Глава 8. Виновен – невиновен

Говорят, драконы любят сокровища. Все об этом знают. Об этом пишут в книгах и снимают в фильмы. Это факт, о котором осведомлены даже дети. Вот только ни одна кинолента или фэнтези книга не предупреждала, что за сокровище дракон может принять часть твоего тело.

К этой простой истине я пришла, когда мою ногу утащил в "пещеру" черный дракон.

А мама всегда говорила, что за мои лодыжки любая женщина удавится.

…

– Вставай! – в десятый раз переступая заснувшего на полу дракона, прикрикнула я.

Блэк снова что-то пробурчал, перевернулся на другой бок и обнял меня за ногу, притягивая к себе. Я еле удержала равновесие, балансируя с помощью размахивания рук.

Да этот тип совершенно непривычен к ночной работе! А я-то думала, что он профи в этом вопросе, раз занимает должность главного начальства, то бишь короля душ. Оказалось, что он лишь носитель могущественной силы и пользуется ей крайне редко. Ну, все как обычно, разгребают пчелки, а мед приватизируют люди.

Велиант Блэк может открыть в нелюдях особое зрение, дав им тем самым возможность видеть ауру греха. Любой желающий работать в полиции иных может принести клятву верности королю душ и обзавестись необходимым для работы навыком. Все нынешние оперативники когда-то тоже проходили через этот ритуал, вот только вряд ли они успели запомнить внешность самой скрытной фигуры их мира. К тому же дракон изменил имидж, легко вжившись в роль крутого парня. И если его зрение сейчас у меня, то у дракона осталась только харизма и знания. Его дедуктивные способности как следователя были неидеальны, но на достаточном уровне. Конечно, есть над чем поработать, но это первая настоящая работа Блэка. Его боялись и почитали как символ силы и власти. Почему только одно имя брюнета могло довести иного до заикания, я до сих пор не поняла, но что-то должно было за этим крыться.

– Блэк! Отдай ногу! И вставай уже, наконец! Нам на допрос нужно. Эти недалекие отправят нашего джина в кутузку, если не поторопимся, – я одновременно пыталась освободиться и докричаться до напарника, но ни в чем из вышеперечисленного не преуспела.

Наоборот, Блэк еще сильнее стиснул мою конечность, чем заставил потерять равновесие и на подкосившихся ногах с грохотом опуститься на пол. Было больно!

– Да проснись ты, чертов дракон! Над моей стопой, как над златом чахнешь! Отдай, это не твое! – я обхватила себя за голень и начала тянуть.

Не знаю, то ли все иные такие сильные, то ли только драконы, но свое я не отвоевала. Единственным выходом хоть как-то освободиться из мертвой хватки было разбудить хватальщика. Что я только не делала, и за волосы дергала, и в ухо кричала, хоть это и было трудно в моем положении, но я почти преуспела. Я его пинала, я его трясла и даже угрожала, но ничего не работало. Если бы он громко не сопел в две дырки, решила бы, что помер. Впервые встречала настолько крепко спящего человека. Мне пришлось два часа просидеть на полу в окружении бумаг, повторно перечитывая материал с перерывами на попытку разбудить дракона, пока я не поняла, что проще отрезать конечность, чем поднять Блэка. А ведь раньше он сам вставал, и моя помощь в этом не требовалась.

Неожиданно зазвонил телефон, вырывая меня из мрачных раздумий. Я никак не могла понять, откуда идет незнакомая мелодия, пока не заметила нечто светящееся под диваном. Кажется, смартфон Блэка оказался там случайно, кто-то из нас наверняка неосторожно толкнул его ночью. В отличие от дракона, я проснулась на кровати, хоть и не помню, как там оказалась. А вот брюнет, похоже, заснул позже меня. Неудивительно, что напрочь позабыл про свой гаджет.

К счастью, до дивана я могла дотянуться, как и до телефона. На экране высветилось имя звонившего "Гранд король" наподобие "Гранд отель". Это заставило меня улыбнуться, впервые за утро. Этих двоих связывали теплые дружеские отношения, чем-то напоминающие братские. Родственники любят подшучивать друг над другом и придумывать разные клички.

– Да, – я не задумываясь ответила на звонок.

Возможно, это был мой единственный шанс спастись из лап дракона. Отгрызать ногу, как это делают попавшие в капкан волки, я не собиралась, а ждать пробуждения Блэка можно было очень и очень долго. Кто знает, может драконы в спячку летом впадают.

– О, Лилия! Рад тебя слышать. Ты уже получила доступ к его смартфону, – с намеком произнес Люк Гранд.

– Не совсем. Это был обмен. Он нагло украл мою ногу, а я его телефон, – в отличие от короля, мне весело не было, но самоирония и смех над собой были моими вечными спутниками. Без них совсем скучно жить.

– О ноге поподробнее, пожалуйста, – мужчина стал серьезнее. Кажется, заподозрил, что у меня проблемы.

– Мой напарник спит мертвым сном в обнимку с моей стопой. Он подмял ее под себя и не отпускает. Я уже не чувствую пальцев, – охотно начала жаловаться я.

– Так разбуди его! Не терпи все выходки Вела, только потому что он король душ, – с легким возмущением произнес Люк. Неужели я была похожа на девушку, что будет терпеть неудобства, лишь бы не разбудить мужчину? Тем более, если он мне даже не нравится.

"Как вы до этого додумались? А мне даже в голову не пришло его разбудить!" – это первое, что хотелось ответить, но я не стала этого делать.

– Спасибо за совет, ваше величество. И я бы сказала это искренне, если бы не два часа бесполезных попыток привести в сознание напарника, – я с раздражением дернула ногой, но та по-прежнему была в плену.

– Во сколько он лег? – ни капли веселья не осталось в голосе короля.

– Не знаю, – я попыталась вспомнить примерное время. – Где-то под утро.

На том конце линии как-то не радостно вздохнули. Это насторожило.

– Боюсь тебя расстроить, но он не проснется…

– Что?! Что значит, он не проснется? Я же тут помру с голоду, или скорее от стыда, когда естественная нужда доведет меня до греха! – я начинала паниковать.

Пьеро на шкафу прочирикал что-то похожее на смех. Даже птица веселилась!

– Не нервничай и дослушай, – медленно и четко говорил король. В голове даже всплыл его образ с поднятыми  в успокаивающем жесте ладонями.

– Слушаю.

– Ты должна понимать, все, что я тебе сейчас скажу, полностью секретно. От этого зависит жизнь не только твоего напарника, но и твоя, – что-то мне уже не хотелось слушать, но выбора все равно не было.

– Я понимаю. Переходите к делу.

– Он не проснется, пока не проспит пять часов. Это его врожденная особенность. Пока Вел в фазе своего глубокого сна, хоть война, хоть наводнение, он не откроет глаза. Обычно, если он соблюдает режим, то подобные провалы не так ощутимы, однако стоит ему провести бессонную ночь, и случается подобное, – кратко пояснил ситуацию Люк.

– Не ходить нам в ночные клубы, – пошутила на нервной почве я. – А так хотелось.

– Не переживай, он скоро должен проснуться. Просто толкай его периодически, чтобы не пропустить этот момент.

Я сразу представила себе мертвого буйвола, в которого тычут палочкой, чтобы проверить, живой ли? Именно так я себя ощущала, когда расталкивала дракона.

– Спасибо за консультацию.

Мы попрощались. Я хотела положить телефон на диван, но Пьеро решил в этот момент пролететь над моей головой и сесть именно на руку со смартфоном. Как результат, разбитое стекло экрана, схватившаяся за голову я и довольный собой метаморф.

– Закажи онлайн и получи новый смартфон уже через 30 минут в магазине М Видео, – хитро повторил слоган рекламы Пьеро и гордо удалился из комнаты.

– Вот назло тебе пойду в салон МТС! – закричала вслед птице, желая еще и запустить в него что-нибудь, но из подходящего под рукой был только смартфон. Повторный полет он бы не пережил. Пришлось плеваться ругательствами, сидя на полу и ожидая пробуждения Блэка.

То еще утречко выдалось.

К одиннадцати часам дракон соизволил открыть свои зеленые очи и сонно посмотрел на то, что крепко обнимал. Мне принесло ни с чем несравнимое удовольствие наблюдать за тем, как его глаза с каждой секундой все больше округлялись, а рот открылся в удивлении и немом вопросе. Взглядом мужчина проследил весь путь от неизвестной стопы вверх до колена, потом бедра и, в конце концов, дошел до моего фальшиво улыбающегося лица. Тут-то и разжалась мертвая хватка, а сам Блэк шустро откатился к дивану, шарахнувшись от меня, как от прокаженной.

– Доброго утречка, – пропела сладким голоском, чем заставила напарника еще больше нервничать. Брюнет и так хотел закатиться под диван, а лучше провалиться сквозь пол, а я только усилила это желание.

– Доброго, – хрипло отозвался Блэк и, наконец, взял себя в руки, вспомнив, что он, как бы, птица важная, и ему не пристало вести себя подобным образом. – А я давно…

Закончить он не смог. То ли боялся ответа, то ли догадывался, каким он будет.

– Долго я спал? – перефразировал вопрос дракон, стараясь смотреть куда угодно, только не на мое светящееся фальшью лицо. А я очень старалась, чтобы улыбка казалась искренней.

– Пять часов, – охотно ответила, в уме подмечая, что Гранд не солгал.

Вообще, я точно не знала, когда заснул брюнет, но последнее посещение чата полиции было в шесть ноль три. Как раз прошло примерно пять часов, когда мужчина начал подавать признаки жизни. До этого лежал камнем и почти не шевелился.

– А когда ты встала? – снова воспользовался обходным путем Блэк, намеренно избегая спрашивать напрямую.

– Три часа назад, – охотно поделилась информацией. – А тебя что-то беспокоит?

Я так активно разминала стопу, что у дракона не осталось сомнений по поводу моего насильственного заточения. Он уже догадался, что я все знаю. По моей натянутой улыбке все можно было прочитать.

– Извини. Я не думал, что заработаюсь до утра. Сам не заметил, как пролетело время. Сильно болит?

– Я не чувствую ноги, – честно призналась и перестала улыбаться. Покалывание в голени было слишком мучительным, страшно было даже касаться. Я сразу перестала массажировать, как ощутила эту ненавистную боль.

– Давай помогу, – и не слушая протесты, этот изверг снова прихватизировал мою стопу и продолжил свои бесчинства.

– А-а-а! Что ты творишь! Не трогай, не трогай, не трогай!!! Я тебя умоляю! – я визжала на всю квартиру, но милости не дождалась.

– Нужно растереть, так кровь быстрее прильет к конечности и неприятные ощущения исчезнут, – пояснил свои благие намерения дракон, при этом действия были прямо противоположными.

– Пусть будет дольше, только перестань массажировать мою стопу! – мои слова улетали в пустоту. Казалось, я потеряла всякие права на собственную ногу, как только на нее наложил свою лапу дракон. Не хватало только надписи на лодыжке "Собственность Велианта Блэка".

Завтрак прошел в тишине, я все еще злилась на мужчину за пленение и последующие пытки. И пусть нога была в полном порядке, это не уберет из моей памяти адские минутки и три часа сидения на полу. Однако открыто бранить брюнета я не планировала. Под диваном по-прежнему лежал смартфон с разбитым дисплеем, о котором Блэку еще предстояло узнать. Я планировала удивиться и сыграть Незнайку, когда это произойдет. В конце концов, напарник мог сам во сне раздавить собственный гаджет. С чего вдруг ему думать на меня?

Именно так я и поступила, когда дракону позвонил Серов. Сперва брюнет ничего не заметил, просто достал смартфон и принял вызов, однако после краткого разговора с оборотнем повреждения стали очевидными. Даже я не ожидала подобного.

– Какого черта?! – прорычал Блэк, наблюдая за тем, как осыпается осколками экран. На ковре уже образовалась целая кучка.

– Не знаю, я в видах ваших чертей не разбираюсь, – открыто заявила и гордо удалилась на кухню спокойным шагом. Правда уже в коридоре не удержалась и припустила. Хотелось закрыться в ванной, но тогда личность виновника произошедшего стала бы очевидной. Если я хотела обвести брюнета вокруг пальца, следовало вести себя непринужденно.

– Никак не пойму, когда успел его..? – найти подходящее слово у мужчины не получилось. Я бы использовала в этом случае "уничтожить".

– Не кори себя. С кем не бывает? Зато сейчас в М Видео скидки, – я удивительным образом припомнила слова метаморфа и использовала эти знания по назначению. – Хочешь, заскочим перед работой. Серов уже все равно о нас не лучшего мнения. Опоздали на три часа, еще час большой роли не сыграет.

– Пожалуй, стоит. Без средств связи ходить по городу глупо. Ты же не забыла о маньяке? – дракон плюхнулся на стул, расстроенный утренними неурядицами.

– Ты про того, что вогнал мне меч в живот? – он кивнул. – Боюсь, я его при всем желании не забуду. У меня теперь травма на всю жизнь.

– Не переживай, мы его обязательно поймаем. У меня еще не было осечек, – хвастался брюнет, намазывая плавленый сыр на ржаной хлеб.

– В этом деле осечка бывает лишь единожды. Он ведь попытается нас убить? – я действительно переживала и даже плохо спала из-за подобной возможности.

– Вне сомнений.

Ох, как же не радовал меня его ответ. Однако изменить сложившееся положение дел мы не могли. Оставалось только продолжать работать и учиться. Глядишь, и выйдет из нас команда.

– Допивай чай и выдвигаемся. Наш джинн все еще в отделе, – дожевывая бутерброд, поторопил меня Блэк и направился в прихожую.

– Вот назло тебе пойду в салон МТС! Вот назло тебе пойду в салон МТС! Наглая птица!

Я не донесла чашку до губ. Когда осмелилась посмотреть в сторону выхода, то обомлела. Бесстыжий метаморф нарезал круги над головой дракона и без зазрения совести повторял мои недавние слова, с потрохами сдавая меня Блэку.

Прощай зарплата за полгода, я буду скучать.

***

– Сколько раз повторять, это метаморф разбил твой телефон!

– Когда он был у тебя в руках, – настаивал на своем дракон.

– И что с того? Он специально вцепился мне в руку, чтобы я уронила смартфон. Это не произошло случайно, и у меня не было злого умысла, когда я держала его в ладони, – не сдавалась я.

Мы стояли в очереди за смартфоном, который заказали по интернету, и спорили. Все равно делать больше было нечего. И да, мы пришли в этот злосчастный М Видео с его рекламой на каждом углу. Даже Пьеро запомнил слоган, настолько часто слышал об этом магазине из телевизора.

– Нужно было аккуратнее держать. К тому же это твой питомец. Если хочешь свалить вину на него, то я сегодня же отправлю его в контроль за магическими животными. Устроит? – кажется, он искренне веселился от того, что давил на мою неуклюжесть и поддевал меня. По сути брюнет просто хотел поиграть на моих нервах, однако я все равно не могла бездумно свалить вину на попугая. Все же я потеряю зарплату, а метаморф свободу. Неравноценный обмен.

– Черт с тобой! – я повернулась к работнику магазина, что занимался выдачей техники. – Где оплачивать?

– Но ваша очередь еще не подошла, – растерянно ответил молодой парень, опасливо косясь на моего здорового и нагоняющего страх напарника.

Была такая черта у Блэка: посмотришь на него и в дрожь бросает. Правда, я уже почти привыкла к этой его особенности.

– Следователь Карма, – я положила на столешницу свое удостоверение. – У нас убийство, молодой человек. Без телефона мы как без рук. Для работы необходима постоянная связь. Думаю, никто не будет против, если я вывалю свою трехмесячную зарплату за этот дорогущий агрегат прямо сейчас и гордо удалюсь. – я посмотрела из-подо лба на парочку покупателей перед нами, заставив тех быстренько отступить. Возвышающийся над всеми дракон мне в этом активно помогал одним лишь своим видом.

Так брюнет стал обладателем последней модели смартфона, а я опустошила свою заначку на черный день. Он улыбался, а я его мысленно проклинала, попутно планируя вечером сварить супчик из попугая.

– Я сяду за руль, – бескомпромиссно заявила дракону, останавливаясь у водительской двери.

– С чего вдруг? Это моя машина, – напарник не хотел уступать, однако из нас двоих сегодня именно у меня был тяжелый день.

– Да пусть она будет хоть президентская, поведу я. Мало того, что я чуть не лишилась ноги, так еще и истратила все свои денежные запасы. Твоего шофера законника сегодня я не переживу. Дай ключи, – я протянула руку, требуя брелок. На самом деле достаточно было того, что чип находится в машине, для того, чтобы она завелась, но мне нужен был этот жест, чтобы взять поездку в свои руки.

– Хорошо. Ты за рулем, – довольно быстро согласился мужчина, садясь на пассажирское сиденье. Хоть одна победа в моей копилке.

Я была довольна собой. Однако не учла один немаловажный факт: Блэк все еще оставался законником до мозга костей, и эта часть его личности никуда не ушла, пусть он и присутствовал в машине в качестве пассажира.

– Зеленый! Зеленый-зеленый! Стой! – возбужденно выкрикивал дракон, вцепившись в ручку над своей головой.

– Какой стой! На зеленый едут, – попыталась привести брюнета в чувства, но тщетно. Он ненормальный на дороге, с этим нужно просто смириться.

– Мигающий зеленый! Желтый! Уже желтый! Стой, именем короля! – зло прорычал мужчина, сверкая на меня своими зелеными глазами. Его руки крепко обхватили поручень на сиденье и на двери, удерживая своего хозяина на месте и в этой реальности. Кажется, он готов был съесть меня живьем за то, что проехала на желтый.

– Успокойся, все так делают. Никто не останавливается на мигающий зеленый или только зажегшийся желтый, если уже выехал на перекресток.

– Я останавливаюсь! Для этого и придумали мигающий зеленый, чтобы успеть остановиться заранее, а не разгоняться. Но ты, женщина, ищешь острых ощущений и не жмешь тормоз, наоборот, даешь газу на желтый. Ты совсем аморальна! – распалялся все больше Блэк, почти захлебываясь злостью.

– Успокойся. Поиграй в свой новый смартфон и не смотри на дорогу. Обещаю довезти нас в целости и сохранности, – постаралась успокоить распалившегося напарника. Кажется, у него был печальный опыт автовождения. Возможно ДТП.

– Ты нас убьешь, я в этом уверен! Как я могу отвести глаза от лобового стекла? – никак не унимался брюнет.

Мы выехали на кольцо с тремя полосами. Кольцо главное, и все внутренние полосы пропускают наружные по правилам дорожного движения, вот только это не действовало в случае конкретно этого трафика. Здесь все пропускали машины, которые перестраивались с внутренних полос. Я, естественно, как водитель со стажем, понимала, что нужно следовать общим тенденциям и течению, а не правилам, иначе можно создать аварийную ситуацию. Так бывает. Однако это было не втолковать в упрямую голову дракона.

– Они должны нас пропустить! Чего ты стоишь?

– Расслабься. Все под контролем, – уже как мантру повторяла я.

– Ты по главной! Едь, хватит всех пропускать! Ты всем только мешаешь!

– Это ты мне мешаешь! Умоляю, заткнись! – мое терпение кончилось.

– Едь! – рявкнул дракон, частично покрывшись чешуей, и ударил кулаком по приборной панели.

Тут-то я и нажала на газ. Во-первых, он меня допек и напугал, во-вторых, проще было послушаться, чем терпеть это. Одно дело, когда мы ссоримся вне машины, и совсем другое, когда одному из нас приходится следить за дорогой и управлять тяжелой техникой. Итог мог быть обычным, мы просто выехали бы с кольца и благополучно добрались бы до участка, но день с утра не задался, и рассчитывать на хороший исход было глупо.

– Вы очень оригинально решили заявиться на работу, – скалился во все зубы Серов, забирая нас из опорного пункта ГАИ. Машину пришлось оставить страховой.

– Сложный день, – отмахнулась я, не желая разговаривать.

– И как вы умудрились подставить бок вашей ласточки на этом кольце? Там же все как дважды-два просто, – продолжал ерничать опер, не сдерживая смеха и злорадства. Вот же противный оборотень!

– Кое-кто слишком любит правила, – раздраженно пробурчала, отвернувшись от Блэка к окну. Мы оба сидели в служебке на заднем сидении за решеткой, как преступники. Вперед Серов никого из нас не пустил, сказал, что это наказание за опоздание на шесть часов. К тому же по его словам, там сидит душа его погибшего напарника. Волчара оказался верующим, а мы проверять правдивость его убеждений не спешили, поэтому согласились сесть сзади.

– Зато мы оказались правы. Штраф будет платить тот урод, что прочесал бок моей красавицы, – гордый тем, что виноват не он, высказался Блэк. Зря он это.

– Можно было обойтись без аварии, без страховой, без штрафа и без разбитого носа! – я почти кричала, когда подставила свое лицо к самым глазам мужчины. – Эти чертовы подушки безопасности разбили мое драгоценное лицо! И это ты виноват! Ты, чертов законник!

Я была настолько зла, что брюнет остерегался говорить со мной до самого приезда Серова. А вот при оборотне показывать себя со слабой стороны он не мог, поэтому начал хорохориться, за что и получил.

– Я допрошу нашего подозреваемого и поеду домой, а всю отчетность будешь заполнять ты, – я ткнула пальцем ему в грудь. – И только попробуй вернуться после двенадцати!

Я красноречиво задрала свою недавно плененную ногу, намекая на проблему дракона со сном. Ему действительно лучше не задерживаться на работе допоздна. Или пусть спит в отделе.

– Эй! Ты-то пострадала, можешь отдыхать. А он здоров, все затянулось еще в первые минуты. Пусть всю ночь работает, – опер не хотел упустить шанс поиздеваться над следователем. Пусть Блэк был выше по должности, но наше звание "новички" все еще обязывало нас подстраиваться под сослуживцев, а не их под нас. Это не касалось приказов, но касалось повседневной службы. Все же Серов был ветераном, а мы реальными профанами.

– Он не будет работать по ночам. Это ясно? – я уставилась в зеркало дальнего вида. Там отражались только глаза оборотня, но и их было достаточно. Он хорошо мог разглядеть мое лицо. Со мной лучше было не спорить в тот день.

– Ладно, как скажешь, – неохотно согласился оперативник, раздраженно фыркнув. – Вы что, встречаетесь? Защищаешь его, прям как женушка. – И он рассмеялся.

– Поверь, дома ему будет хуже, – и я кинула острый взгляд на брюнета.

Он мне еще ответит за пострадавшие достоинство и лицо. Непременно!

***

Мы готовились зайти в комнату для допросов и ждали только, когда Серов откроет дверь. Как и положено, комната запирается, если в ней нет никого из полицейских. Мы же не хотели, чтобы наш подозреваемый воспользовался возможностью и сбежал. Оставить допросную открытой с преступником внутри – прямая дорога к увольнению, лишению выходного пособия и даже аресту.

– Мы ему еще не говорили, но это дело из покушения на убийство полчаса назад перешло в разряд предумышленного, – рассказал оборотень, попутно проворачивая ключ в замке.

– Жертва скончалась? – кажется, доказать невиновность иного будет сложнее. Его обвиняли в предумышленном, что автоматически увеличивало его наказание вдвое. И это по человеческим меркам, что с ним сделают по закону иных, даже подумать страшно.

– Полчаса назад врачи констатировали смерть Листова. Теперь обвинять парня будут по другой статье, – пояснил оборотень и открыл дверь, пропуская нас внутрь.

– Все еще веришь в его невиновность? – тихо шепнул на ухо дракон.

– Верю, – кратко ответила и села за стол напротив подозреваемого. Обвиняемым я его все еще не считала.

Я не знала с чего начать, а Блэк мне в этом никак не помогал. Он притащил с собой в допросную ноутбук и строчил обращение в суд, которое нам предстояло предоставить. Напарник не был настроен обелять имя Логошина Максима, наоборот, из-за ауры греха он верил в виновность джинна.

– Гражданин Логошин, – наконец, осмелела я. Допрашивать мне еще не приходилось. Выуживать ответы, разыскивать информацию и разводить на разговор – да, но не в таком ключе, как это происходило сейчас.

Парень медленно поднял на меня свои глаза, смахнув рукой челку со лба. Несмотря на потрепанный и усталый вид, лицо у иного было симпатичным, а голубизна глаз и вовсе казалась нереальной. Будто в невзрачной скале блестели два ярких кристалла удивительной чистоты. Я так засмотрелась, что забыла задать вопрос. Меня будто утягивало в бескрайнее свечение, что обещало счастье, радость и покой.

– Не залипай, иначе не сможешь сопротивляться его магии, – Блэк неожиданно толкнул меня локтем, вырывая из забытья, тем самым руша наш контакт глаз. При этом все его внимание было по-прежнему в документе. Однако от пояснений он не отказался, за что я была благодарна.

– Глаза у джиннов особенные. Он может утянуть тебя в иллюзорный мир, и тогда блуждать тебе там до скончания веков, если гражданин Логошин, – дракон кинул предупреждающий взгляд на парня, – не соизволит отпустить.

Джинн натянуто улыбнулся уголками губ, после чего опустил взгляд, и дал волосам произвольно скрыть свою верхнюю часть лица.

– Свободно спрашивай, он больше не станет пытаться загипнотизировать тебя, – произнес брюнет, продолжая что-то печатать.

– С чего ты это взял? – не хотелось снова попасть под влияние этих странных глаз.

– Он проверял, замечу ли я его попытку подчинить твой разум. Я заметил, больше гражданин Логошин не станет так рисковать, иначе получит еще одну статью в обвинении, – Блэк демонстративно медленно стучал по клавиатуре, намекая на то, что написать лишнее ему не сложно.

– Хороший у вас напарник, следователь Карма, – хриплым голосом заговорил иной.

Откуда он знает мою фамилию? Я же еще не представилась!

– Не удивляйтесь, о вас тут уже целые истории ходят. С моим слухом не сложно разузнать немного больше о следователях, ведущих мое дело.

– Так вот о чем ты говорил, когда упоминал иерархию, – вспомнила я. Джинны приравнивались к драконам по силе и статусу. Поэтому мне было сложно поверить, что выходец из подобного уважаемого рода жил в каком-то старом многоквартирном доме, в не менее убогой квартирке. У него должен быть особняк, и не один.

Что я хорошо усвоила из бесед с Блэком, Марком, Эдвардом и Люком, так это то, что иные весьма обеспечены. Лишь немалая часть нелюдей живет в бедности, и это чаще всего слабые магически виды типа низших демонов, кикимор, водяных и леших. И то они далеки от того уровня жизни, на который опускаются люди из-за разных обстоятельств. Чета Листовых жила в бедности и, похоже, пьянстве. Листов не редко поднимал на жену руку и кочевал с одной работы на другую, получая увольнения по статье. Я не поленилась и достала всю информацию на эту пару, чтобы иметь полную картину произошедшего. У меня было несколько вариантов произошедших в тот роковой день событий, поэтому я решила проверить, какой из них был верным.

– Гражданин Логошин, почему вы проживали в неблагополучном районе среди обычных людей? – я пристально уставилась на парня, не боясь попасть под его влияние.

– Захотелось, – краткий ответ. Точно была причина!

– Как долго вы проживали в этом доме?

– Два месяца, но это вы и сами знаете, – раздраженно высказался Максим. Его хриплый голос заставлял меня думать, что у парня простуда.

Я встала из-за стола и выглянула в коридор.

– Лисенок! Сделай два чая! – я обернулась, ожидая жеста от дракона. Он поднял руку. – И один кофе.

Меня всю аж передернуло от мысли об этом отвратительном напитке. Лучше б Мартин заварил что-то не пахучее, иначе тошнота мне обеспечена.

– Есть, следователь Карма! – и шустрый сержант вскочил со своего рабочего места, с радостью мчась на кухню. Его шебутной характер требовал действий, а вот выбранная профессия айтишника предполагала долгое сидение за мониторами. Рыжий всегда был рад, когда его куда-нибудь посылали, чтобы иметь возможность размять затекшие ноги и выветрить юношескую дурь.

– Зачем ему чай? – спокойно поинтересовался Блэк.

– Потому что к моменту, когда мы закончим, он окончательно осипнет. У него, похоже, ларингит, – пояснила свои действия и вернулась к допросу.

– Какие отношения связывали вас с пострадавшей Марией Листовой?

– Соседские. Иногда заходил к ней за солью, – уверенно ответил Максим, разваливаясь на стуле. Он был совершенно спокоен. Ни капли того упадка сил и потрясения, что были у него при нашей первой встрече.

– А к Листову тоже за солью заходили? – передернула я.

– Неа, за сахаром, – ловко увернулся джинн.

– За что ж вы его ножом пырнули? Сахара не дал? – допрос все больше походил на бред, но так я привыкла работать. Если мой интервьюируемый хочет общаться в таком стиле, значит, я ему подыграю.

– Именно, – подтвердил подозреваемый. – А еще Машу бил.

Вот оно! Он знал о том, что Листову избивает муж. И как он ее назвал – Маша. Неосознанно выдал их более близкие отношения. Насколько я знала, Листовой тридцать два, а Лагошину двадцать восемь. Он младше ее, но при этом достаточно близок с соседкой, чтобы называть ту сокращенным именем.

– И как часто бил?

– Без комментариев, – кажется, он понял, что проговорился.

– Вы решили ее защитить?

– Да, поэтому прирезал этого ублюдка, а Машу случайно задел, когда она пыталась меня остановить! – горячо признался парень, отворачиваясь от меня. Ему было тяжело.

– Хм, это очень странно, ведь исходя из экспертизы, именно Мария была тем, кто держал в руках нож, – я незаметно настрочила Мартину SMSку, чтобы тот принес мне любой подвернувшийся под руку документ.

– Она держала его после того, как я проткнул живот этого ничтожества, – зло прошипел джинн, наклоняясь вперед. Он явно мог всадить нож в Листова, предпосылки у него были, но, увы, не он был тем, кто это сделал по-настоящему.

– Тогда как объяснить порез на ее ладони? – я продемонстрировала фото с разрезанной рукой. Конечно, это была фотография из интернета, а не сделанная криминалистами. Руку Марии, к сожалению, не сняли. Только после наложения шва, когда я потребовала это сделать.

– Она пыталась забрать нож, и схватилась за лезвие, – придумал правдоподобное объяснение Максим. И ведь ему поверили, а всему виной эта чертова дымка греха. Не знаю, что он натворил, но точно не убил Листова.

– Гражданин Логошин, когда хватаешь лезвие, режешь пальцы. Порезать ладонь таким образом можно, только если защищаешься от прямого нападения сверху, или сам бьешь кого-то ножом. Первое невозможно, ибо вы трижды на допросе отрицали нападение на Листову, и она также отрицает этот факт. Следовательно, именно Мария Листова ударила ножом своего мужа, тем самым порезавшись о лезвие при ударе. Неопытность сказалась, – я резала по живому, наблюдая, как бледнеет джинн. Он не находил себе места, даже начал кричать.

– Ложь! Что вы пытаетесь сделать? Обвинить в убийстве несчастную вдову?!

– А что вы пытаетесь сделать, гражданин Логошин? Вас оправдывают, а вы упорно каетесь и возвращаете вину себе. Вам не кажется это странным, следователь Блэк? – я обратилась к напарнику.

– Более чем, – дракон больше не печатал, он сидел и пристально следил за каждым движением джинна. Кажется, он мне поверил. Теперь нестыковки привлекли и его внимание.

– Бред, полный бред! Что мешало Маше перехватить нож, когда я замахнулся для второго удара. Вот оттуда и порез!

– Этого момента не было в ваших первичных показаниях, как и в ее, – охотно ответила иному.

– Я просто был шокирован, поэтому и не мог точно вспомнить, как все произошло. Однако раз ее рана в подобном месте, значит, схватила она лезвие, когда нож был вверху. Разве это не очевидно? – он весь вспотел, но уже взял свои эмоции под контроль.

В допросную вошел Мартин с подносом. Я мгновенно скривилась и закрыла нос пальцами. Теперь мне предстояло дышать только через рот. Лис расставил чашки, после чего передал мне бумажку с печатью и подписью начальника района. Я благодарно ему улыбнулась. Стоило сержанту удалиться, как я тут же вернулась к подозреваемому.

– Ваша версия удовлетворила бы большую часть этого отдела, но не меня. Увы, но аура греха для меня не стопроцентный показатель вины, как для них, – я приподняла документ, зажав его между указательным и средним пальцами, предусмотрительно развернув напечатанным текстом к себе. – Вот здесь написано, что в ране Листова нашли кровь гражданки Листовой, а это неоспоримое доказательство ее вины.

– Что? – парень был в шоке.

– Вы невиновны. Ну, по крайней мере в убийстве, – и я спокойно отпила из чашки. Вкус зеленого жасминового чая перебивала вонь от кофе, но я не подавала виду.

– Но… Но кровь могла попасть, когда Маша пыталась помочь. Когда она…

– Придавливала рану? – пришел на помощь Максиму дракон.

– Да, именно так! – с воодушевлением выкрикнул джинн. Даже голос немного прорезался.

– Исключено, – Блэк закрыл свой ноутбук. – Она не прикасалась к ране. Иначе крови было бы гораздо больше. Листов сам держал свою рану, а вы помогали Марии перемотать ее порез. Не стыкуется.

– Интересно, кто был анонимом, вызвавшим полицию? – я подставила руку под голову.

– Сказали, что молодой мужчина. Большего неизвестно, – охотно ответил Блэк.

– Черт! – выругался джинн, закрывая ладонями лицо.

– А теперь давай с самого начала и по порядку. Чем честнее ты будешь, тем больше вероятность, что Марию накажут не так серьезно, как планируется, – сухо сказал напарник и сложил руки в замок перед собой.

Вот теперь начинался настоящий рассказ. А документ с разрешением на отпуск одного из наших сотрудников я спрятала в ноутбук, вложив его между клавиатурой и экраном. Была ли кровь Листовой в ране ее мужа еще не подтверждено, и, возможно, это уже не было важным. Ведь мы заполучили главного свидетеля.