Глава 5

Я проснулся от невыносимого желания чихнуть. В носу что-то зудело, щекотало, и невозможно было сделать нормальный вдох. Резко сев, я провёл рукой по лицу и всё-таки несколько раз громко чихнул, чем разбудил спавшую рядом Лену. Она открыла глаза и, хмурясь, села рядом со мной. Придерживая одеяло на обнажённой груди, Лена рассмеялась и, протянув руку, убрала с моих волос какое-то перо.

– Что это? – я потёр глаза и потянулся, разминая затёкшие мышцы. Всё же диван в гостиной не предназначен для сна. Мой взгляд упал на подушку, полностью усеянную такими же перьями, что и то, которое меня разбудило. И теперь я прекрасно видел, что они были выложены на подушке, идеально повторяя контуры моей головы. – Где эти пушистые твари? – я повернул голову к выразительно хмыкнувшей супруге. – Это какой-то ритуал для моего полноценного изгнания из собственной квартиры, или они готовятся к более радикальным мерам? – я поднял бровь и рухнул на диван, притягивая Лену ближе к себе.

– Котики просто развлекаются, как могут, – прошептала она, и её губы практически коснулись моего уха.

– Лена, с этим пушистым диверсионным отрядом нужно что-то делать, – серьёзно проговорил я, вглядываясь в её лицо. – Сначала Кинг выселил нас из нашей же постели, скинув меня на пол во сне. И я понятия не имею, как у него это вышло. Потом твоя Леди решила присоединиться ко всему этому безобразию и выгнала нас из гостевой спальни, расцарапав мне спину. А у меня кошачьи царапины очень долго заживать будут. Эд в своё время пару недель ходил с таким оригинальным украшением. Спать в гостиной на диване не слишком удобно, знаешь ли, но нас и отсюда хотят выселить.

– Дима, не всё так плохо, как ты это расписываешь, – проворковала Лена и оседлала мои бёдра, проводя ладонями по груди, заставляя мышцы непроизвольно напрягаться под её прикосновением. При этом одеяло сползло с её груди, и я почувствовал, как кровь устремилась… куда надо она, в общем, устремилась. – Им просто скучно, и вообще, может, они просто решили, что ты плохо выглядишь и решили тебя немного приукрасить?

– Где они эти проклятые перья взяли? – мне удалось немного подняться, и я говорил, параллельно исследуя губами шею жены.

– Из ловца снов над нашей кроватью, – пояснила Лена, закрыв глаза и слегка запрокинув голову. Но практически сразу отстранившись, приложив ладонь к моим губам. – Не переживай, я проведу с ними воспитательную беседу, когда ты будешь на работе. Дима, я хочу с тобой серьёзно поговорить, – прошептала она мне в губы.

– А это не может немного подождать? – мои руки скользнули по её талии, и я притянул её ближе к себе.

– Нет, – ответила она и выпрямилась. – Ты снова уйдёшь, и этот разговор отложится. А мне нужно узнать твоё мнение сейчас.

– Ладно, говори, – я уронил руки на простыни и слегка откинулся на подушку. – Я теперь понимаю, почему тебя боится Лео. Ты очень жестокая женщина.

– Он меня боится? – Лена нахмурилась. – Какой он странный, – она покачала головой, а потом посмотрела прямо мне в глаза и очень серьёзным голосом спросила: – Ты не против, если я выйду на работу? Просто, пока учёбы нет, а ты пропадаешь на службе или по делам, мне нечем заняться. Я скоро в голос начну выть, сидя в четырёх стенах.

– Я никогда тебя ни в чём не ограничивал, – нахмурился я, чувствуя напряжение, повисшее в воздухе.

– Да, я знаю. Иногда выбираюсь в ближайший магазин за продуктами и езжу на конюшни. Но я не знаю, чем занимаются жёны в Древних Родах. Я никого из них не знаю… Дима, если ты против…

– Почему я вообще должен быть против? – я удивлённо посмотрел на неё. – Я так понимаю, что у тебя есть какие-то мысли?

– В нескольких кварталах от нашего дома находится ветлечебница при приюте для бездомных животных. Я проходила мимо несколько дней назад и увидела объявление, что им требуется помощник ветеринара. Мне это нужно, Дима. Мне нравится общаться с животными, и это будет хорошей практикой. Не всё же учиться на твоих друзьях и родственниках. Несмотря на то что ты называешь их всех баранами и козлами, люди – это немного не мой профиль, – Лена улыбнулась. – Я подробности пока не узнавала, решила сначала это обсудить с тобой. Правда, может, им уже и не нужен помощник…

– Лен, – я протянул руку и приложил палец к её губам, призывая немного помолчать. – Это Ромкин приют, и, если ты хочешь, он тебя на должность главного ветеринара примет, ты только скажи. Но почему ты раньше молчала?

– Не хотела тебя беспокоить, – ответила она, опустив глаза.

– Почему ты меня держишь за какого-то домашнего тирана? – поинтересовался я, убирая прядь волос с её лица за ухо.

– Так это «да»? – с надеждой в голосе спросила она, улыбнувшись и заметно расслабившись.

– Да, но только с одним условием, – обхватив её за талию, я резко перевернулся вместе с ней, оказавшись сверху, и на мгновение замер, глядя ей в глаза, – сейчас мы не станем говорить о работе.

Она приподнялась, отвечая на мой поцелуй, зарываясь пальцами в мои волосы и притягивая ближе.

Оглушительный звонок телефона раздался практически сразу, прервав весь настрой. Лена вздрогнула и отстранилась, я же бросил взгляд на часы: ещё не было и восьми, а это могло значить что-то важное.

Вчера вечером меня отправили домой отсыпаться, чтобы я своим плохим настроением не портил его другим. Ромка собственноручно изготовил мне портал, как только я заикнулся о его практически фиаско с пресс-конференцией.

– Прости, – прошептал я, вставая с дивана и подходя к столу, где разрывался телефон. – Да, Ром, что у вас?

– Есть информация. Мы всё проверили и сделали предварительный анализ. Здесь всё как-то сложно получается. Можешь подъехать? – тихо спросил он, зевая.

– Через три минуты буду, – кивнув, я отключился и обернулся к внимательно разглядывающей меня Лене. – Мне нужно на работу.

– Я так и поняла, – она улыбнулась и поднялась с дивана, хватая с пола халат, сразу же закутавшись в него. – Сделаю тебе кофе, пока ты собираешься.

– Лена, – она обернулась, вопросительно подняв бровь. – Не ходи в ближайшее время ни в какие людные места: большие магазины, выставки, сходки активистов за права обездоленных котиков… можешь пока узнать всё про работу в приюте, погладить собачек и поиграть с рыбками, или чем ты там собираешься заниматься. Главное, избегай мест большого скопления людей.

– Хорошо, – проговорила она, нахмурившись. – Меня это чертовски пугает, но кофе тебе я всё равно сделаю.

Я потёр глаза и принялся собираться, через пять минут выходя из квартиры и прямо перед дверью активируя портал в свою приёмную. Хорошо, что на этаже всего две квартиры, и дверь соседней довольно далеко от нашей. Из квартиры я порталом стараюсь не пользоваться, чтобы не нарушить очень тонкую и сложную вязь моей плавающей защиты.

В кабинете меня уже ждали. Рокотов, Гаранин и Дубов что-то обсуждали, сидя вокруг стола. Когда я вошёл, они синхронно подняли головы.

– Рассказывайте, – коротко бросил я, садясь в своё кресло.

– В общем, расклад не слишком оптимистичен, – взял слово Ваня, глядя куда-то мимо меня. – Мы взяли не всех членов этой группировки. Несколько человек вообще были не в курсе, что работают с биологическим оружием. Устройство сделано очень оригинально, и капсула с вирусом, как и взрыватель, надёжно спрятаны под плотной крышкой. Эти кретины думали, что устраивают просто большой «Бум» с ограниченным радиусом поражения и от этого с небольшим количеством жертв. Просто чтобы заявить о себе.

– Остальные? – я начал постукивать пальцами по столу. Это первое настолько крупное дело для нашей обновлённой команды. От того, как мы сработаем, будет зависеть очень и очень многое.

– Остальные были неплохо осведомлены, – вклинился Ромка и протёр лицо руками. Похоже, он опять всю ночь не спал. Надо как-то заставить его уменьшить нагрузку. Кому и что он пытается доказать? Ладно, если дальше так пойдёт, я ему прикажу, прямого приказа главы Семьи он не ослушается.

– Что конкретно мы узнали? – я не сводил пристального взгляда с Гаранина.

– Цели, методы и средства. Четыре цели, пять устройств, пока мы ничего не упустили. Но есть один нюанс: главарь группировки скрывается, и только у него был выход на заказчика этого смертельного представления. Мишель Бернар – бывший наёмник из Франции. В Гильдии не состоит и никогда не состоял, считая это ниже своего достоинства. Что странно, в международном розыске он не числится, а все данные, включая полное досье на него, мы получили с Ваней из своих источников: я в Гильдии, благо, Ольга успела оцифровать многие данные, Ваня по своим каналам.

– По факту он не является как таковым главарём какой-то группировки, – добавил Рокотов. – Обычно для выполнения поставленных задач заключает разовые контракты с наёмниками.

– И в розыске он не числится, потому что работает в том числе на верхушку правительства Франции? – уточнил я, хотя всё и так было предельно ясно. – Но что он забыл в России? У нас вроде нет прямого конфликта с французами, чтобы они решились на подобный акт устрашения со своей стороны.

– Это частный заказ. С нанимателем контактировал только Бернар. Наши радикалы ничего по заказчику ответить не смогли, хотя мы сделали всё, чтобы их разговорить, – пояснил Ромка. – Сам наниматель предоставил им образцы вируса, с них требовалось только соорудить бомбы и привести их в действие. И никто из задержанных не мог ответить, сколько всего было ампул. Бернар выдавал их по одной и назначал цели. Три лаборатории, в которых они работали, мы проверили. Никаких следов проводимых работ обнаружить не удалось, только по последнему адресу всё выглядит так, будто уходили оттуда в спешке. Довлатов вместе с центром по контролю и распространению заболеваний сейчас там работает, может быть, удастся что-нибудь обнаружить.

– То есть, чтобы узнать, сколько всего было ампул с вирусом, нужно найти главаря? – я потёр лоб рукой, лихорадочно соображая, что делать.

– По-другому никак, – ответил Гаранин. – И самое главное, мы не можем действовать на опережение. Нельзя ограничивать проведение массовых мероприятий и проводить закрытия общественных мест, это вызовет панику.

– Ну, здесь даже и вероятность на подобное составлять не нужно, чтобы предугадать последствия. Нам вообще что-то известно об этом Бернаре?

– Да, именно поэтому мы тебя позвали, – Рокотов протянул мне несколько листов. – Фотография Бернара и последнее место, где его зафиксировали камеры наблюдения и идентификаторы.

– Район «Белого озера», очень расплывчато, – я положил листы перед собой, разглядывая совершенно незапоминающееся лицо наёмника.

– Конкретно этот снимок был сделан возле кофейни «Миссис Хадсон», но, учитывая, что в этом районе практически нет камер, мы можем предположить, что он скрывается именно здесь, – проговорил Ваня, поднимая с пола какой-то тубус и вытаскивая из него карту столицы, расправляя её на моём столе. – Вот здесь практически слепой участок, – он обвел довольно большую территорию красным маркером. – Если бы он вылез из укрытия, то сто процентов смог бы попасть на камеры в других районах. Снимок удалось сделать только потому, что он как раз в этой кофейне встречался с командирами групп, выдавал им инструкции и ампулы.

– Так, что вы предлагаете? – я напряжённо рассматривал обведённый на карте участок, словно на ней сейчас, как в сказке, появится фигурка этого урода, и мы поймём, где он прячется. – У вас наверняка есть какие-то соображения, раз вы выдернули меня до начала рабочего дня.

– Да, я уже выслал несколько отрядов для патрулирования этого участка, – кивнул Рокотов. – Плюс обыск особо подозрительных мест, которые могут служить в качестве лаборатории. Демидов отдал распоряжения информаторам, а Рома попросил проявить бдительность десятую Гильдию. Вероятности просчитали, но получается не больше пятидесяти процентов: либо таким способом найдём его, либо нет, – поморщился Ваня. – Но других вариантов пока нет.

– Нужны огневики, – чётко произнёс я, просчитывая последствия. – Если вдруг что-то произойдёт, то огонь должен неплохо справиться с вирусом, сжигая его вместе с воздухом, не давая распространиться дальше. Так, у тебя же там квартира как раз в этом районе, – я повернулся к задумавшемуся Гаранину.

– У Ванды, – поправил он меня. – Да, оттуда как раз вынесли весь хлам и провели небольшой ремонт. Сильно заморачиваться пока не хочется. Ты предлагаешь организовать в ней штаб?

– Да, это будет оптимальный вариант, – я кивнул, задумчиво глядя на цветной кружочек на карте. – Если сработают информаторы, нужно будет оперативно выдвигаться на место, а квартира как раз находится в центре обозначенного периметра. Мы, конечно, можем наделать кучу порталов, но после случившегося на крыше никогда не следует оставлять без внимания тот факт, что на каком-то участке может находиться антителепортационный артефакт, блокирующий перемещения. Просчитайте всех волков с каждым из наших огневиков. Составим пару: опытный боец и поддержка мага огня. Просчитываем каждого: меня, Гаранина, Шехтера, Полянского и Третьякову. Больше двух человек в квартире не нужно, учитывая, что по близости будут работать наши группы.

Егор с Ромкой переглянулись и кивнули, начиная чертить руны на листах бумаги, просчитывая вероятности. Не то чтобы помощь Дубову в этом деле была нужна, но, нельзя исключать и того факта, что у Гаранина могла быть какая-то незначительная информация, которой он не поделился или просто забыл. Я так до конца и не понял, как это работает у эрилей, но знал, что в составлении карты вероятности важна каждая мелочь.

– Похоже, без усиления от Ванды из меня эриль получается хреновый, – вспылил Ромка, бросая ручку на стол минут через тридцать, во время которых мы с Ваней молчали, ожидая расчёты. Мы все посмотрели на Гаранина, закрывшего в это время глаза. – У меня с Полянским по нулям выходит, причём во всех возможных комбинациях, даже со мной.

– У меня тоже, – встрепенулся Егор. – Я уже хотел просить пару часов перерыва, чтобы перезагрузить мозги.

– А что, ноль вообще бывает? – с сомнением посмотрел на нашего лучшего эриля Рокотов.

– Ну, получается, что бывает, – протянул Дубов, пододвигая к себе исписанные Ромкой листы. – Да, тут точно такая же картина.

– Он оказался ещё бесполезнее, чем я думал, – хмыкнул Гаранин, возвращая себе листы. – Но не всё так однозначно плохо.

– Да, есть оптимальный вариант: Рокотов с Третьяковой, – задумчиво проговорил Егор, глядя в карту вероятностей. – Шансы на поимку Бернара и компании возрастают до ста процентов.

– У меня девяносто семь, – покосился на него Ромка.

– Я так и сказал, – отмахнулся Дубов.

– Что? – Ваня откинулся на спинку кресла, складывая руки на груди. – Я и Третьякова? Как этот бесполезный в своей абсурдности тандем поможет в поимке особо опасного преступника?

– Ну, не знаю. Может, ты от неё сбежишь и случайно наткнёшься на наших террористов, – не подумав, ляпнул я и прикусил язык, глядя на нахмурившегося Рокотова.

– Очень смешно, Дима. Что по остальным? – довольно резко спросил Ваня, хмуро глядя на Дубова с Гараниным. Похоже, о неразделённой любви нашей огневички к одному известному полковнику известно уже вообще всем. Ну, девочки вряд ли об этом промолчали, рассказав всё, по крайней мере, этим двоим, как в своё время сделала Лена.

– Гораздо хуже, – пожал плечами Егор. – В качестве силовой поддержки больше всего подходишь ты, остальные в любой комбинации дают те же самые пятьдесят процентов. С тобой и Гараниным выходит семьдесят процентов, с Шехтером и Димой – шестьдесят. Похоже, здесь имеет место наиболее раздражающий тебя фактор. К тому же и у тебя, и у Третьяковой есть слабенький иммунитет к вирусу, как сказали наши учёные.

– Кстати, что там по крови? – поинтересовался я у Егора, давая Ване время, чтобы всё обдумать и смириться.

– Ты, Ваня, Третьякова, я и Эдуард имеем слабый иммунитет. Не спасёт от заражения, но и помереть в кратчайшие сроки не даст, учитывая, что вирус изменили и сделали более летальным искусственным путём. У Ромы не знаю, наши умники ничего не сказали, только то, что данные противоречивые. После этого они выкачали из него ещё пол-литра крови и заперлись в лаборатории, – ответил Егор. – Материала недостаточно, чтобы на основании нашей крови и выделенных антител состряпать что-нибудь для лечения. Остаётся только надеяться, что в центре по контролю распространения заболеваний дела идут лучше, но у них и база гораздо шире, по понятным причинам.

– Не слишком радует, – констатировал я. – Ваня, ты уже принял неизбежное? Угроза реальная, и нам сейчас не до ваших личных драм и конфликтов. Ты же сам должен понимать, что другого выхода нет, – обратился я к Рокотову, покачавшему головой и резко поднявшемуся на ноги.

– И да, лучше всего состряпать красивую легенду про счастливых молодожёнов, – решил добить его Егор. – Это привлечёт внимание только местных бабулек. На молодую пару, въехавшую в освободившуюся квартирку, всем будет плевать, даже если тебя кто-нибудь узнает. Зная твой характер, вероятность того, что тебя примут за того самого Рокотова из «Волков», почти нулевая.

– Да вы издеваетесь, – процедил он.

– Как только Кира придёт на работу, я дам ей вводные по этому делу, – сказал я.

– Я ей сам обо всём скажу, – проговорив это, Ваня вышел из кабинета, как-то чересчур аккуратно прикрывая за собой дверь.

– Да уж, просто не будет, – вздохнул я. – Вы точно с вероятностями не ошиблись?

В ответ в меня бросили исписанные листы, которые я даже в руки не стал брать, всё равно я ничего в этом не понимаю.

– Ладно, пока ничего не происходит, я, пожалуй, пойду домой и посплю, а то голова раскалывается, – зевнул Егор и, поднявшись на ноги, вышел из моего кабинета, оставляя меня с Гараниным наедине.