Глава 4

Возвращаться на работу не стала. Весь запал пропал. Усталость накатила как лавина. Марк просто выпотрошил меня, сыграл на струнах души, выпил досуха силы. Поэтому сил хватило только на то, чтобы зайти в магазин, запастись едой и добраться до своей квартиры.

Стала набирать ванну, ругаясь про себя о звериных замашках своего любовника, и о том, что от меня, как бы я ни мылась, еще будет некоторое время пахнуть им. Нежилась в ванной я недолго. Хотелось поскорее лечь спать. В любом случае хоть Марк и не воспринял всерьез мой отказ, тем не менее ему придется смириться с ним. Сегодня я никуда не поеду.

Потому надев на себя просторную рубашку голубого цвета и черные обтягивающие велосипедки, прилегла ненадолго. Только вот не ожидала, что магия сна настолько сильно захватит меня, что я просплю до самой глубокой ночи.

Открыла глаза от неясного шума. Села на кровати. За окном было темно. Протерла лицо, пытаясь понять, что меня разбудило. Звук на телефоне был отключен. Достала его из-под подушки. Высветилось два пропущенных с неизвестного номера. Только вот что-то подсказывало мне, что это… Марк.

Я откинулась на кровати, прижимая телефон к груди. Погасила свечение экрана. Раздавшийся звонок в дверь заставил испуганно дернуться. Сердце заколотилось, настолько неожиданно это было. Но я не встала. Даже не подумала идти открывать. В конце концов, меня может и не быть дома. Свет в квартире потушен. Прикинусь, что меня тут просто нет. На том и решила, слушая длинную тревожную трель входного звонка и матеря на чем свет стоит настырного оборотня. Соседей ведь разубедит. Вскоре страх сменился раздражением. Я встала и решила уже наорать на хама, не понимающего слов отказа. Дошла до коридора, но так и замерла всего в паре шагов от двери.

Неясное копошение напрягло меня. Я прислушалась. Так и было. В замочную скважину что-то вставили. Пара поворотов и моя дверь… распахнулась.

Я шокировано уставилась на ухмыляющегося Марка, который стоял, запустив руки в карманы. В этот момент я прижимала к груди телефон и думала как бы половчее бросить им в наглого волчару.

— Ты что взломал мою дверь?! — зашипела не хуже змеи я и решительно направилась к включателю света. Поморщилась от яркости освещения. Сейчас я больше походила на злую, разъярённую фурию, лохматую ото сна.

— Не я, что ты. Для этого у меня есть специально обученные люди, — ответил мне Марк, а потом улыбка сошла с его губ. Я же и вправду заметила, как двое его верзил отходили от моей двери. Марк ступил на порог квартиры, он был в брюках и белоснежной рубашке с закатанными рукавами. Я проследила за медленными движениями мужчины. Что-то подсказывало мне, что тот уже вышел на охоту. Прямо тут, в городских стенах моей квартиры.

Я попятилась. Дура. Ну что сказать. Рванула со всех ног в спальню, желая там закрыться, но не успела добежать, как тот знакомо перехватил меня поперек живота.

— Лика. Лика. Какая же ты не послушная, — и Марк прижался ко мне со спины, а потом каким-то невероятным движением закинул сопротивляющуюся меня к себе на плечо.

— Отпусти варвар! Я никуда не поеду с тобой!

Но мое сопротивление и извивающееся тело только еще больше заводило мужчину. Опустившаяся на половинку мой многострадальной попы ладонь была настолько обжигающей, что я просто взвизгнула, а потом принялась с новой силой колотить его по упругой и аппетитной заднице.

— Если продолжишь в том же духе, то я разложу тебя прямо тут, — довольно произнес оборотень, а потом, подобно дикарю, просто вынес меня из квартиры. — Закройте дверь, — приказал он своим громилам.

— Да, босс.

— Я буду кричать, — заголосила я, пока Марк ждал прибытия лифта.— Буду жаловаться! Это вообще-то похищение! — сигнал пришедшего лифта нисколько не порадовал. А когда створки сомкнулись за нашими спинами, Марк прикусил меня зубами за ягодицу. Я замерла, переживая неожиданный прилив возбуждения.

— Я чувствую тебя, Лика. И все то, что происходит мало похоже на похищение, как ты это назвала. Это скорее маленькая ролевая игра, а вот прелюдия у нас только впереди, — и столько предвкушения было в его голосе, что это передалось и мне.

— Ну ты и сволочь!

Грубый хохот разрезал тишину подъезда. А потом меня просто сгрузили на переднее сидение внедорожника. Всю дорогу я не смотрела на довольного мужчину, лишь ловила его желтый предвкушающий взгляд в отражении стекла.

Всего двадцать минут и мы приехали по знакомому мне адресу. Только если раньше здесь было не протолкнуться, то сейчас загородный клуб-особняк был скорее пуст. Редкий обслуживающий персонал не беру в расчет.

— Зачем мы тут? — Марк помог выбраться мне из машины. Я уже поняла, что кричать было бесполезно. Машина с громилами остановилась за нами.

— Чтобы расслабиться.

Он потянул меня вперед, только вместо того, чтобы пройти в сам клуб, где все впервые и случилось у нас, мы обогнули внушительное строение и отравились вглубь леса.

Я замерла, как только поняла, что он вовсе не секс имел в виду. Дернула руку из его захвата.

— Что ты задумал?

— А ты не поняла? Сказал же, расслабиться. Поохотимся, побегаем. А если захочешь, то продолжим то, на чем остановились в кабинете, — произнес Марк спокойно, только вот я видела, что все вовсе не так просто. Он что-то затеял.

— Марк. Я не хочу. Давай просто выпьем, посидим и по домам. Завтра на работу. Я и так только приступила к своим обязанностям, не хочу заработать с первых дней репутацию недобросовестного работника.

— Не переживай. Я довезу тебя в целостности и сохранности. Так что на работу ты точно не опоздаешь, — а потом, больше не слушая моих доводов и желаний, он просто настойчиво потянул меня к лесу. Когда мы остановились на кромке лесного массива. Я снова предприняла попытку отказаться, но… тот лишь усмехаясь, будто видел меня насквозь, начал неспешно раздеваться. Он расстегнул пару пуговичек на рубашке, открывая вид на загорелую, крепкую грудь с мелкой порослью волос, а потом через голову скинул ее.

— Марк. Я не буду оборачиваться, — попятилась и неуверенно произнесла я.

— Можешь и так побегать. Дело твое, — будто бы согласился тот.

Я сделала еще пару шагов в сторону клуба. Но тот уже взялся за ремень и просто одним движением вырвал его из штанов.

— Не в ту сторону, Лика. Я даю тебе фору, пока полностью не разделся.

— Что ты… — но договорить я не успела. Марк не захотел давать мне даже этого времени. Он просто превратился в огромного черного волка и пригнув повалил меня на влажную землю. Я взвизгнула, воздух вышибло из легких. Тот клацнул перед моим лицом своей пастью, полной острых зубов, а потом дал мне немного места для манёвра. Не помня себя от страха, я попятилась спиной назад, а потом встала и побежала в лес, не разбирая дороги.

Сумерки на поляне сменились практически ночью в лесу, но Марку было все равно. Я тоже хорошо видела в ночи. Наоборот, это наше время. Вопреки страху и нестерпимому желанию обернуться и понестись уже в образе волчицы, я все равно жестко одергивала себя и просто продолжала нестись вперед. Я обернулась, бросив быстрый взгляд через плечо. Преследования не было. Марк, видимо, ждал. Давал возможность отбежать подальше. Спрятаться. Кто бы знал, что приглашение расслабиться и поохотиться саму меня превратит в дичь и уже охота будет вестись на меня.

Я снова вернула все свое внимание непролазной чаще. Неслась, не разбирая дороги, потому что знала и чувствовала, что на ближайшую округу нет более опасного хищника, чем мой оборотень. Но вскоре я услышала его, отчего сердце забилось ещё быстрее, но не от страха, а от предвкушения. Всё же сильны в нас инстинкты, а особенно у тех, кто рождён со зверем внутри. Но и у меня, обращенной, не так давно кровь кипела внутри, грозясь затуманить мой разум. Вопреки всему эта охота мне начинала нравиться.

Марк то появлялся среди вековых деревьев, то снова пропадал, мягко меняя направление моего движения, не приближаясь, но следуя тенью за мной. Вскоре от такого преследования я начала выдыхаться и пропустила тот момент, когда огромный чёрный волк преградил мне дорогу. Он громко зарычал, отчего я не сразу смогла остановиться и проехалась ногами по мягкой лесной подстилке, оставив глубокие борозды.

Грудь ходила ходуном, в горле пересохло. Было страшно и волнительно одновременно. Я не знала, что оборотень выкинет в следующее мгновение.

Волк медленно, крадучись, начал подходить, высоко задрав голову и навострив уши. Я же сделала пару шагов назад, пока мои лопатки не уперлись в широкий шероховатый ствол. Оборотень порыкивал и шумно втягивал воздух. Я неотрывно следила за ним и не показывала, насколько вся находилась в предвкушении дальнейших действий. Тело потряхивало от напряжения, сердце заходилось в бешеном темпе. Глаза волка светились от предвкушения и азарта. Он подошёл и склонил свою голову к моей шее, снова глубоко втянул мой запах. Я затряслась, но точно не от страха. От возбуждения и вожделения. Волк Марка был настолько огромным, что доходил мне до груди. Крупнее Федора.

А в следующее мгновение Марк прикусил мою ключицу. Не больно, но ощутимо. Дернулась и зарычала, не забыв выпустить свои клыки. Я сомкнула свои руки на его мощной шее, утопая в жесткой черной шерсти. Потянула озабоченного волчару от себя подальше. Но тот предостерегающе зарычал, собирая рой мурашек внизу живота. Волк дернулся, высвобождаясь из моих цепких рук. Я обхватила руками позади ствол дерева. Волк фыркнул. Я чувствовал его удовольствие оттого, что он поймал свою жертву. Он предвкушал.

Потом оборотень несколько раз обошел меня по кругу, не забывая принюхиваться. Игра затягивалась… И когда я уже была готова снова рвануть вперед без разбору, Марк обернулся. Встал передо мной, по-звериному скалясь. Он был абсолютно голый и возбужденный. Он поставил руки по обе стороны от меня, склонился надо мной, прожигая желтыми, хищными глазами.

— Доигралась, радость моя. Будешь знать, как от меня убегать, — проникновенно прошептал оборотень. Я переняла правила игры и начала в нетерпении потираться об него.

Марк обрушился на мой рот внезапно, как ураган. Он сминал мои губы в болезненном, страстном поцелуе. Я отвечала ему жадно. Кусала и тут же зализывала раны. Марк зарычал, и вот уже моя рубашка полетела в сторону, резкая смена положения, и я уже лежу на ней, а оборотень нависает сверху. Развожу ноги в стороны, и это более чем понятный жест. Я как будто говорю, что не буду против. И сейчас нам мешала только моя одежда.

Марк снова зарычал и впился в мои губы, я обвила его торс ногами и начала тереться еще более настойчивее. Чувствовала его каменную плоть и ощущала его нетерпение, но Марк медлили. У меня же набатом стучали молоточки в голове и лишь только одно желание горело в воспаленном мозгу: скорее бы почувствовать тепло его тела и ощутить в себе.

Он поставил свои локти по сторонам от моей головы, а пальцы рук запустил в волосы, с силой оттянул голову назад. Легкая боль и дикое возбуждение перемешались. Стон сорвался с моих губ. Он наклонил мою голову еще сильнее, усиливая натяжение волос, и обрушился клеймящими поцелуями на шею, то кусая, то оставляя красные следы на молочно-белой коже. Я не могла уже сдерживаться. То ли зарычала, то ли заскулила.

— Ты обращенная? Так ведь?

— Да-а-а,— заскулила под ним, злясь на него за неуместные вопросы. Марк подался вперед, имитируя вторжение, но не теряя рассудка вопреки мне. А потом все резко изменилось. Страсть в глазах волка сменилась злостью. Я просто задохнулась от столь стремительного перевоплощения. Его рука оказалась на моем горле и сдавило его. Другая рука легла на живот и прижала к земле.

— Это было твое первое полнолуние? — прорычал Марк, скалясь в лицо. Я испугалась и дернулась из его хватки, но рука на горле не дала мне и шанса.

— Что ты делаешь? Отпусти меня.

— Нет. Пока ты не ответишь мне.

— Да пошел ты! Ты ведь и так наводил обо мне справки.

— Я и не скрывал этого, но выяснить о тебе хоть что-то не удалось толком.

Мужчина хмуро взирал не меня и ждал ответа.

— Отпусти! — прохрипела я. Он не душил, но власть свою точно демонстрировал.

— Нет. Где твой истинный? — вдруг несдержанно прорычал он.

— Да с чего ты решил, что он у меня есть?! — я постаралась толкнуть его в грудь, но легче было сдвинуть камень с места, чем эту груду мышц.

— Потому как обратить человека может только тот оборотень, что приходится парой. Закон Луны. Так где он?

— Не знаю. И знать. Не хочу, — твердо и зло произнесла я, ярость зажглась в моих глазах. Я выпустила когти и вцепилась в плечи Марка.

— Что он сделал? И когда обратил тебя? — вопросы сыпались из Марка, и он точно давал понять, что не выпустит, пока не узнает ответы. Даже его кровь, что окрасила его плечи, не останавливала оборотня от допроса.

— Почти четыре недели назад. И ничего он сделал в том-то и дело! — выплюнула я слова ненависти в лицо волка. Только тот разозлился еще сильнее. Зарычал, отпустил мое горло, а потом уткнулся лбом в мое обнаженное плечо, чтобы замереть. Я опешила. Не поняла его реакции. Выходит, он злился не на меня?

— Ты любишь его? — глухо спросил Марк.

— Что? Нет, конечно. Это урод обратил меня и изменил на следующий день. Ему плевать на меня.

— Я убью его, если он явится.

— Буду рада, — горько усмехнулась. Откинулась на траву и запустила руки в такие же жесткие, как и шерсть волка, волосы.

— Почему не сказала?

— Я тебя не знала. Даже сейчас мне странно об этом говорить, — тихо обронила я.

— Ты скрываешься от него? Поэтому имя не настоящее?

Врать не было смысла и я призналась.

— Да.

— Правильно сделала, что ушла от этого мудака. Но ты рисковала.

— Знаю. Но и поступить по-другому не могла. Это было выше меня. Как ты до всего додумался только…

Марк усмехнулся.

— Все гораздо проще, чем ты думаешь.

— Да?

— Да. И наблюдательность - одно из ключевых моих качеств. А еще настойчивость. Хотел узнать все о понравившейся мне женщине.

Я помолчала некоторое время, пытаясь переварить все вышесказанное.

— Зачем ты все это только раскопал? Я самая проблемная из твоих случайных женщин, — устало выдохнула. Возбуждение уже давно сошло на нет.

— Не случайная. И мужчина для этого и существует, чтобы решать эти проблемы. Если ты скажешь, что готова быть со мной, то он не притронется к тебе.

— Обещаешь? — с надеждой спросила я.

— Да, — твердо ответил Марк, глядя мне в глаза. Даже не возникло мысли, что это не так.

— Ты поэтому не оборачиваешься? — продолжал удивлять меня Марк. И как только он до всего додумался.

— Да. Боюсь, что моя предательница рванет к нему. А я не хочу…

— Я научу тебя контролировать ее. В моем присутствии можешь не сдерживаться.

— А что, если наброшусь на тебя?

— Думаешь, сможешь потрепать меня? — хрипло рассмеялся Марк.

— Ладно, — тихо хмыкнула, представляя как маленькая я, нападаю на этого огромного волчару. — Только я вообще не знаю, могу ли оборачиваться.

— Поверь, то что я видел на полнолуние, говорит об обратном. Только ты слишком сдерживаешь себя, не отдаешь бразды правления волчице.

— Значит, я сама выдала себя?

— Да. А еще то, что ты чуть было не обернулась в клубе. Рожденных волчиц учат контролю с детства. А обращенные должны быть под надзором своих истинных.

— Мне жаль, что я принесла столько хлопот.

— Не извиняйся. Меня никто не заставлял. Так что? Продолжим?

Я снова рассмеялась.

— Ты специально загонял меня? Проверял свою теорию?

— Не буду врать.

— Какой же ты коварный, — выдохнула в самые губы, склонившемуся Марку.

— И то, что ты не обернулась, как раз утвердило меня в своих мыслях.

— Так что насчет планов? — я провела кончиком языка по своим губам. Кадык волка дернулся.

— Ну сейчас я планирую все же побывать в тебе, а потом мы переместимся ко мне, и ты расскажешь мне кто он.

— Не хочу, — скривилась я.

— Придется, радость моя. Я должен знать от кого защищать тебя.

— А если я не смогу… противостоять его Зову?

— Ты не похожа на слабовольную жертву, — хмыкнул Марк. — Но учти, если ты принимаешь мое покровительство, о нем не может идти и речи. Мне проще будет прикончить тебя, чем отдать ему.

— Я согласна. Меня все устраивает, — прошептала я, полностью уверенная в своих словах. Потому как сама себя растерзаю, если Адам притронется ко мне.

Марк, коротко рыкнув, все же припал к моим губам в жадном несдержанном поцелуе. Я вмиг вспыхнула, жалея лишь о том, что не Марк мой истинный. Ведь я сходила по нему просто с ума.

Мои руки затряслись от дикого желания дотронуться до него, провести руками по мощной груди, очертить кубики пресса на твердом и упругом животе. А от нетерпения коснуться губами низа его живота и вспомнить его вкус на своем языке, рот наполнился слюной. Меня еще сильнее затрясло от возбуждения. Марк когтями разорвал на мне мешающие нам велосипедки, освободил от белья. Я отросшими когтями водила по груди, животу, плечам, ребрам, хаотично оглаживала все, до чего могла дотянуться, в нетерпении расцарапывала  его спину, пока тот продолжал пытку поцелуями и не давал того, что я сейчас хотела больше всего.

Вскрикнула от того, что Марк захватил вершинку моего соска в рот и прикусил ее. Одной рукой он обхватил мою шею и слегка сжал ее, показывая, что я нахожусь в его власти, и снова укусил за грудь, тут же зализывая, как будто извиняясь за свой порыв.

— Ма-а-а-рк! — хриплю от возбуждения простонала я, пытаясь самостоятельно насадиться на член. Но он каждый раз ускользал от меня. Лишь оставлял влажный след на бедрах.

— Чего ты хочешь, Лика? — прорычал этот змей искуситель.

— Тебя я хочу! — задыхаясь шепчу.

— Скажи, что МОЯ, — прорычал Марк мне на ухо.

И от этого животного рычания низ живота прострелило сильной судорогой.

— Да-а-а, да. ТВОЯ!  —  закричала я, поймав его губы для того, чтобы больно укусить, и сразу же впилась острыми когтями в спину. Это все за то, что он заставлял меня страдать от возбуждения.

— Волчица. МОЯ — снова прорычал оборотень, запуская руки в мои волосы и больно оттягивая их, чтобы оторвать меня от себя.

Но не успевала я насладиться его горящими глазами, как мир перевернулся, и я оказалась стоящей на четвереньках.

В одно мгновение Марк сдёргивает с меня остатки штанов вместе с кусочками белья. Он заваливается на меня сверху, соприкасаясь с моей холодной спиной, протягивает руку к моей груди, сильно сжимая её, потом ведёт руками по моим плечам и обрисовывает руки, снова возвращается вверх на мои плечи, при этом я голой попой чувствую его возбуждение. Я трусь о него, но так и не получаю разрядки.

— Да возьми же ты меня! Сволочь, — рычу я и сильно толкаюсь своими бедрами в его.

Он берет меня за плечи, слегка нажимает на них, потом перехватывает руки за запястья и выгибает меня. Я оказываюсь на ногах, руки он держит одной рукой, другой же…

— Как скажет моя волчица, — хрипло смеется этот гад.

И только я хочу уже закричать на него, как вскрикиваю от обрушившегося на меня урагана чувств. Опоры нет, зато грубые быстрые и резкие толчки выбивают из меня дикие стоны то ли боли, то наслаждения.

Он перехватывает меня за плечи, одной рукой и рывком поднимает, меняя угол проникновения, и снова я всхлипываю и скулю от блаженства, что дарит единение с ним, с волком, что не является моим истинным, но которого я желаю просто до умопомрачения, до сумасшествия, до черных мушек перед глазами. Запах уже моего волка окутывает меня и забивает ноздри, я даже на языке чувствую его вкус. Хочу поцеловать и поворачиваю голову, встречаюсь с губами Марка, который только этого и ждал.

Еще один грубый толчок. Я кричу ему в рот, он заглушает мой вопль, но так и не останавливается, чтобы дать мне передышку. Меня уже всю трясет, нахожусь на границе потери сознания от сумасшедшего наслаждения. Казалось бы, и так быстрые проникновения Марка становятся еще быстрее. И уже он рычит, выпуская мои губы из захвата, кусает меня за ключицу, вгоняя свои клыки в мое плечо и сжимая челюсти. Это было последнее, что я еще осознавала, до того как оглушительная волна оргазма смяла мое сознание и отправила меня в темноту.

Но одна мысль все же успела всплыть в сознании… А у Марка есть истинная? Потому как я тоже не собираюсь ни с кем делиться…

Проснулась я от настойчивого поцелуя. Обеспокоенное и хмурое лицо Марка быстро привело меня в сознание. А вопрос, готовый сорваться с губ, так и не сорвался.

— Выходи. Что случилось? — проговорил оборотень куда-то в сторону от нашего лежбища. А я увидела там одного из бугаев. Села, прикрыв голую грудь руками, но на меня никто все равно не смотрел, да и Марк перекрыл весь обзор на меня.

— Там. Это. Брэд кое-что нашел.

— Что именно?

— Тело, босс.

— Черт! — выругался Марк. — Давай одежду. Потом покажешь.

Оборотень передал рюкзак подошедшему Марку, потом вернулся ко мне. Не говоря ни слова, он начал доставать вещи. Там я обнаружила даже свой спортивный костюм. Правда, без белья. Возмущаться не стала, пусть так, чем кто-то из них мог бы копаться в моем нижнем белье. Предусмотрительность Марка и его забота снова поразило меня и разлилась тягучим сладким медом по моей израненной душе.

— Что за тело?

— Вот ты мне об этом и скажешь, — проговорил Марк и помог мне подняться. Потом взял за руку, и мы последовали за амбалом. Долго идти не пришлось. Всего километр и мы были на месте.

— Давай телефон, — Марк протянул руку своему работнику. Тот передал ему. — И еще один давай. Лика, возьми, чтобы ничего не пропустить.

— Конечно.

Я взяла предложенный смарт и включила фонарик, как и Марк. Двое оборотней замерли на краю небольшой поляны, не подходя к обнаруженному телу.

Марк светил мне под ноги, чтобы мы не затоптали следы, что мог оставить тут посторонний. А стоило только подойти поближе к трупу молодого мужчины, как Марк снова выругался.

— Что такое? Ты знаешь, кто это? — спросила я.

— Имя не помню. Но он работает на меня в клубе. Работал, вернее, — оборотень плотно сжал губы. — Можешь что-то сказать? Когда это произошло?

Я присела на корточки, взяла палку, чтобы не оставлять следов, и перевернула тело, внимательно оглядывая его. Ощутимые волны гнева, идущие от Марка, мешали, но пришлось абстрагироваться от него.

— Судя по степени трупного окоченения смерть наступила между, — я посмотрела на телефон. —…между одиннадцатью и часом ночи. Точнее скажу после вскрытия. Предположительно от проникающего удара в сердце со стороны спины. Острым предметом. Возможно, ножом.

— А следы от когтей? — спросил Марк. Я качнула головой.

— Нет. Располосовали его уже мертвого, иначе бы крови было больше, — я внимательно оглядела кусок поляны, что был виден под светом фонарика. — Да и судя по характеру раневого отверстия удар мог быть нанесен левой рукой. Но точнее опять же скажу после того, как осмотрю его в лаборатории. Вещи опять же его рядом… — но закончить мысль мне не дал Марк, сам озвучил то, что хотела сказать я.

— Это не разбой, — бросил он мне, а потом крикнул волкам, ожидающим нас в неподалеку.

— Берите след. Вынюхайте здесь все, но найдете мне эту суку! Или того, кого эта дрянь наняла, — страшно прорычал Марк. Я опешила от такой агрессии, оборотни вмиг стали на четыре лапы и принялись все вынюхивать.

— Рядом трасса. Его бы все равно вскоре нашли, — заметила я. — Да и тот, кто его сюда выбросил, наверняка, успел скрыться.

— Я убью эту тварь…

— О ком ты? Ты знаешь, кто это?

— Догадываюсь, — зло усмехнулся Марк и отошел от тела, массируя переносицу. Я тоже встала и подошла к Марку.

— Надо вызвать специалистов, чтобы забрали тело.

— Я хочу, чтобы ты занималась этим делом.

— Тут уж как получится. Не я решаю, а мое начальство, — пожала плечами.

— Считай, что я уже все устроил.

— Да кто ты, черт возьми. Кем тебе приходится Аристарх Игнатьевич?

— Мой дядя.

— Хм.

— Ты удивлена?

— Ну не знаю. А почему ты не пошел по его стопам?

— Почему же, пошел. Пять лет университета, потом пять лет работы.

— А почему бросил?

— Потому что хотелось большего. Аппетиты стали непомерными, а для этого требовалось много денег.

Марк говорил об этом настолько устало и обыденно, что я поняла — не все так просто. Я склонила голову на бок, размышляя обо всем.

— И ты оставил службу, в которую вбухал столько трудов и ушел в бизнес?

— Именно, — Марк повернулся ко мне, взял за руку и повел в сторону трассы. — Здесь нечего делать пока. Пойдем.

Марк потянул меня вперед. Потом набрал наизусть номер.

— Привет. Послушай, у нас снова труп. Да… недалеко от моего клуба. За городом который. Да знаю я! — вспылил Марк. — Огласки не хочу, иначе придется прикрыть клуб, а там проверки и прочее. Я уверен, что это ее рук дело. Дрянь зашла слишком далеко. Да знаю я, что доказательств нет. Но и оставлять все как есть, я не могу. Придушу. Знаю, что не смогу лично. Чертова гадина. Все. Жду Оскара, только чтобы без шума. Включу геолокацию. И еще… я хочу чтобы Лика занималась этим делом. Понял. Спасибо.

Мы отошли на значительное расстояние. Трасса уже виднелась сквозь кусты. Мы остановились у лесополосы. Марк обнял меня и положил подбородок на мое плечо.

— Марк, для того, чтобы настолько кардинально поменять свою жизнь нужна действительно веская причина.

— Возможно,— нехотя отозвался Марк, продолжая просто обнимать меня.

— Либо это собственные амбиции, либо тот… та, ради которой готов на многое… — я подбирала слова, боясь услышать ответ.

— И какой ты сделаешь окончательный вывод? — Марк погладил меня по спине.

— Я бы не поверила в первое, второе мне кажется более реальным. Кто она? Вернее, не так. Марк, у тебя… есть… истинная? — вопрос дался мне невероятно тяжело.

— Есть. И да, ты права во всем.

— Ты даже не будешь врать мне?

— А зачем? — Марк отстранился, тепло его ладоней пропало. Мне стало зябко. Оборотень подхватил мой подбородок пальцами и заставил посмотреть в свои светящиеся глаза. — Не вижу смысла врать. Это не про меня. Да и ты заслуживаешь знать правду… — Марк задумчиво погладил большим пальцем по моему подбородку, его взгляд расфокусировался. — Еще только когда я начинал работать следаком встретил ту самую… от которой снесло крышу. Чистокровную, холеную, красивую волчицу. Роман был бурным. А потом прошло пару лет, но как бы я ни предлагал ей замуж, та не спешила. Ей было мало моего влияния, моих денег, всего было мало. Алчная, жадная сука, — губы дернулись в злом оскале. — А потом я узнал, что она замужем за оборотнем. В другом городе. Просто бегала как сука на случку ко мне. А я-то, идиот, думал, что она работает, занимается проектами, мотается по стране. Гадина. Когда я ее прижал к стене и потребовал объяснений, она кривилась в пренебрежении и выплевывала мне в лицо признания. Она была замужем до того, как мы встретились и не собиралась менять свою жизнь даже ради «самого великолепного траха в своей жизни», ведь я ничего не мог ей дать того, чего она хотела. А хотела она многого… Я тогда кардинально поменял свою жизнь. За пять лет стал единственным владельцем клуба. Потом другого. Вокруг меня стали собираться оборотни. Я давал им работу, следил за ними. Построил даже поселок для семейных. Эта сука приходила каждое полнолуние, смеялась над моими попытками вырваться «в люди». Я прогонял ее, мы ругались, она была мне не нужна. Я ненавидел гадину. Но она… продолжала приходить на Полнолуние, когда отказаться от нее было выше моих сил. Пока я в очередной раз, не слезая с нее, не решил, что все… хватит. Нанял лабораторию, которая и помогла мне не терять себя на Полнолуние. Было охренеть как тяжело. Но вскоре тяга ослабла, а сила над волоком возросла.

— Так ты думаешь, что это она все? Но зачем? — я была поражена откровением мужчины.

— Чтобы нагадить. Указать мне на мое место. Сука бесится, что не нужна мне. Месяц назад появлялась тут и пригрозила мне, когда я ее выставил из клуба в очередной раз.

— Так значит ты не вернешься к ней? — я затаила дыхание. Сердце колотилось как бешеное, а по венам разлилась ядовитая ревность.

— Нет. Можешь даже не беспокоиться, — Марк склонился и подарил мне тягучий и долгий поцелуй. Я верила ему. — Я впервые после встречи с истинной кого-то так сильно захотел. Хочешь верь или нет, но уже после второй нашей встречи знал, что ты будешь моей. Потому и начал выяснять все про тебя. От тебя так пахнет, что меня просто ведет. Не могу насытиться тобой, — Марк кончиком носа провел по губам, потом по щеке, поднимался все выше к виску. Сплошное искушение.

— Я… тоже не хочу быть с ним. Но… боюсь, что волчица возьмет вверх.

— Со мной не бойся ничего. Да и мы с волком нравимся ей. Разве нет? — искушающее усмехнулся Марк.

— Да. Это что-то ненормальное, —  прошептала я.

— Согласен, это потрясающее чувство. А знала бы ты, что я испытываю, когда нахожусь в тебе, — протянул оборотень и оскалился. — Тебе просто не передать словами.

— Хватит Марк, а то я и сама наброшусь на тебя.

— Буду только рад, но…

Закончить нашу словесную игру мы не успели. Нас прервали. На трассе остановился внедорожник. Оттуда показалось трое ребят в форме и Оскар.

— Не успели, — с сожалением произнес Марк. — Но ты запомни, на чем мы остановились. Обязательно повторим.

Я лишь лукавого посмотрела на него, а потом мы направились навстречу к группе. Пришло время сосредоточиться на работе.