ЭПИЛОГ

Делия

— Ты уверена, что справишься одна? — в который раз спросил Бес.

Он обнял меня со спины, и я почувствовала, каким напряженным был мой охотник. Это всего пятая наша вылазка за прошедший месяц с момента его обращения. Я бы с удовольствием охотилась чаще, но парни опасались, что Драговы поджидают нас с Бесом за каждым углом, раз уж моя кровь подошла Данэйлу. Хотя Гвоздь утверждал, что они непременно продолжат поиски девушки, которая смогла бы стать сосудом. Охотники все эти дни усердно разыскивали вампиров по всему городу, допрашивали информаторов, проверяли каждую сплетню. Но вампиры будто исчезли с лица Земли. Затаились. Беса, казалось, все это не особо волновало. У моего мужчины было медовое полугодие!

— Ты шутишь! — возмутилась я. — Мне невтерпеж проверить свои силы. На тренировках ты меня все время отвлекаешь.

Конечно, он в этом не виноват. Если только немножко. В том, что родился слишком привлекательным, и в том, что смотрит на меня так, будто готов облизать с ног до головы.

— А ты отвлекаешь меня, — раздался голос Юлы позади. — Особенно твой запах.

Бес напрягся еще больше и прижал меня ближе. Я лишь улыбнулась. Рыжий провокатор!

— Я же сказал не идти за нами, — процедил Бес.

Я погладила его по руке, пытаясь успокоить. Мы не знали, куда делись вампиры, и есть ли с ними колдун. Потому на охоту отправлялись группами по три-четыре.

— Отвали Бес, ты не мой папочка. И к тому же Делия рада моей компании. Правда, красотка?

Я кивнула, едва сдерживая себя чтобы не прыснусь со смеху. Юла встал рядом и засверкал хитрой улыбкой.

Теперь-то я знала, что все это время он дразнился нарочно. Оказывается, они с Гвоздем дразнить Беса. Друг сказал, что их лидеру полезно чувствовать сильные эмоции, чтобы не зацикливаться на своем вампиризме. Что-то вроде шокотерапии. И Гвоздь потребовал с меня обещание, что я буду подыгрывать Юле. А я что? Какой девушке не понравится смотреть на ревнующего парня? Тем более, если потом он ураган в постели!

— Я все-таки пойду с тобой, — угрюмо заявил Бес.

— Ты должен дать ей больше личного пространства, — вмешался Юла.

— Я. Разберусь. Без. Тебя, — зашипел на рыжего мой охотник.

— Смотри, — прошептала я, обращая их внимание на старый склеп, дверь которого открылась. Этой ночью мы вылавливали приближенного к Драговым. Этот упырь выполнял грязную работенку для Данэйла и, возможно, владел информацией о его местонахождении.

Вчера я выпросила у Беса (хотя и не совсем честным способом) разрешение на самодеятельность. Просто метать колы в упырей мне наскучило. Тем более что Бес брал всю самую интересную работу на себя. Теперь мне хотелось самостоятельно захватить в плен нечисть. Всего-то нужно подкрасться и поразить его сердце чем-то колющим. А затем сковать кандалами и допросить. Правда, с пытками парни мне помогут.

— Я пошла! — воодушевленно прошептала и рванула вперед, но Бес меня не собирался отпускать.

Будто почувствовав мое негодование, охотник таки расслабил хватку и, схватив за руку, развернул к себе лицом.

— Кол мне в ногу, — заворчал рядом Юла. — Да отлипнешь ты от нее хоть на секунду?

Полностью игнорируя его, Бес обхватил ладонями мое лицо и медленно, тягуче поцеловал.

Я знала, что отчасти он делает это назло Юле, но в данный момент меня это ничуть не волновало. Я едва могла вспомнить, зачем здесь, когда он закончил.

— Ты должен перестать отвлекать меня, — прерывисто задышала я.

— Еще пять месяцев, — лукаво улыбнулся Бес. — А затем я сбавлю обороты. Слегка.

Я покачала головой и направилась к склепу.

— Осторожно, — бросил вслед Бес, и это услышал упырь.

Навострив уши, он стал осматриваться, а я, наученная опытом, быстро метнула в него свои любимые звездочки. Это оружие мне нравилось больше остального. А вот Бес предпочитал нож или арбалет. А в остальное время просто добивал врагов голыми руками.

“Перестань думать о нем хотя бы сейчас!”.

Упырь повалился на колени и замер. Попала точно в сердце. И вот, когда я подумала, что все слишком легко, нахлынуло чувство опасности. Сработала вампирская чуйка. Я оглянулась, чтобы позвать Беса, но они с Юлой и сами уже выскочили из засады. Правда, я не сразу поняла, что они стоят на месте и не двигаются, будто застыли.

— Так и есть, — прозвучал мужской голос за спиной.

По спине пробежался холодок ужаса, но очень быстро сменился расслабляющим теплом.

Такая резкая смена ощущений со мной уже происходила раньше.

— Колдун! — догадалась я и медленно обернулась, надеясь увидеть Мануэля. Но передо мной оказался…

— Дедушка?

— Здравствуй, Делия, — добродушно улыбнулся он и расставил руки. Мне почему-то захотелось броситься в его объятия, но в то же время было жутко от мысли, что передо мной стоит мертвец. Хотя мамин отец выглядел точно так же, как на старой черно-белой фотографии из семейного альбома — красавец-мужчина, будто только что сошедший с обложки модного журнала. Ему было чуть меньше пятидесяти, когда его настиг “инсульт”.

— Я... — вздохнула. — Это правда ты? Дедушка Захари?

— Да, моя хорошая, — кивнул он. — Ты ведь ждала меня, верно?

— Мануэль сказал, что ты найдешь меня. Но я не думала, что… Ох! Это так странно!

Захари снова улыбнулся.

— Я давно мечтал с тобой познакомиться, ждал, когда ты будешь готова.

— Значит, сейчас я готова? — поразилась. А потом даже немного разозлилась. — Почему ты не нашел меня раньше? Ты знал, что я стану вампиром? Ты знал, что Данэйл меня схватит?

Его улыбка медленно померкла, и черты лица ужесточились. И он опять кивнул.

— Знал, Делия. Мой дар — пророчество. Я видел многое из твоего будущего. И пришел именно сейчас, потому что ранее ты не была готова принять свою судьбу.

Я мало что понимала. Наверное, говорить загадками — фишка всех колдунов.

— То есть, типа, я должна была пройти испытание болью, закалить характер или найти свою любовь?

— Типа! — воскликнул дед. — В мое время так не говорили.

Я невольно усмехнулась. А затем задалась вопросом.

— Сколько же живут колдуны?

— Меньше, чем вампиры, — подмигнул Захари. Он был таким живым, реальным и притягательным, что я совершенно забыла о Бесе и Юле. Обернулась, а оба охотника все еще стояли на своих местах, не шевелясь. А вот упырь за спиной Захари начал отмирать и уже вытащил мои звездочки из груди.

— Зависит от источника энергии, — продолжил дедушка. Он проследил за моим взглядом, и в то же мгновение упырь опять замер.

— Это твой парень? — беззаботно кивнул он на Беса. — Надеюсь, тот, который брюнет. Не люблю рыжих.

— Что ты с ними сделал?

— Я только осваиваю тонкости гипноза. Если вдруг после они будут издавать странные звуки… Ну, знаешь, кукареканье или хрюканье, просто стукни их пару раз, и это пройдет.

Я открыла рот от изумления, а Захари рассмеялся.

— Ладно, это была шутка в стиле дедушки. Они нас слышат, но временно не могут пошевелиться.

— Мануэль сказал, что ты спрячешь родителей, — затараторила я. А затем не удержалась и спросила остальное. — Ты знаешь, где Драговы? Они все еще ищут меня? И что будет дальше? Я стану сосудом? Знаешь, я не хочу рожать вселенское зло.

На этом месте Захари расхохотался, а затем покачал головой.

— Нет, милая, насколько мне известно, матерью вселенского зла ты не станешь.

Я нахмурилась, толкуя его слова. А значит, просто матерью стану? Раньше я никогда не задумывалась, что могу забеременеть от Беса. Тем более, Гвоздь не раз говорил, что охотники не дают потомство. Но теперь ведь Бес наполовину вампир.

Будто прочитав мои мысли, Захари добавил:

— Не сейчас, Делия. Пока у тебя иное предназначение.

— И какое же? — поразилась я.

— Драговы уехали. Далеко, за океан. В Бостон. США. Но пусть твои охотники не обольщаются, вампиры не от них сбежали. Теперь они знают, кто настоящий сосуд, и последовали за ним. А вы отправитесь за вампирами.

Кажется, я снова открыла рот.

— Ты должна найти ведьму по имени Блэр. Точнее, она сама найдет тебя, когда наступит время. Она станет связующим звеном между охотниками и оборотнями. Только вместе вы сможете остановить армию вампиров, которую собрал Вазил.

— Блэр, — повторила я. Затем с подозрением прищурилась: — Почему я должна верить тебе?

Мануэль тоже много чего говорил, а потом оказалось, что именно он сдал меня вампирам.

— Именно я назвал вампирам имя настоящего сосуда, — огорошил Захари. — Так задумано, Делия. Это сложная партия, ходы в которой рассчитаны на сотни лет вперед.

— И между кем эта игра? Между добром и злом?

— Между колдунами и ведьмами, — честно признался дед.

— Но Блэр ведьма. И ты веришь ей?

— Ей — верю, — загадочно произнес он. — Только ей. Но эта девушка весьма… эксцентрична.

Не суди по внешнему виду, она поможет. Это в ее интересах.

— Хорошо, — неуверенно протянула я. — А что с родителями?

— Я увезу их в другую страну. Скрою.

— Я встречусь с ними? — с надеждой спросила я. — Пусть не сейчас, возможно, через несколько лет?

Захари поник и отрицательно покачал головой. Я видела, что он собирался с духом, чтобы сказать следующие слова:

— Делия… Я заблокировал в их памяти все воспоминания о тебе.

Мое сердце замерло.

Он бросил на меня полный сожаления взгляд.

— Так будет лучше, пойми. Я давно принял это решение. Ты единственная из моего рода, кто унаследовал дар. Они будут в безопасности, ничего не зная. И я не хотел, чтобы моя дочь страдала. Ты поймешь однажды. Я знаю.

Я смотрела на него опустевшим взглядом. Он говорил логичные вещи. Я давно не живу мыслями о том, что могу вернуться домой. Мой дом теперь там, где Бес. Но я чисто по-человечески скучала.

Коротко кивнув, постаралась сдержать слезы. Что-то сказать было трудно, да и не было слов.

— Береги себя, милая, — произнес дедушка, прощаясь. — О и еще! Этот твой охотник.

Он окинул Беса задумчивым взглядом и неожиданно выдал:

— Ради тебя сделает невозможное. Ты сделала правильный выбор, я горжусь тобой.

Я снова посмотрела на Беса, а когда обернулась, Захари уже не было. Зато упырь опять зашевелился.

— Делия! — одновременно выкрикнули парни.

Бес первым оказался возле меня и сжал в объятиях.

— Ты все слышал? – уныло спросила я.

— Ты как? — уточнил Юла.

— Я-то нормально, а вот упырь сейчас сбежит.

— Ну, я так понимаю, информатор нам уже не нужен, — бодренько произнес охотник и направился к кровососке выполнять свою рутинную работу.

Бес же хмуро всматривался в мои глаза и наконец изрек:

— Он мне не понравился.

Я хмыкнула.

— А ты ему, похоже, да.

— Я забираю тебя домой. Сейчас же.

Я не стала возражать. Настроение бродить в поисках нечисти пропало. Я была расстроена, что никогда не увижу семью, взволнована предстоящими событиями и просто хотела оказаться в теплых объятиях Беса. Там мне было комфортнее, чем где-либо.

Спустя час мы сидели в компании остальных охотников, обсуждая новости. Бес с Юлой пересказали все, что услышали, и единогласно было принято решение менять место дислокации.

— Мы едем в Америку, — заключил Бес.

Похоже, все мои мечты решили сбыться за один раз. Парни были в восторге. Все, кроме Гвоздя. Мне казалось, его сердце навсегда останется в Софии, и он будет снова и снова возвращаться в город, где когда-то был счастлив.

— Я сообщу лидеру верховного братства, что мы собираемся в путь, — холодно произнес он и пошел в свой кабинет.

— Ну что же, — устало выдохнул наш главарь и скосил на меня хитрый взгляд. — На сборы два дня. Столько дел, столько дел. Нужно паковать вещи, грузить чемоданы…

Кей и Курт переглянулись и одновременно закатили глаза, а Череп таки озвучил их мысли:

— Все с вами ясно. Идите уже.

Я звонко рассмеялась, когда Бес закинул меня на плечо и понес в комнату.

— Боже, как хорошо, что мы поставили им эту толстенную бронедверь, — заворчал Юла.

— Предлагаю забрать ее собой в Штаты! — воскликнул Барс, а остальные поддержали.

— Завидуйте, неудачники! — пропел Бес и шлепнул меня по мягкому месту.

— Прекрати носить меня, как мешок с картошкой! — возразила я.

Он тут же подбросил меня и поймал в воздухе так, что мы оказались лицом к лицу.

— Мешок картошки полегче будет, — ответил наглец, за что получил шлепок по плечу.

— Нахал! — выдала я.

— Хулиганка! — парировал Бес.

Он внес меня в комнату и бросил на постель. Я зажглась, как спичка, от одного его взгляда.

— Дикарь!

— Тебе ведь нравится это. Ты сама меня провоцируешь. Дразнилка!

— Ах так!

Я рассмеялась и собралась бросить в него подушкой, но Бес меня опередил и запустил мне в лицо свою майку.

— Подлюга!

— Извращенка!

В мою сторону полетели его штаны, а сам Бес прыгнул на кровать, и у той сломались ножки.

— Вандал! – хохоча, заключила я.

— Люблю тебя, — прошептал Бес, заставляя меня вмиг застыть.

Он тоже посерьезнел и опустил взгляд на мои губы. Сердце грозило выскочить из груди, и казалось, что если я подниму руку, чтобы погладить его по щеке, она будет дрожать. А если произнесу хоть звук, то запросто испорчу момент. Потому я на мгновение прикрыла глаза и расплылась в счастливой улыбке. Я хотела запечатлеть это в своей памяти навсегда. Его взгляд, его близость, его признание.

А когда Бес медленно провел языком по моим губам, не удержалась и с протяжным стоном прижалась ближе к нему. Наш поцелуй был словно обещание. Клятва, что мы всегда будем вместе, принадлежать друг другу и любить вопреки всему. Я знала, какие чувства переполняли Беса. Он медленно привыкал к ним, с опаской впускал в свое сердце. С каждым днем его взгляд становился теплее, и в глазах читалось понимание, осознание. Этот сильный, властный мужчина мог запросто голыми руками истребить маленькую армию упырей и дюжину ликанов, но боялся мне признаться в своих чувствах, даже сейчас. И я поспешила успокоить его.

— А я люблю тебя, Бес, — прошептала, глядя ему прямо в глаза. — Всегда буду. И не отпущу.

Он широко улыбнулся, словно счастливый ребенок, получивший лучший подарок на Рождество.

— Ну, это ты сама сказала. Никто тебя за язык не тянул, Бестия.

— Как ты меня назвал? — возмутилась я.

— Ты же хотела новое прозвище? Отныне будешь моей Бестией.

Я не знала, возмущаться или радоваться, потому просто его поцеловала. То, что я с головы до пяток его, и так стало неоспоримым фактом.

— Бес? — позвала я.

Тот лишь вопросительно замычал, продолжая целовать мою шею. Я задрожала, предвкушая сладострастный укус.

— Нам придется отложить наше “полугодие”. Ты же слышал, что сказал дедушка. Нужно остановить вампиров.

— Ага, щас! — возмутился Бес и отстранился, чтобы снять с меня штаны.

После того, как в моем гардеробе осталась ровно одна маечка, я строго настрого запретила охотнику рвать мою одежду. И пригрозила, что буду ходить в чем мать родила перед всеми.

А сейчас с улыбкой наблюдала, как Бес возится с молнией, ворча себе под нос проклятия.

— Даже если наступит конец света, — продолжил он, резко стянув с меня одежду и с ненавистью отшвырнув ее подальше, — я все равно утащу тебя в какой-то укромный уголок и залюблю до потери сознания.

Я захихикала, когда он нырнул под мою майку и начал целовать живот, поднимаясь все выше. Правда, мое веселье быстро сменилось вожделением. Кожа горела в местах, где касались его губы. Бес задрал майку до самой шеи, и пока я от нее избавлялась, стал играть языком и губами с моими сосками. Первобытное чувственное и томительное наслаждение пронзило все мое естество. Я застонала и зарылась пальцами в его волосы, поощряя эту нежную пытку. А когда не выдержала, перекатила его на спину и уселась сверху.

— Моя очередь! – проинформировала мужчину и стала покрывать его шею и мощную грудь коротким поцелуями.

Бес разочарованно рыкнул, вцепившись руками в мои бедра. Он ненавидел быть снизу, и я знаю, что ему стоило огромных усилий, чтобы уступить мне сейчас. За это мой охотник будет вознагражден. Он застыл и, казалось, перестал дышать, когда мои губы оказались на опасно близком расстоянии к его выдающемуся достоинству. Я улыбнулась про себя и подняла на него коварный взгляд. От необъятной, почти дикой страсти в его глазах мое тело пронзила дрожь. Не прерывая зрительного контакта, обхватила рукой его ствол и провела языком по всей длине. А затем сомкнула губы на головке и застонала, прикрывая веки в блаженстве.

— Боже, женщина, — рвано выдохнул он и поддался бедрами мне навстречу. – Ты сводишь меня с ума еще больше.

Это его «еще больше» заставило меня улыбнулся и сильнее распылило. Покажу ему, как он сводит с ума меня! Я всему училась у Беса, мне нравилось мучить его так же, как он меня.

Дарить наслаждение, дразнить, показывать контраст ощущений. Нежно касаясь бархатной кожи языком и губами, я сжимала основание его твердой плоти, медленно двигая рукой вверх и вниз.

Его руки погладили мои плечи, а затем властно сжали волосы.

— Смотри на меня, — хрипло прошептал он.

Он всегда говорил, что мои глаза его гипнотизируют. Сейчас, представив, как должна выглядеть со стороны, возбудилась еще больше. На лице мужчины читалось наслаждение в вперемешку с мукой.

Он зашипел что-то на немецком, когда я стала усерднее работать языком. И хоть я не понимала слов, они точно означали ругательства. Но его глаза говорили: «Обожаю», «Еще!», «Люблю», «Остановишься – убью!», «Еще, еще!». В этом был весь Бес – страстный, неприклонный и властный. Но в то же время нежный и ласковый только для меня единственной.

Коротко рыкнув, он в одно мгновение подхватил меня под руки и снова вернул на спину.

— Я задохнусь, если не окажусь в тебе сейчас же, — произнес он и, устроившись между моих ног, резко вошел.

Я прогнула спину, застонав от блаженства, а Бес впился в мои губы обжигающим поцелуем.

— И. Я. Жил. Без. Этого. Раньше.

Он сменял полные упрека слова жесткими толчками, каждый раз выбивая из меня стон.

— Ты был таким глупеньким, — согласилась я.

— Ты забудешь об этом, — прошептал он в мою шею. – Я заставлю тебя.

Я снова улыбнулась и прижалась к нему теснее.

— Бес, — отрывисто прошептала, и в моем голосе слышалась мольба. Он понял меня сразу же и, не сбавляя темп, укусил. Я застонала от мощи прокатившего по телу наслаждения и размякла, получив долгожданную разрядку. Но даже сейчас мне было невыносимо мало его.

Хотелось слиться с моим мужчиной, проникнуть ему под кожу, и это доводило до отчаяния.

Но когда Бес посмотрел мне в глаза, собираясь кончить и сквозь зубы прошептал «Я люблю тебя», осознала, что уже там. Внутри его. В его сердце. Так же, как и он в моем.

Тяжело дыша, он упал на подушку и привлек меня к себе. Я смотрела на расслабленное лицо охотника с закрытыми глазами и сытой, мечтательно улыбкой, и не могла не улыбаться в ответ.

— Ты все-таки ведьма, — неожиданно выдал он.

— Всего лишь носительница дара, — поправила я.

Бес открыл глаза и провел пальцем по моим губам.

— Ты делаешь меня счастливым просто находясь рядом. Чем еще это может бить, как не настоящей магией?

— Любовь и есть магия, — улыбнулась я.

Конец книги, но не конец истории.