Глава 11

Утро я начала не с романтических рассказов, а с нотаций. Пока мы собирались и шли в учебный корпус, я без устали капала подруге на мозги:

— Триш, ты совсем рассудок потеряла! Разве ты забыла, что он ракшас?

— И что теперь? — она легко пожимала плечами и даже не собиралась всерьез задумываться. — Это же просто невинная игра! Помню я все! Одир ведь не переходит границу — трогает только там, где позволяю.

— И не замечаешь, что позволяешь ему все больше? Твоя эта толерантность уже вышла за пределы здравого смысла.

— Преувеличиваешь!

— Не-е-ет, — протянула я язвительно. — Преувеличивать я буду, когда ты своим родителям сообщишь, что влюбилась в оборотня. Преувеличенно буду им сочувствовать, глаза выкачу как следует, делая вид, что была не в курсе. Преувеличенно твоей мамочке медиков буду вызывать, чтобы они преувеличенно спасали ее от непреувеличенного инфаркта!

Она наконец-то хоть сарказм уловила:

— Да ни о какой влюбленности речи не идет! Это же оборотень! Ничего себе у тебя мнение о человеке, которого ты знаешь с детства!

— Вот именно с детства я и знаю, Триш, что ты стараешься для всех быть милой. И давай-ка вспомним, кто был первым из нашей группы, кто заявил — мол, все равны? Твоя дипломатичность — прекрасная черта, но посмотри на профессиональных дипломатов: они только улыбаются всем доброжелательно, но ни одной позиции не сдают! А ты уже… — я окинула ее внимательным взглядом, — несколько позиций точно сдала. Ты на нашего Одира подсела не слабее, чем кто-то на запрещенные психотропы.

— Вопиющая несправедливость! — звонко возмущалась Триш. — Да ничего я ему не сдавала! Он для меня… как домашнее животное. Ласковое, нежное, такое милое, что так и хочется его потискать. Сразу видно, что у тебя в детстве домашних животных не было — не можешь себе представить!

Зато у нее были — всегда целый выводок котиков, песиков и генно-модифицированных сов. Ее родители зарабатывали куда больше моей мамы, но нельзя было сказать, что наш с ней уровень жизни хоть в чем-то отличался. Неудивительно, если представить, какая часть семейного дохода уходила на содержание этого зоопарка. Родители хотели вырастить из Триш добрую девочку, которая готова нежничать с каждым синтезированным тараканом — и малость переборщили. Психику в раннем детстве повредили, раз она теперь даже ракшасов так близко подпускает.

Но ссориться с ней я не собиралась, потому примирительно закончила:

— Прекрасно, если так. Но буду переживать за тебя, пока ты не обзаведешься любимым парнем. Человеком, само собой, а не домашним животным.

— Эх… — тяжело вздохнула Триш. — Было бы из кого выбирать. На старших курсах — ого-го! А в нашей группе… ну, вот назови хоть одного симпатичнее Одира!

У нее точно все настройки сбились! Я дернула ее за рукав с силой и выдавила:

— Любой симпатичнее Одира, слышишь? Потому что их сравнивать невозможно — ты как будто мощность двигателя с цветом огурца сравнила!

— Ну да! Сама-то, я смотрю, на сокурсников не кидаешься!

У меня вмиг изменилось настроение и появилась смущенная улыбка:

— А, кстати об этом…

В аудиторию мы вошли под руку — в смысле, Триш висела на моей руке, заглядывала в глаза и отчаянно повизгивала:

— Как же это ми-и-ило! Ведь ты в него с первого взгляда втюрилась! А Эрк такой… а-а-а-а! Получается, что он тоже с первого взгляда? Но просто неправильно тебя понял? Я б сама в него с первого взгляда, но ты опередила! Неужели вот так и призналась, а он что? Ну, повтори еще раз, Дая! Что ты как робот? А какое у него при этом было лицо? А ты сильно покраснела или смотрела грозно, как сейчас? А когда вы идете на первое свидание? А можно мы с Одиром с вами? Мы не будем мешать — просто со стороны очень хочется глянуть! Интересно, он подарит тебе дорогущие украшения или новый видеослайдер? Дая! Ты хоть раз задумывалась о том, сколько у него денег?! Может, сразу частный транспортник? Представь только, мы с тобой, вдвоем, по ночной столице… меж огней! Красотища!

— А как же Эрк? — успела я поймать паузу. — Эрка-то возьмем?

— Тогда ему надо дарить трехместный транспортник, — сокрушалась Триш. — А иначе ему придется ждать нас на стоянке, пока мы с тобой, вдвоем…

Я совсем не злилась — это была настоящая Триш, известная мне с давних пор. И если раньше меня подобное не злило, то с чего бы вдруг теперь? Но и отвечать я не собиралась, просто качала головой и всеми силами старалась не расхохотаться. Потому что мне самой хотелось визжать от счастья. Как жаль, что у меня нет эмоциональности подруги.

Одир, конечно, наше перевозбужденное состояние заметил — глянул внимательно, но, убедившись, что восторги Триш совсем не напоминают ужас, махнул приветственно рукой и остался на своем месте, подальше от остальных. Я надеялась, что до обеденного перерыва подруга угомонится и в столовой Одиру будет обо всем рассказывать, не до такой степени захлебываясь эмоциями. Ведь в столовой можно встретить и Эрка… Пусть Эрк не услышит эту историю в ее дичайшей интерпретации.

Одногруппники на мое появление отреагировали дружными поздравлениями. Со всех сторон окружили, чтобы хлопнуть по плечу. После возвращения Триш и Одира остальные, судя по всему, стали еще больше напряжены, к тому же им никто толком не объяснил ситуацию. Я тоже на вопросы не отвечала — повторяла, что подписала согласие на неразглашение. Но факт, что полиция не имеет к моей персоне никаких вопросов, стоит перед ними. Даже те, кому я якобы продавала диоды, хоть происходящего толком не понимали, но могли догадаться. Однако вслух ничего не сказали — зачем им при всех озвучивать собственные преступления?

* * *

Казалось бы, такое настроение испортить невозможно, но мне напомнили о проблемах самым наглым образом. После первой лекции в коридоре меня схватил за локоть второкурсник и оттащил в сторону:

— Рад, что тебя отпустили, серьезно! Но никто из курсантов тебя не сдавал — это им попросту невыгодно, даже если забыть о духе взаимовыручки.

— Я и не думала ни на кого из наших…

Он перебил, говоря теперь вкрадчивее и озираясь по сторонам:

— Дая, какой адрес теперь? В прежнем месте точка закрыта, как будто там никогда и не было!

— Адрес? Ты спятил?!

Он сощурился и наклонился, чтобы смотреть мне прямо в глаза:

— Эта штука великолепна. Когда наши ученые дойдут до подобного, то после каждого боевого задания будут официально выдавать. Никакого привыкания, никакой ломки, но лучше десяти подряд сеансов психотерапии! А сейчас только создается спрос, особенно на восьмом курсе. Это спасение! Про скольких курсантов ты слыхала, что не выдерживают? Сколько военных с границы возвращаются домой невменяемыми психами? Мы выбрали себе такую профессию — мы знали, на что идем. Но наконец-то появился способ убрать целую кучу проблем без остатка! Никаких посттравматических синдромов, никаких ветеранских сдвигов, никаких клиник для жертв пыток сару, которые никогда до сих пор не могли о подобном забыть! Любого можно привести в норму, если у него цел позвоночник. Возможно, наступит даже облегчение после импульсного допроса! Это революция в науке, Дая. Но ведь ты это и сама знаешь!

— Я… я не могу этого знать…

— Ты от стресса отупела, Джисс? Сама перепугалась, так тебя никто и не втягивает. Скажи адрес, а я уже по цепочке передам всем. Деду своему передам, которого в клинике даже не научили заново говорить! Пусть он хотя бы умрет счастливым, а не утонувшим в воспоминаниях о двух неделях плена.

Я растеряно покачала головой. Он нервно дернулся и отвернулся, пошел по коридору, не оглядываясь.

Но я не была уверена, что поступила верно. А вдруг за мной наблюдают, или сам этот парень, когда разыщет перевертышей, сообщит о моем отказе? Вдруг Триш после этого навечно запихнут в тюремный квадрат? В конце концов каждый сам делает свой выбор. А мне как раз выбора и не оставили.

— Подожди! — я догнала, подтянулась к уху и по памяти прошептала адрес, который мне вчера передал перевертыш.

Само собой, Триш ждала меня с круглыми глазами:

— Это что еще такое было, Дая Джисс? — в голосе ироничный намек.

Именно за этот намек я и ухватилась:

— Назвал свое имя, признался в чувствах, но я вынуждена была отказать. А потом пожалела его и догнала, чтобы сообщить — если бы уже не встречалась с Эрком, то непременно бы подумала над его предложением. Мне кажется, это лучше, чем грубый отказ.

— Вот это да… — Триш вздохнула с завистью. — Мало того, что отхватила себе самого лучшего, так и остальных мимоходом цепляешь! А Эрк не обидится, что ты об этом всем рассказываешь?

Эрк бы не обиделся. Я это поняла в обеденный перерыв, когда он вошел в столовую, кивнув своим одногруппникам, решительно направился к нашему столу, где мы по традиции сидели втроем. Потом взял меня за руку, вынуждая подняться, и поцеловал — мягко и нежно прижался к губам. Хорошо, что держал меня, а иначе я рисковала упасть. Конечно, и Триш, и Одир выдали восхищенные охи. Конечно, все вокруг охнули, но многие уже не так восхищенно — Эрк Кири был заветной мечтой почти всех девушек. Но я ничего из этого не слышала, утопая в бесконечном собственном счастье.

Он оторвался от губ, посмотрел глаза и с улыбкой произнес:

— Ну, привет, Дая Джисс.

— Привет, Эрк Кири.

После подобного представления официальных заявлений уже и не требовалось.

Теперь я могла идти по коридору, держа за руку Эрка. И ловить на себе взгляды ненависти — надо же, а я и не представляла, сколько девушек в него влюблено. Похоже, не только девушек, но и нескольких парней однополой ориентированности. У меня хватило духу — мне и приз, а они пусть и дальше смотрят со стороны. Кроме короткого поцелуя в столовой, подобного он больше не делал. Я и не рассчитывала: в учебное время следует соблюдать дисциплину. Но зато мы договорились вечером встретиться и прогуляться по территории, а в выходные обязательно выберемся в город — на первое настоящее свидание. Эрк ведь считал, что все проблемы остались в прошлом…

Я вбежала в спортивный зал последней, но успела до свистка. Заняла свое место и вытянулась. Тренер Кунц сразу направился ко мне:

— Курсант Джисс!

— Да, сэр! — я подняла подбородок еще на сантиметр выше.

— Рад, что все разрешилось! Я и не сомневался в этом!

— Спасибо, сэр!

— Какое у вас мнение об эффективности работы полиции, курсант?

— Они работают безупречно, сэр!

— Молодец, отличный ответ. Будете просить распределения в полицию?

— Никак нет, сэр!

— Еще один отличный ответ.

И пошел дальше по ряду, на ходу объясняя:

— Курсант Джисс нам всем показала пример выдержки и профессионального отношения к вопросу. Если будет хорошо учиться, то непременно получит распределение… куда-нибудь не в полицию. Потому что в полицию из наших выпускников попадают самые отстающие, если вообще попадают. Верно? Верно. Меня хорошо слышно, курсант Такер? А то стоите так, будто прямо сейчас в полицию хотите. Вот, сейчас вижу, что не хотите. Теперь нале-во и легкой трусцой побежали к светлому будущему. Кто хочет побеждать сару, тот бежит быстрее остальных. Куда рванули? Вот ведь… Ладно, те, которые собираются на стационарные военные базы, догоняйте этих торопыг, а то вам ни одного сару не достанется.

Все же тренер Кунц с большим отрывом был моим любимым преподавателем.