Глава 26

Корсан знал, что она уже несколько часов плачет, не останавливаясь… С недавних пор он знал о ней все… Заставлял днем и ночью следить за ней… Впитывал каждый ее вдох, считал каждый шаг… Он сам не понимал природу своих чувств, но с таким столкнулся впервые. В его жизни была страсть – порочная, запретная, одержимая. Была даже влюбленность, многочисленные увлечения… Но к ней помимо всего прочего спектра знакомых, но обостренных чувств, которые бушевали в душе уже не первую неделю, с недавних пор прибавилось нечто новое… И это новое можно было назвать лишь одним словом  – нежность… Проснулась какая – то дикая потребность заботиться о ней, оберегать, делать так, чтобы ее глаза светились восторгом и благодарностью… Он хотел этого всего именно с ней… наверное, во многом потому, что все ее эмоции были до предела искренними, настоящими, чистыми… А ему хотелось чистоты… Впервые в жизни хотелось чистоты…

Нет, пока он не будет открывать ей страшную правду… Конечно, ему не терпелось показать ей, насколько тот, о здоровье и благополучии кого она молит по ночам, не достоин, доказать, насколько ее Ричард ничтожен и гнусен, но он сдержится… Она и так в смятении… И почему – то ему казалось, что происходило это с ней отнюдь не потому, что Корсан был с ней слишком груб… Что – то произошло там, в камере, между ней и Ричардом… что – то понятное только ей, ее сердцу. То, что невозможно расслышать по записи камер… И именно это ее так гложет… В душе Корсана затеплилась надежда, что она могла почувствовать, могла уловить неискренность этого урода… Может быть, ее сердце нашептывает ей что – то другое… то, чему противится разум, а тело и душа противостоять не могут… Он мечтал бы об этом… И в то же время, осекал себя в своих смелых надеждах… Наивно полагать, что Валерия так просто откажется от всего того, чем жила столько лет… А еще наивно думать, что он, Корсан, станет героем ее романа… Он и сам понимал, что все в их знакомстве, с самого начала, в корне не соответствует пониманию того, что могло бы завоевать ее как женщину, добровольно, по желанию…

В сотый раз за последние часа два открывал программу на телефоне с выводом видео с камер в его комнате… Девочка все так же лежит, свернувшись калачиком, на его кровати… Спит… Порывался уже десятки раз бросить все дела и пойти к ней, но останавливал себя… Пусть отдохнет… А потом он подарит ей небольшой праздник…

Валерия проснулась от слабого стука в дверь… Сколько она проспала? На улице светало… Корсан, видимо, так и не пришел, то ли дав ей возможность перевести дух, то ли заняв себя очередной игрушкой… Неужели усталость и стресс так ее одолели, что она провалилась в сон больше, чем на десять часов? Помнила, что засыпала на закате… А теперь вот светает… Зато тело словно полностью восстановилось… Тяжесть пережитого словно немного отступила… Ей стало легче… хотя в голове все еще была каша…

– Госпожа, я принесла Вам завтрак… – тихим услужливым голоском пропела Инана.

Валерия подняла на нее острый обиженный взгляд.

– Ты бросила меня тогда! Я чуть не погибла! – упрекнула девушку, сбежавшую от Валерии там, в рыбацкой деревне, где стараниями Балкис ее чуть не утопили…

– Госпожа, что Вы! Я понеслась искать помощи! Что одна я могла противопоставить толпе этих диких людей! К счастью, в доме я встретила самого господина Корсана! Это я сообщила ему про то, что с Вами происходит…

Значит, это была Инана…. Инана фактически спасла ее…

Женщина прошла внутрь комнаты, поставила большой поднос на стол.

– Господин просит Вас быть готовой через час…  – только сейчас девушка замечает, что в руках у служанки еще какой – то пакет, кладет его на банкетку у кровати – там Ваша одежда к прогулке… Он просил… Чтобы кроме платья на Вас ничего не было… – Валерия видела, как Инана покраснела до корней волос, смущенно отводя взгляд. Злобно прикусила губу, потому что ей эта переданная через построннюю женщину «просьба» тоже показалась смущающей и даже унизительной…

– А больше ничего не просил? – язвительно спросила она.

– Простите… Передавал Вам пожелания приятного аппетита… Сказал, силы Вам понадобятся… Впереди интересная поездка… – служанка снова залилась краской смущения, а Валерия решила перевести тему… Предостаточно уже тем и фраз на грани…

– Послушай, Инана… Вчера я снова видела Ишту… И она снова не показалась мне сумасшедшей, по крайней мере, в первую часть нашего разговора… Она говорила со мной на английском… Правда, какие – то странные, загадочные вещи… Скажи мне, пожалуйста, почему Балкис называет ее гинией? Кто такие гинии?

Инана вздохнула, словно подбирая слова… Было видно, что любознательность Валерии ей уже давно не по душе…

– Вы уже, наверное, поняли, что люди на этом острове весьма примитивны и необразованы… До сих пор живут средневековыми предрассудками и верой в мифы… Так вот, гиния – это женский мифический персонаж, которым местные с детства пугают своих детей… Это такая старая колдунья, которая может претворяться милой старушкой, но на самом деле, это злой дух с одной каменной ногой, которая приносит вред в дома, глазит здоровых детей и накликает бесплодие на красивых женщин… Но Вы же понимаете, что это всего лишь легенда… детская страшилка… Ишта просто старая женщина, немного не в себе… Люди боятся ее потому, что она имеет влияние на Корсана… Он прислушивается к ней… К ее предсказаниям и фразам…

– Значит, все – таки предсказания есть?

Инана скептически поджала губы.

– Я не верю во всю эту ересь, если честно… Иногда мне кажется, что он просто из уважения к ней делает вид, что придает значение ее словам…

Валерия задумалась… Корсан правда не производил впечатление человека, который будет верить в приметы… Хотя… все на этом острове в который раз заставляло ее поражаться увиденному и услышанному…

– Расскажи мне о детстве Корсана… Ты сказала, что Ишта его кормилица? А где его мать и отец? Откуда он родом? А еще кто тот странный мужчина, который приговорил меня к смерти как ведьму? И почему он прислушивался к Балкис?  – засыпала она вопросами женщину.

Та заметно стушевалась, но больше не проронила ни слова…

– Я пойду, госпожа! Времени у Вас не так много. Вы и сами знаете, господин не любит ждать… Хорошей Вам поездки!

Она так же бесшумно и стремительно убежала, а Валерия только сейчас поняла, как голодна… Откинув все беспокоящие мысли прочь, принялась за еду… А потом открыла пакет и недовольно поджала губы, увидев его содержимое…

Он окинул ее оценивающим взглядом. И почему всякий раз, когда он смотрит, он делает так, что все внутри переворачивается. Дьявол. Сущий дьявол.

– Тебе идет это платье.

Инстинктивно девушка натянула короткую юбку – клеш цветастого, в зелено – изумрудных тонах платья пониже, словно это могло как – то скрыть ее длинные белые ноги.

– Подойди, Валерия.

Она в нерешительности приблизилась к сидящему на стуле за завтраком мужчине. Нур провел по ее ноге от коленки и выше, выбив из нее порывистое дыхание, приподнял юбку, чтобы увидеть, что под ней трусы…

– Разве я непонятно выразился, передав, чтобы на тебе не было ничего, кроме платья? – прорычал, не дожидаясь ее реакции, разорвав тоненькую материю, служившую последней защитой от этого нестерпимого состояния незащищенности… Получилось грубо и резко, Валерия чувствовала, как горит кожа в том месте, где он порвал ткань. И в то же время, ее это возбудило… В очередной раз оставалось только поражаться, откуда вдруг вылезла эта ее странная новая сущность, готовая с каким – то странным мазохистским удовольствием сносить подобные вещи от мужчины…

Корсан увидел то, как она непроизвольно зажмурилась и напряглась… Боится его, девочка.. Сердце даже сжалось… Нет, не надо страха… Не хочет больше ее страха…

Валерия почувствовала, что тут же его взгляд смягчился, подобрел. Он приобнял ее, поцеловав в висок… Как – то нежно, интимно… А это что – то новенькое…

– Пойдем, Златовласка… – сказал он, протягивая ей абайю.  – Выйдем в океан – снимешь.

– Нур, я… мне неудобно… Стыдно… – начала было Валерия.

– Меня стыдно? – он бросил насмешливый взгляд на виднеющиеся в прорезях абайи зеленые глаза, – разве там есть что – то, что я еще не видел? Не поздно для стыда?

– Нет,  – нервно сглотнула она, – а вдруг меня увидят… Голую… Там, под платьем…

Он жадно притянул ее к своему телу, жар от которого она чувствовала даже через преграду черной ткани.

– Я… обязательно…увижу…что у тебя там под юбкой… Этого достаточно… Больше никто не увидит… Запомни, девочка, когда ты в море со мной, я там царь и бог… И стыдится тебе меня нечего… Я с ума схожу от вида твоей голой задницы… О каком стыде может быть речь?

Девушка опять нервно вздохнула. Он еще ничего не сделал, а она уже потекла, чувствуя предательскую влагу между ног, где теперь свободно гулял ветер…

Валерия с радостью стянула удушающую черную ткань абайи, как только берег скрылся за горизонтом. Но ее облегчение длилось недолго. Катер слегка покачивало на волнах, ветер был довольно сильным и порывистым, и все время задирал и без того ничего не скрывающее платье девушки. Настолько короткое, что при каждом ее движении – стоило ей нагнуться, оно задиралось и оголяло ничем не прикрытые ягодицы. Она ловила на себе его возбужденный взгляд с примесью доминирующей усмешки, и он невольно посылал по ее телу разряды возбуждения… Когда она успела стать такой? Скажи ей пару недель назад, что ее будет возбуждать вот такое унижающее доминирование чужого мужчины, она бы расцарапала тому глаза, но теперь… Теперь все это казалось частью их сексуальной игры… Будоражащей, интригующей, доставляющей удовольствие…

Он то и дело заставлял ее принести ему то одно, то второе. Нарочно, назло. Чтобы видеть ее в движении. Видеть, как она непроизвольно стесняется и пытается скрыть то, что не скрыть…

Как же вкусно было с ней. Как чувственно, как ярко… Красивая, сексуальная, желанная… А еще так идеально ему подходящая с самой первой их совместной ночи… Рот наполнялся слюной всякий раз, когда он думал, что хотел бы еще с ней сделать… И теперь его фантазии не ограничивались лишь постелью… Он хотел ее радости, ее счастья, ее восторга… Всего хотел с ней. Невозможно прекрасная женщина.. Бунтарка… Женщина пирата…

Последнюю мысль погнал из головы грязной метлой… Остановись, прекрати… Не пытайся увидеть во всем этом того, чего нет. Она чужая, она не его. Это он витает в иллюзиях, а для нее все пока предельно просто и прозаично – торговля телом ради спасения проклятого муженька… Нет, только не думать о нем, не поддаваться порыву снова рассвирепеть и невольно сорваться на девочке…

– Иди сюда, моя русалка, – сказал, подзывая к себе, поставив между штурвалом и собой, прижавшись всем телом к ней, уже трепыхающейся и краснеющей от ощущения упирающегося в поясницу возбужденного мужского достоинства.

Его рука собственнически забралась под юбку и пальцы тут же проникли внутрь. Он заглушил мотор катера, вмиг наступила пронзающая тишина, только учащенное дыхание Валерии да плеск волн нарушало это идиллию.

– Смотри, русалка… Тебе понравится.

Девушка открыла глаза, полуприкрытые от наслаждения, и невольно охнула… Перед катером прыгали прекрасные красивые животные Сказочные…

– Дюгони… – выдохнула она изумленно…

– Все для тебя, экологиня… Скажи спасибо злому пирату, – усмехнулся он и сжал ее клитор, от чего девушка невольно вскрикнула…  – Это те самые, которых ты спасла…

– Откуда ты знаешь? Ааа… – охнула она, выгнувшись к его груди от наслаждения… Его пальцы творили с ней неимоверные вещи, в то время, как он заставлял ее участвовать в обычной беседе, словно ничего не происходило…

– Посмотри, они все с чипом… Зеленым… В цвет твоих глаз….

Возможно, Корсан ей беззастенчиво врал и это были совершенно другие животные… Она ведь никогда не узнает правду о судьбе тех, выброшенных на берег бедолаг… Но сейчас ей предательски эгоистично было все равно… Так хотелось в данную минуту верить в это вранье… А еще… а еще хотелось бесконечно чувствовать эти горячие руки на себе, в себе… Эту агонию, смешанную со сладким, тягучим удовольствием… Эту власть над собой, которая не порабощала и раздражала, а казалась органичной…

Он довел ее до оргазма в два счета, сам при этом так и остался возбужденным… Она чувствовала упирающийся в ее бедро каменный член и понимала, что все самое острое, горячее и интересное только впереди… Корсан накормил ее только закуской… А главное блюдо… И возможно, не одно…

Одним махом сорвал с нее платье, оставив совершенно голой. Быстро снял одежду с себя, не обращая внимание на стоящее колом мужское достоинство.

– Пойдем, – сказал, увлекая девушку за собой к лестнице.  – Пришло время поплавать…

– Подожди, куда.. Плавать? Ты что? – стала она отбрыкиваться.

Он повернулся и посмотрел на нее озорным взглядом.

– Сладкая маленькая экологиня, оказывается, не так смела, как хочет казаться? Пойдем, тебе понравится. Они не сделают тебе ничего плохого… Чрезвычайно добрые, милые животные…

Это было сказочно, сюрреалистично. Это было… незабываемо… Она просто представить себе не могла, что такое бывает… Плыть в бирюзовой бездне рядом с огромными тушами этих медленных, но таких дружелюбных и милых животных было сродни погружению в какую – то удивительную, незнакомую инопланетную среду… Как он умудрялся так ее удивлять? Казалось, дальше уже некуда, но нет… Пределу его фантазий не было… Ни в одном из смыслов…

Теперь они лежали на мягкой лежанке на хвосте катера. Совершенно голые и изможденные своим долгожданным и голодным сексом после плавания… Соленые, мокрые, голодные, они поедали отловленных в специальную сетку на катере морских ежей и устриц, щедро поливая их лимонным соком и запивая холодным, исключительно хорошим, как все, что потреблял Корсан, белым вином, а потом перекинулись и друг на друга, забыв о палящем солнце, о всех своих мрачных мыслях, сомнениях, тяготах.

Она сидела сверху на нем, медленно двигаясь, а он невольно улыбался и любовался этой до невозможности красивой внутри и снаружи женщиной… Той, которую впервые в жизни захотел назвать своей… Ради которой впервые в жизни хотел стать лучше… Ее расставленные бедра послушно приняли в себя его плоть и он даже дал ей немного пространства для маневров. Позволил руководить самой, а не руководить самому… И теперь ему нравилось, как осторожно чувственно она двигалась, прислушиваясь к своим эмоциями и ощущениям…

– Оставайся со мной, Златовласка… – вырвалось у него непроизвольно. Она замерла. На секунду ему показалось, что ее зрачки расширились… Валерия глубоко выдохнула и снова задвигалась… Вот только идиллия момента, гармония и общая умиротворенность тут же улетучились…

Корсан недовольно сжал зубы, сетуя то ли на свою глупую сиюминутную слабость, то ли на ее неоднозначную реакцию. Схватил ее порывисто за бедра, резко опрокинул, нависнув сверху и несколькими жесткими, быстрыми толчками довел себя до оргазма… Она же так и не смогла больше расслабиться… Лишь подчинилась его нахрапу. Ни о каком ее удовольствии больше речи не шло.

Молча встал, одеваясь.

– Пора обратно, Валерия… Наше время вышло… У меня пару дел по приезду. А ты иди в комнату и жди меня. Вечером нас ожидает разговор…

Девушка молча кивнула, группируясь и натягивая поверх голого тела абайю… Платье валялось где – то на другом конце катера… Страсть как не хотелось сейчас расхаживать голой при нем… Смущение снова вернулось, словно никуда и не уходили… Словно это не она беззастенчиво всего пару минут назад скакала на нем совершенно голая…

– Да, и еще… Я запрещаю тебе разговаривать с Иштой, даже если она придет к тебе сама… И расспрашивать о ней я тоже тебе запрещаю, как и обо мне…

– Хорошо, – осипшим голосом ответила девушка.

– В остальном будь спокойна… Балкис на острове больше нет. Она тебя больше не потревожит… Но это не означает, что твоя очередная самодеятельность сойдет тебе с рук…

Подошел взял ее за подбородок.

– Будь послушной девочкой, Златовласка… Хотя бы научись претворяться… По жизни это поможет…

– Я все поняла, Корсан… Спасибо…

Он поднял на нее недоуменный взгляд. Спасибо?

– За сегодняшний день спасибо…

Посмотрел как – то глубоко, вдумчиво. Молча кивнул в ответ, явно растерявшись… А она снова отвернулась… В голове эхом звучали его слова «Оставайся со мной, Златовласка»… Знал бы он, каким ураганом они пронеслись по ее душе…