Глава 16. Неуловимое

Меня переклинило. Вот так вот, в один момент у меня появилась психологическая травма от событий, которые произошли даже не со мной. Я боялась прикосновений, шарахалась от мужчин и визжала, когда кто-то заговаривал слишком близко от меня грубым мужским голосом. Это должно было увеличить дистанцию между мной и Блэком, но все произошло в точности да наоборот. Два критичных метра превратились в двадцать сантиметров. Нет, он не касался меня, но вот и отходить не спешил. На вопрос, хочет ли он довести меня до истерики, ответ был одним:

– Ты можешь шарахаться от кого угодно и сколько угодно, но не от меня. Ты же это осознаешь.

Естественно, я понимала, что морозиться от дракона долго не получится, это попросту невозможно из-за ситуации, в которую мы попали. И самое интересное, что это сработало. Только напарника я со временем могла терпеть рядом и даже спокойно относится к случайным прикосновениям с его стороны. Так как зацепок все не было, дело демонолога оказалось в подвешенном состоянии. Мы не продвигались, но и не забывали. Новых жертв не было, будто преступник затихарился. Напрягало то, что по всем параметрам у нас разошелся обычный среднестатистический человечек, а не опасный иной, как предполагалось изначально. Однако вариант с кем-то из верхушки правоохранителей не отпал. С той стороны было, по крайней мере, одно покушения, а возможно и больше. Так как король душ не успел обследовать с помощью своих способностей ни одного убитого демонологом, утверждать точно, что всех жертв прикончил именно человек, не было оснований. Мы окончательно запутались.

Чтобы хоть как-то пережить отсутствие продвижения и наше подвешенное состояние недонапарников, привязанных друг к другу, мы начали разгребать остальные дела, как и просил Серов. Так незаметно на пороге оказалась осень. Отношения с Блэком не были враждебными, но между нами все время что-то стояло. Долгие взгляды, когда он думал, что я ничего не замечаю, робкие поглаживания по голове, когда я притворялась спящей, и странно самовосполняющиеся вкусняшки на моем рабочем столе в участке и на кухне дома. И при этом ни одного серьезного разговора с тех пор. Что-то изменилось. Вот только когда и что именно? Я пропустила важную вещь?

– Обходи его сзади! Обходи! – кричал Серов, показывая мне направление.

Обычно мы не участвовали в задержаниях, не наша это работа, но кто знал, что, заявившись проверить место преступление перед подачей дела в суд, мы столкнемся с настоящим преступником. Мошенник выскочил на нас прямо из шкафа, когда мы делали обход, после чего сорвался с места и полетел вниз по лестнице. Все, что оставалось делать мне и напарнику, так это понестись следом и сообщить по рации Серову. Вот так мы с оборотнем и оказались в каком-то грязном закоулке, когда Блэк свернул куда-то не туда.

– Не упусти его, Карма! – яростно выкрикнул оперативник, когда преступник швырнул в него стулом, который ловко вытащил из груды мусора неподалеку.

Серова хорошо приложило, но недостаточно, чтобы обездвижить. Вместо удара это сделал сам стул. Оборотень просто запутался в нем и не мог выбраться, упав навзничь. Выглядело это странно, поскольку железные ножки стула плотно обвили торс и руки оборотня, когда пустой квадрат сидения подозрительно приближался к голове оперативника, будто петля к шее висельника. Непонятное происшествие со стулом дало преступнику возможность улизнуть, но не через мужчину, а через меня. Хрупкая и миниатюрная блондинка казалась мошеннику легким препятствием. Как бы не так, у меня при себе имелся опыт уличных потасовок, а еще газовый баллончик и электрошок.

Первым в ход пошел именно баллончик. Преступник был дезориентирован и ослеплен, что дало мне время вытащить свое второе оружие.

– Руки вверх! – выкрикнула, и направила шокер на мужчину.

Однако тот оказался не из робкого десятка и очень живучим. Он быстро отошел от залпа газом и уже твердо стоял прямо передо мной, зло сверкая красными глазами.

– Р-рар! – выдал преступник, после чего скинул куртку и разорвал на себе рубашку. Его руки начали быстро видоизменяться, удлиняясь и обращаясь в крылья. Кажется, подобный вид называли вивернами, и они имели весьма скверный характер даже по меркам иных. Не повезло мне с оппонентом.

– Стоять! – меня не услышали, сделав шаг вперед и сокращая расстояние между нами. – Я сказала стоять! И руки…

Нельзя было назвать руками то, что сейчас тянулось к моей тонкой шее. Что-то длинное, перепончатое и с острыми то ли когтями, то ли наростами.

– Стоять! Крылья вверх! – это было последним предупреждением, которое я смогла выкрикнуть. Увы, и это проигнорировали.

Через две минуты в закоулок вбежал запыхавшийся Блэк, он, оказывается, гугл картой совсем пользоваться не умеет, как и отслеживанием. Кто бы сомневался. Перед глазами дракона предстала прекрасная картина валяющейся в конвульсиях у моих ног виверны и меня, продолжающей жать на кнопку "разряд".

– Ты в порядке? – осторожно поинтересовался Блэк, игнорируя зло пыхтящего Серова, что все еще сражался со стулом. Каркас у того был крепким, так просто не сломаешь.

– Более чем, – и я снова нажала на кнопку.

– Он уже не сопротивляется, оставь это операм, – дракон осторожно вытащил аппарат из моей ладони.

– Уже нет, зато несколько минут назад чуть не придушил меня, – я отодвинула ворот свитшота и продемонстрировала два четких кровоточащих пореза на левой стороне шеи, а после два симметричных на правой. Благо воротник кожаной куртки прикрывал раны, что спасало меня от шокированных взглядов людей вокруг.

Блэк осторожно отвел в сторону спавший на плечо локон, что закрывал ему обзор, и внимательно вгляделся в порезы, незаметно для себя сжимая челюсти и напрягая губы. Он ничего не сказал, просто подтолкнул меня в нужную сторону, молча предлагая идти к машине. Я послушалась, но не преминула обернуться. Дракон стоял над мошенником, который обокрал уже пять квартир, и с мрачным удовольствием жал на разряд. И пусть он был уже слабеньким, но сам факт подобного поведения ужасно забавлял.

– Тебе пожарных вызвать?

– С какого хрена? – зло прорычал Серов, уже чуть ли не разгрызая зубами этот проклятый стул, что намертво опоясал мужчину. Как он вообще в него влез-то, с такими габаритами?

– Они распилят, у них работа такая, спасать всяких дураков, – весело заметила я, проходя мимо.

– Ой, завали, Карма!

Пожалуй, обойдемся без пожарных. Как оказалось, некоторые виверны способны управлять железом. Стоило увести мужчину от Серова и стул тут же вернулся к исходным параметрам, легко отваливаясь от оборотня.

Когда преступника паковали в кутузку, он странно поглядывал в мою сторону. Ему не составило это труда, ведь я стояла возле машины Блэка и ожидала его прихода. Брелок все еще был у напарника, а без него двери не разблокировать. Виверна, или виверн, был крайне озадачен, когда оглядывал меня с ног до головы. Я даже представить не могла, о чем он думал, пока он не выдал свои мысли, перед тем как дверь перед его носом закрыли.

– Я не суеверный, но никогда не думал, что меня поймает карма, причем в прямом и переносном смысле, – он хмыкнул, после чего скрылся за непроницаемыми для взгляда дверьми.

– Что, мелкая, зарабатываешь себе имя в преступных кругах? – пошутил Серов, поглаживая свои освобожденные от оков железа бока. Злосчастный стул сиротливо валялся в закоулке недалеко от мусорных баков позади оперативника.

– Просто всем не дает покоя моя фамилия, – пояснила очевидное.

– Она у тебя говорящая. И что-то подсказывает мне, не просто так, – странно серьезно произнес мужчина и направился к служебной машине, махнув рукой на прощание.

Блэк тоже был уже здесь, пусть я и не заметила его прихода. Однако каким-то шестым чувством я постоянно знала, что напарник не отходит от меня далеко, и его близкое присутствие всегда ощущалось легкой щекоткой в области живота.

– В морг? – уточнил дракон. У нас было еще одно дело.

– Угу.

И все же что-то неуловимо изменилось. Может, это рука, что проверяла мой ремень безопасности на прочность, может запасная кофта, что покоилась на заднем сидении и предназначалась явно не брюнету, судя по размеру. А может это запасная резинка для волос, которая всегда была у Блэка в кармане, будто он знал, что я забыла захватить похожую из дома. Не знаю точно, но что-то в нашей системе координат сместилось к оси "близость" от оси "неприятие".

***

– Оборотень, – сходу сказала, убирая ладонь, которая до этого зависла над мертвым телом всего на пять секунд. Ровно столько мне понадобилось, чтобы установить убийцу.

Я осознала свою прошлую ошибку и больше не касалась трупов, ограничиваясь лишь заведенной над ними рукой. Попасть в сопереживание, как назвал мой приступ Блэк, больше не хотелось. Я настолько вошла в контакт с той женщиной, что перенесла все ее ощущения и чувства на себя. Дичайший непрофессионализм в любой сфере деятельности, однако он многому меня научил. С тех самых пор я почти каждый день приезжала в морг и тренировалась устанавливать причину смерти и убийцу лишь близким нахождением рядом с жертвами. Сперва у меня почти ничего не получалось, но со временем я научилась получать достаточно яркие и четкие картинки, при этом избегая травмирующего сопереживания с убитыми. Блэк на это только хмыкал, не отговаривая, но и не поддерживая моего своеобразного обучения. Кончено, он помогал, когда я просила, даже рассказывал сверх нужного, но все еще сомневался. Ведь я человек, и совершенно не ясно, чем может кончиться для меня использование чужой силы.

– Это я и без тебя знаю, – огрызнулся Эдвард, напряженно замерев возле меня с тетрадью и ручкой в руках. – Экспертизу никто не отменял.

Пусть сейчас судмедэксперт и выглядел раздражительным и недовольным, но на самом деле он просто был напряжен. Как мне рассказал позже Марк, на бедняге лица не было, когда я упала в обморок. У меня даже дыхания не было. Реаниматолог тогда быстро сориентировался, выскочив из камеры, и помог вернуть моему телу жизненно важные функции, но вот для его коллеги это стало своеобразной травмой. Даже не верилось, что закаленный трупами Эдвард-руки-ножницы будет настолько искренне переживать за надоедливого человечка. Вот теперь при каждом моем сеансе периодически ломает пальцами ручки от волнения.

– Из медведей, не местный. У него нет части правого уха, тату плюща на лопатке и серьга в носу, – охотно добавила подробностей и не удержалась от ехидной ремарки. – Это твоя экспертиза, должно быть, тоже показала.

– Так это ж эмигрант из последних! – стукнул кулаком по ладони гарпия, достал телефон и начал быстро кого-то набирать.

Я отошла от камер, предварительно затолкнув труп обратно и закрыв дверцу. Блэк стоял все так же с непроницаемым лицом и, кажется, смотрел в никуда. Воспользовавшись такой хорошей возможностью, я непроизвольно начала разглядывать знакомые черты. Это происходило так естественно и привычно за последний месяц, что когда взгляд сам собой задержался на губах, я не отвела его. Перед глазами стояли две бледно-розовые половинки, чуть приоткрытые и влажные от языка, что недавно прошелся по ним. Почему-то в моей голове появилась картинка того, как эти губы касаются моих, и они чертовски горячие. А где-то внутри появилась уверенность, что мята и кофе, что исходит от дыхания дракона, не такое уж и плохое сочетание. Я прям видела, как настойчиво его рот надавливал на мой, сминая податливые губы, а ловкий язык легко проникал в щелку между зубами, чтобы огладить небо и извернуться в танце желания и настойчивых касаний. Я все это ощутила и прожила. Кошмар!

– Бинго! Подтвердили, что у нашего иммигранта нет алиби. Ты была права. Скоро повяжем, – радостно сообщил Эдвард, а я будто вынырнула из сна, возвращаясь в реальность, где напарник внимательно смотрел на меня, почти изучающе, и стоял при этом слишком близко.

Он заметил? Он подошел? Нет, он стоит все там же. Холодильные камеры далеко позади, это я подошла. Сама.

– Что за неловкое молчание? – недоуменно уточнил судмедэксперт, и я сразу посмотрела на него, разрывая контакт с Блэком.

Я не ответила, как и дракон. Вместо глупых оправданий он нашел повод ретироваться, сказав, что нужно позвонить. Когда напарник покинул морг, оставив меня наедине с гарпией, я не выдержала.

– Можно наверняка знать, как целуется человек, если вы никогда этого не делали? – сама не понимаю, почему этот вопрос вырвался, и почему я задала его столь неподходящему для этого иному, но сказанного не воротишь.

– Воу! Ничего себе тебя накрыло. Понравилось целоваться с королем душ? – он странно усмехнулся. – Неудивительно, конечно, но вряд ли продуктивно.

Я и сама понимала, что творится что-то неладное, даже пожалела, что поделилась своими мыслями с блондином, вот только немного царапнула формулировка его ответа. Как будто неправильно использовано прошедшее время вместо будущего. Хочешь поцеловаться, а не понравилось. Не может нравиться то, чего не было.

– Мы не целовались, чтобы знать, понравится мне это или нет, – испытывая чувство стыда, выдавила из себя недовольно.

– Кого ты обманываешь? – будто уличая меня во всемирной лжи, произнес гарпия. – Я лично был свидетелем вашего страстного слияния.

– Что за чушь ты несешь? Да мы даже близко не подходим друг к другу, – последнее было преувеличением, ибо иногда мы находимся очень близко, сокращая расстояние между нами до нескольких сантиметров.

– Ха! Да ты издеваешься! – он возмущенно уставился на меня, после чего сорвался с места и потащил меня из морга в свой кабинет. – А ну иди сюда, маленькая лгунья. Сейчас кому-то будет очень стыдно.

Судмедэксперт втащил меня в просторное помещение с рабочим столом и усадил перед большим монитором. Пока он нависал надо мной, копаясь в папках на рабочем столе, выискивая только ему известный электронный файл, я пыталась понять, что вообще происходит.

– Эдвард, я не понимаю, что ты делаешь, – озвучила свои мысли, но от меня только отмахнулись.

– Подожди-подожди… О! Вот оно! Камера внутри морга. Я даже специально вырезал момент с твоим сопереживанием, чтобы никто не знал о вашей с Блэком ситуации. Люк тщательно следит за уничтожением подобных неосторожностей с вашей стороны. Конспирация у вас явно хромает.

– Очень разумно хранить это на рабочем компьютере, – не удержалась от укола я.

– Я просто не смог не сохранить себе копию. Слишком невероятное зрелище, – улыбнулся мужчина и запустил видео. – Смотри внимательно.

Я скептически посмотрела на блондина, но решила все же сместить внимание на экран. Сперва ничего не происходило: на записи я стояла возле трупа женщины и держала ее за руку. Дальше меня начало трясти и случился припадок, очень похожий на эпилептический. Подхватил меня Блэк, после чего долго удерживал на руках. Из камеры в это время вылез взволнованный не на шутку Марк, которого поспешил вытащить гарпия. Реаниматолог подошел к затихшей мне, после чего начал что-то проверять. И вот тут началось самое интересное, напарник стал делать мне непрямой массаж сердца и… Искусственное дыхание. Марк куда-то ускакал, Эдвард суетился и пытался хоть чем-то помочь. И вот когда казалось, что дышать я больше не буду, мои руки медленно поднялись и обхватили Блэка за шею, притягивая к себе. Казалось, на этом все должно было закончиться, но нет. Дракон подхватил меня на руки, все еще оставаясь на полу, и ответил на поцелуй, крепко прижимая меня к своей груди.

– И понеслась… – весело заметил Эдвард, увеличивая скорость воспроизведения.

Время видео все ускорялось и увеличивалось, а эти двое на экране никак не отлипали друг от друга. Пятнадцать минут и двадцать три секунды – ровно столько продолжался поцелуй, после которого я потеряла сознание, а потом очнулась чуть позже все в тех же крепких объятиях, и меня стошнило.

Дыхание сбилось, ладошки вспотели. Стало понятно, почему мне знакомо прикосновение этих губ и известен привкус кофе и мяты, слегка пощипывающий язык. Я все это ощущала, пусть и не запомнила в полной мере.

В кабинет ввалился сонный реаниматолог, задевая ногой кресло сбоку от двери и приземляясь в него, чтобы ненароком не упасть. Его взгляд медленно поднялся на меня, да там и застыл. Это я отметила какой-то дальней частью своего сознания, продолжая смотреть на экран и застывшее там изображение.

– Ого! Мне снова бежать за адреналином? – красноречиво заметил левиафан, с головой выдавая мое внешнее и внутреннее состояние.

– Ты колол мне адреналин? – вяло поинтересовалась, на что Марк зевнул и по-доброму улыбнулся.

– Не успел, – он хитро прищурился. – Кто-то до меня отлично сделал искусственное дыхание. Как оказалось, это подняло уровень твоих гормонов и адреналин в том числе. – Марк даже соизволил подняться и подойти к патологоанатому, чтобы поближе рассмотреть всю гамму чувств на моем лице.

Я не удержалась и уронила голову на стол, слегка побившись ей, но только до красных следов на лбу, более не усердствуя. Внезапно в моем ошарашенном мозгу вспыхнула мысль: а ведь Блэк ни словом не обмолвился об этом инциденте. Я почти подскочила на месте, вскидываясь, будто меня укололи в одно место.

– Так, странная парочка! – обратилась я к обоим врачам. До этого привычно повисший на Эдварде реаниматолог кашлянул в кулак и медленно убрал конечности, оплетающие плечи гарпии. Тот в свою очередь сложил руки на груди и демонстративно сделал шаг в сторону.

Больная тема для них это, что ли? Или раньше не замечали, что липнут друг к другу как два желейных мишки? В любом случае, разбираться с этим не было ни времени, ни желания. В любой момент в комнату мог войти дракон, и все накрылось бы медным тазом.

– Потом решите свои личные проблемы. А сейчас пообещайте мне одну вещь, – я кинула серьезный взгляд на обоих. – Не говорите Велианту о том, что я видела и вообще знаю о том, что произошло…

Я не знала, как выразить все случившееся между нами, поэтому просто ткнула пальцем в экран.

– В общем, вот это, – и обвела кадр со мной и Блэком по кругу.

– Где-то я уже это слышал, – Марк задумчиво погладил подбородок, задевая нижнюю губу, из-за чего стал выглядеть как обиженный ребенок.

– Черт! – Эдвард сообразил быстрее. – Блэк же просил нас о том же.

Стон был долгим, с самобичеванием и даже ладонью на лице. А Марк не удержался от пинка, которыми наградил судмедэксперта. Ведь это именно он привел меня сюда и открыл "секрет".

– Нам конец, – сокрушенно выдохнул Эдвард, падая в кресло, которое до этого освободил левиафан.

– Зато далеко идти не нужно. Я даже могу сам в камеру лечь, – Марк излишне спокойно отнесся к мысли, что его вскоре нашинкует на ломтики король душ.

– Вы совсем не въезжаете? – я смотрела на этих идиотов и не могла понять: блефуют или реально не понимают? – Не говорите Блэку, что я все знаю, тогда и не за что вас прикапывать.

Это ведь так просто и логично.

К моменту, когда напарник вернулся в морг, мы уже спокойно пили чай, предварительно пройдя дезинфекцию. Никто даже виду не подавал, что что-то этакое произошло.

– Едем домой? – все, что сказал дракон.

– Пожалуй, пора, – я подхватила свой смартфон и направилась на выход, но уже в дверях остановилась и обернулась, прожигая обоих врачей взглядом, от которого Марк икнул, а Эдвард почти выронил чашку. – Мы же все решили?

Дружные и почти синхронные кивки выглядели нервно и как-то неестественно, но брюнет пропустил этот момент, ибо уже вышел за пределы кабинета. Я знала, что не спалю нас, поэтому не удержалась от маленькой шалости. Они так забавно переживали и боялись гнева Блэка, что грех было не поддеть эту парочку. Однако мое веселье закончилось сразу же, как только я осталась наедине с мужчиной. Такой неловкости я не ощущала даже когда мы только начали жить вместе. Перед глазами все время всплывали кадры из видео: крепкие руки, двигающиеся губы, надежные объятия и высокий градус страсти. После подобного сложно смотреть на своего напарника в прежнем ключе. Будто все перевернулось с ног на голову. Если раньше при виде дракона я чувствовала раздражение, надежность, умиление, привязанность, то теперь что-то изменилось. Каждый раз, кидая взгляд на Блэка, мне хотелось снова ощутить мягкие теплые губы на своих. Это стало наваждением и какой-то нездоровой навязчивой идеей. Будто ничего, кроме поцелуев, больше нельзя было делать с брюнетом. Это ужасно отвлекало и создавало неловкость между нами. Мне неизвестно, о чем именно думал сам дракон, но по коротким фразам, сократившемуся количеству прикосновений и открытых взглядов глаза в глаза, стало понятно, что не одна я мучаюсь призраком произошедшего. А ведь прошло больше месяца.

Что ж, впереди было еще одно испытание: ночевка с королем душ, которого тебе невыносимо сильно хочется поцеловать и получить страстный ответ. Да-а-а, Карма, крыша потекла и ремонту, похоже, не подлежит.