Глава 21

— Ты… — мне показалось или в голосе Ладислава Кантемиреса проскользнула нерешительность?

Он вдруг резко растерял всю свою браваду и выглядел теперь просто жалко. Оглянуться назад и посмотреть, кто так по-хозяйски обнимает меня за плечи, да еще и поглаживает обнаженную кожу, я не рискнула. Да и не надо мне это было. И так понятно, кто там, чувствовала его, всей кожей, всем существом. С трудом сдерживала желание отклониться немного назад и прислониться спиной к сильному мужскому телу. Мной овладело странное чувство предвкушения или я бы даже сказала желания… но, это было не так, как например, в тех случаях, когда Камилла применяла свою силу в моем присутствии. Не было горячих волн, не текло по венная неприкрытое вожделение… мне просто стало хорошо, уютно… но не спокойно.

— Л-лекс? — голос Диса дрогнул, но он тут же взял себя в руки и уже более уверенно продолжил. — Не думал тебя здесь встретить. Ты посещаешь подобные заведения?

— Когда я давал тебе разрешение обращаться ко мне подобным образом? — чуть вибрирующий голос доктора Варанта отозвался дрожью в моем теле.

А потом что-то произошло…

То есть, я не уверена, что это произошло на самом деле, но у меня возникло ощущение дежа вю. Мне показалось, что это уже однажды было. Я стояла в полутемном зале, в полнейшей тишине, а со спины меня обнимал мужчина и его теплые руки дарили уверенность и защиту…

Тряхнула головой, отгоняя наваждение, но не удержалась и глянула вниз, почему-то мне казалось, что я босиком. К счастью любимые туфли были на положенном им месте, и платье заканчивалось значительно выше колен, а мне почему-то казалось, что на миг я почувствовала прикосновение прохладного шелка к ногам. Осторожно помотала головой, пытаясь избавиться от навязчивых ощущений, и едва не подпрыгнула от неожиданности, когда почувствовала, что доктор Варант, до сих пор просто придерживающий меня за плечи, осторожно провел ладонями к шее, затем обратно, слегка касаясь обнаженной кожи, скользнул пальцами по рукам. Я замерла, боясь даже вздохнуть, чтобы не потревожить то чувство, что зарождалось у меня внутри, чтобы не нарушить хрупкое состояние невесомости, в которое завладело мной от таких невинных, на первый взгляд, ласк. Вырваться из его объятий желания у меня не возникло.

Однако пока я наслаждалась ощущениями, в объятиях наследника Кантемиресов, пропустила большую часть разговора доктора Варанта с Дисом. И подозреваю, что так и было задумано. Своими прикосновениями, Александр не только лишал меня душевного покоя, но и отвлекал от собственной перепалки с родственником.

— Тебе больше нечего здесь делать, — я вздрогнула от того, как прозвучала эта фраза. Никогда бы не думала, что доктор Варант, который всегда похож на большого расслабленного кота может говорить с вот такими приказными нотками в голосе. — Убирайся!

Лицо Ладислава перекосило от злости, мне на минуту показалось, что сейчас он кинется на своего родственника, но нет, быстро справившись со своими эмоциями, мой недавний «похититель», зло выплюнул:

— Ты пожалеешь! Я этого так не оставлю! Ты стал слишком много брать на себя! — и резко развернувшись, исчез в толпе, а меня сразу же оглушил шум ночного клуба.

На миг я даже растерялась, но доктор Варант, все еще обнимая меня за плечи и слегка прижимая к себе, властно повел сквозь толпу. И ему удавалось так ловко лавировать между танцующими, что пока мы пробирались к барной стойке, меня никто даже пальцем не задел. Перед ним словно все расступались.

Я шла за ним молча, в голове роилась целая куча вопросов, но при взгляде на суровое лицо, уверенно шагающего рядом со мной мужчины, на его недовольно поджатые губы и сведенные на переносице брови, не решалась даже рот открыть, а потому сосредоточилась на собственных ногах. Хмель все еще не до конца выветрился из головы, и мне очень не хотелось споткнуться, когда рядом находится этот мужчина. Вот просто очень-очень не хотелось.

У барной стойки к нам подлетела Камилла.

— Ты успел! — это было первое, что она произнесла, потом подхватила стакан с чем-то и опрокинула его в себя. — Как только я заметила Диса, сразу же позвонила тебе, но не смогла найти Лизу. Она как сквозь землю провалилась.

Она тараторила и тараторила не переставая, было видно, что девушка переволновалась.

— Все в порядке, — немного отстраненно произнес Александр и, отпустив меня, сделал знак бармену. Перед ним тут же оказался широкий стакан с янтарной жидкостью. Точно такие же стаканы возникли и перед нами.

— Мне жаль, что все так вышло, — Камилла подхватила один из напитков, и сделал глоток, — не представляю, что он здесь забыл. Ты сильно испугалась? — этот вопрос предназначался мне.

— Нет, я совсем не испугалась, — сразу я пожала плечами, но по мере того, как до меня стало доходить, что же произошло, я поняла, что зря строю из себя леди со стальными нервами.

По телу тут же разлилась слабость, сердце стало вести себя как-то ненормально, а во рту пересохло. Последовав примеру Камиллы, я взяла третий стакан и уже поднесла его к губам, как у меня его нагло отобрали.

Доктор Варант, отставил мой стаканчик в сторону и тут же всучил мне другой с какой-то яркой жидкостью. Я изумленно посмотрела на него, но каких-либо объяснений не дождалась.

Поднесла презентованную посудину к лицу, понюхала, сделала глоток и уставилась на судмедэксперта с негодованием.

— Это что?

— Сок. Апельсиновый, — и он вернулся к своему стакану.

А меня затрясло. В прямом смысле. Да что он себе позволяет?! Он мне кто? Папочка, чтобы следить за тем, что я пью?

Кажется, последнюю фразу я произнесла вслух, потому что на меня нацелились сразу две пары изумленных глаз: серые и зеленые.

— Лиза, — Камилла постаралась осторожно меня одернуть, но не тут-то было. После всего произошедшего сегодня, я, кажется, совершенно утратила благоразумие.

Резко выдернула свой локоть из захвата подруги, подхватила ее стакан и залпом опрокинула в себя. Виски, чистый, даже без льда. Горло обожгло, я закашлялась, на глазах выступили слезы. Обжигающая волна алкоголя скользнула по пищеводу, согревая. Услужливый бармен тут же подставил мне еще один стакан, и я схватила его не глядя, лишь только делая глоток, с единственной мыслью, потушить пожар внутри, я заметила ошарашенный взгляд Александра Варанта, но было уже поздно. Янтарная жидкость снова потекла внутрь.

— Гад! — рявкнула я на ничего не понимающего бармена, со всей дури грохнув стакан о стойку. И как он не разбился только?

Камилла хохотнула, но тут же взяла себя в руки.

— Резкие перепады настроения, неконтролируемое поведение, крайняя степень возбуждения, — поставил диагноз доктор Варант.

— Может быть, поедем домой? — Камилла заискивающе улыбнулась и постаралась ухватить меня под руку. И такое ее поведение еще больше вывело меня из себя.

Хотя, кого я обманываю, меня злило, что этот… этот… который Александр Варант, молча сидит напротив и смотрит на меня каким-то отчужденным взглядом. А ведь совсем недавно так обнимал нежно, к себе прижимал, от родственничка своего спас. Ведь спас же!

Стоило Камилле позвонить, как тут же примчался, как будто у него своих дел не было. А теперь просто сидит и смотрит так… так… как будто и не знает меня совсем или, что еще хуже, так, словно я — его пациентка. Последнее предположение вкупе с выпитым алкоголем, приправленное недавними переживаниями, да еще и на пустой желудок, сделало свое дело, меня немного штормило, перед глазами все расплывалось, но я тряхнула волосами, гордо заявила:

— Я иду веселиться! — и пошла, правда, не в ту сторону.

Догонять меня никто не стал, и это разозлило еще больше. И танцевать расхотелось, а вот плакать, наоборот захотелось неимоверно. Но не реветь же посреди танцпола, а потому я взяла курс на комнату отдыха.

Оказавшись в небольшом вестибюле, где можно было присесть на низкие диванчики и отдохнуть от громкой музыки и танцев. Ну, это в идеале, а вообще, для чего только эту мебель не использовали сообразительные посетители, мне даже и представить было страшно.

Потому садиться я не стала, а просто прислонилась к стене, закрыла глаза и постаралась дышать глубже и размереннее. Не помогало. Перед глазами все кружилось, а стоило закрыть их, как казалось, что кружиться начинаю уже я. Отвратное чувство, если честно. Я давно так не напивалась, то есть… почти вообще никогда. Первый и единственный раз, исключая сегодняшний, был около трех лет назад на вечеринке в кампусе. Но, то были студенческие времена, тогда все воспринималось совершенно иначе.

Когда он вошел в вестибюль, я почувствовала. Не услышала, а именно почувствовала. Не знаю, как это происходит и почему, но мне казалось, что я смотрю сквозь плотно сомкнутые веки и вижу, как Александр Варант с ленивой грацией хищника приближается ко мне. Подошел почти вплотную, замер, внимательно разглядывая, потом протянул руку и аккуратно, почти нежно стер следы недавних слез с моей щеки. Открывать глаза мне не хотелось совершенно. Было хорошо. А еще мне вдруг вспомнилось то видение в морге. И стало жарко, и сердце заколотилось со страшной силой, и…

— Как ты? — вопрос он задал тихо, но в голосе откровенно различались тревожные нотки.

— В порядке, — открывать глаза мне не хотелось, но я все-таки сделала это и посмотрела на Алекса, который стоял очень близко, так близко, что знакомый запах щекотал ноздри, мне казалось, что я ощущаю его дыхание на своей коже, от сильного тела веяло теплом…

То, что произошло дальше, я могу объяснить только количеством выпитого алкоголя, собственной неадекватностью, магнитными бурями, природными катаклизмами… Я сама сделала первый шаг, подняла руки, прикоснулась к его груди, медленно провела ладонями вверх и зарылась пальцами в его волосах на затылке. Серые глаза манили, затягивали словно омуты, и я совсем перестала соображать. Когда наши губы соприкоснулись, мне показалось, что произошел взрыв. Весь мир вокруг исчез, просто растворился в череде непередаваемого словами наслаждения. Горячая волна экстаза налетела, смывая все грани, оставляя нервы оголенными до предела, растворяя все на своем пути. Я потерялась в ощущениях, забыла обо всем на свете, ничего больше не существовало, кроме нас двоих. Сколько это длилось: мгновение или вечность, не знаю. Я потеряла счет времени, напрочь забыла, что мы находимся в клубе, и в любой момент нас могут увидеть, мне не было ровно никакого дела до того, что меня прижимают к не совсем чистой стене, лишь хотелось, чтобы прижали сильнее.

«Это сумасшествие», — мелькнула в голове мысль, когда на мгновение я оторвалась от него, чтобы вздохнуть — воздуха не хватало совершенно.

— Значит, не я один сошел с ума, — хрипло произнес Алекс, прижимая меня к себе еще сильнее.

— Снова думаю вслух? — я прижалась лбом к его плечу, пытаясь выровнять дыхание. Ответом мне был тихий смех.

Следующий поцелуй был совсем не таким. Александр взял в ладони мое лицо, пристально посмотрел в глаза, обвел пальцами контуры скул, губ. Я следила за каждым его движением, жмурясь от удовольствия, как кошка, тонула в серебристом сиянии его глаз, наслаждалась каждым прикосновением. Этот поцелуй был медленным, нежным. Теперь я не горела, я плавилась, медленно растекалась карамелью. И снова мир исчез, растворился в тумане нежности и наслаждения, грани смыло волной, тягучей и сладкой, словно мед.

Мне было мало, хотелось снова почувствовать горячую лаву, проносящуюся по венам и выжигающую все изнутри. Я не хотела нежности, мне было нужно нечто совершенно иное. И Алекс понял, крепче прижал меня к себе, углубил поцелуй, его руки стиснули сильнее, скользнули вдоль моего тела, вызывая в крови пожар желания.

Я перестала сдерживаться, до боли хотелось прикоснуться к нему, почувствовать тепло кожи, одежда мешала и, плохо соображая, что делаю, я рванула на нем рубашку. То, что нас могли увидеть, меня не волновало совершенно. В этот конкретный момент для меня не существовало ничего, кроме него, первого мужчины, который был способен вызывать во мне такие чувства и эмоции, который смог заставить забыть о том кто я, где мы находимся, отринуть все правила и принципы, что я лелеяла с самого детства, сломал грани моего личного отчуждения.

Где-то хлопнула дверь. Этот звук резко ударил по моим оголенным нервам, прозвучав, словно выстрел. Я пришла в себя, наваждение слетело с меня, как шелковое покрывало, оставляя после себя легкий след неудовлетворенности. Я отстранилась, прижалась лбом к его плечу, пряча лицо, пылавшее от нахлынувшего разочарования, и пытаясь восстановить дыхание, но хотелось мне совершенно иного.

— Не здесь, — хриплый шепот достиг моего сознания, словно сквозь слой ваты. — Идем.

Он обнял меня за плечи, прижал к себе. Думать не получалось, мысли даже на мгновение не задерживались в моей голове и ускользали, как песок сквозь пальцы. Я просто шла рядом, не желая даже на миг разорвать объятие. Мне казалось, что если он меня отпустит, если перестану чувствовать прикосновение теплой ладони к своей разгоряченной коже, то упаду, потеряюсь среди всех этих людей, не смогу найти свой маяк, свой ориентир во всем этом огромном мире.

До безумия нравилось, что его руки не горячие, а именно теплые. Они не обжигали, а лишь согревали, даря уверенность и чувство безопасности. А легкое касание порождало целое буйство фантазий, по сравнению с которыми та картинка из видения была совершенно невинной.

Я плохо помню как мы пробирались через зал, знаю только, что меня так никто и не коснулся. Алекс какой-то своей врожденной способностью заставлял всех присутствующих расступаться перед нами, обходить стороной. А на громкую музыку и шум, я не обращала внимания, слишком была поглощена собственными ощущениями и предвкушением того, что должно было произойти вскоре.

Мы вышли на крыльцо перед клубом, от резкой смены температуры меня передернуло, по плечам пробежал озноб. Алекс тут же обнял меня и провел ладонями по обнаженным рукам.

— Подожди здесь, — прошептал он, легко целуя меня. — Подгоню машину. Не выходи под дождь.

И только после его слов, я огляделась вокруг и с удивлением заметила, что асфальт поливают сильные струи воды. Пока мы были в клубе, пошел дождь, и не просто дождь — а настоящий ливень. Да и похолодало заметно.

Александр отступил на шаг, внимательно посмотрел на меня, нежно улыбнулся и просто растворился в темноте. А я, лишенная его тепла и поддержки, обхватила себя руками за плечи, пытаясь хоть немного сохранить на обнаженной коже ощущение его прикосновений. Но постепенно, в голове прояснялось, наваждение покидало меня, только на этот раз оставляло за собой горечь и стыд. Пришло осознание того, что только что произошло, не оставляя возможности оправдаться перед собой. Я напилась, вела себя как… как…

Глухо застонала, вспоминая все, что творила в вестибюле, вцепилась пальцами в волосы и с силой дернула, желая лишь одного, чтобы все это оказалось сном, бредом разгоряченного воображения или очередным видением, неизвестного происхождения. Первой здравой мыслью было бежать, скрыться отсюда, и уже потом, дома, под одеялом дать волю истерике. Я сделала шаг вперед, выходя из-под козырька перед крыльцом. Но стоило на меня попасть первым каплям дождя, как тут же рванула обратно, прижалась спиной к стеклянной двери входа и закрыла глаза. Трусиха, какая же я трусиха. Испугалась какого-то дождя, а вот о том, как буду смотреть в лицо Александру, я не подумала. Тут же снова возникла мысль о побеге. Но реализовать ее я не успела, пока собиралась с силами, раздался шум подъезжающего автомобиля, в свете фар ровные струи дождя выглядели загадочно и, в другой раз, я, наверное, залюбовалась бы ими. Всегда любила дождь, воспринимала его как очищение, обновление, начало чего-то нового, но сейчас просто не могла думать, ни о чем, кроме того, как выйти из сложившейся ситуации.

Не надо быть гением, чтобы понять на какое продолжение рассчитывает доктор Варант. А я? Хочу ли этого я? Зачем обманывать саму себя, думала я, закусив нижнюю губу и наблюдая за тем, как он приближается, хочу, жажду… но… нет. Третий пункт из повестки Камиллы на сегодняшний вечер я реализовывать не буду, потому что… потому что… а почему?

— Замерзла? — он оказался рядом слишком быстро, провел ладонями по моим обнаженным плечам, вызывая дрожь во всем теле, и заглянул в глаза.

Я снова потерялась, начала растворяться в его взгляде и лишь краем сознания отметила, что он не вымок под проливным дождем. Не желая снова сходить с ума от желания, уцепилась за эту мысль, пытаясь вернуться в реальность и снова контролировать свое тело и мысли. Мне это удалось…ну, почти. Глядя в серые глаза и ощущая прикосновение теплых рук к обнаженной коже, я все еще растворялась в ощущениях и выпадала из реальности, но очень сильно старалась вернуться обратно.

Он почувствовал перемену в моем настроении и взглянул слегка встревожено, вероятно, пытаясь понять, что случилось и приступить к более активным действиям. Этого я допустить не могла.

— Хочу домой, — прошептала одними губами, не рассчитывая, что он расслышит меня из-за шума дождя.

Алекс прижал меня к себе, обнимая за плечи, и осторожно повел к машине. Я съежилась, ожидая, что холодные струи, ниспадающей на землю воды, вымочат меня до нитки, но, к удивлению, на меня не упало ни капли.

Я даже подняла вверх голову, желая рассмотреть зонт, но натолкнулась на веселый взгляд Александра Варанта.

— Я все-таки маг, — улыбнулся он, открывая передо мной дверь машины и помогая устроиться на переднем сидении. Затем лично пристегнул меня ремнем и лишь после этого захлопнул дверцу.

Закрыла глаза и постаралась отрешиться от окружающего мира. В неравной борьбе между разумом и чувствами откровенно выигрывали вторые. Со мной никогда раньше не происходило ничего подобного. Я всегда смеялась над подругами, которые рассказывали, как они теряли связь с реальностью от одного лишь поцелуя или взгляда на понравившегося парня, сама же никогда ничего подобного не испытывала, даже не предполагала, что такое может произойти со мной.

Трезво оценить ситуацию у меня не получалось, мысли то и дело сбивались, воображение подкидывало картинки, от которых теперь начинали алеть щеки, снова и снова услужливая память воскрешала детали давнего видения. Обыгрывая каждое движение, каждый вздох, фантазируя о том, что могло бы дополнить картинку.

Я сдалась, сил сдерживаться просто не осталось, закрыла лицо руками и в очередной раз глухо застонала. Машина остановилась, и это немного привело меня в чувство. Осторожно опустила руки и посмотрела сквозь мокрое стекло.

Он привез меня домой… только не ко мне.

Шорох со стороны водительского сидения отвлек меня от созерцания того, как открываются огромные ворота, пропуская машину во двор. Судя по размерам, домик явно не маленький. А по тому, что ворота закрылись за нами автоматически, сбежать отсюда будет совсем не просто.

— Эй, все в порядке? — Александр склонился надо мной, пытаясь заглянуть в глаза, провел костяшками пальцев по моей щеке, затем скользнул по этому следу губами.

Я вздрогнула, впилась ногтями в ладони, стараясь вернуть себя к действительности. Мимолетная боль помогла. Распахнув глаза, старалась поймать взгляд серых глаз, но он не смотрел на меня, нежно обводил пальцами контуры моего лица. Я сглотнула и, собрав всю решительность и остатки смелости, открыла рот, чтобы попросить отвезти меня домой, сказать, что не хочу оставаться с ним здесь, не желаю…

— Спи, — тихо прошептал Александр Варант, обжигая нежную кожу горячим дыханием.

Темнота навалилась на меня, словно теплое одеяло, затягивая в водоворот из которого было не выбраться, веки стали слишком тяжелыми, и пришлось закрыть их, мысли разбежались, и я погрузилась в сон.