Глава 14. Стикер зла
Нет, я не обиделась. Нет, я не хотела игнорировать напарника. Нет, я не нарывалась на ссору. Но да, теперь мы не разговариваем. И дело не в том, что вчера мне действительно было больно и страшно. Просто иногда осознание своего положения приходит позже. Расследование больше не казалось чем-то веселым и интересным, работа превратилась в серьезную и ответственную вещь. Теперь это был вопрос не только поисков преступника, но безопасности и выживания. Конечно, стоило это осознать быстрее, но вот накатило именно после известия о смерти моего свидетеля. Просто именно эта смерть была близко связана со мной. Это не посторонний неизвестный человек, это тот, у кого я должна была взять интервью. Непосредственный контакт.
Как говорится, бомбануло! И вроде все осознаешь, но вот эмоционально доходит гораздо позже. Маленький факт, небольшое подтверждение, собственные слова в чужом смартфоне – этого достаточно, чтобы моя планета стабильности сошла с орбиты.
И вот я просыпаюсь, смотрю на неуязвимого дракона из другого мира с другими законами и понимаю, что выбиваюсь из этой реальности. Но вот она, реальность, не прочь свалить на меня свои опасности, и не важно, что справиться с ними я не могу.
– Я хочу остаться дома, – тихий шепот, босые ноги на паркете и две дорожки слез.
– Что?
Он выглядывает из ванной, во рту зубная щетка, а в глазах непонимание. Наверняка ведь ослышался. Но нет.
– Я никуда не пойду! – выкрикиваю и стремительно бегу в кровать. Завернуться в кокон и проплакать весь день, вот моя цель, и никакие короли душ не помешают мне ее осуществить.
Меня уговаривают, на меня злятся, даже пугают, но ответ неизменно один: чтобы оставили в покое. Через час терпение Блэка заканчивается, и он кому-то звонит. Самое интересное, что даже не пытается никуда уйти или тихо говорить, наоборот, все напоказ.
– Да она разревелась ни с того, ни с сего и умчалась в кровать. Свила там гнездо и теперь ее оттуда только с матрацем и выдернешь, – раздражение сквозило в каждом слове напарника. – Я пытался уговорить, приводил рациональные доводы, но результата ноль! Эта девица просто хочет моей смерти!
– Если бы, – пробурчала в угол подушки. Кажется, меня не услышали.
– Что сделать? Обнять? – я вся напряглась и начала прислушиваться. Женская натура тут же сделала стойку. – Да ты совсем тронулся после встречи с истинной! По-твоему, каждую женскую слезу убирают обнимашками?! Ты точно не в себе!
Глаза сами собой закатились. Ну и дурак.
– Сам ты идиот. Причем влюбленный. Что с Кармой делать, она не собирается вставать, – я спиной через одеяло почувствовала прожигающий взгляд. – Какой выходной?! У нас расследование в самом разгаре, нужно исследовать труп, проверить улики. Некогда потакать женским соплям!
Я не удержалась и швырнула в наглого дракона тапком. Попала по спине, но не сильно. А вот взгляд мой сказал обернувшемуся брюнету гораздо больше, нежели действия.
– Алло. Алло! Люк? – кажется, король иных был такого же мнения о чувствительности дракона, как и я. А она у Блэка явно нулевая.
Дракон еще какое-то время проклинал в слух друга, который просто кинул его, потом затих, чем заставил меня насторожиться. Неужели сдался?
– Ты это, отдыхай, а я пока просмотрю данные с телефона, – кажется, напарник смирился с нашим прогулом. Ему все равно без меня не выйти из квартиры. Правило двух метров все еще никуда не делось и осталась в голове Блэка.
Я не ответила, только еще плотнее завернулась и продолжила жалеть себя и думать о тщетности бытия.
– Может мне это… – он неожиданно замялся, неуверенно топчась на месте. Это было понятно по скрипящим половицам. – Может, обнять?
Как же я жалела, что не могла видеть выражения лица мужчины. Наверняка там была дикая гамма эмоций: от раздражения и до неловкого смущения. Услышать подобное от Блэка, который не верит в нежности и любовь, было крайне неожиданно и забавно. Будто немой внезапно заговорил.
– А не боишься утонуть в моих соплях? – резко бросила, сама не осознавая. Конечно, было обидно за прошлые слова, но могла бы сдержаться. Однако не сдержалась, и это стало началом конца.
***
"Я пишу список для помощника, что нужно купить? Если не доставим еду в эту квартиру, твоя саламандра к вечеру закусит нами!"
Я держала в руках недавно протянутый мне стикер, исписанный с двух сторон, и не могла вникнуть в смысл слов. Шокировал сам факт существования стикера, на котором было что-то написано Блэком. Первым порывом было смять и выбросить в окно или в мусор, но угроза быть съеденной Мун действительно пугала. Эта ящерица могла все, и я не уверена, что она побрезгует человечиной и дракониной, когда дело дойдет до голода. Только это сподвигло меня вытащить ручку из выдвижного шкафчика на кухне и написать ответ на услужливо пододвинутом новом стикере.
Так и начался наш молчаливый бойкот. Мы оставляли стикеры на видном месте, а потом забирали ответ. На зеркале вопрос: "Где мои носки?" и тут же под ним ответ "В верхнем ящике слева". В туалете запрос "Закончилась бумага!" и быстрый ответ "Уже заказал несколько упаковок". Мы даже не пересекались в квартире, только иногда, и это в однокомнатной хибарке! Просто передвигались тогда, когда кто-то из нас сидел на одном месте. Если ела я, напарник сидел в комнате, и наоборот. Я даже не знаю, почему приняла правила этого странного молчаливого бойкота. Мне хватило одного дня, чтобы выплакать все свои страхи, наслушаться грустных песен и приговорить три пиццы с бутылкой пива. После стандартных суток страданий я чувствовала себя уверенней и гораздо стабильнее в эмоциональном плане. Стоило вернуться к работе и скорее покончить с маньяком и угрозой собственной жизни, но нарисовался бойкот. Иногда мне казалось, что глупее этого может быть только ссора в песочнице за лопатку, но это не мешало мне оставлять новые стикеры на вещах дракона и по всей квартире.
"Постирай свои вещи, или я устрою вечером изгнание скверны из дома!" – красноречиво гласила моя надпись.
"Что это значит?" – и раздраженный смайлик рядом. Кто-то проштудировал инструкцию по использованию символики в мессенджерах.
"Разведу на крыше костер и спалю все вонючие тряпки!"
Скажите, жестоко? Так он первый начал.
"Я чуть не убился на твоей пенке для волос! Собери косметику в одном закрытом месте, или я ее всю вылью, высыплю и разобью!" – гласила капсом надпись на зеркале в ванной. Гораздо позже я заметила несколько синяков на руках и колене дракона. Летел он знатно, а приземлился не очень.
"Тронешь косметику, побрею!" – а потому что нельзя покушаться на святое!
Я подрисовала несколько восклицательных знаков и прилепила свой ответ рядом, обведя его несколько раз. И вот тогда начался не просто молчаливый бойкот, начался марафон "Кто выскажет больше претензий самым обоснованным образом". Неудивительно, что урна была полна желтых смятых бумажек. Некоторые я в порыве злости даже разрывала и делала конфетти над головой Блэка, демонстрируя свое твердое несогласие с высказыванием.
Вспоминая все это, могу сказать, что мы напоминали детей. И не просто детей, а братца и сестрицу, которые старались уколоть друг друга посильнее.
Два дня прошло в подобных условиях, а на третий мы вынуждены были явиться в отдел. Встретил нас крайне недовольный Серов. Это еще больше раздражало, учитывая, что в телефоне жертвы мы так и не смогли ничего найти. Переписка с родственниками и друзьями ничего не дала, а от одного диалога и вовсе хотелось покрутить пальцем у виска. Исполнение желаний, нужно только захотеть, и призыв вступить в какую-то группу со ссылкой на нее. Попахивало сектой, но проверить возможности не было, так как ссылка была более неактивна. В общем, так себе знакомые у Гордеева. То денег просят, то зазывают в какие-то пирамиды и мутные организации.
– Явились, работники года, блин, – прорычал оперативник и кинул на нас злой взгляд. – Может, сделаете карьеру в сфере пищеварительного тракта?
Да, Люк каждый раз придумывал для нас правдоподобные причины отсутствия. В прошлый раз была диарея, в этот, похоже, тоже. Не самая приятная болячка, зато быстро излечимая, и позволяющая сидеть на больничном.
– Ура! С выздоровлением! – радостно воскликнул Мартин, рыженький лисенок, поедая что-то жирное. Его губы были покрыты маслом, а щеки округлились от наполнявшей рот еды.
Вот кто всегда был рад меня видеть.
– А у нас на завтрак беляши. Хотите? – и это чудо достало сверток из пакета, который болтался на локте парня, и протянул мне.
Тут же в протянутую руку с едой в бумажной обертке вцепилась мощная лапа оборотня, почти выворачивая запястье бедному технарю.
– Ай-ай-а-яй! – запищал от боли лис.
– Ты что творишь? – я помогла Мартину освободить руку из захвата и с нескрываемой злостью уставилась на Серова.
– Пытаюсь не дать отделу утонуть под горами макулатуры из незакрытых дел! Какие вам, к черту, беляши?! Вода и сухари! Обосранцам сидеть на воде и хлебе, пока не очистите свой кабинет хотя бы от половины бумаг!
Как же в этот момент хотелось проклясть короля иных за «оригинальный» диагноз, но я сдержалась. Все же вина в этот раз была на мне, и нужно было отвечать за последствия. Я всегда была ответственной. Если портачила, то сама и исправляла.
– А чай можно? – я с надеждой уставилась на опера, понимая, что без его дозволения нас никто даже близко к кухне не подпустит.
– Крепкий черный без проблем, – легко согласился оборотень.
– Мартин, сделай мне кофе, – бросил впервые за два дня молчанки напарник и направился в кабинет.
Серов скривился, явно недовольный высокомерным поведением брюнета. И обычно я как раз на стороне этого выскочки, перемываю косточки оперативнику и выражаю к нему неприязнь наравне с напарником, вот только не в этот раз.
– Слушай, Игорь. Кофе никак нельзя. Врач как раз запретил Блэку любые виды этого напитка. Как оказалось, он его слабит, и может случиться обострение. Но, конечно, этот самовлюбленный индивид никогда не признается в этом, – как на духу заговорщицки выдала всю подноготную.
И плевать, что это ложь. В памяти все еще ясно стоит квадрат из девяти стикеров на дверце моего шкафа, на которых написано моей помадой "Ты сама виновата в смерти помады. Она испортила мой свитер!", и сиротливо приклеенная на скотч сама виновница несмываемых пятен на одежде дракона, непригодная больше к использованию. Хотелось закричать, порвать парочку дорогущих рубашек от Gucci, но необходимо было действовать в рамках своих же правил. Пусть только появится бесхозный ремень от Armani в поле моей видимости, и его ждут ножницы!
Серов внимательно посмотрел на меня, выискивая подвох. Такое дружелюбие с моей стороны не укладывалось в его кирпичной голове, мыслящей прямыми. Я просто пожала плечами.
– Делай, как считаешь нужным, – и я обошла все еще думающую единицу в системе правопорядка – редкое явление. – Возможно после обеда нас здесь уже не будет.
И последними словами я добилась нужного эффекта.
– Мартин! Выноси все кофе с кухни и тащи его в камеру временного заключения! Живо! И ключи мне!
Лисенок суетливо забегал по отделу, все оживленно начали обсуждать проблему Блэка, а я широко улыбалась, предвкушая горячий чай и новую ломку у дракона. Месть, она такая. Сла-а-адкая.
***
Как и ожидалось, кофе в отделе отныне был под запретом. Бедным сотрудникам приходилось бегать в кофейню за целый квартал от нас за горячим напитком, чтобы банально не уснуть на работе, ибо давно пристрастились к кофеину. Блэк бесился, рвал и метал, но никак не мог вырваться из отдела. Только дракон пытался ускользнуть за обожаемым черным эликсиром, как для него тут же находилось срочное дело. Серов и его ребята бдели лучше спецслужб. Такой расклад довел напарника почти до отчаяния, когда он решил попросить своего помощника привезти ему кофе, и тем самым готовясь нас рассекретить. Услышав его тихий разговор с сотрудником из жизни короля душ, я молча взяла стикер, начиркала там несколько строчек и крепко припечатала клейкую часть бумаги точно на лоб брюнета. Да еще и придавила пальцами, чтобы наверняка, отчего голова мужчины несколько раз качнулась назад под давлением.
Блэк мгновенно замолчал, шокировано уставился в стену перед собой, после чего перевел раздраженный взгляд на вернувшуюся на место меня и сбросил вызов. У него ушло всего пять секунд на то, чтобы сорвать стикер и прочесть его содержимое.
"Пусть не забудет сказать "Ваше Величество", когда принесет кофе. Вдруг не все поймут, что ты не простой следователь".
Скрежет зубов был отличным ответом на мое замечание. Я даже почувствовала себя отмщенной за помаду. Почти. Естественно, стикер улетел в урну. Я еле сдержалась, чтобы не приложить ладонь к лицу. Ну какой из дракона агент под прикрытием? Он ходит по лезвию разоблачения каждую секунду.
Я все так же спокойно поднялась со своего места, подошла к урне и достала бумажку с текстом, который совсем недавно сама написала. Блэк наблюдал за всем этим с интересом и легким пренебрежением. Я не стала что-либо объяснять, просто опустила стикер в шредер, уничтожая улику. Мало ли кто решит поинтересоваться содержимым нашей мусорки. Возможно это излишняя предосторожность, но в сфере, где твои конкуренты ради горячей новости готовы пойти на взлом квартиры, чтобы добыть информацию, нужно быстро учиться уничтожать любые хвосты.
На мое действие отреагировали раздраженным то ли смешком, то ли фырканьем, и вернулись к бумагам. И вот тут возникла серьезная проблема: необходимо было общение и полноценная дискуссия, а в молчании это сложно осуществить. Вот тогда в ход пошли сперва стикеры, потом блокноты. Мало того, что мы и так много писали, так теперь это утроилось. К концу рабочего дня у меня уже отваливались пальцы и сводило кисть, а характерная ямочка на среднем пальце вновь проступила. А ведь я ее не видела с самого выпуска из университета.
Как раз на моем предположении, что маньяк явно действует не один, в кабинет вошел Серов. Сказать, что кирпич лица треснул, это ничего не сказать. Он почти раскрошился от представшей перед ним картины.
– Слушайте, я не знаю, что тут у вас творится, да и не особо хочу знать, – Серов указал на полную урну бумаги и полностью облепленный стикерами кабинет. – Однако будьте добры решить вопрос с делом Гордеева. Родственники хотят похоронить тело. Они и так долго ждали.
И тут что-то щелкнуло в голове. Я быстро перевернула страницу тетрадки с отрывными листами и начала писать.
"А я могу увидеть, как умер человек, если его убил иной?" – почему-то эта мысль не приходила мне раньше в голову, да и я была уверена, что жертву давно похоронили.
Вопрос привлек внимание Блэка, заставив того задуматься над ответом. Брюнет потер подбородок, пожевал нижнюю губу, после чего уверенно вывел ответ:
"Кое-что можешь увидеть, но это не лучшая идея. Ты же помнишь, как тебя чуть не поглотила дымка греха? Здесь может произойти нечто похожее."
Плевать! Мне надоело сидеть как собака на сене. Есть сила, а я ее вообще не использую. Прям кощунство какое-то! Тем более если это могло помочь поймать демонолога, то риск стоил того.
"Я хочу попробовать. У нас все равно нет других зацепок." – Я ловко развернула блокнот к брюнету. Он уже собирался мне ответить, но тут влез Серов. Оборотень, как оказалось, так и стоял в дверях, продолжая хмуро пялиться на нас.
– Вы что, последние мозги высрали? Что это за шарады? Вам мало бумажных гор в кабинете, решили совсем зарыться под макулатурой?
Я уже хотела возмутиться, ведь с оперативником у меня не было никакого бойкота, но напарник опередил.
– Нам нужно в морг. Хочу еще раз осмотреть тело, – произнес Блэк, сгреб в охапку все бумаги со стола и отправил в шредер.
А он быстро учится. Лучше не оставлять за собой личную переписку.
– Как будто ты что-то там поймешь, ты же не судмедэксперт. Да что с вами творится? Совсем одичали, – не сдавался Серов.
– А это уже наши личные проблемы, – на этот раз вмешалась я. – Хотим —
разговариваем, хотим – переписываемся.
– Да хоть перепихивайтесь, только хватит тратить казенную канцелярию! Что, мессенджеры уже не подходят для общения? – раздраженно заметил опер, и мы одновременно замерли.
И вот какого черта мы вцепились в эти несчастные стикеры? Можно было всего лишь переместить наше общение в «телеграм», «ватсап», «вайбер» и прочее, все зависит от предпочтения. И переписка защищена, и экономия, и мусора меньше. Мне очень сильно захотелось побиться головой о стену, но нужно было ехать в морг. Я шустро достала смартфон и отправила сообщение:
"Это ты начал!" – мгновенно напомнила брюнету, кто решил начать общение на бумаге, и тут же следом добавила: "Я за рулем!" – После чего я проигнорировала недовольный взгляд оборотня и выскочила из кабинета. Следом за мной вышел дракон.
– Эй! А как же закончить работу – полный игнор в ответ. – Замечательно! Теперь они и со мной не разговаривают. Предки, за что мне эта парочка? Увижу хоть один стикер на своем столе, и вам не поздоровится! – кричал нам в спины опер.
Как обычно, мы его проигнорировали. Появились более важные дела. На пути мне встретился Мартин, и я вспомнила еще одну вещь, о которой хотела попросить лисенка.
– Рыжик, мне нужна твоя помощь, – я снова залезла в телефон и на этот раз скинула технарю неактивную ссылку, которую нашла в безумной переписке Гордеева. Это была слабая зацепка, но большего ждать не приходилось.
– Найди это сообщество. Может, у него сменился адрес, или его удалили. В любом случае мне нужна даже самая незначительная информация об этом домене, – пояснила я, похлопала парня по плечу и поспешила на улицу. Блэк легко мог сесть за руль, а я не готова была ни к зубодробительному праведнику, ни к безумному адреналинщику.