Глава 41. Ради общего дела

[полтора месяца спустя, в главном зале совещаний Инквизиции Генерального Штаба] — Что насчет других Поднебесных Тотемов, мистер Кларксон? — Считаю, что это дело следует передать сумрачным странникам, пусть они занимаются дальнейшими поисками и контролем этой ситуации. — Но почему именно им? — недоуменно спросил Лэр Коупман. — Поднебесные Тотемы сложно отследить, если они заснули, для обычных людей это не представляется возможным. Зато, когда они вновь начнут подавать признаки жизни, их можно попробовать отследить по энергетическому следу на грани между реальностью и изнанкой мира — то есть материей сновидений, а это не по нашему профилю, как вы понимаете, так что необходимо подключать дополнительно специалистов. Процесс поисков будет непростым, долгим и, скорее всего, растянутым на годы, но лучше держать это дело на контроле. С любым духовным талисманом можно наворотить кучу бед, если он попадет в плохие руки. Спешки в этом деле нет, но раз Эльза рекомендовала помнить об этих нюансах, то считаю правильным периодически сканировать различные территории нашего мира на момент пробуждения Поднебесных Тотемов. Лучше сумрачных странников с этой задачей никто не справится. Мы сидели в главном зале совещаний в Генеральном Штабе и отчитывались по айлиархскому делу и всей этой теме с Брендоном и мессиром-Кушеляпичем. Эти двое, кстати, сейчас пафосно возлежали посреди стола, будучи закованными в стеклянные снежные шары, и наши коллеги с удивлением и интересом поглядывали на столь своеобразный способ задержания преступников. Каждый из них потыкал в шары, убедился, что это не просто стекло, а какой-то необычный лед, который не мог разбить никто, кроме Эрика. Но с бывшими владельцами посохов всё было понятно, и тему быстро закрыли, а вот о Поднебесных Тотемах говорили много, так как руководство Генерального Штаба было озабочено тем, что неизвестное количество духовных талисманов проникло в наш мир незамеченными, и теперь было непонятно, чего от них ожидать, когда они проснутся, кто станет их хозяевами. Особенно всех обеспокоила теоретическая возможность попадания Тотема в плохие руки и усиление какого-нибудь темного мага со всеми вытекающими последствиями. Говорил в основном Эрик, я лишь давала какие-то отдельные комментарии как некромант и специалист по темной магии. Мы с Эриком сидели за одним столом в центре большого зала совещаний, который представлял собой что-то вроде амфитеатра. В центре зала стоял широкий стол, за который было принято усаживать докладчиков, а перед нами полукругом располагались длинные скамьи, на них расселись наши коллеги из числа руководителей разных отделов. Все эти скамьи немного возвышались над нами, чтобы всем было хорошо видно друг друга. Мне было немного неуютно, потому что я ощущала себя, как на допросе с пристрастием, а вот Эрик был абсолютно спокоен. Он-то привык в этом зале и за этим столом с докладами заявляться, а для меня это был новый опыт, и я немного волновалась. Впрочем, если бы не Эрик, который периодически успокаивающе сжимал мою ладонь под столом и с нежностью поглаживал меня по коленке, я бы нервничала куда больше. Не то чтобы у меня были серьезные причины для волнения, просто новый опыт — он всегда немного волнительный, а я перед таким количеством начальников с докладом еще не выступала. Улыбнулась, вновь почувствовав шаловливые пальчики на своей коленке. Мы с Эриком провели чудесный медовый месяц в Айлиархе. Больше никакая нечисть и неприятности нас не тревожили, так что свадебное путешествие удалось на славу, еще и больше по времени, чем мы изначально планировали. Мы вволю накупались в теплом море, наотдыхались, налакомились экзотическими фруктами, исходили все местные тропки вдоль и поперек, побывали на всех айлиархских водопадах. Ну и насладились друг другом вволю, о да-а-а! Буквально купались в океане любви, страсти и нежности. Мой ненасытный супруг умело сводил с ума и влюблял в себя всё больше и больше, хотя, казалось бы, куда уж больше, да? Эрик был тот еще романтик. Мы каждый день ужинали в каком-то новом месте, то в уютном кафе-ресторане, то выбирались на пикник с видом на очередной водопад, и Эрик приводил меня на заранее подготовленную площадку, украшенную то волшебными разноцветными фонариками, то мерцающими свечами. Понятия не имею, когда он успевал всё организовывать, но он буквально купал меня в эстетике, ласке и нежности, и я таяла в объятьях любимого мужчины. В общем, это был во всех смыслах незабываемый медовый месяц, и на работу мы оба возвращались полные сил и энергии, желания свернуть горы. У Эрика так вообще глаза светились фанатичным огоньком, когда он рассказывал все детали айлиархского дела, то, как на его темное зрение повлияла связь с Тотемом, как дальше проходило взаимодействие и расследование. Гладиолус, кстати, тоже весь месяц вел себя образцово-показательно, больше ни в какие передряги нас не втягивал. Вел себя как ласковый интеллигентный пёс, я бы так сказала. Продолжал налаживать связь со своим хозяином, тревожных магических вспышек у Эрика больше не было. Песец чудесным зверем оказался, очень я его полюбила, да и холодное по отношению к домашним питомцам сердце Эрика явно растопила эта пушистая белая тучка. Сейчас Глэйди остался в нашем особняке, с которым он с большим интересом ознакомился и сразу облюбовал место на подоконнике в гостиной. Надо мне будет ему там удобную лежанку устроить. Ну и как-то поговорить с песцом и убедить его не таскать дохлых мышей, крыс и птиц к нам на кухню. А то я утром обнаружила мышку в ковшике для варки каши, аж аппетит сразу пропал. Глэйди равнодушно выслушал мою гневную тираду на эту тему и переложил дохлую мышку из ковшика на белоснежную фарфоровую тарелочку с золотой каёмочкой. Маргсов эстет, у-у-у! Даже не знаю, что будет проще: переубедить песца или просто свыкнуться с этими его охотничьими замашками?.. Что ж, время покажет. В общем, мы с Эриком были очень довольны нашим путешествием и даже на обратной дороге в серебристом Драгон-Экспрессе не попали ни в какую переделку, Аллилуйя! И наконец-то смогли сполна оценить весь комфорт и особенно удобную кровать в люксовом купе. Я закусила нижнюю губу, чувствуя, как к щекам прилила кровь при воспоминаниях о том, как Эрик сладко наказывал, сдержав свое обещание устроить мне «горячую порку» за то, что я, несмотря на все запреты Эрика, все-таки протащила с собой документы по айлиархскому делу и втянула нас всех в расследование этой истории. Не то чтобы я была против такого «наказания»... Если честно, то мне так понравилось, что я бы каждый день нарушала подобные запреты Эрика. Даже несмотря на то, что ягодицы всё еще горели после жаркой ночи в поезде, и сидеть сейчас на жестком деревянном стуле в большом зале совещаний было не то чтобы приятно. Зато вон, Эрик какой довольный, с блаженным выражением лица. Надо бы мне стараться каждый год его так в нормальный отпуск вытаскивать, чтобы переключать с бесконечного напряжения, давать полностью отдохнуть от работы. Он даже не рычал ни на кого, и вид имел весьма благодушный, аж слегка улыбался уголками губ. Мне кажется, это пугало коллег гораздо больше, чем вечно холодный Эрик Кларксон с металлическими нотками в голосе. — Жаль, что у нас в официальном штате инквизиции нет ни одного сумрачного странника, — вздохнул Гарольд, начальник отдела кадров. — Как было бы проще тогда отслеживать всех этих Тотемов... — Да, это большое наше упущение, — кивнул Эрик. — Нам бы привлечь кого-то из сумрачных странников на постоянную работу... — Да где ж их взять? — развел руками Гарольд. — Ну, вернее, понятно, где именно — в Академии сумрачных странников*, но они же себе на уме, вечно пребывают в сновидениях, на кой им наши проблемы, если им своих с лихвой хватает? — Сумрачные странники так же, как и мы, помогают бороться с нечистью и прочими созданиями тьмы, только на тонкой реальности сновидений, куда нам с вами не добраться, Гарольд. Мы используем разные методы, но преследуем одни и те же цели в глобальном смысле. — Да это понятно, — раздраженно махнул тот рукой. — Вот только они весьма неуважительно относятся ко всем нам, обычным волшебникам, кто по сновидениям не ходок. Высокомерные все такие, те еще снобы, которые считают, что мы тут ерундой страдаем. Себе на уме, я ж говорю! Их ничего не интересует в нашем бренном реальном мире, а потому не представляется возможным привлечь их в инквизицию на постоянную работу. Я пробовал! — Значит, мало пробовали, только и всего, — пожал плечами Эрик. — Нет в мире ничего невозможного, пробуйте еще раз. И еще, и еще... Столько раз, сколько потребуется, чтобы достичь желаемой цели. Он подумал секунду и донельзя ехидным голосом добавил: — Ну или, раз это настолько невозможно, я тогда предлагаю кандидатуру моей мамы, Эльзы Кларксон-Филеберт, в качестве штатного специалиста в Инквизиции Генерального Штаба по вопросам контроля энергетических всплесков Поднебесных Тотемов в нашем мире, так как высшие демоны лучше нашего чувствуют такие вещи. — Высшего демона — и в инквизицию!? — тут же взвился пухлощекий мужчина, сидящей справа от Гарольда. — Господин инквизитор, прошу прощения, но вы вообще понимаете, какую чушь несете?! — А что такого? — невинно улыбнулся Эрик. — Я тоже высший демон, кстати. Только выбеленный, так сказать. Это как-то мешает нашему адекватному взаимодействию с вами? Ну вот. Эльза, конечно, не является выбеленной и такой же спокойной, как я, зато специалист в своей теме очень хороший. Но мы же здесь с вами не ради сахарных характеров собрались, а ради общего дела, не так ли? За этими словами последовала очень эффектная пауза, которой Эрик откровенно наслаждался, давая всем время обдумать его слова и представить себе во всех красках Эльзу Кларксон в штате инквизиции. Ильфорте Брандт, который тоже присутствовал на этом совещании и молча сидел на самом верхнем ряду позади всех коллег, прикрыл рот кулаком в попытке спрятать широченную усмешку. Он тоже явно наслаждался всем происходящим. — Нет, вы знаете, я, пожалуй, попробую еще раз поговорить с сумрачными странниками, — громко произнес Гарольд, как мне показалось, нервно дернув глазом. — Авось удастся кого-то склонить на нашу сторону, я обязательно найду к ним подход. Быстро не обещаю, но мы будем работать над этим, мистер Кларксон, вот это я вам обещаю!.. Сказано это было тоном «что угодно, только не надо обсуждать присутствие высшего демона в официальном штате инквизиции!!». Я еле сдержалась от желания рассмеяться в голос. — Замечательно, значит, с этим тоже покончено. В целом, наш доклад завершен. Остались еще какие-то вопросы? — Да, мистер Кларксон, у меня остался вопрос, — подал голос генерал Томсон Мэ́колбери, высшее звено в Генеральном Штабе. — Точнее, я его задавал вам ранее, но вы так и не соизволили ответить. Почему вы так резко сменили мнение и отправились в лес раньше всей подготовленной группы инквизиторов? Что заставило вас все-таки направиться в Кантонский лес, хотя вы твердо сказали, что будете ожидать завершения задачи коллегами? — Аримаджал, господин Мэколбери. Я же отвечал ранее и в письменном отчете еще своем отобразил, что после появления аримаджала рядом с нами я принял решение... — Это не отчет, а ерунда какая-то, — перебил Мэколбери, скривившись и пренебрежительным тоном сбрасывая на пол листок с отчетом Эрика. — Написано расплывчато, выглядит странно. Какой-то детский лепет малыша, пытающегося увиливать общими фразами и избегающего самое главное. Не понимаю, почему вы увидели аримаджала на территории ваших апартаментов и не просто спокойно уничтожили его, а решили проследовать за ним и довести самостоятельно дело до конца, не оповестив об этом предварительно коллег. У меня создалось стойкое ощущение, что вы что-то скрываете от нас, мистер Кларксон. Что за ярость заставила вас не дожидаться подмоги и двинуться в Кантонский лес? Может, вы не такой безобидный выбеленный демон, каким хотите казаться? Может, вы теперь являетесь опасным неуравновешенным демоном, который не в состоянии адекватно реагировать на появление нечисти рядом? Что вами двигало в тот момент? Расскажите подробно, мистер Кларксон, и постарайтесь убедить меня в своей честности и выбеленности. Иначе мне придется поставить на Верховном Совете вопрос о целесообразности сохранения вашей кандидатуры на вашем посту. Несколько инквизиторов из числа генеральских прихвостней согласно зашумели, мол, безобразие, нужны детали и проверка адекватности Эрика Кларксона!.. Я с неприязнью покосилась на генерала Мэколбери. Он мне жутко не нравился, да и Эрику тоже. Мерзкий тип, любящий выворачивать всё так, как ему хочется. Я была наслышана от Эрика о том, что его Наставник Ильфорте Брандт мечтает как-нибудь избавиться от генерала Мэколбери в инквизиции, но сместить его с тепленького местечка пока не представлялось возможным. Покосилась на Эрика. Он выглядел всё еще вполне доброжелательным, но я прекрасно ощущала, что за этой маской добродушности сейчас закипает лавина бешенства. — Ах, подробно рассказать? Прям очень подробно? — Максимально детально, мистер Кларксон. — Ну, как скажете, — расплылся в подозрительно сладкой улыбке Эрик. — Слово генерала — закон в инквизиции, не так ли? Эрик вопросительно глянул на меня, и я по его взгляду догадалась, что именно и как он дальше будет рассказывать. Тихонько кивнула, снова кусая губы и морально приготовившись к тому, что ближайшие несколько минут мне будет очень сложно сдерживать рвущийся наружу хохот. — Так вот, всё началось с того момента, когда я вознамерился заняться любовью со своей незабвенной женой, — воодушевленно начал Эрик. — Я, знаете ли, не люблю, когда меня прерывают во время столь интимного процесса, начинаю злиться, неудовлетворенность и спешка в этом деле скверно влияет на мой характер. Чтобы вы прониклись моей яростью, придется начать издалека. Так вот, в первую очередь, когда вышел из ванны на террасе и глянул на свою возлюбленную, я воспылал желанием встать на колени и... Через несколько секунд в зале совещаний воцарилась гробовая тишина, и все инквизиторы дикими глазами вытаращились на Эрика, который детально описывал тот вечер, когда мы с ним занимались любовью, но не довели дело до конца из-за появившегося аримаджала, который попытался похитить нашу магию. Красочно так рассказывал, со всеми физиологическими описаниями, не стесняясь в выражениях, без капли стеснения, при этом сохраняя радушное выражение лица и деловой тон, будто докладывал о каких-то сухих технических деталях и цифрах. Я тоже нисколько не смущалась и даже поддакивала в нужных моментах, потому что и мне очень хотелось утереть нос генералу, заткнуть его и раз и навсегда отвадить от желания общаться с Эриком (и со мной заодно) в подобном тоне. А что о нас подумают остальные — да и Маргс с ними! Судя по их вытаращенным и даже завистливым глазам — больше уважать будут, хех. Через пару минут горячего рассказа Томсон Мэколбери робко попросил закруглиться и прервать рассказ, потому что «и так всё понятно, вы свободны, мистер Кларксон». — Нет-нет, что вы! — картинно возмутился Эрик. — Я обязан рассказать всё до конца! Вы правы, нужен детальнейший отчет. Так что продолжим. На чем я там остановился? Напомните, мистер Мэколбери. Вы ведь внимательно меня слушали, я видел. Томсон Мэколбери побагровел еще больше и пробормотал что-то неразборчивое. Кажется, он сгорал от стыда, был смущен донельзя. Таким нашего генерала я еще не видела. — Вы остановились на моих ногах, заброшенных на ваши плечи, господин инквизитор, — любезно напомнила я. — Ах, да, — с важным видом покивал Эрик, закинув ногу на ногу и любезно принимая из моих рук стакан с алой жидкостью. — Так вот, после я подумал, что неплохо бы сменить позу, и... — А что вы там пьете, господин инквизитор? — напряженно перебил забавный пухлощекий инквизитор, пунцовый цвет лица которого был уже близок к тому, чтобы начать сливаться с фиолетовой мантией. Взгляд его вперился в прозрачный пакетик с кровью, который я достала из своей сумочки. Этих пакетиков у меня было несколько, потому что перед совещанием мы с Эриком ходили в лекарское крыло, консультировались там на тему здоровья и магии Эрика, и нам выдали несколько пакетиков донорской крови, которую Эрику рекомендовали пить пока что раз в месяц на протяжении полугода, до стабилизации демонической магии. Мы, вообще-то, не планировали светить этим на всю инквизицию, но сейчас я так разозлилась на генерала Мэколбери и остальных его прихвостней, что подумала: ай, да гори оно всё синим пламенем! Пусть любуются моим кровожадным супругом, хех. — Донорскую кровь, — не моргнув глазом, ответил Эрик, сладко причмокивая. — Мне, как высшему, хоть и выбеленному, демону, положено потребление любой темной материи хотя бы раз в год, но ближайшие полгода нужно чаще, чтобы, если кто из коллег меня расстроит, я не заморозил случайно весь Генеральный Штаб вспышкой гнева. Проконсультировавшись с нашими лекарями, принял решение остановиться на донорской крови, так как другие темные материи вроде чужих душ меня не особо прельщают, а кровь еще можно как-то потерпеть. Благо в нашем современном мире мне не нужно для этого вылавливать недоброжелателей по всему Форланду, чтобы сцедить у них парочку бокалов живительной влаги. Эрик с достоинством промокнул алые губы салфеткой и продолжил деловито вещать. — Вы записываете? — с издевательской улыбкой уточнял он у порядком пришибленных инквизиторов. — Нет, ну вы записывайте, подробно, прям в деталях, вам же надо будет доложить потом об этом на Верховном Совете, здесь ведь не всё руководство сейчас присутствует. А вдруг кто-то не будет знать важных нюансов моего отчета? Безобразие получится. Через несколько минут о-о-о-очень подробного отчета все инквизиторы сидели пунцовые от смущения, потупив взгляд, пытаясь сжаться в комочек и стать невидимыми точками в конце злополучного отчета. Лэр Коупман, кстати, был единственным, кто действительно старательно записывал, хотя он тоже был пунцовый от всего услышанного. Ильфорте Бранда видно не было. По-моему, он сполз со скамьи под стол, сотрясаясь от сдерживаемого хохота, и решил остаться там же до окончания совещания. Вернее, того балагана, в который превратился наш рабочий доклад. Я бы с удовольствием присоединилась к хохочущему Ильфорте, но пришлось кусать губы и держать лицо. — Думаю, теперь всем понятно, что я не мог не рагневаться на столь не вовремя прервавшего меня аримаджалом? Уверен, каждый на моем месте поступил бы так же, вне зависимости от того, есть в вас демоническая кровь или нет. Еще остались вопросы? — деловито уточнил Эрик, оглядывая словесно нокаутированную аудиторию. — Очень... полный доклад, — сдавленным тоном отозвался генерал Мэколбери. — Думаю, что мы кончи... Кхм... Закончили... Все свободны, в общем!.. Инквизиторы засуетились, собирая бумаги, выходя из-за столов. Ильфорте на последнем ряду амфитеатра выполз из-под стола, прикрываясь рабочими бумагами и длинными волосами, чтобы никто не видел, как его распирает от смеха. — Кстати, перед отъездом в отпуск я подавал прошение о выделении мне отдельного кабинета, но сегодня канцелярия огорошила меня вестью, что мое прошение было отклонено вами, генерал, — печально вздохнул Эрик, поравнявшись с генералом на выходе из зала совещаний и как бы невзначай покручивая в руках опустевший пакетик из-под донорской крови. — Я весьма огорчен и раздосадован таким положением вещей. Можем ли мы решить этот вопрос сегодня же? — Видимо, произошла какая-то ошибка, — глухо отозвался Томсон, избегая смотреть прямо в глаза Эрика. — Так мы ее уладим? — Да-да... Да! Конечно! Вы только не расстраивайтесь и не злитесь, мистер Кларксон! Вот, держите. Томсон достал ключи из карманов темно-фиолетовой мантии и протянул Эрику. — Кабинет номер семьсот тринадцать теперь ваш. — Ох, вы так любезны, господин Мэколбери!.. Я не удержалась и прыснула в кулак, шагая позади Эрика. Отличное начало первого рабочего дня после отпуска, я считаю. Вон сколько всего полезного успели сделать! Такой вот почти что дружной ядовито-улыбающейся друг другу гурьбой мы покинули зал совещаний и подошли к подножию главной лестницы в главном атриуме, чтобы подняться и далее разойтись по своим кабинетам. В этот момент откуда-то с верха лестницы раздался звонкий голос: — Мистер Кларксон! Мистер Кларксон, вот вы где, а я вас везде ищу! Это был мой куратор Паул Крэктон, который радостно помахивал рукой и спускался по лестнице, грохоча желтым чемоданчиком. Подозрительно знакомым чемоданчиком. — Мы нашли ваш утерянный багаж, мистер Кларксон! — радостно воскликнул Паул на весь атриум. — Очень сложно оказалось, помотало его знатно, но мы всё же нашли! Вот, только сегодня утром доставили, и я... Ой! Ручка многострадального чемоданчика не выдержала издевательств над собой и решила остаться в руках Паула, в то время как сам чемоданчик с грохотом полетел вниз, переворачиваясь на каждой ступеньке, распугивая поднимающихся по лестнице инквизиторов, едва успевающих отскакивать в стороны. Где-то на середине лестницы чемодан не выдержал и лопнул, явив миру свое содержимое. Желтый потрепанный чемоданчик продолжил падать, и из него блестящим шлейфом посыпались серебристые квадратики с изображением розового кролика, вывалилась черная кожаная плетка, звякнула цепь с наручниками. Что-то небольшое металлическое покатилось вниз, с громким звоном подскакивая на каждой ступеньке. В полнейшей тишине ошалелых инквизиторов это самое «что-то» достигло подножия лестницы и прикатилось аккурат к ногам Эрика, стукнувшись о его белоснежный лакированный ботинок, прокрутившись несколько секунд вокруг оси и, наконец, замерев на мраморном полу. Эрик задумчиво смотрел себе под ноги. Я тоже не сводила глаз с эрекционного кольца и гадала, о чем сейчас думают все те наши коллеги, с которыми мы вот только что сидели в большом зале совещаний, а теперь они вишенкой на торте стали свидетелем содержимого нашей поклажи. Страшно было глаза на них поднять, если честно, хотя губы мои подрагивали в нервной улыбке. А вот у Ильфорте Брандта губы не подрагивали — он таки дал себе волю и расхохотался в голос, сложившись пополам от смеха, облокотившись о перила лестницы. Не могла его винить. Более того, самой хотелось к нему присоединиться, но я пока как-то держалась, из последних сил. С опаской покосилась на Эрика: а ну как разозлится сейчас и начнет опять замораживать всё вокруг себя? Но я недооценила психику своего ненаглядного супруга. Эрик с самым невозмутимым выражением лица протянул: — Ах да... Точно, как же я мог забыть... Он нагнулся, подхватив с пола эрекционное кольцо, и шагнул вперед к Ильфорте со словами: — Это тебе. Ты просил купить, а я и забыл передать до поездки. — Я просил?! — Ильфорте аж поперхнулся воздухом от изумления и попятился. — Ну да, — невозмутимо кивнул Эрик и с силой вложил металлическое кольцо в ладонь сопротивляющегося Ильфорте. — Ты же просил, для какого-то там ритуала для привлечения удачи в свою жизнь. Ну и еще кое-чего по мелочи для других ритуалов, зайдешь ко мне попозже — обсудим, поделишься информацией, а я передам ритуальные объекты. Не дожидаясь момента, когда Ильфорте обретет дар речи, Эрик подхватил меня под руку и быстро зашагал со мной вверх по лестнице. Проходя мимо так и застывшего на верхней ступеньке лестницы Крэктона, сухо бросил ему: — Благодарю за помощь, Паул. Будьте любезны, соберите вещи и отправьте их в мой кабинет номер семьсот тринадцать. Паул ничего не ответил и лишь молча проводил нас взглядом, как и десятки других инквизиторов, кому посчастливилось стать свидетелем падения желтого чемоданчика. Только оказавшись в новом кабинете Эрика, я тоже дала себе волю и, наконец, расхохоталась, прислонившись спиной к платяному шкафу. — О боги... Кажется, на сегодня я исчерпал лимит попыток сгореть от стыда, — со вздохом протянул Эрик, шлепнув себя ладонью по лицу. — Ты отлично держался! — со смехом произнесла я. — Знаешь, твоей выдержке может позавидовать любой. — Ну... Когда не можешь изменить обстоятельства, приходится менять свое отношение к ним, — криво улыбнулся Эрик. — Иногда проще дать окружающим хлеба и зрелищ, чем изображать стойкую ветряную мельницу. — Да уж, согласна! Но нас с тобой теперь будут обсуждать ближайший месяц как минимум. — Полгода, не меньше. Ну, мне не привыкать. Хмыкнула, оглядывая помещение. Довольно просторное и аскетичное, вполне в духе Эрика. Большой стол, высокие шкафы до потолка, мягкое кресло и простой деревянный стул с жёсткой спинкой для посетителя. Самое то, чтобы не расслабляться при разговоре с господином Пророком. На мой вкус, тут не хватало цветов, на подоконнике стояла лишь парочка кактусов. Окошко было приоткрыто, легкая белая занавеска колыхалась от порывов холодного ветра. Вкусно пахло морозной свежестью. — А мебель в твоем новом кабинете проверять на прочность будем? — уточнила невинно, поглаживая ладонью столешницу массивного дубового стола и заговорщически подмигивая Эрику. Он расплылся в коварной улыбке, обнимая меня со спины и целуя за ушком. — Разумеется, незабвенная. Предлагаю начать с рабочего стола. И люстры, конечно же. Должны же мы обновить мое новое рабочее место краснокружевным ритуалом, верно? ______ [*примечание автора: про Академию сумрачных странников и целый водоворот событий пойдет речь в следующей моей книге, она так и будет называться: «Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле». Кто на меня подписан, тот получит уведомление о старте новой книжки)) в ней речь пойдет про младшую сестру Эрика — Фелицию. Сам Эрик и некоторые другие полюбившиеся вам персонажи моих книг тоже там помелькают второстепенными героями)) ]