Глава 20
Артем
Осознавая неизбежное изменение моего тела, я все свои силы кинул на исследовательский центр. Позволил Адаму расширить штат сотрудников, спонсируя все его, даже незначительные прорывы. А все потому, что я надеялся найти противоядие от одной взбалмошной, девчонки которая нагло засела в мозгу, разрывая мое восприятие реальности на части. С каждым днем, проведенным вдалеке от нее я понимал, что изоляция от общества наших детей в период первого обращения — это ничто по сравнению с тем, какой нестабильностью было охвачено мое тело. Меня ломило, сжимая грудную клетку, перекрывая доступ кислорода, и я как обезумевший пытался вырвать себе как можно больше свободы. Злой, раздраженный, закинув все дела на задний план, я пытался вымотать свой организм до истощения, чтобы забыться в беспокойном сне, перестав перекручивать ее образ в голове. Не помогали ни спорт, ни секс, который после встречи с ней стал до жути пресным. Не видно было никакой разницы между моей правой рукой и двумя блондинками которые пару дней назад предложили скрасить мой скучный вечер. И все эта маленькая ведьма. Не помогали даже разговоры с Марком, который решил стать моим личным психиатром. Но его советы лишь раздражали. Ну, что я должен был ему ответить, когда тот не переставал твердить, что Ева и есть моя истинная пара.
Но я-то знал, что этого не может быть. Это проклятье, помешательство, колдовство возможно. Я готов был поверить во что угодно, только не в то, что та, которая предназначена мне свыше имеет отношение к гибели моих родных. Владимиру так и не удалось найти следов ее причастности к последней аварии, и мое желание вопило о том, что я должен поверить в совпадения. Случайная встреча, во время попытки убить моих родных?
Как можно поверить в такое? Здравый смысл всегда бравший верх над эмоциями, продолжал вопить о другом.
Я научусь жить с этим. Стоит лишь немного потерпеть и Адам найдет формулу, которая поможет мне справиться с моей зависимостью.
Только этот засранец сейчас, прямо на моих глазах ухлестывает за очередной телочкой, вместо того чтобы сидеть в душной лаборатории над своими исследованиями. Хотя ради такой красотки я бы тоже решился закинуть работу. Я наблюдал за происходящим стоя в тени высоких колонн, расположенных посреди зала, и увиденное все больше интриговало меня. Я уже решил предположить, что нашел милашку, которая сможет помочь мне ненадолго забыться, когда девушка, следуя за ловкими движениями партнера повернулась, позволяя мне лучше разглядеть ее.
— Твою мать, — тут же сорвалось с языка, когда я увидел, как эта чертовка многообещающе улыбается Адаму, довольствуясь его фирменными шутками.
Злость на то, что она посмела нарушить мой приказ не попадаться на глаза, поглотил страх осознания того, что она может вот так легко вычеркнуть мне из своей жизни. И это в то время, когда моя жизнь медленно летит под откос.
Я словно сталкер, не сводя с нее глаз следил за каждым движением, чувствовал кожей каждый ее жест и сам не заметил, как моих губ коснулась улыбка, стоило ей засмеяться, держа за руку незнакомого мне мужчину.
Я рванул за ней, когда Ева направилась к выходу из зала. Злость переполняла меня. Злость на нее за мою слабость. Лишь за то, что она пошатнула мое мнимое спокойствие своим присутствием. Не знаю, что мной двигало, но я уже не принадлежал себе.
— Я говорил тебе не попадаться мне на глаза? — рявкнул я, хватая ее за плечо. Ева уже готова была коснуться двери женского туалета, но планы поменялись, когда я решил утянуть ее за собой в темноту длинного коридора где нам не могли помешать посторонние, случайно снующие по зданию. — Ева, вижу ты не совсем поняла наш разговор. Не заставляй меня повторять. Какого черта ты здесь оказалась?
Я даже не сразу понял, что она молчит, ожидая, когда чертовка, вздернув вверх свой маленький носик будет пронизывать дерзким взглядом, пряча за ним страх передо мной. Вопреки всем моим ожиданиям Ева молчала. Стояла тихо, опустив в пол глаза и… дрожала. Меня уже не будоражило так чувство ее страха передо мной. Чувство того, что я ублюдок, не сумевший вызвать у девушки ничего кроме ужаса сейчас переполняло с головой. И тихий всхлип, сорвавшийся с ее губ просто добил меня.
— Ну, и для чего этот спектакль? — Никогда не был любителем женских истерик.
Я уже собирался развернуться и пойти в зал, чтобы прихватить с собой бутылку чего-нибудь покрепче и напиться, смывая запахом алкоголя ее аромат. Но и этому не было суждено сбыться. Все звезды сегодня сомкнулись вокруг меня, насмешливо повернувшись спиной, хотя, скорее тем, что немного ниже спины.
— Да пошел ты к черту, Гладышев. Тебе нимб не давит на твои звериные мозги? Иногда мне кажется, что ты совсем не знаешь, что значит быть человеком.
Выкрикивая все это мне в лицо, Ева лихорадочно стирала бегущие по лицу слезы вперемешку с потекшей косметикой. Я видел ее новой: маленькой девочкой, запутавшейся в своих чувствах, потерянной и совершенно беззащитной. Такой ранимой, что вмиг захотелось свернуть шею тому мудаку, который посмел довести ее до истерики.
— Девочка моя, — я притянул к себе сопротивляющееся тело, крепко сжимая в объятиях. И лишь почувствовав, что ей не удастся вырваться из плена моих рук, Ева затихла, прекращая попытки к бегству и горько разрыдалась, уткнувшись мне в грудь.
А я словно наркоман, стоял впитывая ее запах, уткнувшись в макушку ее головы. Запах ее тела был усилен вспыхнувшими эмоциями, но мне и этого было мало. Я вбирал ее аромат огромными порциями, глупо надеясь, что смогу надышаться наперед. Тихо гладил ее дрожащую спину и благодарил судьбу за возможность стоять сейчас с ней.
— Тише, — успокаивал я ее. — Тише, все пройдет. Ну же, маленькая моя, ничто не стоит твоих слез.
— Вот почему? — Она подняла на меня зареванные глаза. — Скажи мне почему вы, мужчины такие придурки? Почему вы все портите? Так же лучше. Нам двоим лучше по отдельности…
Я не понимал, о чем она говорит, да и Ева не дала мне времени разобраться в этом. Сделав глубокий вдох, она выпуталась из моих объятий, и молча направилась к выходу, оставляя мне жалкую возможность смотреть ей в след.