Глава 14. Одно (не)случайное падение

 — Ты очень талантливая. – проговорил Астен Делори.

От его улыбки моё сердце забилось чаще… Не из-за большой любви, но от чистого злорадства. Ведь нет ничего приятней перекошенного лица принца. О, поверьте, это истинное наслаждение!

До сих пор Детрай казался высокомерным засранцем: максимум пафоса, минимум эмпатии. Но что я вижу? Всего один взгляд на Дилайлу и Астена творит чудеса…

Фенрис скривился, как от зубной боли. Его брови возмущённо взметнулись, а пальцы сжались в кулаки. Через несколько секунд принц выдохнул, вернув (зыбкий) самоконтроль. Но уже слишком поздно – я видела все оттенки его подбитой уверенности.

«Неужели ты и вправду считал себя незаменимым, малыш Фенрис? Знаешь, если очень долго кого-то отталкивать, этот человек может уйти из твоей жизни… Неожиданно, правда?»

Я наизусть знаю все стадии принятия неизбежного. Вначале ты говоришь: «да мне никто не нужен», затем начинаешь злиться и торговаться… Нелепая попытка обмануть самого себя.

Я ведь сама через это прошла. Отталкивала людей, прикрывалась наносным цинизмом и, в конце концов, осталась в глухом одиночестве. Эми была единственной, кто приняла все мои закидоны. Она смотрела на меня не с позиции «крутой богатой штучки», а просто… По-человечески. Смотрела на все недостатки и примирительно улыбалась.

«— Никто не идеален, Инес. Но и никто не рождается злодеем… Пусть даже в книгах» — любила повторять Эми. – «Порой всем нам нужно лишь немного… принятия. Совсем чуть-чуть, понимаешь?»

Но я не понимала. Мягкий голос Эми был голосом моего сердца, к которому я давно не прислушивалась. Потому что… Знаете, это довольно больно. Некомфортно, местами невыносимо... В разуме всё чётко распределено по полочкам. В сердце – бездонный хаос из чувств, комплексов, обид и обрывков мыслей. Заглядывать в себя неприятно, потому что внутри таится немало уродства. И всё же… Пока ты не примешь эту часть себя – не сможешь жить спокойно.

Поэтому я смотрела на личную драму Фенриса и Дилайлы не только с позиции наблюдателя. Их личности будто отражали меня саму в разные периоды жизни. Оттого и интересно: чем дело кончится?

Детрай не поверил в безразличие невесты, но после стадии отрицания неминуемо наступает гнев… Сегодня его уверенность пошатнулась, и эта хрупкая конструкция будет разрушаться всё сильнее, оставляя болезненные нарывы.

Мне даже любопытно: дойдёт ли Фенрис до полного отчаяния? Или его эмоциональный диапазон (всё так же) на уровне зубочистки?

По крайней мере, в одном я уверена: Дилайле это точно пойдёт на пользу. После той стычки в аудитории она стала в разы смелее. Наедине со мной Серефин всё ещё нервничала и порывалась помириться с «любимым» принцем, но я видела: ей это нравится.

Нравится открыто выражать своё мнение, держать горделивую осанку и больше не глотать обиду вперемешку с унижением. Дилайла будто расправила невидимые крылья, и остальные тоже это заметили. В последнее время все хотели подружиться с дочерью герцога, хотя раньше предпочитали держаться на расстоянии. И, что забавно… Это ухудшило положение Каладри.

Диана попала в любопытную ситуацию: с одной стороны, в академии многие ей льстили. Но, как правило, это представители медного класса, которые не смогли прибиться к более «авторитетным» сокурсникам. Их привлекает не сама Диана, а её статус «девушки принца».

Однако, в ЭАС немало и тех, кто откровенно презирают Каладри. Они принадлежат к золотому и серебряному классу, что, согласитесь, куда весомей в иерархии академии. Но до сих пор их презрение было… нейтральным. Никто не хотел ссориться с Детраем.

А сейчас ситуация изменилась. Именно Дилайла привлекла больше сторонников с восточного потока. В отличие от принца, она никого не затыкала. За внешней холодностью скрывалось справедливое сердце, и адепты, наконец, поняли это.

Но те, кто поддерживали Дилайлу – не боялись высказываться о Каладри. Так что её (и без того сомнительная) репутация становилась всё хуже и хуже.

Злорадствую ли я? Совсем немного. Отношения Дианы и Фенриса становятся всё сложнее… Они ходят на свидания, иногда тренируются и общаются наедине, но принц не подпускает её слишком близко. Каладри уже пыталась подсесть к нему в столовой (неоспоримое доказательство отношений), но Детрай отреагировал неожиданно резко.

— Не создавай проблемы. – холодно бросил тёмный, жестом приказав ей уйти за другой столик.

В тот момент я пожалела, что здесь нет попкорна… Диана, бедная Диана. Она выбрала неудачное время для сближения: Фенрис ещё не переварил утреннюю встречу невесты с ненавистным Астеном.

«Как там она говорила? «Когда мужчина влюбляется, он становится совсем другим»? Ну, у меня для неё плохие новости… Кажется, принц совсем не изменился»

На следующий день был долгожданный выходной. Мы с Дилайлой (по привычке) всё утро обсуждали план действий в её спальне. Но на этот раз Серефин была куда больше увлечена магическими тренировками с Делори.

—… Знаешь, Астен такой добрый! Он не только согласился на внеурочные занятия, но и объясняет мне тонкости водяной магии. – Дилайла улыбнулась, заправив светлую прядь за ухо. – Конечно, мы пока не изучаем мощные заклятия… Но он делится со мной разными приёмами для развития силы.

— Вот как? – я лукаво прищурилась, склонив голову набок. – И он совсем на тебя не обижен? Ты ведь его игнорировала…

— Астен сказал, что всё понимает и не держит зла. – мягко проронила Серефин. – С его стороны это очень благородно… Знаешь, мы же раньше дружили. Он был таким… Терпеливым старшим братом. Всегда меня успокаивал.

… Боже-боже, я случайно открыла побочную любовную ветку? Кажется, Астен очень заинтересован в ледяной принцессе (хоть и пытается отрицать это). А у Фенриса появился реальный соперник… Как чудесно.

—… тебе тоже стоит попробовать.

— Что? – я немного отвлеклась и пропустила следующие слова Дилайлы.

— Найти своё место силы. – терпеливо повторила она. – Астен сказал, что медитация на природе улучшает энергетический поток. А у тебя были проблемы с гармонией.

— Да, но… Предлагаешь мне устроиться в саду ЭАС? – хмыкнула я.

Едва ли в этом месте получится нормально помедитировать… Уж точно не среди влюблённых парочек.

— Нет. Тебе нужна высота, ты же воздушник. – нахмурилась Дилайла. – Быть может, попросишь допуск в главную башню? Говорят, там самое высокое место во всей ЭАС.

— Как будто меня туда пустят. – я насмешливо дёрнула медную нашивку.

Дилайла, кажется, забывает о моём статусе в академии… Что, на самом деле, довольно мило.

— Хочешь, я пойду с тобой? Мне они точно не откажут.

Я вскинула брови. Ну, глупо отказываться от такого подарка судьбы, но всё же…

— И не боишься? Вдруг я использую тебя ради выгоды?

Скажу честно: мне хотелось подразнить Дилайлу. Однако… В каждой шутке есть доля тревожности. Страх того, что тебя поймут неправильно.

— Мы используем друг друга, Альтра. – задумчиво протянула Серефин. - У нас союз, партнёрство… Или, проще говоря – обычная дружба.

Дружба, да…? Это слово всегда казалось мне слишком громким, кричащим, будто невидимую ответственность на плечи цепляет.

«Потому что в моей семье ничто не давалось просто так. Любовь, дружба, забота – всё нужно было заслужить» — я прикрыла глаза и усмехнулась. До чего паршивая жизнь…

Но Дилайла права – не стоит всё усложнять. Порой «дружба» это просто… Приятное общение по вечерам, обсуждение учёбы и как бы досадить бывшему. Банально? Ещё как. Но мне нравится.

И, в конце концов, Серефин достала вожделенный пропуск в главную башню. Он позволял подняться на крышу, с которой видны все уголки академии. Я и не думала, что это зрелище так меня впечатлит, но… Всё изменилось, стоило взойти наверх.

Свобода. Свобода перекликалась с энергией ветра, плескалась в жилах – и сияла на линии горизонта. Я вдруг ощутила безумное желание оторваться от земли, раствориться в облаках эфирным дождём… Стать лёгкой, совсем невесомой, быстрее птиц пронзить небесный свод.

— Это опасно, Альтра. – холодный голос остудил мой порыв.

Я чуть раздражённо повела плечом:

— И снова ты… Скажи, Эрик, ты меня преследуешь?

Он стоял у самого края крыши, скрестив руки на груди. Серьёзный, спокойный – безукоризненный жрец. Но прямо сейчас я не хотела его видеть. Он мешал… этому удивительному чувству свободы.

— Кто кого преследует – хороший вопрос... Но ты себя не контролируешь, Альтра. – медленно произнёс Лэнтар.

Раздражение хлестнуло по сознанию. Опять… Опять он использует этот поучительный тон. В самом деле, теперь мне хочется сделать всё назло ему (даже если это и впрямь опасно).

— Зато ты у нас на жёстком самоконтроле. – усмехнулась я. – Весь в делах, весь в обязанностях… Ну просто мистер Совершенство.

Я посмотрела ему в глаза и провела кончиком языка по нижней губе. Опять этот невыносимый взгляд, такой едкий и заводящий…

— Давай рискнём? – прошептала одними губами и раскинула руки в стороны.

Поток подхватил меня, медленно отрывая от земли. Я подлетела над крышей, наслаждаясь буйным ветром, перистыми облаками и этим невероятным видом… Казалось, будто возможно собрать весь мир в ладонях, покачивая на небесной колыбели. А затем энергия вдруг ослабла. Воздушный поток начал иссякать, и в следующее мгновение лёгкость испарилась.

Я сорвалась вниз и едва не взвизгнула… Но на краю крыши сильная ладонь перехватила запястье. Эрик посмотрел мне в глаза и, кажется, прошептал несколько ругательств. А потом вдруг разжал пальцы.

Я даже вскрикнуть не успела – моё тело тотчас рухнуло в бездну. Отчаянные попытки призвать ветер вызывали лишь слабые порывы. В какой-то момент я зажмурилась и приготовилась разбиться, но ощутила… Что-то мягкое. Будто приземлилась на огромную подушку!

— Эрик… какого чёрта? – выдохнула, распахнув глаза.

Он отпустил меня. Он дал мне упасть – но за несколько мгновений вырастил огромный цветок на нижней крыше. Я лежала в самом центре среди лепестков, а вокруг витала золотистая пыльца. Она оседала на волосах, на одежде… Ужасно хотелось чихнуть.

Тем временем, цветок протянул крепкие зелёные ветви к башне. Эрик ловко за них зацепился и через пару минут спрыгнул рядом. Лепестки ластились к нему, как преданные звери к хозяину…

Светлый же вёл себя сдержанно, будто ничего особенного не произошло. Он опустился на одно колено и с насмешкой проронил:

— Я ведь предупреждал, Альтра. Худшее, что может быть в магии – потеря самоконтроля.

— Да… Возможно, я немного сглупила. – протянула, а затем фыркнула. – Но ты тоже хорош! Так легко отпустил меня.

Я почти поверила в то, что Лэнтар и впрямь хочет от меня избавиться. Примерно тогда, когда полетела с крыши… Это было жуть как страшно.

Но в ответ на возмущения Эрик лишь пожал плечами:

— Ты не разбилась, не ушиблась и до сих пор имеешь наглость со мной спорить. Кажется, всё в порядке, Альтра.

Он лёг спиной на цветок и устало прикрыл глаза. Тёплый ветер обдувал наши лица, пока лепестки покачивались на огромной высоте. Я чуть поджала губы и, поколебавшись, устроилась рядом. Отсюда открывался прекрасный вид на чистое небо. Оно казалось почти неестественно ярким, завораживающим и глубоким... В те минуты я снова закрыла глаза и погрузилась в мягкое, медитативное расслабление.

Энергия струилась по венам, резонировала с ветром и пронзала каждую крупицу моего сознания. Впервые за долгое время я почувствовала этот новый мир. То, каким большим, необычным и вдохновляющим он был… Интересно. Это и вправду очень интересно.

Когда я открыла глаза – солнце клонилось к закату. Эрик встал, опустив ладонь на лепесток – и цветок вытянулся, медленно возвращая нас на крышу.

— Эй, Лэнтар… Вот скажи: почему ты так не любишь лжецов? – я мягко усмехнулась, спрыгивая на пол.

Мне давно хотелось спросить об этом, так зачем же сдерживаться сейчас?

— Издеваешься? – светлый раздражённо закатил глаза. – Разве так сложно говорить другим правду?

— Да. – протянула я, склонив голову набок. – Правду легко говорить, когда ты можешь себе это позволить.

— Оправдания, — осклабился Эрик.

— О, нисколько. Просто правда – такая жалящая, неприятная тварь. Ты можешь пользоваться ею без последствий, только если достаточно богат, знатен и чертовски уверен в себе. Остальным же приходится врать… Даже самим себе.

Люди любят демонизировать ложь, хотя это – всего лишь инструмент психологического выживания... Всё зависит от того, как именно его использовать.

— Альтра…

— Неужели ты никогда не врал? – насмешливо протянула я. – Когда соглашался помочь кому-то, а у самого руки тряслись от усталости. Когда упорно обучал несносную адептку, хотя она бесит до зубного скрежета… Нет, Эрик, ложь многогранна. Я, например, вру для того, чтобы сберечь семейный бизнес от гнева одной капризной девочки. Но, знаешь…

Я приблизилась к нему, ощутив аромат свежескошенной травы, жасмина и дождевой росы. Эрик Лэнтар пах нетронутой природой, и было в этом что-то завораживающее, слишком искреннее.

— Когда я разберусь со своими проблемами, ты увидишь предельно честную Инес Альтра. Только, возможно, моя честность тебе не понравится.

Потому что так обычно и бывает. Никому не нравится желчная прямолинейность… В итоге они всё равно выбирают сладкую ложь.

— Инес. – в его глубоком голосе прозвучало отчётливое напряжение.

Эрик подцепил пальцами мой подбородок, не отводя взгляда. Его радужка загорелась янтарными искрами – они опалили меня покалывающим жаром и осели на дне.

— Уходи. – одними губами произнёс Лэнтар, с невнятной досадой убирая руку. – У нас больше не будет совместных тренировок.