Глава 16
– Тома! Не передергивай! – прошипел Терех.
– Это я передергиваю? Да ты сам, вместо того, чтобы нормально поговорить три дня назад, отделался от меня, как от надоевшей вещи, Терех!
– Я? Ты сама же приказала вернуть тебя отцу!
– Ну, знаешь! Мог бы и не бросаться исполнять так рьяно приказ дочки полковника! Признайся, Терехов, ты спал со мной из-за отца? Или так тебе было легче выполнять задание? Объект всегда под рукой, да, майор? – ехидно уколола Тома.
– Томка! Что за бред ты несешь, а?
– Тогда на кой черт ты явился, если я вечно несу бред?!
– Потому что соскучился!
– А мне плевать!
Тома поняла, что увлеклась. Крайне сложно кричать и ругаться шепотом. А повышать голос нельзя, иначе отец проснется.
– Разумеется, плевать! Ты же не скучала! Да и когда тебе скучать, если каждый день новый воздыхатель!
– Ты совсем охамел, майор?!
– Им ты тоже омлеты готовила, да? Живо признавайся, принцесса, у меня рога до небес?
– Какие рога? Ты вообще в себе? У нас свободные отношения! У нас по большому счету вообще нет никаких отношений! Кстати, спасибо за уроки секса, товарищ майор. А теперь сваливай из моей комнаты! – прошипела Тома и ткнула пальцем в окно.
– Томка! Не буди во мне зверя! – насупился Кирилл.
– Толстокожего и бесчувственного носорога? Чего его будить, он всегда с тобой! – фыркнула девушка и скрестила руки на груди.
Вот и высказалась. Вот и молодец. Потому что, по большому счету, совсем не появление бывшей Кира так взбесило и обидело Тому. И теперь девушка это четко понимала.
Ее обидело то, что Кир промолчал о своих чувствах к ней. Ни словечка не сказал, дорога ли она ему. «Ты мне нравишься. Кайфую от тебя. Ты моя». Вот и все. Но любит ли? Тома сильно сомневалась. А спрашивать о таком прямо в лоб – не позволяла гордость. Вернее, ее крупицы.
Кирилл молчал, глядя на нее, уперев руки в бедра и расставив ноги на ширине плеч. Тома отвечала ему не менее дерзким взглядом.
Но соскучившийся по майору мозг подмечал все, каждую мелочь. И то, как натянулась футболка на рельефе мышц, как вздымается грудная клетка от тяжелого дыхания, как сведены брови и поджаты губы. А взгляд мужчины сверлит в ее сердце настоящую дыру.
Спустя вечность, Терех шумно выдохнул.
– Так, принцесса. Не с того я начал, – пробормотал Кирилл, взъерошил пятерней короткие волосы на затылке и вновь посмотрел на Тому. – Я тебя ревную к пацанам. Понимаю, что ничего между тобой и моей командой нет и быть не могло. Но все равно ревную. И скучаю по тебе. Каждую чертову минуту, когда не вижу тебя.
– Попроси у отца мою фотку, – фыркнула Тома. – Соскучишься, поглядишь. Все сказал? А теперь: спокойной ночи, майор. Выход там же, где и вход!
– Ну почему ты такая вредная, а? – едва ли не взвыл Терех, а потом совершенно неожиданно для Томы ринулся вперед, к ней. – Ничего. У меня есть действенный метод.
– Засунь его себе, знаешь, куда, майор! – процедила Тома.
Однако Терех уже был рядом. Сгреб ее медвежьими ручищами. В два шага приблизился к постели и уложил Тому на нее прямо на спину. И пока Тома пыталась встать, или отпихнуть Тереха от себя, он ловко избавился от футболки, а следом сдернул ремень с пояса.
А дальше Кирилл жадно впился в ее губы своими.
А Тома... Тома... она, правда, хотела сопротивляться до последнего. Не хотела сдаваться. Не планировала показывать Тереху, что тоже скучала без него. Умирала каждый день, каждый час.
Властный язык вторгся в ее рот. Тома жадно ответила на поцелуй. Все было иначе. И поцелуй отличался. Бешенный, жадный, дикий, первобытный... Он отшиб у Томы способность здраво мыслить.
– Ты же скучала по мне, принцесса? Скучала? Ты же любишь меня, да? – шептал Кир, а Тома из последних сил держалась, чтобы не сказать того, о чем после пожалеет.
И не сразу заметила, что ее запястья прочно связаны ремнем и зафиксированы у изголовья кровати.
– Ты сдурел, Терехов? – негромко шикнула на него девушка.
– Конечно. Как только тебя встретил, так и сдурел, – согласно кивнул Терехов.
– Не вздумай раздеваться! Проваливай из моей комнаты! – прищурилась Тома, но тщетно.
Кирилл лишь усмехнулся и торопливо избавился от всей одежды. Тома прикусила нижнюю губу. Уговаривала себя не смотреть хотя бы ниже пояса, но как это сделать? Не понимала. Кир... он же красив везде. Особенно там.
Внушительный, огромный, возбужденный. Он стоял у ее постели, точно искуситель.
– Знаешь, ты у нас как-то слишком уж одета, принцесса, – задумчиво пробормотал Терехов.
– Кирюш, ты же не станешь..., – начала было Тома, осеклась, по глазам парня поняла, что делать он будет с ней все, что захочет. Более того, ей определенно понравятся все его фантазии.
Спустя секунду, Тома уже была в одной лишь пижамной футболке. А тягучий взгляд Терехова блуждал по ее телу, обжигал, гладил, ласкал.
– Ты просто охренительная, принцесса моя, – прошептал Кирилл.
Тома честно попыталась лягнуть парня, однако Терехов уже вклинился меж ее разведенных бедер.
– Ты мокренькая, Томка, – сипло шепнул Кир и без предупреждения накрыл пальцами ее плоть.
Девушка не смогла сдержать протяжного стона. Вот же коварный засранец, а не майор!
– Принцесса, не нужно шуметь, Батя проснется, оставит без десерта. А я охренеть как соскучился по тебе, – бормотал Терех, нависнув над ней, в то время, как его рука оставалась там, внизу, а ловкие пальцы раздвинули мокрые лепестки.
Тома прогнулась навстречу бесстыжим пальцам. И вновь не смогла сдержать протяжного стона удовольствия.
– Тома... Принцесса моя... Девочка моя! – шептал Терех ей прямо в рот, целуя жадно и быстро. – Я дико скучал. Ты скучала? Скажи, скучала?
Голос Кира соблазнял ее, искушал. А пальцы дарили наслаждение.
Но вдруг Кирилл замер, убрал руку, чуть отстранился от Томы и заявил:
– Томка! Вредина моя! Пока не признаешься, не продолжу. Говори!
– Ну ты и гад, – сипло, сгорая от неудовлетворенного желания, прошептала Тома.
– Одно слово, малышка, – уговаривал голосом искусителя, однако Тома лишь крепче сжала губы.
– Ну ты сама напросилась, принцесса, – хмыкнул Терехов.
Ловким движением Кир перевернул Тому на живот, расслабил ремень, освободил ее запястья и прижался ртом к тонким косточкам.
Твердые мужские губы заскользили по ее рукам, подбираясь выше, к плечам.
Тома не могла пошевелиться. Придавленная к постели телом Кира, ей ничего не оставалось, кроме как обхватить подушку руками.
А Кирилл... Он словно дорвался до нее. Его руки и губы были везде, только не там, где Томку скручивала огненная спираль.
Тома ошалела от этих ласк. Перестала контролировать себя. Реагировала только на короткие просьбы-приказы, произнесенные ласкающим хриплым голосом на ухо.
– Вот так, хорошая моя..., – шептал Кир, твердой рукой удерживая ее поперек живота и заставляя приподняться.
– Вот так, принцесса моя... – ворковал он, заставляя Томку встать на четвереньки и прогнуться в спине.
Она ведь совсем не собиралась позволят ему все. Она ведь хотела выгнать его. Хотела уколоть побольнее.
А сама? Сама послушно делает все, о чем он просит!
– Девочка моя... малышка моя... моя! – шептал он, обжигая поцелуями ее шею, спину, поясницу.
Тома ощутила, как тело дрожит от этих ласк. Как внутри все настолько горячо, что даже больно.
– Ты ведь скучала, маленькая моя? Скучала? – уговаривал он, а Тома ощутила, как ловкие пальцы почти касаются ее, кружат, дразнят, но не проникают внутрь.
Тома сдалась. Это ведь пытка. А Кир, гадский гад, прекрасно все понимал.
– Да-а-а! – протяжно в подушку выдохнула Тома.
– Моя... Моя...Моя! – выдохнул Терех и вопреки ожиданиям Томы, толкнулся в нее. Совсем не пальцами.
Тома закричала от остроты проникновения, от удовольствия, что пронзило ее острой иглой, от близости и наслаждения, которые мог подарить ей только Кирилл.
Тома уже не понимала, что с ней происходит. Могла лишь чувствовать и стонать. Двигаться навстречу мощным толчкам бедер. И кусать губы в кровь. Потому что из последних сил все же старалась удержать нелепые признания в своей любви Терехову.
* * *
– Ты страшный человек, майор, – придушенно, сбивчиво и сипло прошептала Тома.
Кир усмехнулся. Понял, он утратил контроль настолько, что придавил собой хрупкую Тому. Пришлось шевелиться и перекатиться набок.
Утянув Томку за собой, Кир тут же обнял ее крепко-крепко. Чтобы не убежала, и чтобы бредовые мысли в хорошенькой головке не успели появиться, жадно поцеловал прямо в губы.
Ну классно же! Терех и слова все позабыл, чтобы описать свое состояние.
Ему было нереально хорошо с Томкой. С ней. В ней. Даже просто лежать рядом.
– Том, ну давай не будем больше собачиться, а? Я не могу без тебя, – пробормотал вдруг Терех, не ожидая от самого себя подобных откровенностей.
Хотя, о чем это он? Это ведь Тома! С ней все неожиданно и удивительно!
– Не знаю, Терех, – фыркнула Тома, – мы не можем не цепляться друг к другу. Но я попробую слишком сильно тебя не бесить.
– Тогда это будешь уже не ты, принцесса, – подмигнул Терехов, а рукой зарылся в спутанные локоны.
И вдруг тишину комнаты нарушило довольно громкое урчание. Голодный майор вспомнил, что нормально питался он как раз кулинарными шедеврами Тамары. Он вообще особо не испытывал чувства голода за дни разлуки. Были другие, более важные дела и мысли. А теперь все вроде бы наладилось.
– Пойдем тебя кормить? – предложила Тома.
– Черт, принцесса, – рассмеялся Кирилл. - Я старею! Плохо старался, раз после секса тебя тянет не в сон, а на кухню.
Томка фыркнула и села в постели.
Кир смотрел, как девушка ловко собирает распущенные волосы в пучок, ищет одежду на полу. И по тому, как она отводит взгляд в сторону, и делает вид, что поиски пижамы – самое неотложное дело на данный момент, Терехов осознал, что опять ляпнул глупость.
– Том, поехали ко мне? Насовсем! Вот прям сейчас возьмем все твои вещи и уедем! – предложил вдруг Терехов.
– Зачем? Мне нравится жить с отцом, – удивилась Тома и, надев пижаму, обернулась к парню. – Ты есть будешь? Если нет, то я в душ и спать.
– Томка! – вздохнул Терехов, но наткнулся на серьезный взгляд девушки, – Есть буду.
Тома пожала плечом и вышла из своей комнаты в коридор, потопала на кухню.
Терех принялся торопливо одеваться. Судя по недовольному голосу, Батя не спал. Что ж, это даже хорошо. Так Кирилл хоть немного придет в себя. А то после близости с принцессой, у него до сих пор и мозги набекрень, и эйфория по всему телу. Размяк, одним словом.
И тут Кир замер. Он ведь так и выдал Томке про секс. Идиот, что еще сказать! А между ними ведь далеко не секс. У них отношения. Чувства. Она, в конце концов, любит его! Говорила же раньше! И затри дня не смогла бы его разлюбить!
Терех выскочил из Томкиной спальни как ошпаренный. Добрался до кухни, где за столом пил чай полковник, а у плиты суетилась девчонка.
– Нет, ты вообще охамел, майор??? – рявкнул Головин.
Однако Кирилл уже обнимал Тому за хрупкие плечи и поперек живота, и прижимал спиной к своей груди. Крепко. Тесно. Так, что не было сомнений: не отдаст он свою принцессу никому.
– Томочка, я у тебя такой идиот! – пробормотал Терех.
– Садись за стол, ... идиот, – уже спокойнее и вполне миролюбиво проворчал полковник. – Раз уж все равно тебя не выгнать.
– И руки вымой! – фыркнула Тома, но Терех уловил момент, когда малышка на секунду сжала его ладонь своими пальцами и мимолетно ткнулась носом в его щеку.
– Так точно! Разрешите исполнять, товарищ генерал?! – шутливо пророкотал Терехов, а Тома сокрушенно покачала головой, но все же улыбнулась.
* * *
У Кира был выходной. А еще – огромные планы на весь день и на любимую девушку. Ну а что? Имеет право!
Бандитов, вон, пусть опера ловят. А у него имеется личная жизнь.
Весьма вредная и дерзкая, но без нее уже никуда. Проросла в майора Терехова прочно и основательно.
С молчаливого согласия шефа, Терех пообещал забрать Томку сразу после завтрака. Одну, без охраны. Впрочем, Головин и сам вечером рассказал, что угрозы безопасности Томы нет. Крота, прочно поселившегося в управлении, полковник вычислил и обезвредил. Все сложилось удачно, пусть и предателем оказался давний приятель Головина – тот самый Павел Петрович Кудряшев, который присутствовал на захвате Абзалова и его банды.
Теперь, конечно же, стало ясно, по какой причине генерал Кудряшев так переживал насчет поимки сбежавшего главаря. Но теперь это все дела и заботы управления, а Кир предпочитал не лезть туда, куда не просят.
Главное то, что поимка Абзалова стала вопросом решенным. По прогнозам Бати, буквально сегодня-завтра арестуют и допросят с пристрастием. Как сказал Егор Дмитрич, петь Абзалов и Кудряшев будут наперегонки.
Так что, теперь, когда все наладилось, Кир решил прогуляться с девчонкой по городу. Обещал ведь. Да и самого уже все задолбало. Хотелось простых радостей вроде пешей прогулки, ужина в ресторане, да даже в киношку сходить с Томой. Куда угодно, только бы развлечь принцессу.
– Спускайся, малыш, – Кир набрал номер Томы и помахал рукой, когда девушка подошла к окну. Пусть и высоко, а все равно, принцессу было прекрасно видно, когда та прилипла щекой к стеклу.
– А папа в курсе, что ты здесь? Разве нет у доблестного майора иных более важных дел сегодня? – фыркнула Тома.
Конечно, другого Кир и не ожидал. Тома не может просто взять и согласиться. Непременно нужно съязвить, поспорить. Зато с ней не скучно.
– Нет, ну если ты так настаиваешь, я могу и подняться к тебе. Только учти, дальше твоей спальни мы до вечера никуда не выйдем, – пригрозил Кир.
– И что? У нас же свободные отношения! Можем и сексом заниматься сколько угодно, – парировала Тома.
Кир подавил порыв согласиться. Провоцирует же его! Мелкая и вредная поганка!
– Тома, не выпендривайся! Спускайся! – поторопил Терех, а малышка показала ему язык.
Вот же вредная, но такая необходимая ему.
* * *
Как назло, ничего путного в ближайшем от дома Кира кинотеатре не крутили. Вести Тому в шумный клуб майор не горел желанием, да и какой там отдых, когда музыка долбит по мозгам? К тому же рановато для клубов, самый разгар дня. Вот стемнеет, тогда и в клуб можно.
Ресторан? Да Тома любого шеф-повара заткнет за пояс! Так что Терехов не настаивал, когда Тома в свойственной ей манере отвергла его предложения о проведении совместного досуга.
Зато будто нарочно изводила его своим дерзким язычком.
Потому Кир решил брать все в свои руки. И в прямом, и в переносном смысле. Взвалил вредную принцессу на плечо и потащил в пещеру.
Все было прекрасно, и день, и настроение, и Тома, которая, даже повиснув вниз головой, заставляла его испытывать самые противоречивые чувства. От желания хорошенько отшлепать ее по аппетитной попке, до адской потребности раздеть Томку и заняться с ней любовью прямо здесь.
Но все это отошло на второй план. Мужик в черной кепке и спортивном костюме вынырнул из-за арки. Все инстинкты и чувства обострились. Кир четко понимал одно: нужно обеспечить безопасность Томе. Любой ценой.
Кир узнал Абзалова. Надвинутый на глаза козырек ничего не скрывал. Впрочем, беглый главарь банды не особо и прятался.
Терех увидел пистолет с глушителем, направленный прямо на него.
За долю секунды Кир закрыл Тому собой. Все произошло слишком быстро, чтобы думать. Главное, Тому никто не достанет.
А в ушах звучит ее голос и ласковое «Кирюша». Ему ведь до одури нравится, когда она так его называет.
Абзалов ухмыльнулся, сбросил «ствол» и скрылся. Догнать подонка Кир не смог бы. Ничего, парни разберутся. Далеко не уйдет.
А Тома начала всхлипывать. Кирилл чувствовал ее страх и растерянность.
– Тихо, малыш. Без паники. Я с тобой, – попытался ее успокоить, однако голос не слушался.
– Я убью тебя, Терех, если ты помрешь! – конечно, другого от своей принцессы майор и не ждал.
– Пап! Кира ранили! – это уже невероятно громко, на грани истерики, однако у Тереха не было сил, чтобы успокоить Тому.
Тома что-то кричала. Издалека доносился вой сирены. А Терехов смотрел на свою принцессу, истекая кровью, и думал о том, что несправедливо подыхать вот так и заставлять плакать любимую женщину. Он же не сможет ее оставить. За ней же глаз, да глаз. Иначе ж мужиков набежит – тьма. Отгоняй потом. Морды бей.
Нет, нельзя умирать.
Но Кир прекрасно понимал, что ранение серьезное. И кровь льется слишком быстро. И дышать тяжко. А перед глазами – первая встреча с малышкой. Первый поцелуй. Первая близость.
И мысль – он ведь не сказал ей кое-что важное. Нереально важное. А почему не сказал?
Идиот, потому что.
Губы непослушные и сухие. В глотке – пустыня. Но он должен сказать Томе.
– Не уходи от меня, Кирюша, – сквозь вату слышал Кир рыдания любимой девушки, но не мог пошевелиться. А дальше кромешная тьма.