Глава 15

Олег

Проводя осмотр трупа, я сразу узнал постоянную любовницу одного из близких друзей отца.

С одной стороны, хорошо — дело быстрее раскрою. За последние двадцать лет человечество далеко шагнуло вперед, но методы решения некоторых щепетильных вопросов, особенно личного характера, остались неизменны. Среди наших никого не удивить смертью любовницы. К тому же несколько дней назад эта девица подралась с женой своего престарелого любителя сочных тел. Устроили скандал во время одного из благотворительных вечеров, коих в последнее время проходит все больше и больше. Чем ближе старость, тем усиленнее беззаконники бросаются замаливать свои грехи.

А с другой — это полный пи*дец! Меня ведет, стоит только мелкой появиться на горизонте. Непередаваемые и ни с чем не сравнимые ощущения. И они мне, черт возьми, охренеть, как не нравятся.

Эмоционально зависеть от бабы? Лучше сразу застрелиться и не мучиться.

Мелкая владычица преисподней — самое худшее, издевательское и изощренное наказание из всех, что судьба могла мне приготовить.

Я уже (не буду уточнять, каким местом) чую — ничем хорошим для меня знакомство с ней не закончится.

Звучит, мать его, обнадеживающе.

Пока еду к дому Мандрыкина, успеваю выкурить несколько сигарет. Пряничка приходится уговаривать, чтобы она потеснилась и не чувствовала себя в моей башке так вольготно.

Вместо того чтобы анализировать детали убийства, я представляю, как Лена обхватывает алыми губами мой стояк и…

Ястребов, тормози! Просто, сука, бесишь!

Выбив из пачки очередную сигарету, обхватываю её кончик губами и тупо держу во рту. Медленно и глубоко дышу носом, возвращая себе концентрацию.

Увидев тело Алины на берегу, я сначала подумал — Мандрыкин не сдержался и всё же начал любовницу манерам с помощью рукоприкладства учить. Я осуждаю, но факт остается фактом: вздорным характером и нескончаемыми истериками она часто выводила мужика из себя. Он психовал, но почему-то не расставался с ней. А девица этим пользовалась, продолжая набирать обороты.

Однако слова Лены о том, что девушку отравили, невольно заставляют задуматься: стал бы Мандрыкин прибегать к такому бабскому методу? Я сомневаюсь.

Подъехав к их загородному дому, дожидаюсь, когда охрана ворота откроет. Лишний десяток секунд тянется невообразимо долго.

Угрызения совести меня не мучают, но и перспектива задерживать друга семьи, которого я знаю с детства, или его супругу меня нисколько не прельщает.

Зачем я вообще этот дурной спор затеял?! Ах да, захотел побыстрее забраться в трусы к Пряничку.

Я всё ещё тешу себя надеждой, что после секса меня попустит. К слову сказать, меня начинают посещать сомнения по этому поводу. Судя по всему, ждет меня облом, да не простой, а двойной!

Остановившись около мраморного крыльца с высокими мраморными ступенями, первым делом замечаю хозяйку дома — Ксения Анатольевна спешит ко мне, раскинув руки по сторонам, словно для крепких объятий.

Не припомню, чтобы мы с ней хоть раз касались друг друга. Она совсем не в моем вкусе, впрочем, как и Пряничек.

Девчонка снова пробирается в мою голову. Спасу от нее нет никакого.

— Олег! Какой приятный сюрприз! — приветливая улыбка прилипает к её губам, а глаза остаются холодными. — Я так рада тебя видеть, но Бори нет дома. Боюсь, я даже подсказать не смогу, когда он вернется.

— Ничего страшного. Я пока с тобой побеседую.

Следующие двадцать минут я внимательно слежу за языком тела своей собеседницы. Сомнений не остается — она мне старательно врет. Вопрос только в том, кого именно выгородить старается: себя или мужа?

Узнав, что любовница мужа мертва, женщина не выглядит удивленной. Скорее, за тенью сочувственной полуулыбки прячется облегчение.

— Да уж, Олег, я не думала, что ты в органы решишь вернуться.

Я сам не думал. Но не рассказывать же постороннему человеку о том, как взбеленился, получив отказ от одной маленькой, но очень вредной пигалицы. Чудо, что я не надумал в санитары морга устроиться.

— А как же бизнес? Кто им сейчас занимается?

Отличный вопрос, мне самому интересно.

Сколько бы я ни старался, обмен любезностями меня не прельщает. Компанию для светской беседы я и поприятнее могу найти. Постепенно начинаю продавливать женщину, задавая в лоб неудобные вопросы.

— Ты вчера была дома у Алины?

— В квартире, которую мой муж подарил своей шлюхе? Нет. Зачем мне это нужно? — отводит взгляд и поправляет идеальную укладку.

— Ксюш, давай начистоту? Борис не стал бы перед убийством добавлять никотиновую кислоту в её средства для ухода за собой. Это смешно. Он об их существовании даже не знает.

— Ты защищаешь эту девку?! — подскакивает на ноги, но, поймав мой холодный предостерегающий взгляд, снова опускается в мягкое кресло. — Очередная охотница за тугим кошельком, тебе ли не знать! Все они одинаковые.

— Из-за чего вы с ней на вечере сцепились? Только не говори, что Бориса делили, я не поверю.

Пока моя собеседница собирается с духом, на телефон падает сообщение:

«Девушка была беременна. Срок 3 — 3,5 месяца. Чуть позже скажу точнее».

Моя же ты девочка! Постаралась быстрей!

Чувствую, как в груди разливается густое и горячее чувство предвкушения. Есть контакт. Дело осталось за малым. Ещё немного времени, и будет готова к употреблению. Если повезет, то сегодня вечером…

Мандрыкина продолжает молчать, но ответ и без того становится очевиден.

— Ксюш, всё дело в ребенке? Она рассказала тебе о беременности?

Мне даже делать ничего особо не приходится. Женщина сама взрывается.

— Да! — взвизгивает она истерично. — Да, Олег, да! Мы с Борисом больше двадцати лет вместе, но у меня так и не вышло забеременеть! А эта тварь… Она сказала, что беременна, и Боренька скоро уйдет к ней!

Ударяет ладонями по широким подлокотникам. Всхлипывает.

— Ты с ним говорила?

— Ты шутишь? — в страхе округляет глаза. — Я не дура, чтобы рассказывать ему о ребенке самостоятельно. Я всего лишь хотела, чтобы и эта дрянь замолчала. Случайно узнала от её косметолога, что у девчонки аллергия на никотиновую кислоту.

Так уж и случайно…

— А голову зачем ей разбила?

— Какую голову, ты что? Я горничной её заплатила, чтобы она банки подменила на нужные. Хотела, чтобы эта стерва стала опухшей и страшной… Хотела, чтобы Боря бросил её… — завывает все громче и громче. — На всякий случай наврала ему, дескать, видела его девочку с другим мужиком…

Ах, вот оно что, с этого и стоило начинать.

— Когда?

— Месяца два-три назад, чтобы по срокам совпало.

— Наврала ему когда?

Я повышаю голос. Ксения пугается и начинает заикаться.

— Т-т-так вчера.

Поняв, что больше ничего интересного от нее не узнаю, ухожу.

Забираюсь в тачку, пытаюсь сообразить, где искать Мандрыкина. На задворках сознания крутятся мысли о том, как знатно мы посремся с отцом, если я засажу его друга.

Я давно самостоятельный, но манипулировать своим здоровьем отец наверняка будет. Досадно.

Остановившись на светофоре, я тянусь за телефоном, брошенным на пассажирское сидение. Собираюсь позвонить своему начальнику охраны, пусть пробьет местоположение друга семьи. Но сделать этого не успеваю, потому что мое внимание привлекает оживленная беседа в рабочем чате СК. Все на панике обсуждают захват заложников в здании бюро судебно-медицинской экспертизы.