Глава 20
– Да что за чёрт! Куда он подъехал-то? Он же не к тому дому подъехал!
– Не кипятись. Позвони оператору и попроси проверить адрес.
– Нет. Тут есть такая штука. Чат с водителем.
– Что? Переписываться с человеком, который едет за рулем? На мой взгляд, надежнее позвонить.
– На мой тоже. Но кнопка вызова заблокирована. Странно. Первый раз с таким сталкиваюсь.
– И никаких пояснений?
– Только одно. «Водитель не слышит». Ну что за чёрт, а?! Что значит, не слышит! Бананы пусть из ушей вытащит и услышит! Ненавижу подобные накладки.
– Перестань, ничего ведь страшного не случилось. Продублируй ещё раз адрес в чат. Прочитать-то он может, – говорю с улыбкой на лице, потому что мужская напускная злость и раздражение всегда меня забавляют. Я-то теперь наверняка знаю, какой Глеб на самом деле. Очень нежный, великодушный, уверенный, надёжный, упорный. И он не боится трудностей. И никогда не боялся.
Мому Солнышку еще около трёх минут пришлось початиться.
– Вот он! Наконец-то! Явление Христа народу!
– Глеб, не кипятись, может, ему не тот адрес дали.
– Угу!
Всё-таки ситуация мне кажется невероятно забавной. Но когда я села в машину на заднее сидение за водителем, громко поздоровалась с таксистом и не получила ответа, меня это расстроило. Неприятно почему-то.
Глеб раздражённо запрыгнул (если так можно выразиться при его росте) вперёд и грозно посмотрел на незнакомого мужчину.
От того, что случилось дальше, моё сердце сжалось в комок размером с грецкий орех. Давненько на душе мне не было так печально. Аж до слёз. Как всё-таки нехорошо делать преждевременные выводы.
– Вы же к другому дому должны были подъехать!
Молодой человек с бритой головой (очевидно, он блондин – светлые брови и ресницы) дружелюбно посмотрел на клиента, энергично размахивая рукой с красивыми элегантными пальцами, как у пианиста. Не произнеся ни звука, парень ткнул ногтем в экран телефона и в извиняющемся жесте пожал плечами.
– Юль, ему, и правда, не тот адрес дали.
Глебу осталось только развести руки в стороны.
Парень широко улыбнулся, показал вверх большой палец и тронулся с места.
Он, на самом деле, не слышит. От природы. И бананы тут не при чём.
Вдруг стало невыносимо стыдно за свои мысли, мысли Глеба и наши слова. Я вижу, мой мужчина тоже расстроился. Набрал какую-то фразу в телефоне и дал прочитать водителю. Парень снова открыто улыбнулся, кивнул и вновь показал вверх большой палец. Очевидно, что он привык общаться жестами.
А я успела краем глаза разобрать мелкий шрифт.
«Всякое бывает, ничего. Мы не торопимся».
Мы, действительно, не слишком спешим. Едем в ресторан поужинать наедине и отстраниться от всего, кроме друг друга.
Между мужчинами завязался непринужденный разговор, если можно так выразиться. Общались посредством текста на телефонах, периодически активно друг другу жестикулируя.
Ещё я успела заметить, что к приборной панели автомобиля прикреплён дополнительный гаджет, наверное, личный, на котором постоянно загорается экран. В такие моменты становится видна заставка. Двое светлых очаровательных карапузов. Оба не старше трёх. Может, даже двойняшки. А водитель, видимо, их папа. На глаза вновь навернулись слёзы, и я поспешила отвернуться. Жизнь часто бывает несправедлива. Вот и этому улыбчивому и очень приятному отцу семейства вдруг захотелось немного других обстоятельств судьбы.
В конце поездки, Глеб снова протянул экран телефона с набранным текстом водителю, а я вновь успела заглянуть и узнать, о чём же они «разговаривают».
«Карта есть личная? Отблагодарить».
Таксист одарил моего мужчину невероятно искренней улыбкой и активно закивал в ответ, принимая в руки новый гаджет и по памяти вбивая туда цифры.
Мой руководитель, не задумываясь, провёл все необходимые манипуляции, и в ту же секунду загорелся экран прикреплённого к приборной панели мобильника. Благодарная улыбка с лица парня так и не сошла, а к ней добавился уже такой привычный большой палец вверх и дружеское крепкое рукопожатие.
– Приехали. Идём.
В ресторане оказалось довольно многолюдно, но наш заранее зарезервированный столик красуется своим гордым одиночеством, до блеска отполированной поверхностью и объёмной тёмной табличкой «Reserved».
После того, как мы сделали заказ, нам сразу принесли бутылку вина, а Глеб отослал официанта, намереваясь наполнять наши бокалы самостоятельно. Вообще, я лично очень сомневаюсь, что удастся полностью опустошить тару и выпить всё до дна.
– О чём задумалась?
– О том, что не особо жалую алкоголь.
– Я тоже, но на свиданиях так принято. Не помню, когда баловался в последний раз. Постоянно за рулем езжу. Да и тяга отсутствует.
Неплохо. Мне это очень нравится. В моей семье спиртное не особо приветствовалось, когда были живы родители. А сейчас мало, что изменилось.
– Юля, расскажи что-нибудь о себе.
Ненавижу такую постановку вопроса. Вот, прям терпеть не могу. Что конкретно я должна поведать собеседнику? Какого цвета на мне белье? Или излить душу тревожными моментами?
– Что именно тебя интересует?
– Например, откуда ты знаешь язык? У меня ушло очень много времени, чтобы свободно говорить на английском, а деловую переписку с иностранцами не приемлю и сейчас, хоть я и не полный профан в этом. А ты в свои годы свободно общаешься на финансовые темы.
Аааа, ну это всегда, пожалуйста.
– Это моё маленькое личное достижение. Тяга к языкам была у меня всегда. В школе я очень любила читать зарубежные книги. Начинала со словарём. Потом решила заниматься самостоятельно, чтобы добиться новых успехов. А затем у меня появился ценный шанс поехать почти на половину лета в другую страну. Это было здорово! До сих пор с улыбкой вспоминаю пожилую пару, которая так любила читать мне нравоучения. Пожалуй, с тех каникул всё и началось. Позже были всевозможные курсы, кружки по интересам, где собираются такие же, как я – желающие освоить (или просто не забыть) навык общения на другом языке. Последнее веяние – общение по интернету с иностранцами, которые желают выучить русский. Час общались на их языке, час – на моём. Всё это совершенно бесплатно. И кстати, более или менее, я ещё знаю французский, потому как он был у меня на самостоятельном изучении. Говорить мне на нём, конечно, сложновато, но прочитать вывеску смогу. Так что во Франции не заблудимся, если что, – непринуждённая атмосфера влияет на меня положительно и расслабляюще, так же как несмелые глотки вина.
– Это похвально. Я бы так не смог. Меня нужно очень сильно пинать, чтобы я от рук не отбивался и садился за «уроки». А зачем тебе это было нужно?
– Мне нравилось. Общение. Культура. Да и, хотелось, разумеется, работу с навыком общения на иностранном.
– А скажи… – мужчина хотел задать очередной вопрос, но я оказалась проворнее.
– Ну уж нет. Теперь твоя очередь. Давай, рассказывай что-нибудь о себе.
– Что тебя особенно интересует?
Меня интересуют его отношения с женщинами, конечно, но напрямую спросить я не решусь. В конце концов, сейчас это не моё дело, пусть даже и очень важное.
Впервые я почувствовала себя рядом с Глебом не в своей тарелке. Не верится, что мы ужинаем в ресторане, вдвоём, что он провёл ночь со мной в моей квартире, что он на дружеской ноте общается с Гришей. Вот не верится, что всё может быть так хорошо.
– Я, если честно, не знаю, о чём спрашивать.
– Спроси о том, что тебя интересует.
– Я боюсь с тем, что меня интересует, ты пошлёшь меня далеко и надолго.
– Свадьба и дети? Собака и домик у моря?
Постаралась скорчить довольно весёлую и одновременно скисшую мордочку.
– Не совсем.
– Тогда… ?
– Ты когда-нибудь был женат?
– Нет.
– Почему?
– Я, кажется, понял, к чему ты клонишь. Потому что не встретил ту единственную. Такой ответ, думаю, тебя должен устроить.
– А ты относишь себя к однолюбам?
– Возможно, – мы сидим на довольно большом расстоянии друг от друга, но Глеб, ничего не стесняясь, встал и, как ни в чём не бывало, придвинул свой стул вплотную ко мне.
– А теперь поговорим, – почувствовала, как его дыхание вновь опалило мне шею. Этот мужчина сводит меня с ума, даже не прикасаясь. – Хочешь знать о моих предыдущих романах и быть готовой к тому, что когда-нибудь истории из прошлой жизни меня догонят?
– Не совсем.
– Ммм. Тогда как?
– Мне просто интересно. Прости, ничего не могу с собой поделать.
Почувствовала, как мужская ладонь нежными движением легла мне на ногу, как раз там, где заканчивается короткое платье. Ещё секунда, и рука двинулась выше.
– Глеб. Прекрати сейчас же.
– Мне просто интересно. Прости, ничего не могу с собой поделать.
Уверенно перехватываю его пальцы и стараюсь скинуть с себя огромную мужскую клешню. Намёк вполне понятен. Глеб всегда показывает зубки, если ему что-то не нравится.
– Хорошо, я поняла. Отныне в твою жизнь лезть не буду, – не знаю, кому как, а мне обидно. Я ведь ничего лишнего не спросила. Вдруг он, действительно был женат, а то и сейчас не развёлся? Мало ли, как бывает. Что предосудительного в моём вопросе?
– Отчего же? Баш на баш. Сначала ты спрашиваешь. Я отвечаю. Потом наоборот. Всё честно, – серьёзно? А руки тут при чём?
Ну уж нет. С таким хитрым лисом я никак не смогу договориться. Он совершенно точно что-то задумал.
– Ну же, давай. Это всего лишь маленькая игра. И мы оба выйдем из неё победителями, – его бархатный, соблазняющий тон напомнил мне историю о змее искусителе и яблоке.
– Вот это меня и пугает, знаешь ли, – во всевозможных интригах, заговорах и просто играх Глеб намного расчётливее меня. Не мне с ним тягаться, и ему это очень хорошо известно. Судя по его настрою, мои ответы в любом случае окажутся не у дел.
Мужчина уверенно вложил в мою руку полупустой бокал, а я уже почувствовала лёгкую слабость и небольшое головокружение. И совершенно неясно, виной всему спиртное или мой искуситель.
– Не волнуйся, ты в любом случае окажешься в выигрыше. Уверяю, – ну-ну, свежо преданье, да верится с трудом. Но с другой стороны. Мне уже терять нечего.
– Кто бы сомневался. Давай лучше сразу обозначим границы.
– Я, знаешь ли, не любитель себя ограничивать, – непослушная рука Глеба вновь вернулась на место, точнее сказать, на мою ногу, чуть задрав платье. Зачем я вообще одела такое короткое, может мне кто-нибудь объяснить или нет?
– Хорошо. Что ты хочешь обо мне узнать? – стараюсь придать голосу максимум уверенности, но, от волнения это у меня получилось плохо. Кроме того, пришлось накрепко приклеить свои ноги друг к другу, чтобы остановить наглые мужские посягательства.
Солнечный растянул губы в довольной ухмылке и чуть прищурил глаза.
– Всё. Пробовала ли ты… – те пошлости, что он стал шептать мне на ухо, заставили меня замереть, с недоверием вслушиваясь в каждое слово. Вот развратник! А с виду приличный человек!
– Все ещё хочешь узнать, сколько у меня было женщин? – он залпом осушил бокал, видимо, не меня одну после таких откровений мучает жажда.
После его неуместных откровений, которые однозначно не пройдут возрастной ценз восемнадцать плюс, краска залила моё лицо, заставив щёки полыхать от внутреннего огня, а все посторонние вопросы вылетели из головы, оставив только один. Когда он проделает со мной в постели всё то, о чём только что самозабвенно, самоуверенно и во всех подробностях шептал мне на ухо.
– Нет. Пожалуй, больше мне это неинтересно.
– Хорошая девочка, – Глеб не отстраняется, а снова наклоняется ко мне, его рука ласково поглаживает моё колено, а сам мужчина всё также шёпотом медленно проговаривает мне на ухо, как именно ему бы хотелось, чтобы я вела себя в постели. Когда я окончательно расслабилась, ему вновь удалось огорошить меня вопросом. – Останешься сегодня у меня?
Неужели я сама спровоцировала этот разговор?
На душе разом потяжелело.
– Глеб, у меня Гриша дома. Я боюсь оставлять его одного.
Мой спутник ничуть не расстроившись и не смутившись моим слабым протестом, вмиг вернулся на своё прежнее место и начал аккуратно, постепенно раскладывать передо мной свои козыри.
– Он уже больший мальчик. Это раз. Ты уже взрослая девочка, и у тебя должна быть своя личная жизнь. Это два. Возможно, квартира ему в дальнейшем понадобится, чтобы налаживать свою личную жизнь, а ты будешь мешать, это три.
– Глеб! Ему всего четырнадцать! Он ещё ребёнок.
– Ему скоро пятнадцать. Ты знаешь, что я уже перепробовал со старшими девочками в интимном плане в свои пятнадцать?
Достаточно чётко могу себе всё это представить!
– Глеб!!!
– Очень много всего интересного, между прочим, кое-что планирую и тебе показать.
Я, кажется, поняла. Он не пересел обратно. Он просто-напросто дезертировался с поля боя, чтобы я до него не дотянулась.
Схватила в руки салфетку и бросила в этого змея-искусителя! И, разумеется, промахнулась! В данный момент мне решительно наплевать, где мы находимся!
– И, кроме того, если боишься, что у него слишком много свободного времени, я смогу его убедить заниматься спортом. Давай отдадим его на плаванье? Или что-то посерьёзнее? Что ты на меня так смотришь? Я, например, и сам раньше занимался рукопашкой. Много лет.
Он серьёзно? Вот так просто он планирует распоряжаться временем моего брата? Интересно, а на меня какие планы?
– В пацане энергия бьёт ключом, и ей нужно давать выход. Поверь мне.
Внимательно посмотрела на мужчину. Такое впечатление, что Глеб приоткрывается с каждым днём всё больше и больше. Несомненно, он так же часто носит на лице суровое выражение, как и раньше, частенько даже свирепое. Но вне офиса со мной он всегда ведёт себя достойно, мягко и очень внимательно. Я могла бы даже сказать, пылинки с меня сдувает, но, наверное, пока что это совсем не соответствует нашим отношениям. Да и откуда мне знать, возможно, он в душе такой и есть и так ведёт себя с женщинами всегда.
ГЛЕБ
Смотрю на девушку и не могу наглядеться. Когда наши взгляды встречаются, внутри словно светит солнце. Какое-то дурацкое совершенно непонятное ощущение, но, тем не менее, это так. Тепло, женская мягкость и нежность… это всё Юля. Она неотделима от этих понятий. Хочется защитить её от всего мира и уберечь от любых напастей, даже самых незначительных. Мне интересно, чем она занята в тот или иной момент времени, меня волнует вопрос, думает ли она обо мне, скучает ли. Удивительно, но раньше со мной такого не происходило. Никогда.
Самый последний раз, когда я решился допустить до себя женщину очень близко, окончился плачевно. Нет, ничего непоправимого не случилось, просто в очередной раз я убедился, что на моем жизненном пути встречаются исключительно зубастые акулы, которые свой жирный кусок никогда не упустят. Собственно… в поисках наиболее выгодных для себя условий, такие же бездушные машины, как и я.
До сих пор в ушах стоит громкий разочарованный крик Леры.
Неожиданно для себя мыслями перенесся год назад. И погрузился в не самый приятный разговор своей жизни.
– Ты вообще слушаешь, что я говорю? Ты планируешь хоть когда-нибудь заводить семью, детей? Собаку, в конце концов! Солнцев, ты посмотри на себя! Кусок грубого необработанного камня!
– Что ж ты связалась со мной, раз я так настолько не создан для отношений?
– Почему ты вечно сваливаешь вину на кого-то другого?
– Я всегда признаю свою вину. В твоих истерических припадках я совершенно точно невиновен.
– Солнцев! Ты меня не слышишь! Просто не слышишь!
– Да тебя уже весь дом услышал.
– Вот именно. Весь дом услышал, а ты нет.
– Чего ты хочешь от меня? Кольцо на палец? Выложить новое фото в Инстаграм? Примерить белье платье? Зачем?
– Я думала, у нас всё серьёзно! Но какой там! У тебя, видимо, может быть только одна жена. Твоя работа!
– И ты должна быть благодарна, не моей ли платиновой картой оплачены все твои шмотки?
– Глеб, ты постоянно занят! Тебя никогда не бывает дома! Тебя даже на работе поймать сложно! Это не отношения. Мы как два человека, заключивших взаимовыгодный контракт!
– Лера. Я всегда был тебе нужен для подкрепления твоего статуса. Ты никогда не ждала меня дома. Даже никогда не звонила просто так, – а ведь это сущая правда, почему я раньше закрывал на это глаза? Возможно, пока она не решила поставить штамп мне в паспорт, меня действительно всё устраивало. Это печально. Но с другой стороны. Я ведь свой выбор сделал сам. В очередной раз неправильный, но свой собственный.
Что нас держало вместе? Сложный вопрос. Лера бесспорно красивая и очень эффектная женщина. Но это далеко не всё. Что-то зацепило меня в самом начале. И я поплыл. А теперь… ежедневно сталкиваюсь с пренебрежением к моей персоне, дикой алчностью и жадностью. Видимо, я выбрал не ту. Зачем мне всё это? Разве я обязан работать на её капризы и внешность? Нет. Я никому. Ничем. Не обязан.
– Глеб. Если я уйду. Тебе ведь будет всё равно?
А разве она сделала хоть что-то, чтобы я сожалел об этом? Ну хоть что-нибудь? Что угодно…
– У меня должны быть причины для обратного?
– Глеб, ты бездушная машина. Я не представляю, женщину, которая сможет терпеть тебя так долго, как я.
– Тебя никто не заставлял терпеть. Наши отношения длились по обоюдному согласию. Разве, нет?
Слово «длились» как нельзя лучше отражает истинное положение дел. Просто длились, пока это было удобно обоим. Ведь, несмотря на то, что по моей собственной инициативе мы с девушкой живём под одной крышей, времени, которое мы провели вместе, и даже совместных ночей было не так уж и много. То она вечно в разъездах, то мне приходится куда-то отправиться. А теперь, когда она решила получить от меня определенные гарантии и посадить на короткий поводок… для меня всё закончилось.
– Лера, скажи, если бы я не смог дать тебе возможность жить на широкую ногу, не работая, так, как ты хочешь… Не смог дать тебе все эти тряпки, украшения, путешествия…
– Путешествия в одиночку?
– С подругами. С мамой. С сестрой. Да с любой последней собакой! Скажи, только честно. Я был бы тебе нужен?
– Конечно.
– Зачем?
– Зачем? Ну… Я… Это же очевидно. Мы ведь… – потрясающе, она даже не может подобрать слова. Конечно. Потому что на хрен я ей не сдался без квартиры, машины, кошелька и некоторых других атрибутов своей, как выяснилось, «грубой, неотёсанной» жизни.
– Зачем, Лера?
Молчание.
– Тебя вообще хоть когда-нибудь хоть что-нибудь волновало, кроме своего благополучия? Мои проблемы? Мои трудности, сложности? Ты вообще имеешь хоть какое-то представление, из чего состоит моя жизнь? – развёл руки в стороны, потому что даже как-то и добавить нечего. Удивительное дело. Я сам создал себе все эти условия.
Она смотрит мне в глаза, но не может больше вымолвить ни слова. Действительно. К чему? И так всё понятно.
– Ключи от квартиры в воскресенье рассчитываю найти на комоде. Машину сегодня же переоформлю на тебя. С завтрашнего дня будешь сама о ней заботиться, – интересно, как скоро Лера её продаст? – И шмотки свои, пожалуйста, вывези. Что не успеешь – отправится на помойку.
– Глеб… подожди, – прохожу мимо бывшей и следую к выходу в надежде, что через два дня чужих вещей в моем доме не останется. – Глеб!
Помню, как вышел прочь, уверенно вырвав свою руку из женской ладони. У Леры всегда была нежная кожа. Пожалуй, даже слишком.
Это был единственный раз, когда я ночевал на диване в собственном кабинете. Это был единственный раз, когда я подпустил к себе женщину так близко. Зачем? Уже и сам не понимаю. Может, всё же пытался создать семью, которой у меня никогда не было? Куда хочется возвращаться, которой хочется дарить счастье и радость, получать всё это взамен? Но тогда как же я мог выбрать подобную женщину…
И теперь хочу совершить ту же ошибку. Мне до чёртиков надоело окружение бездушных машин вокруг, наличие постоянных наездов, грубых указаний на работе, а дома … тишина и одиночество. И никто меня там не ждёт. Может поэтому я последнее время так часто бывал в гостях у Ольги и Егора? Потому что там всегда звучит детский смех, а сам я всегда окунаюсь у них в атмосферу тепла, уюта, комфорта и негромкого домашнего счастья?
– О чём задумался?
Выплыл из тёмного омута своих печальных мыслей.
– О тебе, – и ничуточки не соврал.
Брови девушки в удивлении взлетели вверх.
– Даже не знаю, что тебе сказать. Можешь со мной поделиться, если ещё не всё успел прошептать мне на ухо.
Наколол овощи на вилку и отправил их в рот. Это даст дополнительные секунды для раздумий.
Недавно я получил завидное рабочее предложение от бывших партнеров. Моё решение может быть любым. Но глупо отказаться от сладкого места… это нужно быть полным идиотом.
Согласие однозначно принесёт в мою жизнь много изменений. Пожалуй, даже слишком много. И заигрываться с девушкой в данных обстоятельствах было бы очень неправильно и эгоистично. Но… ничего не могу с собой поделать. Видимо, я снова влип по самые уши и давно уже увяз с макушкой во всех своих смазанных обстоятельствах и чувствах.
Она внимательно на меня смотрит и ждёт. А я, как это ни глупо, не знаю, что ей сказать. Я не готов сейчас её отпустить. А внезапно разойтись потом… в общем, это тоже не самый лучший вариант. Я должен уже сейчас как-то подготовить её к дальнейшим событиям.
– Почему ты решила устроиться в нашу компанию?
– Ты серьёзно?
– Конечно.
– Глеб. Ты знаешь, какая у меня зарплата? – разумеется.
По средним меркам она неплохая, но я бы за такие копейки сегодня даже работать не стал. Хотя… когда-то подобный средний уровень был для меня недостижимой мечтой.
– А как же? Конечно, знаю.
– Потому и решила. Ты ведь видел моё резюме. Это ощутимо больше того, что я зарабатывала раньше.
– В резюме можно указать какую угодно информацию. А если бы пришлось отказаться от новой должности?
– Глеб. К чему ты клонишь? Ты не хочешь со мной дальше работать? – согласен, при такой постановке вопроса, я бы и сам был подобного мнения.
– Ты полностью устраиваешь меня в качестве ассистента.
– Тогда в чём дело?
– Пока я занимаю место генерального, никаких вопросов нет. Но я могу вскоре покинуть фирму. Это сегодняшняя реальность.
– И что?
– Если я… – хм, как же подобрать правильные слова, чтобы самовольно не вложить в её руки несбыточную надежду? – Предложу другое место? Там, где буду сам… Могла бы ты последовать за мной?
ЮЛЯ
Такое чувство, что на первый взгляд невинный вопрос несёт в себе скрытый, потаённый, глубокий смысл. И этот смысл определённо ускользает от меня. Почему Глеб не говорит открыто? Не может пока сказать ничего конкретного?
– Ты ведь понимаешь, что я думаю не только о себе. Я не могу разбрасываться устойчивым и надёжным положением. В конце концов, разве есть разница, будем мы работать вместе в дальнейшем или нет?
Мужчина недовольно поджал губы и неуверенно склонил голову набок, словно говоря: «Всякое может быть». Как же я не люблю недоговорённости. На Глеба это совершенно не похоже. Он словно ступает на зыбкую почву.
– Может, мы отложим этот разговор до того момента, когда оба будем к нему готовы?
– Ты права. Я сам ещё к нему не готов.
От Гриши пришло сообщение.
– Извини, я отвлекусь.
Гриша: Как время проводите?
Я: Замечательно. Всё в порядке?
Гриша: В полном. Ты дома будешь ночевать?
Я: С чего такой вопрос?
Гриша: Сегодня выходной. Я подумал, ты не приедешь.
Я: Вообще-то, я не планировал ночевать вне дома.
Гриша: Ой, да ладно. Позвоню Глебу и скажу, чтобы он тебя не отпускал.
Я: Ты что задумал, мелкий проказник?!!!!!
Гриша: Я погуляю с друзьями. Как обычно. И вернусь домой. Не волнуйся. Ну, всё, тогда я тебя не жду.
Что?! Это что такое?
– Как ты недовольно насупилась. Всё нормально?
– Я ещё не поняла.
Взлетевшие брови Глеба прямо-таки требуют дальнейших пояснений.
– Гриша выгоняет меня из дома.
– Ну и отлично. А я всё никак не могу заманить тебя к себе. Мы с мальком объединимся рано или поздно, и ты с нами не справишься. Попомнишь мои слова, – мужчина весело рассмеялся.
– Дааа, с вами спорить – то ещё занятие!
– Напиши ему, что я тебя сегодня не отпущу. Он ведь не просто так почву пробивает.
– Вот это меня и беспокоит.
– Ничего. Можем в любой момент нагрянуть и проверить.
Глеб спокойно взял мою руку в свою, легонько поглаживая пальцем чувствительную ладонь. Такой тёплый, интимный жест. Понимаю, что совершенно неуместно привязываюсь к мужчине всё больше и больше. И, тем не менее, совершенно безответственно соглашаюсь остаться сегодня у него.