Глава 10
Демьян
Я говорил, что меня доведет до нервного срыва это кураторство? Говорил, только меня декан не слушал. А буквально принудил. И когда вчера поймал и сообщил о весеннем бале, что моя группа обязана представить какие-то самодеятельные номера, меня это вообще взбесило. Я понимаю, что это нужно и полезно, но не тогда, когда у них на носу сессия. Им бы сейчас дополнительные часы в сутках не помешали бы, а не тратить оставшиеся на выдумку развлекательной программы.
Но и ослушаться нельзя.
Вышел к машине и сразу решил набрать Дарьяну — предупредить, чтобы зашла ко мне. Пока ждал ответа, смотрел на корабль — показалось, что она там… Уже совсем крыша от нее поехала, везде мне она мерещилась. Она ответила, и мужской голос, обратившийся к ней, разозлил. Неужели вместо того, чтобы учиться, она развлекалась? И так со скрипом курсовую сдала. Хотя я смотрел по журналу — только отметки «отлично» у нее.
Я сам не понял, что рявкнул, и сбросил вызов, потому что убедился, что девушка на кораблике — она. Совсем обнаглела! Передо мной строит такую скромную, бедную овечку, когда сама та еще стерва! Я ей эту прогулку по воде припомню! Она у меня попляшет на зачете!
И сейчас сделал этой парочке замечание, потому что другие замолчали и увидели меня. Но эта фурия смотрела настолько дерзко, что хотелось прямо сейчас перекинуть через стол и наказать ремнем за плохое поведение.
— Дорофеева, все ради вас, — сказал, отрываясь от журнала. — Чтобы подготовить к зачету и экзамену.
И это того стоило: взгляд ее горел, щеки пылали и походили на спелый помидор. Я даже почувствовал этот гнев, направленный в мою сторону. И это повеселило. Я опустил голову и протер глаза пальцами, пытаясь не рассмеяться в голос.
— Это и правда будет очень полезно, — сквозь зубы добавила она.
Я посмотрел на нее, но эту особу уже интересовали ручка и тетрадь. Но я видел, как она часто дышала, как пыталась закрыться от моего взгляда за волосами, расправляя их как шторку. Смешная, но слишком высокомерная. И она умная, знает когда нужно прикинуться дурочкой, но когда кончается терпение — не прочь высказаться.
— Записываем темы, которые будут на зачете…
Сделал небольшую поблажку. Хоть бы их вызубрили, тогда хоть что-нибудь останется в их головах. Я диктовал по списку и посматривал на Дорофееву. Она хоть и записывала каждое мое слово, но ощущение, но будто на автомате.
О чем они говорили с Лидой? О тапках в зубах и что она будет кому-то их приносить? Может, ее кто-то обижал, поэтому так зацепили мои слова? Да нет, я видел ее в разных ситуациях. И ее поведение говорило, что это она будет манипулировать мужиком, чем кто-то ею. Странная она.
На секунду оторвалась от тетрадки и посмотрела на меня. наши взгляды пересеклись лишь на мгновение, но мне хватило, чтобы внутри начало гореть. Она была растеряна. И это чувствовалось. Такое нельзя подделать. Только вот остался один большой вопрос — с какого перепуга я вообще об этом сейчас думал?
Виталик прав, мне нужно развеяться, выкинуть из головы студенток.
— Так, — оставалось немного времени до перерыва, я решил им сам сообщить новость. — Думаю, Дорофеева не успела еще рассказать новости перед парой, — посмотрел на нее и вновь поймал злобный взгляд.
Я не хотел ее подкалывать, получилось само по себе. Но оно того стоило, мне нравилось видеть, как она вспыхнула. Внутри меня что-то отвечало на это.
— Вы просто слишком быстро пришли, — дерзко ответила, будто и не было той растерянности и буквально кричащего взгляда «я не понимаю, что мне делать»…
— Возможно, — не стал насмехаться над ней, а продолжил: — я понимаю, что на первое мая у многих свои планы. Но руководство университета ждет от нашей группы два номера самодеятельности.
— Ну, Демьян Давидович! — хором заныли студенты. Дорофеева была права, ее бы они сожрали и послали далеко с этими новостями.
— Не стоит так сразу все в штыки воспринимать. Во-первых, — поднял палец и обвел взглядом студентов. — Это будет проходить в клубе «Персона».
— Мм-м-м, — замычали одобрительно, а Дорофеева скрестила руки под грудью и зло смотрела на меня. Что я опять не так сделал?
— Поэтому, думаю, потерпеть будет несложно. Как мы все знаем, туда очень сложно попасть.
— Ну не вам же, Демьян Давидович, — Соколов выкрикнул и засмеялся.
Я ухмыльнулся и расслабленно откинулся на спинку стула.
— Я такой же обычный человек и так же могу не понравиться фейс-контролю, — не стал акцентировать на этом внимание и сразу перевел тему. — Поэтому давайте придумаем что-нибудь и через две недели хорошо отдохнем.
— А вы с нами будете? Серьезно? — спросила Лида.
И если у нее было радостное лицо, то Дарьяна стала бледной и опять кусала свои пухлые губы.
— Буду, можете не переживать, даже на такси всех посажу и особо буйных, Соловьев, — перевел взгляд на него, уже не шутил, зная о его боях и достижениях, специально выделил среди всех, — сразу выпровожу.
— Вы что, Демьян Давидович? Я никого просто так не трогаю. Только если кто-то наших красавиц обидит.
— Ну вот и отлично. Тогда жду от вас хороших новостей. Лида, делаю ответственной именно вас по сбору студентов, подайте, пожалуйста, список Дорофеевой, чтобы она сдала его мне. Явка обязательна, отсутствие только по справке от врача.
— Будет сделано, Демьян Давидович, — она немного насупилась, но все же глаза загорелись.
Мне почему-то показалось, что Дарьяна уже придумала способ слинять. Но мне хотелось посмотреть, как она будет себя вести там. Как на нее подействует клубная обстановка, в кого превратится эта девчонка, которая явно скрывала свое настоящее лицо…
Мне захотелось ее разгадать. Вытащить ту стерву, которая порой прорывалась. Это не бедная овечка… Далеко не простая девчонка, и она что-то скрывала.