Глава 50. Элина

Адам, нежно взяв меня на руки, относит обратно в спальню. Съёжившись от воспоминаний о нашей последней там близости, мучительно закрываю глаза.

Я не вынесу, если он вновь будет со мной грубым.

Только не сейчас.

Словно почувствовав, что я испытываю, Адам кладёт ладонь на мою щеку и прижимает мою голову к тому месту, где тревожно бьётся его сердце. Жест такой интимный и нежный, что заставляет меня выдохнуть, и я расслабляюсь.

Войдя в комнату, он осторожно ставит меня на пол, но не торопится выпускать из своих объятий.

– Всё будет хорошо, просто доверься мне, – в его голосе слышны нежность и грусть. – Пока ты со мной, я позабочусь о тебе.

Адам сжимает ладонями моё залитое слезами лицо, аккуратно вытирая солёные капли.

– Как? – дрожащим голосом спрашиваю я. – Борис всегда на шаг впереди. У него есть свои люди повсюду. Возможно, даже сейчас кто-то следит за нами. Как ты сможешь защитить меня?

– Вот так, – Адам шумно выдыхает и, всё ещё не отнимая рук, опускает ко мне голову, чтобы коснуться губами моих.

Нежность этого поцелуя лишает меня сил и воли. Слёзы, которые я ещё не успела выплакать, вновь катятся по лицу.

– И вот так.

Его губы скользят к уголкам моих глаз. В следующий миг я ощущаю прикосновение языка, слизывающего слезы.

Адам продолжает говорить что-то ещё, но я, как завороженная, проваливаюсь в гипнотический транс. Не сразу замечаю, что мужчина уже положил меня на постель и сам лег рядом.

Я знаю, что это неправильно – позволять ему ласкать меня, снимать мою одежду, но, Господи, какое счастье притвориться хотя бы раз, что наше прошлое было лишь дурным сном, от которого всегда можно очнуться.

Сердце отчаянно уговаривает меня отдаться ему, но еле слышный голос разума предупреждает, что это ошибка.

– Скажи, что у тебя больше никого не было, – хрипло шепчет мне в ухо.

– Никого. Клянусь.

– Элина, ты моя, ты принадлежишь мне полностью, – свирепо цедит Адам. – И всегда будешь только моей. Если хоть один уёбок прикоснётся к тебе, убью каждого, – его губы завладевают моими, раскрывая их со знакомой настойчивостью.

Рот мужчины терзает меня сладостной пыткой. Язык проводит очертания губ и вновь проникает внутрь, чтобы слиться с моим. Сильные руки скользят по моим бёдрам, талии, поднимаясь к груди.

Когда тёплые ладони касаются набухших сосков, поцелуй становится ещё более требовательным.

– Адам, – долго подавляемый стон вырывается из моей груди. Кажется, я вот-вот умру от жажды.

Пока его язык умело орудует у меня во рту, мощные руки завладевают нежными холмиками, дразня, гладя и сжимая затвердевшие соски. Тело Адама натягивается, словно струна, выгибается, надавливая и прижимая меня к постели. Я провожу ладонями по могучим мышцам его спины, при этом безотрывно продолжая отвечать на поцелуй.

Вздрагиваю от восторга, когда Адам целует мне ухо, скользит губами по шее, груди. И, взяв в рот напряжённый сосок, начинает нежно покусывать его.

От неудержимого желания я проваливаюсь в пропасть и перестаю что-либо понимать, смутно ощущаю, как его руки оказывается между моих ног, лаская мои складочки.

Адам сумел уловить мгновение, когда я полностью доверилась ему. Он словно почувствовал, как напряжение покидает моё тело и я открываюсь чувственному наслаждению.

Сердце начинает колотиться как сумасшедшее, когда Адам, избавившись от одежды, входит в меня. В этот момент я не чувствую ничего. Осталась лишь нетерпеливая потребность вновь слиться с ним и стать единым целым.

Адам нависает надо мной, с силой упираясь руками в кровать так, что от напряжения набухают вены вокруг мощных мышц. Закрыв глаза и сжав челюсти, он входит в меня медленно, постепенно набирая скорость.

Я приподнимаю бёдра навстречу и глажу его плечи. Но уже скоро Адам теряет над собой контроль и врезается в меня сильнее снова и снова, пока я, обезумив от желания, не взрываюсь в ослепительном оргазме.

Вскоре и сам Адам достигает разрядки и обмякает на мне, с трудом переводя дыхание и обжигая меня своим раскалённым телом.

Спустя какое-то время мы, лёжа в объятиях друг друга, наслаждаемся когда-то потерянной близостью.

– Прости меня, пожалуйста, – слова мне еле даются, но я настойчиво продолжаю говорить. – Я думала, что спасаю свою сестру. Думала, что у меня нет другого выхода. Но, видит бог, я не хотела предавать тебя. Ты стал мне очень дорог. Я влюбилась в тебя по-настоящему. Но они так сильно запугали меня, что сломили мою волю. Я уже ничего не понимала, знала только, что нужно спасти Лизку.

Адам, нежно поглаживая мне спину, продолжает молча слушать, как я раскаиваюсь.

– Если бы можно было всё сделать иначе, я бы так и поступила. Но на тот момент я не видела иного выхода. Мне правда очень жаль. Прости, что из-за меня ты лишился той папки. Я так сильно подставила тебя. А в результате пострадало ещё больше людей и мой… – всхлипываю.

– Достаточно.

Адам притягивает меня к себе, и мы вновь сливаемся в поцелуе.

Только он один способен залечить мои раны.

Но нельзя забывать, что опасность ходит под руку с этим человеком. Пока я буду с ним, моя жизнь всегда будет висеть на волоске.

Позже вечером я просыпаюсь в своей постели одна. Принимаю душ и надеваю первое попавшееся платье. Спускаясь вниз, я уже знаю, что найду Адама в кабинете.

– Элина, – завидев меня, он подрывается и идёт навстречу.

– Я согласна помочь тебе.

Адам замирает, поражённый моими словами.

– Но ты должен пообещать, что после расправы над Борисом отпустишь меня. Навсегда.