Глава 9. Краски сгущаются

Если бы вам предложили врезаться в песок, воду или дерево, куда бы вы направили машину? Я определенно затормозила бы, но этот вариант был исключен предусмотрительным преступником. Пришлось перекреститься и положиться на волю случая.

***

После допроса я чувствовала себя выжатой, но такой счастливой. Даже угрюмый Серов не смог испортить мне настроение, хоть и пытался.

– Ну что, доказали его невиновность? – насмешливо произнес оборотень.

Дело в том, что показаний джинна мало, нужны были реальные доказательства его невиновности, а не заверения двух следователей и подозреваемого. Опера верят в свою версию, и без убедительных фактов нам их не переубедить. Мы можем тянуть время, гоняя подчиненных по соседям, но надолго это дело не задержит. Придется составлять обвинение исходя из собранных улик, а они в своем большинстве указывают на Логошина.

– Не совсем, однако он больше не согласен с обвинением. Сложно будет теперь строить дело вокруг него, – я довольно подмигнула оперативнику и гордо прошагала мимо. Правда, снова сгорбилась у самого выхода. Усталость брала свое.

– Вы сами себе копаете яму. Висяк не украсит наш отдел, – низко прорычал нам вслед недовольный ситуацией капитан.

– Что верно, то верно, но закрывать невиновного человека еще хуже, – произнесла, и только потом спохватилась. – Невиновного иного.

Больше Серов ничего не сказал, только скрежет его зубов ввинчивался райской мелодией в мои ушки. Этот раунд был за мной. Точнее, за нами. Теперь Блэк тоже верил в непричастность джинна к убийству. Ну, разве что косвенное, за что Логошин, естественно, получит наказание, но далеко не смертельное, которое ему грозило.

Все дело в том, что иные тщательно скрывают свое существование от людей, ибо опасаются геноцида с их стороны. И их страхи не беспочвенны, ведь скрывать свои сущности они начали именно из-за средневекового истребления иных. Люди просто решили, что они нечистая сила и опасны своими способностями. Как обычно, сильнейшего давят количеством. Благородного топят слухами и наговорами. За многие столетия эта стратегия подтвердила свою эффективность. Ведь страх рождает агрессию и попытку избавиться от того, что представляет угрозу. Это так типично для нас.

Именно поэтому у иных есть закон не связывать свои жизни с людьми, не открываться им и не рассказывать о мире монстров. За нарушение этого главного постулата виновник подвергается серьезному наказанию. А за убийство человека иного ждет практически стопроцентная смерть. Для этого существует король душ, что выжигает разум и дух преступника, полностью стирая его из вселенной. Такой иной никогда не переродится. Либо наоборот, выжигается только оболочка, а дух уходит на перерождение. Все зависит от причин, толкнувших на убийство. Ведь подобное преступление ставит под угрозу весь мир иных, поэтому наказание считается справедливым.

И да, король душ один единственный, и он шагает рядом со мной. Это говорит только о том, что случаев убийства людей иными невероятно мало. Достаточно всего одного палача, чтобы справляться с этой угнетающей работой.

Честно говоря, о роли черного дракона в мире иных я узнала в допросной непосредственно от джинна. Он то и рассказал, насколько боится исчезнуть из этой реальности навсегда, но чувства к женщине оказались сильнее страха истребления. Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Мало того, что со мной живет выжигатель душ, так еще я украла его силу. Не уверена, что способна кого-то уничтожить, но только от одной этой мысли мурашки по коже. Не представляю, что бы я делала, если бы пришлось казнить Максима! Слава всем богам, что он невиновен. В убийстве точно, а вот в другом за ним есть грешок.

Все дело в том, что джинн связал себя с женщиной, подарив ей одно желание. Подобные взаимодействия запрещены, но Логошин все равно пошел на это. Мария была неуверенной в себе, забитой женой абьюзера, и часто подвергалась физическому насилию со стороны мужа. Она никогда бы не решилась на убийство, если бы не вмешательство молодого соседа. Максим познакомился с Марией в кафе, где она работала администратором. Парень влюбился с первого взгляда и начал посещать заведение каждый день в обеденный перерыв. Слово за слово, они разговорились и подружились. Итогом стал тайный переезд джинна в район трущоб, на один этаж с возлюбленной.

Как я поняла из рассказа, Мария тоже испытывала чувства к парню, но слишком боялась мужа, чтобы пойти на что-то большее, чем редкие встречи на лестничной клетке или в кафе. Навредить Листову иной не мог, хоть и знал о бесчинствах мужа. Он многократно жаловался на него в полицию, но Мария отрицала, что муж ее бьет, и в итоге усилия Логошина сводились на нет. Ему бы понять, что с этой женщиной у него ничего не выйдет, но нет. Любовь слепа и глупа порой. Джинн решился предложить ей одно желание. Мария хотела стать смелой, поэтому согласилась, хоть и не верила в это. И в этом вся загвоздка. Чаще всего желания людей не имеют ничего общего с тем, что им нужно. Это своего рода искаженное видение того, чего им не хватает. Человек без работы хочет денег, и он их получает, благополучно спуская в первый же год. И снова бедность, и снова безработица. Замкнутый круг. Мария пожелала смелости, чтобы уйти от мужа, но на самом деле она не хотела покидать его. Женщина настолько ненавидела его за издевательства, что хотела мести. В итоге, казалось бы, простое желание обернулось трагедией.

Максим вошел в квартиру после звонка Марии. Ее муж уже был ранен. Все, что оставалось парню, это позвонить в полицию и скорую. Листова умоляла парня на коленях, просила исполнить ее последнее желание быть свободной, и Логошин не выдержал. Он взял в руки нож, оставил на нем свои отпечатки, и остался дожидаться полиции. Однако в силу любви к Марии, он не смог оставить ее раны кровоточить и перевязал их. Теперь это будет одной из основных улик в обвинении Листовой Марии Петровны. Оставалось только наведаться к Эдварду из морга и узнать, нашли ли они кровь Листовой в ране убитого.

– После посещения судмедэксперта я поеду домой, а ты вернешься заполнять документы, как и договаривались. Доберусь сама, так что можешь не подвозить, – я догадывалась, что после поездки в больницу сил на еще одну в компании дракона у меня не останется. Лучше воспользоваться такси или автобусом.

– Я за рулем, – коротко бросил Блэк, открывая служебную легковушку. – Похоже, ты забыла, что мы не можем разделиться. Так что документы буду заполнять дома под твоим присмотром.

Даже не собиралась спорить с ним. Лучше законник за рулем, чем истеричка на пассажирском. Одной аварии на сегодня было достаточно. Что до нашего положения палочек Twix, я действительно забыла об этом неудобном факте. Придется оставаться вместе еще очень долго.

Я постаралась поудобнее сесть, расслабиться и не реагировать на гудки, что сыпались на нас со всех сторон. В этом мне помогало радио. Там как раз крутили "Энию", что помогало медитировать. По крайней мере, я пыталась это сделать, пока меня резко не бросило в сторону. Голова больно ударилась о боковое стекло, как и плечо.

– Ай! Что, черт возьми, происходит?! – я мгновенно открыла глаза и уставилась на дорогу.

Мы ехали быстрее обычного, при этом чудовищно лихача в потоке. Сперва я даже не поверила глазам, пока Блэк не проскочил перекресток на красный. Визг тормозов был такой, будто по меньшей мере десяток машин стерли резину до дисков. Я кинула взгляд на спидометр и обомлела – восемьдесят километров в час!

– Ты с ума сошел?! Тормози! – закричала, хватаясь за ручку в двери.

– Если б я мог, – напряженно ответил брюнет и продолжил уходить от столкновения. Ситуацию еще усугубляло то, что мы катились с горы, и машина только разгонялась.

Коробка передач не откликалась, будто кто-то покопошился в мозгах авто, ручник не реагировал. Мы просто неслись в потоке, буквально сталкивая машины с полос, чтобы не врезаться в впереди едущие. Вот вам и автомат, вот вам и умные автомобили!

– Мы разобьемся!

– Определенно, – успокоил меня Блэк. – Главное выбрать самый безопасный объект для столкновения.

Впереди как раз появился съезд на стройку, куда свозили песок и цемент. Кажется, это был проект жилого комплекса, и объект только открыли. Велика была вероятность, что мы выскочим на пустынную территорию, но она не оправдалась.

– Выбирай, озеро, лес или насыпь, – вцепившись в руль, спросил дракон.

Ему легко говорить, он-то выживет в любом случае. Или нет?

– На златом крыльце сидели, мишки Гамми, Том и Джерри…

– Ты сошла с ума?

– Скрудж Мак Дак и три утенка, – я закрыла глаза ладонью, а второй водила в трех направлениях: лево, прямо и право. Решить рационально не было ни времени, ни возможности. – Выходи, ты будешь Понка!!!

Я громко заорала, указывая куда-то вправо. Я так и не узнала, что выбрала, пока не произошло столкновение. Самый неудачный день в моей жизни, не считая встречи с маньяком.

***

– Ешки-матрешки! – очень емко выразился отскочивший от нас Эдвард. Увидеть такое он не ожидал.

– Мне вас к трупу проводить или сперва в травму? – еще одно очень выразительное предложение, как нельзя кстати характеризующее наше состояние и внешний вид.

– Эм, вы ж оба живые? – а вот тут я уже обиделась, ведь патологоанатом все больше смотрел на меня, а не на Блэка. —Или вы не просто так заявились в морг?

– Не просто так, – прохрипел дракон. Кажется, он повредил при столкновении связки. – Мы пришли осмотреть тело убитого Листова и услышать твое заключение.

Эдвард медленно осмотрел нас сверху до низу, остановив взгляд у наших ног. Там образовалась приличная грязная лужа, натекшая с нас обоих. Именно эта проклятая вода и послужила причиной, почему нас не пустили в такси и автобус. Пришлось ехать на метро. Блэк категорически запретил мне звонить в отдел или кому-либо вообще. Кажется, опасался, что нас прослушивают. Поэтому мы вынуждены были добираться до больницы своими силами. Еще хорошо, что монеты не могут испортиться от воды, как бумажные купюры, иначе пришлось бы идти пешком.

– У вас случился острый приступ жажды по дороге? – решил пошутить мужчина, при этом выражая беспокойство. Видок у нас был еще тот. – А потом решили позагорать на песочке?

– Неисправная машина, мелководное озеро, земляной вал, а потом кустарник и дуб. Даже я не ожидал подобного от иностранного автопрома. Не машина, а броневик, – абсолютно монотонно пересказал все наши страдания напарник, после чего медленно поднял руку и снял с моей макушки дубовый листик.

– Не обижайтесь, но вы похожи на прошедших жесткий пилинг леших, – и тут блондин не удержался от смешка.

Видок у нас действительно был еще тот. Мокрые, присыпанные песком, листьями с ветками и все поцарапанные – такими мы вылезли из густого лесочка, продираясь сквозь колючий кустарник, как львы, а потом начался ливень.

– Мы пошли огонь, воду и медные трубы менее чем за две минуты. Абсолютный рекорд, – устало выдала я и села прямо на кафельный пол, в созданною мной же лужу.

Блэк посмотрел на это действо, поскреб подсохшую грязь на щеке и решил присоединиться. Гарпия сразу понял, что его только что сделали ответственным за наше светлое будущее. Хоть что-либо решать мы больше не были в силах. Хотелось просто упасть и заснуть крепким сном, но в туфлях противно хлюпало, как и подмышками. Не самые приятные ощущения и условия для сна.

Прошло всего полчаса, а судмедэксперт организовал нам чистую спортивную одежду с кроссовками, горячий шоколад с анисом и корицей, пиццу и приятную музыку, что лилась из переносной колонки. Очень качественный звук и зачетный плейлист. Кажется, наш врач уважал к-поп, классику, Чарли Пута и Эда Ширана. Большего я не успела услышать, пришлось вернуться к работе.

– Ни минуты покоя, – с такими словами в морг вошел Люк Гранд.

Я как сидела на одном из селекционных столов, поглощая пиццу, так там и осталась. Блэк сидел рядом на стуле и поднялся, когда заприметил короля иных.

– Ты был прав, Вэл. Вас прослушивали, но не телефоны. Нашли три жучка в отделе, и все с идентичным айпи. Плохо, что все данные подставные, но хотя бы выяснили, что их поставил один и тот же иной. Магией его тоже не вычислить, он использует блокаторы, – золотой дракон хлопнул друга по плечу, забрал стул у Эдварда и устало плюхнулся на него.

– О, пицца! – и этот наглый ящер потянул свои лапищи к моей еде.

– А ну убрали руки! – я захлопнула крышку картонной коробки и стремительно отодвинула еду подальше от незваного гостя.

– Лили, дай хоть кусочек. У меня сегодня ни минутки свободной не было, ни маковой росинки во рту, – начал канючить король всех иных. Совсем растерял свою величественность.

– Моей пиццы там тоже не будет, – категорично отказала я. – Знаю, как вы едите. Этот две схомячил, пока я третий кусок доедала!

Возмущенный взгляд достался брюнету, что спрятал свое лицо за кружкой шоколада и отвел глаза в сторону, мол, он тут не при чем, и это не он проглот девяностого уровня, Мистер Зажор!

– Драконы не в ответе за этого потерявшего всякий стыд индивида, – мгновенно отрекся от собрата Гранд, высокомерно отвернувшись. – Ну кусочек, Лили. Я же всегда был на твоей стороне. Ты такая добрая и великодушная женщина, не перестаю удивляться твоей выдержке.

А заискивать и умасливать король умел намного лучше, чем мой напарник.

– Только дин кусок, – я осторожно приоткрыла крышку, почти неглядя вытянула треугольник пиццы и передала Люку. – И вы отдадите мне сырный бортик.

– Что, бортик?! Так это же самое вкусное!

Я тут же отдернула руку с куском итальянской вкуснятины, не давая дракону возможности схватить его.

– Ладно, отдам я твой злосчастный бортик, маленькая сырная скряга, – по-детски смешно проговорил король и получил свой обещанный кусь еды.

Еще минут пять в морге стояла почти мертвая тишина, изредка сопровождаемая громким жеванием Гранда и почти кричащим взглядом Блэка. Напарник был единственным, кто не ел. Просто больше нечего было трескать.

– Так, а теперь расскажите мне, как вы попали под прицел киллера? Кому успели перейти дорогу за три дня совместной работы? – Люк оттряхнул несуществующие крошки с брюк и уставился на нас. В основном на Блэка, но тот его искусно игнорировал.

– Это серийник. Тот, за которым послали меня, – тихо ответил брюнет и посмотрел на меня.

Да, это была моя теория, и, возможно, она подтвердится. Я была благодарна дракону за то, что дал мне слово и проникся моими рассуждениями, а не отмахнулся, как от пустышки.

Мой рассказ занял почти час. Начиная от странного черного дыма, что мерещился мне везде, куда ни глянь, и заканчивая фееричным прохождением линии препятствий.

– Так ты видела ауру греха? – заинтересовано уточнил Люк. Сейчас он был собран и серьезен, полная противоположность тому, каким он представал передо мной раньше.

– Нет. Это был странный черный дым, сконцентрированный в одном месте. Он то появлялся, то пропадал. Я видела нечто похожее на блюдцах чашек с кофе и чаем, когда их принес лис, и на его руках. Однако это было мимолетно, поэтому я решила, что померещилось. Мартин ведь не мог ничего сделать с нашими напитками? – я нервно улыбнулась. Не хотелось бы записывать сержанта в подозреваемые.

– Где еще ты видела эти отпечатки магии? – Блэк внимательно смотрел на меня снизу вверх, так как я все еще сидела на столе, закинув ноги.

– Отпечатки магии?

– Да, Лили, ты каким-то странным образом видишь места, где применялась магия. Наш преступник был очень осторожен, он даже использовал блокатор, который препятствует обнаружению остатков магических частиц на предметах и людях. Фактически, он стирает их. Однако силы Вела настолько гармонично вписались в твою ауру, что позволили тебе видеть следы неестественного вмешательства даже сквозь блокатор. Это поразительно. – Люк не скупился на комплименты, как и признание моих заслуг. Конечно же, это не мои силы, но для человека, никогда не знакомого с магией, я действительно отлично справлялась.

– Так где еще ты видела отпечатки? – повторил свой вопрос брюнет.

Они с королем выглядели полными противоположностями: светлый, золотой, во всех смыслах, Люк и черный, скрывающий свою буйную натуру Велиант. Даже не знаю, кто мне больше нравился. Если рассматривать с точки зрения общения, то король. Если с точки зрения сожителя, то напарник.

– Лилия! – окликнул меня Блэк, и, кажется, не первый раз. Надо же было начать сравнивать их в такой ответственный момент.

– На коробке передач, – выпалила, как приличная ученица. – Еще мелькало иногда на футболке Блэка. – А это уже сказала хулиганка во мне.

Брюнет тут же подскочил и начал стягивать с себя упомянутую вещь, а Люк всячески ему в этом помогал.

– Ого! Да тебе сниматься для женских журналов нужно, – мне очень понравилось то, что я увидела.

– Ты что, просто хотела меня раздеть? – дракон попытался убить меня взглядом.

– О чем ты? Я вообще не умею пользоваться твоей силой. Мало ли где могло померещиться. Меня и так весь день этот дым преследует.

Люк облегченно выдохнул, положил руку на плечо друга и сказал: "Одевайся." Позади тихо прошел Эдвард, шепнув на ухо полное веселья "развратница". Вот же доставучая гарпия!

– Да говорю вам, там что-то мелькнуло, – сказала в свою защиту, но поздно. Меня все присутствующие уже окрестили развратницей.

Ну и ладно. Зато такое зрелище произошло на моих глазах. За это и извращенкой не стыдно прослыть.

– Так ты говоришь, заметила дым на коробке передач сразу, как сели в машину? – говорил Люк, так как напарник все еще недовольно поглядывал на меня за небольшой розыгрыш.

– Нет, он стал появляться, когда отказали тормоза. Там была такая суматоха, что я лишь чудом это заметила. Зоркий глаз журналиста натренирован видеть то, что с первого взгляда не представляет важности, – с гордостью заявила я.

– Получается, сперва все работало, а потом вдруг коробку заклинило на Drive и она никак не откликалась?

– Да. Причем даже ускорялась, – Блэк, наконец, перестал буравить меня взглядом, и включился в разговор. – Сперва я думал, что это склон заставлял нас набирать скорость, но это не так. Когда мы въехали на стройку, спидометр уже прошел отметку в девяносто. В воду мы влетели не то чтобы мягко, но вполне гладко.

– И машина не затормозила? – Люк почему-то посмотрел на меня.

– Куда там! Не озеро, а лягушатник. Машина прошла по краю. Казалось, что-то не давало нам свернуть к середине водоема, – это я заметила, ибо Блэк аж покраснел, держась за руль и пытаясь управлять машиной.

– Скорее всего вода и скорость просто не дали возможности свернуть, – пояснил напарник. – Однако я надеялся на гидроудар, поэтому и держался края озера. Утопление в мои планы не входило. Но кто знал, что там так мелко.

– И что дальше?

– А дальше мы задели по краю песочный вал. Так как предусмотрительный мистер Блэк заранее открыл все окна в машине, опасаясь не выбраться из салона, если мы пойдем ко дну, нас засыпало по самое не балуйся, – я с укором посмотрела на дракона. Тот в ответ кинул на меня не менее раздраженный взгляд.

– Угу, тогда-то вы и приобрели этот желтовато-коричневый макияж, – Люк сам себе кивнул.

– Откуда вы знаете? – и мы с Блэком с подозрением уставились на короля. В конце концов последующие события заставили нас подозревать даже свои тени.

– Вы чего? – растерялся дракон. – Мне Эдвард вашу фотку прислал. – И Люк продемонстрировал на смартфоне изображение с двумя непонятными существами. Только зеленые горящие глаза брюнета выделялись на фоне всего того безобразия.

– Ты еще кому-то отправил? – грозно осведомился Блэк у патологоанатома.

– Только Марку, – нехотя признался медик, пряча телефон в карман, пока злой дракон не расколотил его гаджет.

– Не шли никому больше, – успокоившись, предупредил напарник.

А я незаметно помахала Эдварду и жестами попросила прислать мне. Нельзя было остаться без этой фотографии на память.

– После насыпи вы влетели в лес, как я помню.

– Еще как влетели. На всех парах. Машина снова набрала приличную скорость. Как назло рощица попалась хилая, и саженцы легко гнулись или ломались, но это хотя бы замедлило нас, – продолжал рассказ брюнет. – Однако дольше оставаться в авто нельзя было, начинался настоящий лес. Я принял решение выпрыгнуть, когда мы будем совсем медленно ехать. Успели в самый последний момент.

– Ага, теперь ясно, откуда царапины и ушибы. Ну и листва с прочей растительностью, – закивал Люк, внимательно слушая наш рассказ. – Одно не ясно, откуда укус на ноге Лили.

Король указал пальцем на мою лодыжку, однако там ничего не было. Признаться, эта нога у меня болела и ныла, но я списала симптомы на неудачное приземление.

– Какой укус? – я в удивлении уставилась на брюнета. Он тоже не видел никаких повреждений на моей лодыжке. Тогда что видится королю?

– О чем ты? У нее отметины зубов на коже. Четко видно очертания пасти и прокусы, – Люк четко указал место ранения и с беспокойством смотрел на невидимые повреждения.

– Говоришь, видела черный дым на своей чашке и блюдце? – загадочно спросил Блэк.

– Да, – нервно ответила, начиная переживать.

– Вас опоили, – заключил король иных, и тяжело вздохнул. – Эдвард! Срочная госпитализация.

– Что?! Но я же увернулась от всех гончих!

– Очевидно, не от всех, – хмуро заявил Гранд, поднялся, и направился на выход. Он кому-то планировал звонить. Стоило Люку скрыться за дверью, как морг сотряс оглушительный рык и рев золотого дракона.

– Вы чем, вашу мать, там занимаетесь! Уволю! Всех к чертям сокращу! – нас окатило звуковой волной из коридора.

– Я его боюсь, – прошептала Блеку на ухо, склонившись к нему.

– Не ты одна.