Глава 19

Да как он посмел, вообще, так оскорбить меня?

Моему возмущению не было предела, когда я сбегала по ступенькам к дороге, ведущей из этого проклятого места. Меня не волновало ничего, потому что мне было так обидно, и мои мечты, даже пусть глупые, моментально разбились, превратив меня в жалкое существо. Так со мной ещё никто не обращался, и даже увиденная мной сцена с Кейт и Джоном не действовала настолько сильно на моё сердце.

– Лори! – Меня окликнул Нори, и я остановилась, переводя дыхание.

Ребята сидели на земле и пили пиво рядом с кабинкой охраны, где до сих пор никого не было. При виде меня они все поднялись, а я шумно выпускала воздух из лёгких.

– А где Кейт? – Поинтересовался Дэвид.

– Там, – я махнула на замок и подошла к ним. – Есть ещё?

Я красноречиво посмотрела на бутылки в их руках, и Нори, усмехнувшись, передал мне свою.

– Спасибо, – бросила я и приложилась губами к горлышку. Кровь резко взбурлила от пузырьков алкоголя, и это отдалось слабым толчком в ногах.

– Пошли, – оторвавшись от бутылки и передав её Нори обратно, сказала я. – Нам здесь делать нечего.

– А Кейт? – Хором спросили они.

– Развлекается с Яном. Хотите увидеть его, сходите за ней, но лучше оставить их наедине, у них завязалась романтика, – язвительно предложила я им и, не обращая внимания на их ответы, пошла по улочке.

– Лори, так что там случилось? – Меня нагнал Джон.

– Он назвал меня «бедное дитя»! Нет, ты можешь в это поверить? Я и «бедное дитя», граф недоделанный, – зло возмущалась я, а парень рядом начал смеяться.

– Я не вижу ничего смешного, придурок. Я даже не помню, чтобы родители ко мне обращались, как «дитя». Идиот! – Повысила я голос.

– Но твоё возмущение смешно, он же такой весь любезный и галантный. А ты, как и говорил, для него лишь «бедное дитя», – он продолжал издевательски хохотать надо мной, когда подошли Морган и Нори.

– Что за веселье? – Осведомился Нори.

– Этот невероятно красивый и восхитительный Ян обозвал Лори «бедное дитя», и она разозлилась, да так разозлилась, что решила напиться, – еле выговаривал слова Джон, и ребята подхватили его смех.

– Уроды, – процедила я, и, не имея сил, терпеть эти насмешки над моими чувствами, быстрее пошла от них.

Пока алкоголь делал своё действие и расслаблял нервы и мускулы, я не могла принять того, что произошло со мной. Господи, мне было так обидно, что хотелось кричать от этих эмоций.

Я практически добежала до отеля и ворвалась в него, пролетев по лестнице, влетела в номер и зло швырнула рюкзак на пол, а затем куртку. «Бедное дитя». «Примите моё восхищение, Катрина».

– Ненавижу, – прошипела я, срывая с себя рубашку и осматривая тёмные пятна, которые даже не хотелось выводить, поэтому я просто бросила вещь в урну.

Возможно, я повела себя крайне бездумно и глупо, но сейчас мне было неприятно, больно и даже противно оттого, что ощущала вновь укол предательства от Кейт. С Джоном всё было иначе, я не чувствовала такой пустоты внутри и желания бороться за своё. Это всё из-за Яна и ревности? Может быть, для меня это впервые, поэтому сложно разумно ответить даже самой себе.

Не дожидаясь Кейт, я юркнула в постель, но заснуть не могла, считала минуты, представляла в голове, чем может она заниматься в замке с Яном, и от этого моё настроение стало настолько мрачным, что хотелось даже подраться. По моим подсчётам, Кейт вернулась через два часа, а я притворилась спящей, чтобы не натворить дел похуже. Я слышала её приближающиеся шаги к моей постели, а затем услышала сочувственный шёпот:

– Лори, Лори.

Это подбросило дров в огонь, и нос неприятно защипал, но я убедила себя, пока она, стараясь ступать тихо, прошла в ванную, а затем тоже легла в постель, что сейчас не стоит ругаться и выяснять отношения. Завтра, когда немного остыну. Но я не могла уснуть, во мне ещё клокотала злость, хотя я упорно заставляла себя спать, и в итоге мне удалось задремать только на рассвете.

Я торопливо бежала в замок в ночи, чтобы успеть сказать слова с портрета, дабы Яну не пришлось терпеть пытки, но ноги двигались непозволительно медленно. И когда, наконец-то, я достигла пункта назначения, не слышала ни звука хлыста, ни стенаний пленника. Залетев в камеру пыток, я удивлённо оглянулась и заметила, что она была такой же, как обычно. Ничего странного. Ничего из того, что я помнила. Только очень холодно. Я крикнула и позвала Яна, затем Перхту. Никакого ответа. Непонимающе поднялась по лестнице и оказалась в зале, но сейчас он выглядел иначе. Ароматы мяса и вина заполняли пространство, а также мебель и убранство отличались от тех, что должны были быть здесь. И дымка, странная дымка, образовывалась в воздухе вокруг меня.

Неожиданно кто-то дотронулся до моего плеча, отчего я слабо вскрикнула и обернулась. Передо мной стоял мужчина, молодой мужчина, которого я уже видела в камере пыток. Брат Перхты. В странном наряде и с распущенными светлыми волосами был больше смешон, чем опасен. Он поклонился мне и улыбнулся, хотя не должен был вести себя со мной так вежливо, если взять во внимание то, что я мешала ему с отцом наказывать Яна. Но мужчина мягким взглядом посмотрел на меня и протянул руку, как будто приглашая провести меня дальше.

Если честно, то я ничего не понимала, но при этом не боялась этого человека, точнее, призрака, ожидающего от меня ответа. Настороженно вложила свою руку в его и он, притянув меня к себе, повёл к лестнице. Самое странное, что он не сказал ничего, не проронил ни звука, пока мы поднимались. А я сама не желала начинать диалог, вернее, я крутила головой, изумляясь всё больше незнакомой обстановке.

Брат Перхты, остановился и, отпустив меня, распахнул передо мной дверь и, склонившись, предложил рукой войти первой. Мои шаги были неслышны из-за громкого сердцебиения, отдающегося в ушах. Я оказалась в спальне, где вокруг меня горели свечи, создавая интимный красновато-золотистый свет. До моего слуха донеслись громкие вздохи и стоны, но не от боли, а, скорее, от наслаждения. Я обескуражено приблизилась к кровати и медленно обошла полог, когда перед моими глазами открылась самая ужасающая картина, потрясшая меня до глубины души. В лежащей на белых простынях девушке я узнала Кейт, а на ней лежал Ян. Он что-то бормотал ей, разрывая поцелуями. Шептал, покрывая её шею жаркими отпечатками губ и стягивая тонкие лямки бюстгальтера. Кейт издавала нечленораздельные звуки и выгибала спину, подставляя под горячие губы мужчины своё красивое тело. И он наслаждался им, его руки с любовью ласкали каждый сантиметр её безупречной кожи.

Мне стало так противно и больно, что я закрыла рот рукой, дабы не закричать, не расплакаться в голос, не обнаружить себя и не показать Яну, насколько он сейчас разрушил мою веру. Я попыталась сделать шаг назад, но мою талию схватили крепкой рукой. Повернув голову, я встретилась с яростным взглядом светлых глаз брата Перхты. Он удерживал меня, заставляя смотреть на очередное предательство.

– Нет, отпустите меня, – я хотела бы закричать, да не могла, только шёпот срывался с губ, – я не хочу это видеть.

Мои усилия выпутаться из рук мужчины ни к чему хорошему не привели, он схватил меня за подбородок и с силой повернул голову к тому, что творилось в кровати. Словно предупреждая, показывал правду и не хотел, чтобы и я попала в сети мерзавца, каким на самом деле был граф.

Мне пришлось наблюдать, как играли мускулы на оголённой спине Яна. Как его утончённые пальцы, со сверкающими перстнями, подхватывали обнажённое бедро Кейт и закидывали к себе на поясницу. Я вынуждена была слышать продолжительный стон бывшей подруги, который был моментально заглушён новым поцелуем.

– Пожалуйста, хватит, – глаза наполнились слезами, и я закрыла их, позволив, острым и холодным каплям скатится по щекам.

– Я всё поняла… не надо, – и мне не стыдно было умолять мужчину, потому что только благодаря этому его пальцы разомкнулись, и он на секунду отпустил меня.

Распахнув глаза, я тут же оказалась повёрнута сильными и ледяными пальцами к брату Перхты. Я не уловила того момента, как так получилось, что чужие губы касаются моих и пьют из меня жизненную энергию, заполняя тело и разум отвращением, злостью и яростью. Я слабо ударила его по плечам, но он крепче сжал меня и разум затмился от желания отомстить, причинить боль Кейт и больше не помогать Яну. Подтолкнуть его к смерти и вечному проклятью за то, что он так изощрённо играл моими желаниями, за то, что причинил невероятную боль. Я готова была сейчас даже совершить безумие. Убить.

Мужчина оторвался от моих губ и крикнул в лицо:

– Лори!

Мотнув головой, я открыла глаза, но ощущения стали острее, я хотела немедленно причинить боль им. Сейчас же.

– Отпусти, – прошипела я, не желая терять ни секунды, поддавшись ядовитому импульсу. Но он начал трясти меня за плечи с невероятной силой, от которой голова закружилась.

– Лори, проснись, – лицо мужчины постепенно превращалось в другое, как и тёмная комната, наполненная ненавистным светом свечей, исчезала. Теперь серые глаза смотрели на меня с испугом и паникой, а я моргала, привыкая к очень резкому освещению.

Я дёрнулась и увидела, что знакомые мне ребята смотрят в полном шоке и ужасе, а мы находимся в номере отеля. Мой взгляд нашёл Кейт, покусывающую губу и избегающую моей ненависти.

Предательница! Я так хотела вскочить и наброситься на неё, ударить и делать это до тех пор, пока она не прекратит дышать, что от ярких картинок в голове меня затрясло.

– Лори, ты так кричала, что Кейт пришлось позвать нас. Мы еле тебя разбудили, – тихий голос Джона ворвался в мою голову, и я резко повернулась к нему.

– Ещё бы не закричишь здесь, когда полно призраков и куча непонятных вещей происходит, – Нори опустился на мою кровать, перебивая уже смутные едкие фантазии.

– Лори, ты как? – Озабоченно спросил Морган.

– Нормально, – глухо ответила я, пока сердце вырывалось из груди, а руки тряслись от адреналина. Я ужаснулась тому, что происходило в моей голове. Боже, я бы никогда не подумала, что в моих силах желать так мощно чьей-то смерти. Но сделала это. Нет… я не… боже, он был с ней.

Выходит, всё это сон, иллюзия, которая вызвала во мне бурю из ненависти и ревности, подталкивающая совершить страшное. Если Ян в прошлом сне возбуждал меня пером, довёл до безумия, то сейчас, значит, переключился на Кейт, которая ему нравится больше и возбуждает намного сильнее, чем я. И брат Перхты желал показать мне, насколько Ян, действительно, гадкий, и что ему нельзя доверять. Он играл мной, ввёл в заблуждение, и на самом деле лишь развлекался.

– Уже семь часов вечера. Ты пойдёшь в замок, чтобы помочь Яну? – Подала голос Кейт.

От её наглости я едва держала себя в руках. Резко взметнув голову, я сейчас вновь ощутила те эмоции, которые переживала во сне, и они вели мной. Я не желала им противиться.

– Нет, – зло ответила я и посмотрела на ребят, столпившихся вокруг меня. – Может быть, вы, наконец-то, дадите мне возможность подняться и привести себя в порядок?

– О, не бушуй, принцесса, будем ждать тебя внизу, – наигранно испугался Нори и рассмеялся.

Я проводила взглядом удаляющие фигуры и откинула одеяло.

– Лори, мы можем поговорить? – Тихо спросила Кейт.

– Разве у нас остались темы, чтобы обсуждать их? – Язвительно поинтересовалась я и подошла к шкафу.

– Мне кажется, есть. После того как ты ушла, Ян молча спустился вниз и захлопнул двери. Свет погас, и стало так холодно, что это испугало меня, и я ушла. Что между вами происходит? – Сдавленно произнесла Кейт. От отвращения, казалось, что меня сейчас вырвет. Наглая стерва, ещё смеет прикидываться глупой овечкой.

– И на то, чтобы уйти, тебе понадобилось два часа. Долго же ты принимаешь решения. А что до этого низкого и жалкого лгуна, то между нами нет больше ничего, кроме желания, оставить всё так, как есть. Скажи, как ты спала? Ведь после такой долгой прогулки, ты, верно, насладилась отдыхом? – Сладко пропела я, взяв из шкафа спортивный костюм и майку.

– Я сидела внизу с ребятами…

– Как ты спала? – Уже жёстче спросила её, не дав увести меня от правды.

– Нормально, – нахмурившись, ответила Кейт.

– Что снилось? – Прищурившись, допытывалась я.

– Да так, всякая ерунда. А почему ты спрашиваешь? – Кейт нервничала, её голос обрывался, а щёки загорелись румянцем.

– Конечно, спать со всеми подряд для тебя всякая ерунда, не так ли? Да и не привыкать тебе, брать то, что нашла первая я, – от моих слов с её лица моментально слетела краска, и она побледнела.

– Хочешь расскажу, что тебе снилось? Помогу тебе поделиться со мной этим, и вновь показать, что я намного хуже, чем ты? А снились тебе страсть, возбуждение и Ян, покрывающий твоё тело поцелуями. Ты так желала его, стонала и умоляла не останавливаться, что он занялся с тобой любовью. Я же угадала, не так ли? – Я буквально выплёвывала каждое слово.

– Боже… Лори, я… – прошептала она и спрятала лицо в руках.

Больше и не нужно было подтверждений тому, что Ян, действительно, сделал то, что я и предположила. Реакция Кейт после моих слов была лучшим ледяным душем для глупой дурочки, решившей, что хоть раз в жизни о ней кто-то хочет позаботиться и увидел в ней большее, чем любой другой. Ложь. Гадкая ложь.

– Теперь же можешь сама пойти и спасти его. С этого момента Ян твоя забота и твоё проклятье, а я собираю вещи и сваливаю отсюда, чтобы не видеть тебя и не разочаровываться снова, – язвительно произнесла я и пронеслась в ванну, громко хлопнув дверью.

Ненавижу! Ревную! Убиваюсь! Умираю от боли! Мне так невыносимо внутри понимать, какой дурой я была. И откуда появились такие глубокие чувства за короткое время? Как такое могло произойти со мной? Почему?

Повесив одежду на крючки, я быстро разделась и вошла под душ. Но уже была не в силах совладать с эмоциями, слёзы потекли быстрым потоком, я села на дно душевой кабины и разрыдалась от обиды. Тело разрывало от чувств. Я влюбилась. Влюбилась в призрака, который быстро переключился на Кейт, как это сделал Джон. Это было вдвойне больнее. Я же хотела искренне ему помочь, и вот итог – грудь сдавливает так сильно, что дышать становится тяжело. Комок сочувствия к самой себе засел глубоко внутри, и его никуда не спрятать.

Я не должна была больше думать о нём. Этот мужчина не стоил ни слёз, ни жалости. Он убийца, и сейчас невозможно больше верить в его невиновность и честность. Всё, хватит. Отец был прав, я обязана вернуться домой. И я это сделаю. Мне больше нет причины оставаться здесь, в моей помощи никто не нуждается. Это всё было игрой, каким-то неведомым мне до сих пор клубком изо лжи и столетних наказаний. Лучше окончить всё, пока это не привело к разбитому сердцу. Я никогда не чувствовала такое к противоположному полу. Но почему он? За что?

Я вышла из душа и оделась. Мне не хотелось говорить ни с кем, только побыть одной и подумать о себе. О своих ценностях, которые я видела с детства и не видела тоже.

Мои родители, оба учёные, считали, что науки достаточно, чтобы наполнить жизнь и скрепить отношения. Их брак был заключён на волне профессионального интереса и признания заслуг друг друга, но их едва ли связывали глубокие чувства. А если я скажу отцу, что никогда не выйду замуж без любви? Если я скажу, что науки мало, чтобы прожить всю жизнь вместе? Папа просто рассмеётся мне в лицо. Никаких чувств – одни исторические зацепки. Это намного долговечнее, чем чувства. Оказывается, всё так и есть.

Я вздохнула и посмотрела на своё бледное лицо. Устала, я так устала от пережитого, что хочется забыться. Выйдя из ванной комнаты, я увидела Кейт, которая сидела на постели в том же положении, в каком я её оставила. Я, молча, подхватила рюкзак и жилетку.

– Лори, я не понимаю, откуда ты знаешь о моём сне. Но я не специально, правда. Я совершенно сбита с толку, ведь Ян увлечён тобой. Он так испугался, когда заметил твои раны. И он…

– Хватит, я не желаю тебя слушать, – холодно прервала её. – Ты не хотела? Не поверю, ты всегда пыталась забрать у меня то, что принадлежало только мне. Ты не желала, чтобы я была лучше тебя в чём-то. Всегда соревновалась со мной и вчера тоже. Конечно, ты этого не хотела, но вряд ли бы он пришёл к тебе, если это не было бы правдой. Знаешь, почему я стонала в ту ночь после того, как он ожил? Потому что он был в моём сне, возбуждал, играл, как и с тобой. Только вот у меня хватит достоинства снести такое унижение и не повторить его вновь. А вот ты даже не придаёшь значения тому, что тебя используют, потому что сама желаешь быть заменой мне. И лучше нам всем уехать, потому что здесь распутывать нечего. Ян Лихтенштейн – убийца и похотливый растлитель. Он умело сочинил сказку для всех нас, но теперь хватит…

– Но ведь его будут пытать, и это ужасно, – голубые глаза напротив наполнились слезами, отчего мне снова стало противно.

– Мне теперь всё равно. Я не собираюсь помогать тебе, спасти Яна. Это твоя забота, так разбирайся с ней сама, – равнодушно пожав плечами, я более не желала слушать её и говорить с ней, поэтому быстро вышла из номера.

Быстро спустившись вниз, я заметила ребят, которые стояли в холле, обсуждая что-то.

– Лори? – Удивлённо окликнул меня Риз, когда я пронеслась мимо них.

– Отвали! – Зло крикнула я и уже вылетела на прохладный воздух.

Я знала единственное место, где смогу побыть одна. Паб. Я уверенно натянула жилетку и накинула рюкзак, двигаясь по знакомому маршруту.