец моего мужа. Геннадий.

— Ого… А то мне на секунду показалось, что у меня галлюцинации, — прошептала Наталья, сжимая за спиной ножи, лихорадочно соображая, что им делать.

— Мой брат даже рассказал обо мне? Удивлен! Думал, что утаит! Но знаю точно, что кое-что он все же утаил от своего ангелочка.

— И что же? — осведомилась Вика, желая узнать причину его преследования.

— То, что он убил мою пару, — в бешенстве прорычал мужчина, сильнее прижимая нож к горлу малыша, отчего Егорка вскрикнул, почувствовав сильную боль, когда лезвие поранило кожу горла.

— Отпусти ребенка, чудовище! — зарычала Виктория.

— Да с чего? Я хочу причинить боль своему братцу! И сделаю это через тебя. А то, видишь ли, родственников больше нет… В юности вырезал еще… Эмоциональный был…

— Убожество! — процедила Наташа.

— Ты, человеческая самка, рот закрой, пока не прирезал… — прорычал Геннадий, с ненавистью окинув взглядом двух девушек.

— Дима не мог ее убить, раз ты здесь. Если вы были истинной парой… — возмущенно проговорила беременная девушка.

— Какая умная… Да, он физически ее не убил, но психически она невменяема и содержится в психиатрической больнице для оборотней.

— Но как?

— Так! Он накачал ее наркотиком ЛСД-О (лизергиновый синтетический диэтиламид для оборотней). Знаешь, что это такое?

Девушка покачала головой, даже не подозревая, что у оборотней есть смертоносный наркотик, поражающий психику.

— ЛСД-О открывает двери в сумасшедший ад, где убивают и кончают жизнь самоубийством, чтобы убежать от монстров сознания, выпущенных на свободу наркотиком. Шестьдесят процентов оборотней-наркоманов не могут избавиться от чудовищных видений всю оставшуюся жизнь. Их вторая сущность умирает или засыпает. И твой муж вкачал ей его!

— Я не верю! — прорычала волчица, твердо считая, что Дима не мог так поступить с женщиной.

— Когда я нашел Лизу, она уже находилась в больнице в неадекватном состоянии. Она ничего не воспринимала, радуясь, что Дима позаботился о ней. Тварь! Что бы я ни делал, она была невменяема. Даже секс в таком состоянии меня не удовлетворял, а наоборот, вызывал отвращение. Моя глупая пара вела себя, как умалишенная, постоянно крича про монстров.

— А может, это ты ненормальный, что посмел больную волчицу насиловать в таком состоянии? — с ужасом прохрипела Наталья, испытывая к мужчине омерзение.

— Ты кто такая, чтобы что-то говорить? Бесполезная человечка! Стоит только чуть поиграть, и ты сдохнешь от боли через полчаса. Что я обязательно и сделаю, чтобы твоя подружка налюбовалась своим будущим положением, но мучительно большим по времени.

— Не смей! Она пара Талгата! — четко прорычала Вика.

Виктория не смотрела на подругу, и так прекрасно осознавая, что Наташа в немом шоке смотрит на нее, переваривая «потрясающую» информацию. Мужчина рассмеялся и сказал:

— Забавно… Талгат, которого однажды я провел, как глупца… Правда, потом он посмел устроить на меня охоту, как и мой ненавистный братец. Но меня не так просто найти, я умею прятаться. Убить его пару будет честью для меня.

— Но зачем? Почему?

— Затем, чтобы сделать с тобой то же самое, что мой брат сделал с Лизой. Как же я был зол… И тут… я увидел девочку с очень приятным запахом. Сперва я подумал, что это мне судьба подарила еще одну пару, но я не почувствовал возбуждения, а значит, это суженая брата. Вот и прислал к тебе охранника, Дидаренко, рассчитывая в восемнадцать лет забрать тебя и за все отыграться… присылая брату вещи и видео с моими извращениями с тобой в главной роли. Но когда подошел срок моей мести, меня схватили. Я долгое время был в плену у человеческих охотников, всячески издевавшихся надо мной, как над подопытной игрушкой… — и тут мужчина стал противно смеяться. — Но ничего… Я отплатил им всем, когда смог выбраться оттуда. Да так, что они в гробах переворачиваются, вспоминая мои игры.

Виктория принялась теребить свое платье, пытаясь успокоиться от безумного страха, но у нее совсем ничего не получалось. Наташа же обдумывала варианты и нашла только один: вывести мужика из себя. Чтобы он пошел к ним, а мальчика оставил в покое.

А если он рассердится и что-нибудь сделает Егорке? Черт возьми! Девушка закрыла глаза на секунду, потом резко открыла и стала отходить в сторону от Вики, устремив дерзкий взгляд на Геннадия:

— А ты, как я погляжу, тоже в психушке должен находиться, судя по твоему поведению? Ненормальный псих! Всегда поражалась, откуда берутся маньяки и убийцы?! А оказывается, они получаются из душевнобольных психов и на почве безумств совершают грязные убийства.

— Заткнись, человечка! — приказал мужчина, желая уничтожить надоедливую тварь.

— О как? А ты трус!!! — заорала она с презрением. — Ребенком прикрылся! Мразь!

— Ах ты, сука! — прорычал ликан и резким движением откинул мальчишку в сторону стола, отчего Егор упал и громко заплакал.

Ликан кинулся к девушке, а она резко подалась вперед, дрожащими руками выставляя ножи. Острие вошло в его тело, но мужчина тут же с огромной силой откинул Наташу в стену, прорычав:

— Разорву в клочья! — и пошел к ней.

Сильный удар железным стулом затруднил ему движение, и он осел на пол. Мужчина повернул голову к Виктории, стоящей со стулом, и громко зарычал. Волкова от страха заехала ему вновь по голове, но он перехватил стул и сразу же оттолкнул к стене, где лежала Наташа.

Вика всхлипнула, когда увидела подругу, под головой которой образовалась лужа крови, и дрожащей рукой положила руку ей на пульс. Дыхание было, но слабое. Она повернулась к мужчине и процедила:

— Подонок! Чтоб ты сдох, — уже не сдерживая слезы, прокричала девушка.

— Не дождешься, а вот тебе и человеческим тварям это гарантирую.

Острие штакетины пробило голову удивленного оборотня, он заревел, поворачиваясь и набрасываясь со спины на темноволосую девушку.

— Бегите! — заорала незнакомка, закричав от резкой боли, так как оборотень принял форму чудовища и ударил ее лапой с когтями по груди, разрывая одежду и кожу до мяса.

Виктория бросилась к плачущему брату и стала кричать:

— Беги! Быстрее. Беги! Немедленно!

— А ты? — промямлил мальчик.

— Я потом. Люблю тебя. Ради меня, умоляю, беги.

Мальчик кивнул и бросился из кухни на выход. Вика подлетела к гарнитуру и схватила прихваткой серебряную кочергу, лежавшую на всякий случай на полке, где проходила вытяжка.

Не теряя ни секунды Виктория бросилась к зверю, разрывающему когтями живот девушки и, замахнувшись под углом, концом кочерги заехала в повернувшуюся к ней морду.

Ликан взревел и накинулся на Вику, но тут его откинуло в сторону. Огромный серый волк прислонился к жене носом и, видя, что она дрожит и ничего не понимает от ужаса, с рычанием кинулся на чудовище, разрывая его когтями, пытаясь добраться до шеи. Хищник повалил монстра на пол и вцепился в руку, а потом в морду, моментально подбираясь к шее.

Неповоротливое чудовище пыталось скинуть серого волка, но оборотень намертво прицепился к нему, со свирепой яростью разрывая ему глотку.

Послышался громкий хрип, кричащий об агонии, и убожество смолкло. Волк оскалился и зарычал. Оборотень в считанные секунды перекинулся в мужчину и быстро бросился к Виктории.

— Малышка, ты как? — взволнованно прохрипел, ласково прикасаясь ладонью к ее щеке, осматривая на наличие ран.

— Я… нормально. Наташа и девушка… они…. Помоги… — умоляюще попросила Вика, пытаясь прийти в себя от пережитого ужаса.

— Да, любимая. Я сейчас их принесу, а ты в гостиную иди. Договорились?

— Да, — тихо произнесла Виктория, с нежностью проведя пальцами по его лицу, закусывая губу от счастья. — А твой близнец? Он…

— Его больше нет, не переживай, малышка. Все будет хорошо. Иди. Я займусь подругами.

Вика на подгибающихся ногах вышла из кухни, полностью не осознавая, что все уже закончилось. Ей казалось, что чудовище до сих пор живое и вновь нападет на всех…

Не успела она дойти до гостиной, как к ней подлетел запыхавшийся Талгат. Мужчина в панике схватил ее за плечи и прокричал:

— Где?

— В кухне, — просипела девушка и разревелась.

Талгат прижал к себе плачущую Вику и через несколько секунд осторожно усадил ее на диван. Непонятно что-то буркнув, стремглав бросился в кухню.

Дмитрий считал пульс у Наташи, понимая, что девушка сильно ударилась головой о стену. На полу, где находилась голова девушки, было много крови. Он проклял все полицейские процедуры, которые тянулись ужасно долго, перед тем как его выпустили.

С обеда он был сам не свой, чувствуя приближение огромной беды. Дмитрий сходил с ума от беспокойства за свою пару. Как только ему сказали, что он свободен, не объясняя ничего, он понял, что случилась беда. При оформлении документов его резко дернуло, и он почувствовал дикий ужас и безвыходность. Не было сомнений, что на его пару напали.

Он забрал документы, обещая завтра подойти с отличным коньяком, и его предложили довезти. Быстро распрощавшись с полицейскими, добежал до двери ограды, открывая ее секретным паролем с наружной стороны, и наткнулся на рыдающего Егорку. Мальчик, заикаясь, указывал на дом, и Волков бросился туда, на ходу перекидываясь в волка.

И сейчас он с сожалением смотрел на лучшую подругу Вики, Наталью, которая находилась на грани жизни и смерти.

В кухню влетел Талгат и сразу бросился к ним.

— Что с ней? — стал хрипеть он, прощупывая ее голову.

— Ударилась головой о стену. Сзади серьезная рана, пульса совсем нет.

— Проклятье. Черт. Какого хрена? Ты не успел? — закричал Санаров, дрожащими руками проверяя повреждения.

— Как выпустили, так сразу же сюда! — прорычал в ответ Дмитрий.

— Ладно. Понимаю. От переживания…

— Понимаю. Нужно срочно отвезти ее в больницу.

— Нет. Я поставлю ей метку. Не буду рисковать… — жестко отчеканил Талгат, упрямо сжимая губы.

— А как она отреагирует на статус жены на всю жизнь? — рявкнул Волков, намекая, что девушка не будет рада новому статусу без ее согласия.

— Я заглажу свою наглость. У нас впереди вся жизнь…

— Понял, тогда неси девушку в комнату. Не будешь же ты ей ставить метку тут… где все в крови.

— Мне, если честно, все равно, — заявил мужчина, не отрывая взгляда от своей пары.

— Даже не сомневался. Черт, тут еще одна. Ее сильно потрепали. Не знаю, кто она.

— Может, пришла с Геннадием?

— Нет, Вика попросила о ней позаботиться, — ответил Дима и подошел к девушке, принюхиваясь. — Полукровка. Значит, нужно обработать раны и все заживет потихоньку.

— Давай. Какую комнату выделишь мне и моей паре? — спросил Санаров.

— Любую, сам определишь свободную по запаху.

— Отлично. Я пошел, — проговорил мужчина и, подхватив на руки свою женщину, двинулся на выход из кухни.

Дмитрий же аккуратно взял незнакомку и понес в гостиную.