Глава 8

Александр развернулся и вышел из помещения, а я стояла босиком на холодном полу и, открыв рот, следила за ним. Что это сейчас было? Что вообще происходит в этом ненормальном участке и со мной в частности?

— Идем, — тихо скал Ройс, оказываясь совсем рядом и осторожно прикасаясь к моему локтю. — Не думай об этом сейчас, все равно ты ничего не сможешь поделать.

— Что? — я произнесла это тихо, практически беззвучно, поворачиваясь к Ройсу. — Да что?!

— Тихо, ты все равно ничего не сможешь поделать. И не смотри на меня таким уничтожающим взглядом. Я виноват во всем происходящем не больше остальных, — отрезал Ройс и уже настойчивей потянул меня на выход из помещения.

— Да что происходит? — я была на грани истерики. Все эти тайны, недомолвки, загадки, то, что происходит со мной — все это не просто выбивало из колеи, а пугало меня.

— Лиза, не происходит ничего, чего бы тебе стоило бояться. Поверь мне. Я могу представить все, что ты сейчас чувствуешь и думаешь, но для тебя же будет…

— Не надо говорить мне, что будет лучше для меня, — резко оборвала я невнятные объяснения стража. Нервы были на пределе, мне было страшно и очень хотелось что-нибудь разбить, желательно об эту светловолосую голову.

— Я ведь могу применить силу, — он сказал это очень спокойно, ни капли не угрожая, но мне стало еще больше не по себе.

— Силу? Да какого черта все это значит?! Я никуда не пойду, пока ты не объяснишь мне, что со мной?! — я все-таки решила стоять на своем до конца. Да, у меня были сомнения в том, что все, что здесь происходило — это плод моего больного воображения, но…но… я хотела знать все. Здесь и сейчас и меня не устраивали недомолвки.

Ройс не стал спорить и что-то мне объяснять, он просто подхватил меня и закинул себе на плечо, как куклу какую-то. И его не могло ничего остановить, он просто не обращал внимания на мои крики и требования поставить на место.

— Ладно, я не буду требовать у тебя все мне рассказать, но хотя бы туфли ты мне позволишь найти или мне так и оставаться босиком, — не знаю, с чего я вдруг вспомнила про то, что моя обувь отсутствовала на положенном месте, но это подействовало. Ройс остановился и очень аккуратно поставил меня на пол.

— Стой здесь, молчи и не смей шевелиться, — скомандовал этот… этот… страж, а сам направился обратно к каталке, под которой сиротливо лежали мои туфли, купленные тетей Джинал всего пару недель назад.

Он наклонился, подхватил мою обувь, забрал с каталки сумочку и вернулся ко мне. Да, я стояла на том же месте, где он меня оставил, и во все глаза следила за действиями стража.

— Держи, — он протянул мне мою обувь. — Одевай и пошли уже, а то мы и так задержались в морге дольше, чем я рассчитывал. Надо еще взять у Варанта ключи от машины, а то вряд ли ты сможешь выдержать поездку на моем мотоцикле.

— У меня есть своя машина, — недовольно буркнула я, раздумывая над словами Ройса.

Они здесь все ненормальные, и я обязательно выясню, что происходит, но только потом. Сперва мне надо подумать обо всем хорошенько. И, если я правильно поняла намеки Варанта, то завтра мне стоит устроить капитану форменный допрос. Ну, что же, до завтра я потерплю, но если они опять начнут темнить…

На парковке, Ройс отобрал у меня ключи от машины, сам открыл ее, помог мне сесть и настоял на том, чтобы я пристегнулась. Ехали мы молча. Я все еще проигрывала в голове все те события, которые произошли сегодня, а о чем думал «моя нянька на первое время» понятия не имею.

А потом меня вдруг осенило: Ройс вез меня домой в первый раз, но он не спросил адрес, а дорогу выбирал безошибочно. Я не удержалась от вопроса:

— Откуда ты знаешь, где я живу?

— С чего ты взяла, что я знаю? — не слишком убедительно попытался отвертеться Ройс.

— С того, что ты не спросил у меня адрес, а поворачиваешь все время правильно, — злость прошла, усталость и плохое самочувствие тоже. Чувствовала я себя очень бодрой и отдохнувшей. Даже не так, мне казалось, что все мое тело звенело от переполнявшей его энергии. Ни тошноты, ни головокружения, ни каких-либо иных признаков недавнего недомогания не наблюдалось. Вакцина доктора Варанта оказалось действенной, если все это, конечно, правда. А я почему-то очень сомневаюсь, что мое состояние можно оправдать тем, что я подхватила какой-то вирус. Хотя, может меня, и заразили чем-то необычным? Да, ну! Полный бред, это я слишком сильно стала увлекаться фантастикой.

— Посмотрел в твоем личном деле, — ответил Ройс, но по тому, как он поджал губы, я сделала вывод, что все это не совсем правда.

— Ну, ну. Сделаю вид, что поверила, — пробормотала я и отвернулась к окну.

Ройс помолчал какое-то время, а потом спросил:

— Что так вывело тебя из себя при разговоре с Триком? Ты была сама не своя, когда вышла из его кабинета.

И вот я понимала, что он просто хочет перевести тему и отвлечь меня, но упустить такой шанс прояснить хоть что-то по поводу убийства в «Серебряной черепахе» просто не смогла. И я принялась рассказывать ему, все, что мне удалось узнать, все, что я сама додумала и мои замечания по поводу некачественной работы Антона.

— То есть, ты считаешь, что, несмотря на то, что Говарда Брокена поймали буквально с поличным, он все равно не совершал этого убийства?

— Не знаю. То есть я не уверена, что он совершил убийство сам, в одиночку. Он просто не смог бы все это провернуть без посторонней помощи.

Ройс нахмурился и поджал губы, я следила за каждым его движением, за любой эмоцией, промелькнувшей на красивом лице.

— И администратор тоже что-то скрывает, — продолжила я.

— Дело закрыто, — покачал головой Ройс. — Преступник найден и понесет наказание.

— А то, что Говард Брокен находится в невменяемом состоянии…

— После медицинского освидетельствования, если будет доказано, что у него присутствуют какие-либо психические отклонения…

— Ой, да перестань! — не удержалась от скепсиса я. — Медицинское освидетельствование пройдет так же, как и следствие по делу? Даже я заметила нестыковки и предположила, что в этом деле намного больше нюансов, чем отражено в материалах и отчетах.

— Вот как, — усмехнулся Ройс. — А ты уверена, что стоит возобновлять расследование? Что стоит копать дальше?

— Уверена, — я упрямо тряхнула головой. — Даже если Говард Брокен и виновен в преступлении, он не мог совершить его в одиночку. И потом, в материалах допроса администратора мотеля упоминается некий постоялец, покинувший номер, в котором было найдено тело Линды Маруанти. Он покинул номер около полуночи, а согласно отчету доктора Варанта, — я невольно поморщилась, произнося имя судмедэксперта, — Линда умерла вскоре после этого. То есть в промежутке между полуночью и половиной первого. А ведь ее еще порезать должны были. Ты видел, как они ее искромсали? Да на ней места живого не было, и вместе с тем порезы были не слишком глубокие. Здесь я не очень хорошо разбираюсь, но меня беспокоит еще тот факт, что она не сопротивлялась, пока на ее теле вырезали все эти узоры. И вообще, вопросов много, — наконец я выдохнула и с надеждой посмотрела на стража.

— Она была под действием наркотиков. Потому и не сопротивлялась, — неуверенно произнес Ройс.

— Нет, не была и токсикологическая экспертиза это подтвердила, — продолжала настаивать на своем. Мне отчего-то было очень важно, чтобы он мне поверил, услышал меня, а не выставил, как капитан.

— Ты говорила об этом шефу? — вдруг спросил Ройс.

— Да, но капитан и слушать меня не стал. Отмахнулся, как будто я дитя неразумное, — в моем голосе все еще слышались нотки обиды, Ройс усмехнулся.

— Он действительно не желает, чтобы ты начала копаться во всем этом, — очень тихо произнес страж. — Но, предупреждаю все твои вопросы: это не потому, что ему надо закрыть дело и все равно, кто виноват. Трик — страж до кончиков волос и он живет работой. Все дело в тебе.

Как будто от этого объяснения мне стало что-то понятно.

— Что ты хочешь этим сказать? — я с подозрением покосилась на Ройса.

- Только то, что его оговорка о твоем «особом положении» — это не намек на что-то неприличное. Поверь, если бы не он, то сегодня все могло закончиться весьма печально для тебя, — еще более напустил туману Ройс.

Я открыла уже рот, чтобы завалить его вопросами, относительно произошедшего сегодня, но страж покачал головой.

— Я не буду тебе ничего рассказывать. Просто не имею на это права. Но, если хочешь что-то узнать — поговори с Джинал.

У меня все внутри похолодело.

— Что?! Тетя Джинал? Моя тетя Джинал?.. — я просто не могла сформулировать фразу до конца. Что все это значит? Что такое может мне сказать тетя? — Откуда ты знаешь тетю Джинал? — это было все, что я смогла произнести.

Ройс улыбнулся уголками губ и ответил:

— Спроси об этом у нее. Я больше ничего не скажу.

Вот и поговорили. В результате, лучше бы он вообще молчал, потому, что теперь меня терзают совсем уж тревожные мысли. Но, раз Ройс говорит, что моя тетя что-то скрывает от меня, то сегодня я устрою ей форменный допрос. И выясню все, что она знает.

Занятая своими мыслями, я перестала следить за дорогой, а когда все-таки подняла глаза и посмотрела в окно, поняла, что едем мы куда-то не туда.

Я уже открыла, было, рот, поинтересоваться у Ройса, куда он меня везет, как страж сам опередил меня:

— Я решил, что мы наведаемся в «Серебряную черепаху» и еще раз поговорим с администратором.

Эта его фраза настолько потрясла меня, что я так и застыла с открытым ртом, а в голове проносились тысячи различных мыслей, но только одна из них вводила меня в состояние необъяснимой эйфории: «Мне поверили!» Ройс поверил в мои доводы и теперь хочет самостоятельно убедиться в том, что я права.

Плохо соображая, что делаю, я с визгом бросилась ему на шею. Страж опешил от такого моего проявления чувств и, чертыхнувшись, съехал на обочину.

— Эй, эй… ты меня задушишь, — со смешком проговорил Ройс, но осторожно обнял меня, — тебе никогда не говорили, что нельзя отвлекать водителя, когда он управляет автомобилем?

Я смутилась и попыталась отстраниться. Мне не позволили. Ройс по-прежнему бережно обнимал меня и прижимал к себе, а янтарные глаза стража оказались совсем близко, как и его губы и… Я не отдавала себя отчета в том, что происходит, мне просто было уютно в его объятиях, тепло и спокойно. Ройс не вызывал во мне такой бури чувств, как тот же Александр Варант, скорее наоборот, рядом с ним я чувствовала себя защищенной. И вероятнее всего именно поэтому не стала отстраняться, когда он наклонился и осторожно прикоснулся к моим губам. Я замерла на мгновение, не отодвигаясь, но и не отвечая на его поцелуй, а страж, подбодренный тем, что его не послали куда подальше, продолжил уже с большим энтузиазмом.

— Прости, — пробормотала, не поднимая глаз, когда он все же отстранился.

— За что? — его голос прозвучал слегка хрипловато и от этого у меня мурашки по всему телу побежали.

— За то, что из-за меня мы едва не попали в аварию… — несмело продолжила я, поглядывая на него из-под ресниц. — Но мне важно, что ты мне поверил и…

— Я так и понял, — хмыкнул страж и снова включил зажигание.

Оставшуюся часть дороги до «Серебряной черепахи» мы ехали молча. Я чувствовала себя немного странно и неловко из-за поцелуя, а о чем думал Ройс — понятия не имею.

«Серебряная черепаха» явно знавала лучшие времена. Старое одноэтажное здание с плоской крышей, создавало впечатление, будто его кто-то придавил к земле чем-то невидимым и тяжелым. Небольшие окна, облупленная штукатурка резко контрастировали с почти новенькой неоновой вывеской. Наверное, хозяин этого заведения выложил немаленькую сумму на ее изготовление. Возможно, таким образом, он старался привлечь посетителей к своему заведению, но, как по мне, так лучше бы он само здание отремонтировал, крышу перекрыл, а, то вон с одной стороны она, кажется, уже порядочно обвисла.

Небольшая заасфальтированная площадка перед входом в мотель была абсолютно пуста. Что говорило само за себя — это заведение переживает не лучшие времена.

Слабые порывы летнего горячего ветра разносили по всей территории мусор. Кто-то перевернул урну, и теперь обрывки газет, упаковки от чипсов и сигарет и, кто там знает, какое еще богатство, было художественно разбросано вокруг.

— Я не могу понять, — пробормотала, осматривая окружающий пейзаж.

— Что? — спросил Ройс, открывая дверь, чтобы выйти из салона моей машины.

— Что Линда Маруанти здесь делала?

Мой спутник пожал плечами и остановился, ожидая пока я, в свою очередь, выберусь из машины.

— Может, у нее было здесь свидание с кем-то, кого могла не одобрить ее семья? — высказал предположение страж.

— В этом гадюшнике? — не смогла я сдержать отвращения к этому месту.

Ройс передернул плечами и улыбнулся мне уголками губ.

— Кто там знает? Женщины, — многозначительно произнес он.

— Что ты имеешь в виду? — возмутилась я. — Я тоже женщина, но, ни за что не согласилась бы на свидание в подобном клоповнике. Здесь совсем не… романтично, — завершила я свою тираду. — Почему она не назначила встречу в более подходящем месте?

— Не хотела быть узнанной? — ответил страж, направляясь к входу.

— Так боялась родных, что предпочла оказаться в таком отвратительном месте? Не поверю, — я снова упрямо мотнула головой.

- Все может быть. Маруанти, вообще, не самые приятные люди в общении. Я помню как отец пострадавшей, брызгая слюной, требовал найти убийцу до того, как выяснилось, что… — Ройс замолчал на полуслове.

Я подождала несколько секунд, ожидая, что он закончит фразу, однако, судя по всему, договаривать страж не собирался.

— Что выяснилось? — нетерпеливо спросила сама.

— Так, пустяки. Это не относится к делу. Идем, — и он продолжил путь.

— Ты не можешь быть совершенно уверен в этом, — я поспешила следом, пытаясь все-таки вытрясти из него подробности. — Пока убийство не раскрыто и преступник не найден, к делу может относиться все, любая мелочь.

— Преступник найден и его ждет суд, — отрезал страж.

Я резко остановилась и сложила руки на груди, с негодованием уставившись в спину Ройса. Страж не обращая на меня внимания, продолжал идти к двери, но, не дойдя нескольких шагов, остановился, развернулся и подошел ко мне. Сложил руки на груди, практически повторив мою позу, и с улыбкой принялся меня рассматривать.

А я начала злиться, меня бесила сама ситуация. Сколько можно?!

— Мне надоело, что от меня все время что-то скрывают, — нарушила затянувшееся молчание. — Ты не хочешь говорить о том, что произошло в морге, о том, что творится со мной, но ты не имеешь права утаивать от меня информацию по делу.

— Вот как? С чего такие выводы? — этот гад даже ни капельки не смутился и продолжал стоять напротив меня все в той же расслабленной позе, еще и улыбался, покровительственно как-то. — Тебе никто не поручал расследовать это дело. Ты даже не полноценный страж. Поэтому я не обязан раскрывать тебе всю информацию.

Я просто задохнулась от возмущения. Вот гад! Все предусмотрел, все-то он знает! И тут меня буквально сразило догадкой:

— Материалы дела подтасованы! — буквально выдохнула я — Дело поспешили закрыть и свалить вину на первого попавшегося несчастного.

На лице Ройса не дрогнул ни один мускул, и поза оставалась все такой же расслабленной, но в янтарных глазах что-то мелькнуло, всего на мгновение, но этого хватило, чтобы я заметила и еще больше уверилась в том, что права.

— Ты понимаешь, о чем говоришь? — голос стража был спокоен, даже холоден, но мне послышались в нем немного рычащие нотки, совсем чуть-чуть, но это было так… так неожиданно, странно. И я вдруг поймала себя на мысли, что не боюсь. Вот совсем, ничуточки не боюсь, меня полностью захватило чувство какой-то эйфории, необъяснимого восторга от собственной догадки, и я продолжала высказывать свои предположения вслух:

- Антон вовсе не завалил все дело, как я сразу подумала. Это вы просто напросто собрали не все документы! Но зачем? Ведь Говарда Брокена посадят в тюрьму! А он… а он, вообще, виноват? — я уже почти кричала, но на Ройса ничего не подействовало.

Всего одно движение и он оказался совсем близко, просто перетек из одного положения в другое, схватил меня за плечи и слегка встряхнул.

— Доказательств того, что он невиновен в преступлении нет. А твои выводы почти верны, — на последней фразе он улыбнулся уголками губ. Странное дело, я совершенно не ощущала угрозы. Не боялась его, даже, несмотря на то, что только что обвинила в подтасовке фактов и умышленном укрывательстве, Ройса я не боялась. Какое-то внутреннее чутье (сама удивилась его наличию) как будто подсказывало мне, что причин для страха у меня просто нет.

— Но это же не честно, — пробормотала скорее чтобы себя убедить. — Так нельзя.

— Выхода не было, — Ройс отпустил меня и снова улыбнулся. — Я уже говорил, что Маруанти не самые приятные люди. А еще они богаты и достаточно влиятельны. Вот папаша убиенной Линды и подсуетился, чтобы дело было закрыто как можно скорее.

— Это ее семья настаивает на обвинении против Говарда? — я растерялась. Как так можно? Зачем мешать страже найти убийцу собственного ребенка и пытаться обвинить в преступлении кого-то еще?

— Ему все равно, кто ответит за это преступление. Главное, чтобы имя не трепали.

— Бред. Это невероятно глупо. Они знакомы с Брокеном? Он им чем-то мешает?

— Насколько я знаю, нет, не знакомы. И Линда тоже, вроде бы, не знала его. По крайней мере, об этом все твердят. А что касается желания папаши Маруанти повесить убийство дочери на первого встречного, — Ройс пожал плечами. — Это жизнь и ты должна быть готова к подобному, если хочешь стать стражем. А теперь пойдем. Мне хочется поговорить с Ярыном относительно твоих предположений, — Ройс опять улыбнулся, демонстрируя прекрасную осведомленность нюансов данного дела, и, ухватив меня за руку, потащил к двери.

Я не сопротивлялась, просто задумалась о том, насколько странными бывают люди, особенно те, у кого много денег и власти. Вот, например, Маруанти. Ему все равно, что убийца дочери, единственной, кстати, разгуливает на свободе. Ради собственного спокойствия, он готов обвинить в преступлении первого встречного и спустить на него всех собак.

А еще я вдруг поняла, что Ройс очень грамотно перевел тему и отвлек меня от того, о чем говорить ему явно не хотелось. Вот жук! Подкинув мне известие о том, что отец пострадавшей, готов спустить всех собак на кого угодно, он правильно вызвал мое праведное возмущение этим фактом, а сам не сказал ничего из того, что мне хотелось бы знать.

Я хмыкнула, улыбнувшись. Должна признать, теперь я на него не злилась, наоборот. Восхищалась подобным умением уводить разговор в сторону. Мне бы так научиться!

Занятая подобными размышлениями, я почти пропустила тот момент, когда мы оказались внутри мотеля "Серебряная черепаха".

Интерьер холла был не намного лучше, чем общее состояние здания снаружи. Старая мебель, потертые и заляпанные чем-то неопознаваемым ковровые покрытия. Стены, с потрескавшейся краской непонятно-грязного цвета, увешаны выцветшими репродукциями и деревянными рамками с засушенными лет двадцать назад букетами, со старомодных светильников, которые не чистились, наверное, лет пятьдесят, свисали липкие ленты с прилипшими к ним мухами. Да и пахло здесь отвратительно. Я непроизвольно поморщилась, продолжая осматриваться по сторонам. Все равно, мне трудно поверить, что Линда Маруанти по своей воле появилась в этом месте. Это просто немыслимо. Даже, если Ройс прав, и она не хотела быть узнанной, то в этом клоповнике красивая, ухоженная хорошо одетая девушка точно привлекла бы внимание.

— Я все равно не верю, что она сама пришла сюда, — пробормотала я, и тут же почувствовала, как Ройс слегка сжал мои пальцы. Он не обернулся и не замедлил шаг, направляясь к стойке администратора, но, таким образом, давал мне понять, что лучше помалкивать. Хорошо, я помолчу. Но потом он все равно не отвертится и расскажет мне все, что знает и что не знает — тоже расскажет. Потому что, я начинаю злиться, а когда я злая — это чревато.

Мой взгляд все еще скользил по старой мебели и обшарпанным стенам мотеля, и натолкнулся на даму, находившуюся на месте администратора.

Я даже споткнулась, заметив ее. Нет, я вообще придерживаюсь достаточно свободных взглядов. И в принципе неплохо отношусь к различного рода неформальным группировкам и обществам. Мне обычно все равно, как кто одевается, или проявляет себя через внешний вид, но вот конкретно этот экземпляр стареющей красотки заставил меня поежиться. Волосы, испорченные частым осветлением были высоко начесаны и уложены с помощью такого количества лака, что окажись эта дама в непосредственной близости от открытого огня — вспыхнет как факел. Лицо, шея и морщинистая область декольте густо замазаны средством для макияжа, пудрой или еще чем-то, чему у меня нет названия, отчего морщинки стали еще более заметны и все лицо напоминало глиняный горшок, испещренный мелкими трещинами. Макияж и вовсе не оставлял равнодушным. Едва завидев нас, дама приняла, по ее мнению, соблазнительное положение, слегка прогнувшись в спине и, буквально, вывалив на стойку внушительный бюст. По краю ярко алой кофточки виднелись пятна от косметики, а на декольте кое-где проскальзывали плохо замазанные участки. После этого, это чудо растянуло щедро вымазанные красной помадой губы в приветственном оскале. Мне захотелось сбежать отсюда, как можно дальше.

Я рассчитывала, что мы встретим здесь того самого администратора, который дежурил в ночь смерти Линды. Но, нам не повезло, потому что эта особа, явно не походила на господина Ярына.

— Чем могу быть полезна? — хриплым и, вероятно, с намеком на томность, голосом произнесла дама, окидывая Ройса таким плотоядным взглядом, что мне стало не по себе.

Стоит отметить, что лично я была удостоена всего лишь одного взгляда, в котором проскользнуло что-то похожее на превосходство.

Это что такое? Вот эта обезьяна, в самом деле, считает себя лучше меня? Во мне стало подниматься раздражение, смешанное с каким-то странным желанием подойти и вцепиться этой курице в волосы, приложить ее пару раз разукрашенным лицом об когда-то давно полированную поверхность стойки.

А Ройс, совершенно не обращая внимания на плотоядный взгляд этой неприятной женщины, достал из кармана пластиковое удостоверение стража, обворожительно улыбнулся, отчего дама за стойкой едва из кофточки не выпрыгнула, и произнес, немного мурлыкающим голосом.

— Добрый день. Мне необходимо поговорить с господином Ярыном. Где я могу его найти?

Женщина за стойкой ни капли не смутилась, только улыбнулась еще шире, обнажив желтые зубы, и накручивая на палец прядь обесцвеченных волос, и кокетливо стреляя глазками, произнесла:

— Так его нет. Он выходной сегодня. А может, я вам помогу?

Меня так и подмывало фыркнуть в голос, но я сдержалась. Издав лишь какой-то полузадушенный писк. Ройс скосил недовольный взгляд на меня, а потом, еще шире улыбнувшись, ответил:

— Вряд ли. А где мы можем найти Ярына?

— А я откуда знаю? — она слегка скривилась. — Он мне не докладывается.

— В таком случае, мы пройдем в номер, где произошло убийство, — я тоже решила, наконец, заявить о себе. Адрес Ярына в случае можно будет потом уточнить у дежурного стража, а вот посмотреть на место преступления мне очень хотелось. Даже сама не знаю, откуда это желание появилось, но моя интуиция, просто кричала, что мне надо туда попасть. А еще мне хотелось поскорее убраться из этого места. Запах затхлости, весь вид запустения и эта курица, которая строила глазки Ройсу, стали меня изрядно нервировать.

Администратор смерила меня пренебрежительным взглядом и недовольно произнесла:

— Так там же ваши уже давно все обсмотрели. И даже убрались за собой. Не на что там смотреть.

— И все же. Мы пройдем, — я схватила Ройса за руку и потащила его в открытую дверь, за которой находился коридор.

— Что с тобой? — возмутился страж, — ведешь себя очень странно и крайне невежливо.

— А с кем мне быть вежливой? С этой курицей? Нет уж, увольте. Она меня раздражает всем своим видом, — буркнула я в ответ и резко затормозила.

— Идем, — на этот раз Ройс сам взял меня под локоть и осторожно потянул за собой. — Комната, в которой совершили убийство Линды дальше по коридору. Не думаю, что после того, как стражи и криминалисты там все осмотрели, в нее кто-то вселялся. Сможешь посмотреть на все, если тебе так сильно хочется. Только вот, следы преступления там смыли.

— Неважно, — помотала я головой. — Мне почему-то очень хочется увидеть это место. Сама не могу объяснить, откуда такое желание.

Ройс кинул на меня оценивающий взгляд и продолжил идти по коридору. Когда он остановился перед одной из закрытых дверей, у меня по спине побежали мурашки. Отчего возникло такое чувство, будто мне туда нельзя, я не поняла. Обычная дверь, ничем не отличающаяся от десятка таких же, но я чувствовала, что что-то не так. На каком-то подсознательном уровне, что-то сродни внутреннему голосу или интуиции кричало мне, что там… опасно? Я и сама не подозревала, что у меня могут быть такие чувства, мысли, эмоции. Странные вещи творятся сегодня со мной. Но мне вдруг захотелось убежать отсюда как можно дальше, я даже непроизвольно сделала шаг назад, но было уже поздно, Ройс распахнул передо мной дверь.

Набрав в легкие воздуха, как перед прыжком в воду, я шагнула внутрь.

Что-то случилось. Что-то определенно случилось, потому что я вдруг почувствовала промораживающий до костей холод. Откуда ему взяться посреди лета в самом обычном мотеле? Я лишь поежилась и обхватила себя руками за плечи, желание бежать отсюда без оглядки, так никуда и не исчезло. Я уже хотела развернуться и уйти, сказать Ройсу, что больше не желаю смотреть на место преступления, как отчетливо заметила черный туман, который выползал изо всех углов этой комнаты. Он клубился в воздухе, распадался на отдельные дымки и снова закручивался в одну спираль, а потом просто стал надвигаться на меня огромным черным облаком. Я словно заледенела, не могла пошевелиться, воздух в легких как-то резко закончился, сознание покинуло меня.

Нечто ужасное надвигалось прямо на меня. Темное, страшное, совершенно не поддающее объяснению. Я и понятия не имела, что это такое, и просто стояла и смотрела на приближающееся черное облако, не в силах даже открыть рот, не то чтобы закричать.

Резкий рывок назад я почувствовала, когда черное облако уже почти прикоснулось ко мне. Раздался хлопок, будто кто-то захлопнул дверь, а затем меня швырнули спиной в стену. От удара я едва не сложилась пополам, но кто-то не позволил. Кто-то большой и дико горячий, был рядом, он сжимал в своих ладонях мое лицо, но я его не видела — перед глазами все еще стояла черная пелена.

— Лиза, просто дыши, — как сквозь слой ваты донесся до меня приглушенный голос. Он мне знаком? Я не помнила. Кто такая Лиза? Что этот человек хочет от меня? Или Лиза это я?

Гнев, ярость, целый букет эмоций стал закручиваться где-то внутри, сменяя леденящий холод на обжигающее тепло, мне хотелось выплеснуть все это, избавиться от всепоглощающего жара, который грозил сжечь меня изнутри, но тут, как спасение, я вспомнила насмешливый взгляд холодных серых глаз, с едва заметными ярко-синими искорками где-то в глубине. Я уже видела их. Однажды они уже звали меня за собой, манили и не позволили потеряться в небытие…

Сознание вернулось резко, словно кто-то просто включил свет в темной комнате. Черная дымка перед глазами рассеялась, кожа горела от того, что кто-то большой и очень горячий практически сжимал меня в объятиях. Я с удивлением осознала, что все еще нахожусь в мотеле «Серебряная черепаха», стою, прижатая к грязной стене в вонючем коридоре, а рядом, находится уже закрытая дверь в номер, где две недели назад произошло жуткое убийство. Все эти моменты просто всплыли в моем мозгу и я, сделав глубокий вдох, перевела горящий яростью взгляд на Ройса. Все время, что я сходила с ума, он держал мое лицо в своих ладонях и все время повторял одно и то же, просил меня дышать и звал по имени. Как только в глазах у меня прояснилось, страж отстранился, но не отошел совсем, он с тревогой смотрел на меня. И правильно! Во мне вдруг проснулась кровожадность, а еще меня до чертиков разозлило только что произошедшие события.

— Что вы со мной сделали? — я старалась говорить, четко выделяя каждое слово, чтобы не сорваться в истерику. А то, что она была близко, я чувствовала достаточно хорошо. — Какого черта происходит?! И почему все это происходит со мной?

Ройс сделал еще шаг назад и открыл рот, чтобы возразить. Ну, я не знаю, конечно, что он собирался сказать, но:

— Если ты сейчас опять начнешь нести какую-нибудь чушь, относительно того, что все в порядке, мне не о чем беспокоиться и лучше отправиться домой и поговорить с тетей, то, клянусь, я просто не знаю, что с тобой сделаю, — я произнесла все это на одном дыхании, очень стараясь не перейти на крик.

— Лиза, ты должна понять… — снова завел ту же песню страж, но, немыслимое дело, я не хотела ничего понимать, о чем тут же ему и сообщила:

— Я хочу знать, что ты и твой дружок-потрошитель со мной сделали! — я все-таки сорвалась на крик, как ни старалась этого избежать. — Мне надоели все эти ваши тайны и недомолвки! Надоело, что меня используют в темную! Надоели все вы! — я уже не отдавала себе отчета, в том, где нахожусь, что меня могут услышать, что всего в нескольких шагах от меня совсем недавно кто-то зверски убил молодую девушку, которая просто не могла оказаться здесь по своей воле. Мне было на все плевать. Прямо сейчас, мне были необходимы ответы, и я жаждала их получить любой ценой.

— Лекс будет не очень рад, когда узнает, как именно ты его воспринимаешь, — хмыкнул Ройс, нисколько не впечатлившись моей угрозой. — Мы ничего с тобой не делали! — Ройс поднял руки, как бы призывая меня успокоиться, но для моей и так, по сути уже расшатавшейся психики, это было последним толчком.

Я просто налетела на него с кулаками. Да, он был намного сильнее меня, но мне было плевать, я была готова кусаться, царапаться, я бы даже в волосы ему вцепилась, если бы это помогло.

Нет, не помогло, Ройсу понадобилась всего одна секунда и несколько движений, чтобы скрутить меня и прижать спиной к своей груди.

— Успокойся. Ты только хуже себе сделаешь, — его голос звучал совсем рядом, горячее дыхание шевелило волоски на моей шее, и из-за этого я почему-то еще больше зверела. Начала брыкаться, пытаясь вырваться из захвата, лягаться, но все было зря — держали меня крепко.

— Я же убью кого-нибудь, — вдруг произнесла, совершенно не понимая, что хотела этим сказать. — Что со мной происходит? Сразу непонятные эмоции и чувства, которые я просто не могу испытывать, теперь галлюцинации. Что вы со мной сделали? — я выкрикнула последнюю фразу, примериваясь, как бы поудобнее вцепиться зубами в загорелую руку стража, но его ответ как-то сразу отвлек меня от этой идеи.

— Мы ничего с тобой не делали. Ты родилась такой. И теперь пришла пора осваивать свое наследие и свыкнуться с этим.

Сказать, что я была удивлена — ничего не сказать, я так и застыла с открытым ртом, напрочь забыв о том, что только что хотела сделать.

— Что значит, родилась такой? К чему привыкнуть? Какое наследие? — все эти вопросы я задала почему-то шепотом, пытаясь извернуться в захвате и посмотреть стражу в лицо.

Ройс вздохнул, разжал руки, но не отпустил меня совсем, просто перевернул к себе лицом и, держа за плечи, наклонился пониже, к самому моему лицу:

— Ты веришь в сверхъестественное? — спросил он, а мне вдруг показалось, что вот сейчас я в третий раз за день грохнусь в обморок.