Глава 44

Лера

Вхожу в турагентство без лишних переживаний. Вчера был такой классный день. Дан вернулся в мою жизнь. Исполнилась мечта найти себе место для воплощения художественной фантазии. Ну и разбавить мрак в байкерском логове заодно.

Все могло быть так замечательно, если бы мой индюк наконец-то перестал ненавидеть байкера. Заставить их подружиться пока вообще нереально, но хоть бы терпеть научились друг друга. Сам же Костя и толкает меня своим непониманием на то, чтобы скрывать.

– Всем привет! Босс у себя? – обращаюсь к подозрительно притихшим бабкам.

Клиент сидит только у рыжей Юли. В таком случае две другие обычно пьют кофе или болтают, развалившись на диванчике в своих мини платьях. Сейчас же прилипли к стульям за столами и даже гадость мне никакую не скажут.

Совсем бабки теряют сноровку.

Скучными становятся.

– У себя, только злой слишком, – недовольно шипит Ольга, пиная мышку компьютера французским маникюром.

– Жесть вообще, – кривится Светка, косясь на директорскую дверь. – На совещании требовал дисциплину и отчетами загрузил. Может хоть после встречи с тобой подобреет. Хотя мне это и невыгодно.

Ну понятно, все еще ставку свою никак не отобьет.

Без стука вламываюсь, как обычно, к своему парню. И на пороге особенно понимаю, что я ужасно скучала. Хочу к нему на руки, на стол, куда угодно, лишь бы обнял, поцеловал. Сказал, какая у него любимая малявка есть. Пусть я не вижу наперед, но то, что моё сердце больше так гореть не сможет – точно знаю.

Мой источник любовного пожара бегло бросает на меня рассеянный взгляд и продолжает еще быстрее бить пальцами по клавиатуре. Так, словно в кабинет попало случайное пятно. И скоро оно смоется.

– Кость, ну ты вообще ничего не знаешь, – приближаюсь к его столу, но не решаюсь пока забраться на колени. А хочется!

– Мне разве нужно что-то знать? – даже не переводит взгляд, чуть замедлив свое печатание, – Такой чести меня лишили еще давно. Вчера я просто прозрел, слава богу.

Захожу, с другой стороны.

– Понимаю, что не предупредила тебя. Прости, пожалуйста. Но ничего же плохого в том, что я с Даном поехала кататься на байке не произошло. Если бы знала о твоем возвращении и не подумала бы уезжать. Ты для меня самый главный. Люблю я ведь только тебя.

– Лер, хватит, – обрывает он мои оправдания, – Так не поступают, когда любят.

– А ты откуда знаешь? Кого-то так же любил как меня?

Вскипаю от одной только мысли.

Обо всех его пассиях я, конечно, не знаю. Но там и не был он ни с кем серьезно. Уж такое бы я не пропустила. Всегда у крестной и брата выпытывала о жизни Кости.

– Нет, Лера. Не любил. Довольна? – резко вскидывает голову, награждая холодным едким взглядом. Хоть и довольна, а поежилась, не зная куда себя и деть. – Только мне не нужны такие чувства и даром. Знать, что в любой момент моя девушка унесется с байкером. Стоит ему только позвать, – повышает он голос, – Уроки говоришь? Ты перезвонила мне спустя четыре часа, как я помахал вслед вашему байку, практически ночью. Какая ты Моя после этого?!!

Ну что? Что мне делать, чтобы поверил?

– Хочешь, тебя с собой возьмем в следующий раз и проверишь?

Ой, про «следующий» зря ляпнула. Тут хоть бы от прошлого отмазаться.

Костя мгновенно багровеет лицом и подскакивает со стула, надвигаясь на меня. А я пока он не закрыл мне рот, несу уже все подряд и пячусь под натиском задом:

– Да не скрывала бы я никогда и ничего от тебя! Ты же мне не разрешаешь и даже не пытаешься понять. Только и знаешь командовать, запрещать. Хоть немного своей жизни у меня может быть?

Костя останавливается…

– Без меня у тебя станет ее намного больше. Подумай об этом, – произносит так, будто ему вообще плевать на меня.

Но я же знаю своего индюка и вижу, как он подавлен. От меня не скроет.

– Договорились. Я подумаю, – произношу в ответ вместо так сдерживаемых слов о том, что без него моя жизнь потеряет очень-очень много. Его любовь, без которой не хочу себя и представлять.

Сама-то вряд ли забуду своего индюка. Пробовала. Не получилось.

Выхожу за дверь. Никто не останавливает.

Бабки после наших разборок с криками смотрят с пониманием, хлопая нарощенными ресницами.

– Свет, твоя ставка все-таки выиграла. Деньги можешь не раздавать обратно, – расстроенно выдаю напоследок.

Блондинка, к моему удивлению, не прыгает от радости, просто кивает, принимая итог игры.

В полнейшем смятении выхожу на улицу. Сама не замечаю, как сижу в какой-то кофейне и ем, ем, ем одно за другим мороженое, не чувствуя даже вкуса.

Пишу Дану, что временно приступить к работе не смогу. Отпрашиваюсь на несколько дней. В таком настроении я уж точно ничего не сделаю ярче. Сама мрачнее тучи.

Покидаю кофейню в переполненном состоянии от переживаний и от переизбытка мороженого. Брожу бесцельно по улицам и думаю, думаю. Наверное, впервые не про себя…

Мои мысли о нем. Представляю себя на месте Кости. Будто он хочет учить глуповатую Кису, увозя на моих глазах в неизвестность. Аж дурно становится от такой картины.

Чур-чур от всяких настольных Кис. Привидится же такое.

Нетушки, Костя. Никому я тебя не отдам.

Верну чего бы мне это ни стоило!

Сама себя поддерживаю наперед. Хоть бы сдался поскорей, мой любимый неприступный индюк. Без него и мороженое, и мир потеряли для меня вкус и краски.

* * *

На следующий день с самого утра выбегаю из дома. Сегодня он точно дрогнет и не устоит. Нарядилась в скромное белое платьице в синий горошек. Косу заплела. Макияж в виде натуральности. Невинность вылитая.

Глядя в зеркало, сама себе верю.

Да кто угодно растает от такой скромняжки.

Бабки округляют глаза и внимательно сканируют мой наряд.

– Умный ход, – цедит Ольга, оценив мой образ невинной девы.

Иду к заветной двери под шипение за спиной: «Думаешь, босс поведется?», «Его таким не проймешь».

Вот даже бабки оценили. Еще и ставки, небось, замутили заразы без меня.

Стучу в директорскую дверь. Уже не вламываюсь. Скромность, она такая.

– Входите! – вздрагиваю от самого желанного голоса. Тон из серии: дайте мне топор.

Не вхожу, а вплываю в кабинет любимого. Он рад мне. Стукнул со всей дури кулаком об стол. И закусил нижнюю губу.

Фуух. Чего-то скромность начала давить.

Закидываю косу на правое плечо и приближаюсь…

– Здравствуй, Костя, свет мой.

– Что на этот раз? – выдавливает он слова через силу, – Хочешь сказать, что никогда больше не встретишься с байкером?

Требование понятное. Только опять же из-за него нарушу. Люблю его бесконечно. Но лишиться с индюшиной подачи всех друзей тоже не считаю правильным. Сегодня с Даном нельзя, завтра ему и Аня помешает. А сам-то водится со своей бандой и не спрашивает у меня.

– Такого обещать не могу. Но на нас никак не повлияет, – мой ответ правдивей и быть не может.

В ход пошел первый вариант: «не врать так ни в чем».

– Мне все ясно, Лера, – вздыхает он тяжело, на мгновение, прикрыв глаза. – Тогда спрошу по-другому. Ты в путешествие собралась?

Вроде нет.

Ну если не считать мои поездки туда-сюда между домом и турагентством. Задолбало, если честно. Мотосалон люблю больше.

– Не-ет. Куда ж я без тебя, ненаглядный? – держусь-держусь до последнего, хоть и чувствую удары в душе об глухую стену.

Мой только для меня парень, сам-то он так не считает, подходит к двери и распахивает в зал.

Это может значить что-то хорошее?

Предчувствие неважное.

– Значит так, – возвращается он, нависая сверху, – Ко мне в кабинет могут входить либо сотрудники, либо клиенты на дорогостоящие туры. Посторонним вход воспрещен!

Предчувствие не обмануло, у-у-у.

– А настольная Киса, как же тогда? Как приводить сюда девок так ты мог, зато мне нельзя? Индюк ты бессердечный!

Скромность сбежала. Обижаюсь и злюсь на него, на себя. Пусть я тут хоть расшибусь, но время назад вернуть не смогу. Так же как принять и отпустить от себя индюка. Как думала, так и считаю – мне его никто не заменит.

Костя игнорирует мой выпад и указывает рукой на выход.

– Лера, покинь мой кабинет или я сам уйду, – непреклонен, хоть ты тресни. Ничем его не проймешь. – Я уже все для себя решил. Лучше один буду, чем сходить с ума от ревности. А поводов ты даешь предостаточно. И я как дурак узнаю обо всем только случайно.

Вижу, что сегодня ни коса, ни уговоры не помогут и ухожу ни с чем. Бабки провожают меня в тяжелом молчании. Насколько поняла, им тоже сейчас несладко приходится. Костя не дает, как раньше расслабляться.

Все же отчаиваться рано. Не может же он взять и разлюбить так быстро. Моя решимость вернуть своего индюка никуда не девается. Распаляется еще больше.

… В течение всей следующей недели я только и занимаюсь тем, чтобы помириться с Костей. Меняю образы, приношу ему мамины пироги, корм для Агаты, подкладываю записки, рисуночки нас на фоне облаков в виде сердечек.

Заканчиваются мои попытки по-разному с одним исходом. Костя или сразу уезжает, оставляя меня одну с бабками, или закрывает на замок кабинет, или вообще не появляется в офисе, мотаясь якобы по работе. И подозреваю, что возвращается после моего ухода.

Отчаиваться становится уже не рано. Мои нервы на пределе. С каждым днем я все больше и больше понимаю значимость его для меня. Перечитываю наши романтические сообщения, заучив наизусть. И теряю саму себя… без него.

Через два дня должны вернуться Аня с братом. Сейчас мне очень не хватает поддержки подруги, она пока ни о чем не знает. Родителям жаловаться на то, как сама же довела Костю, не берусь. Кроме выговора, что обидела любимчика, все равно ничего не получу.

Скорей всего, я действительно потеряла Костю навсегда.