Глава 69

– Если бы меня не было здесь, тебя могли убить. – Сказал он медленно и тихо, так, словно ему не хватало дыхания разом произнести всю фразу целиком. – Сумасшедшая… Опять нарываешься? И ради чего на этот раз?

Ну вот, собственно, и всё…

Я опустила взгляд к своим босым ступням. В кабинете Альма пол не был устлан ковром, здесь во всём царила весьма аскетичная атмосфера, и мои ноги мёрзли на светлом мраморе.

– Думала…

Я болезненно усмехнулась. Правду он вытрясет из меня так или иначе, так почему бы не потянуть время?

– Я думала, что ты уже свалил с Отерота. Решила, после тебя много ненужного осталось – поживлюсь, разбогатею. Да кто же знал, что ты, в отличие от прочих, не любишь дорогие побрякушки и позолоту на стенах…

Он резко и громко оборвал меня.

– Хватит шуток! Ты что, думаешь, после всего неуязвимой стала? – Альм зло прищурился и шагнул ко мне, заставив попятиться от него. – Я не буду вечно сквозь пальцы смотреть на твои выходки!

– И… и не нужно.

Я упёрлась руками в стол позади и слегка отклонилась назад, когда он подошёл ближе и навис надо мной. Мне было страшно. По-настоящему. Это был совсем другой Альм! И он был абсолютно прав. Я расслабилась от его доброты ко мне. Я пренебрегала ей, как только могла, нагло пользуясь тем, что он ничего не просил за неё взамен!

Но я всё равно решила защищаться. Мне больше ничего и не оставалось. И начать нужно было с правды.

– Твоя миссия же окончена здесь? Император уже выбрал нового перфекция, он должен вступить в должность номада сразу по прибытии на Отерот. Если об этом уже говорят на улицах, значит, всё решено. Это также значит, что ты улетаешь. Мы… мы плохо попрощались, Альм. Я по-другому хотела… ты всё же не чужим мне стал.

Эти слова, сказала словно не я.

Я испугалась, когда они сорвались с моих губ, а вот на душе от них вдруг потеплело. Значит, и правда не чужой? Значит, действительно я всё это время хотела попрощаться с ним иначе? Но как же? Бросившись на шею и сказав, что несмотря на всю эту пропасть между нами, испытываю к нему сильные запретные чувства?

Альм тяжело вздохнул и опустил взгляд. Нахмурился, рассматривая мои голые ступни и подол длинного алого платья, выглядывавшего из-под серого халата доктора Кулида. Затем зажмурился, словно решил, что это ему только привиделось, и снова посмотрел мне прямо в глаза, спросив уже куда более спокойно:

– Что тебе нужно, Мора? Говори быстрее, у меня больше нет на это времени. Мы совершенно точно все уже друг другу сказали ещё в прошлый раз.

Неожиданно его слова задели меня. Я уязвлённо усмехнулась и ответила, гордо вздёрнув подбородок.

– Нет времени на меня? А, ну да, ты же, как оказалось, важная шишка…

Его взгляд придирчиво скользнул по моему лицу и ниже, задержавшись на линии декольте. Халат Кулида хоть и был для меня просторным, но я не стала надевать его и застёгивать. Просто сжимала ткань у груди, накинув на плечи.

– Мора… что ты делаешь? К чему все эти слова, если ты сама же поставила точку в нашем последнем разговоре? И… что на тебе надето? – Рука Альма потянулась к халату и довольно грубо дёрнула в сторону его лацкан. – Где ты взяла эти…

Поздно было хвататься за ускользающую ткань, как за последний шанс скрыть свой кричащий наряд. Халат соскользнул с моих плеч и с тихим шорохом упал на холодный каменный пол.

Альм проводил его таким взглядом, что у меня, кажется, щёки и шея за одно мгновение сровнялись с цветом этого проклятого платья.

Имперец непроизвольно коснулся длинными белыми пальцами своих губ, словно хотел проверить, не остался ли открытым его рот от такого невиданного доселе зрелища.

Конечно… Мора Саан в женских тряпках! Да когда такое было? Кажется, что я с самого раннего детства ходила исключительно в штанах на пару размеров больше и испачканных машинным маслом растянутых футболках. Да, Альм. У меня есть грудь и бёдра. Я же женщина!

– Это он заставил тебя надеть… это? Кулид?

Я нахмурилась, не понимая, к чему он ведёт.

– Нет. Я сама. Я сама это надела, доктор здесь ни при чём.

Альм нахмурился, близко сведя свои тёмные брови к переносице. Сказал с нескрываемой злостью.

– Зачем тебе было приходить сюда в таком виде?

Я закрыла глаза, собираясь с мыслями.

– Я…

Меня качнуло от волнения, мои колени задрожали, и только то, что стол Альма стоял позади, не позволило мне упасть. Я открыла глаза, снова поймав на себе его тяжёлый взгляд, полный чего-то такого… более яркого и полного эмоций, чем просто злость или раздражение. Может быть, то была обида? Или скорее… страх? Я вдруг поняла, что это был тот самый взгляд затравленного зверя, готового к новому удару от врага, которому не может противостоять. И это я была тем врагом!

В этот момент что-то надломилось во мне. Я тихо всхлипнула, в полной мере осознав, зачем я на самом деле здесь и как мне добиться того, чего я хочу. Обманом… Но кого я обману сейчас, его или себя, если скажу, что пришла отдать себя Альму?

Жизнь снова и снова сводила нас вместе. Заставляла сцепляться пальцами, судьбами, сердцами. Сама того не зная, Калеопа толкала меня к нему, Рэнд, Эггер, Эвон и даже перфекций Ун Дэй и доктор Кулид, которых я от силы знала пару часов! Альм снова и снова появлялся в моей жизни совсем непросто так. У этого была цель – те планы закрытой тюрьмы, но и это не всё… Ах, если бы всё дело было только в них! Альм заставлял меня чувствовать к себе то, чего я никогда ни к кому не испытывала. Волнение от взглядов, предвкушение от встреч и томительное ожидание прикосновений.

Всё так… Альм заставлял меня испытывать влюблённость. И страдать от этого никогда прежде неизведанного ощущения пустоты. Недосказанности. Незавершённости… Он заставил меня проникнуться к себе настоящей любовью. За каждый свой поступок. За своё отношение ко мне, за эти взгляды, которыми он всякий раз провожал меня, когда думал, что я не замечу.

Только в его фиолетовых глазах я впервые в жизни увидела себя иначе. Словно я чего-то стою… Словно я и правда настолько ценна, что ради меня можно закрыть глаза на многое. И даже пожертвовать всем на свете.

Так смогу ли я теперь прожить без этого ещё хоть один день? Что станет со мной, когда его действительно больше не будет рядом?

Я двинулась в его сторону, с удивлением отметив, как он тут же сделал от меня шаг назад. Значит, я поняла всё правильно – он боится меня. Или, вернее, своих чувств ко мне.

– Я пришла расплатиться, Альм. Ведь должна тебе целых две жизни, свою и Эвон.

Я протянула к нему руки, но он поймал их, во все глаза глядя на меня. Ловя мой взгляд, скользя своим по моим губам.

– Нет… – Прошептал он, словно задыхаясь. – Стой… остановись.

Мои запястья плавились, сжатые в его горячих руках. Он держал их крепко, не позволяя себя коснуться, словно это могло его уничтожить. Растоптать, не оставив и мокрого места…

– Зачем это всё, Мора?

– Ты сказал, что я понравилась тебе. Ты мне тоже, Альм… понравился.

Он отрицательно мотнул головой и поморщился.

– Тебя кто-то заставил прийти сюда, да? Просто скажи мне кто… Я никому не позволю тобой манипулировать или навредить!

– Нет. Я здесь по своей воле.

Он немного отстранился от меня, но руки мои не отпустил.

– Я тебе не верю. Тебе это не нужно. Ты не такая… Ты самодостаточная и сильная. Ты скорее умрёшь, чем разменяешь на что бы то ни было свою свободу!

К моему горлу подступил ком. Я не была готова к тому, что он станет отговаривать меня. И к тому, что он, оказывается, так хорошо меня знает, тем более не была готова! Мой голос дрогнул, когда я спросила его:

– Альм, что будет, когда ты улетишь с планеты? Со мной и Эвон? Помнишь, когда ты в первый раз выгнал банду из мастерской, я сказала, что они вернутся, и станет хуже? То же и теперь. И я спрашиваю тебя ещё раз, что будет с нами? Я знаю, о том, что вскоре станет с Отеротом.

Он резко выпрямился и посмотрел на меня со всей своей привычной серьёзностью и холодностью. Но всё же в его взгляде я различила что-то ещё… сожаление?

– Я уже распорядился, чтобы вас не трогали. – Тихо сказал он.

Я горько усмехнулась и вывернула свои запястья из его рук. Много усилий для того не потребовалось, просто потянуть их на себя. Альм не пытался сделать мне больно или удерживать. Он только не хотел, чтобы я касалась его…

Почему? Потому что это было слишком для него? Но слишком что? Больно или опасно?

– Пройдёт год, два, а ты больше не вернёшься. Кто-то забудет твой приказ или сменится власть… Но люди-то ничего мне не забудут. Ты бы сберёг нас с сестрой только, если бы обошёл тогда стороной мою мастерскую и никогда со мной вновь не встречался. Кто-то обязательно вспомнит, как снова и снова видел тебя рядом со мной… Знаешь, как соседи станут называть меня за глаза, когда станет ясно, что я не просто так спокойно живу на планете, где все остальные не могут даже вздохнуть? Имперская подстилка. Серая шлюха… Они выволокут меня за волосы на улицу и закидают камнями…

Альм отрицательно замотал головой.

– Я прослежу, чтобы…

– Ах, проследишь?

Он замолчал и снова нахмурился, не сводя с меня тяжёлого взгляда.

– И чего же ты хочешь от меня, Мора? Что ещё я могу для тебя сделать?

У меня пересохло во рту от слов, которые я собиралась сказать. Мои руки затряслись от волнения, и мне пришлось стиснуть их в кулаки и прижать к бёдрам, чтобы это не было настолько очевидно.

– Одень меня в красное.

Он усмехнулся, словно я пошутила. А потом улыбка медленно сползла с его красивых губ, и он поражённо воскликнул:

– Что?! Да ты, должно быть, просто не в себе…

Я смело шагнула ему навстречу, снизу вверх ловя его холодный фиолетовый взгляд.

– Сделай меня своей цифией, Альм. Только не смей мне врать, что не хочешь этого.

– Мора… ты хоть понимаешь, о чём просишь? Знаешь, есть куда менее изощрённые способы себя убить!

– Убить? При чём здесь смерть? Альм, я думала… что я тебе…

Я протянула к нему руки, а он отступил назад, подняв ладони, словно защищаясь.

– Стой. Стой… проклятье! Мора, смерть бывает разной. И именно потому, что ты мне не безразлична, я не могу погубить тебя, заставив жить в заточении с нелюбимым человеком. Я не хочу, чтобы то светлое, что, сейчас между нами, превратилось в ненависть.

– Ненависть? – Я горько усмехнулась. – Ты считаешь, что если позволишь мне быть рядом с тобой, то я тебя возненавижу? Как можно ненавидеть того, кого любишь?

Альм пошатнулся так, словно я только что с неимоверной силой ударила его прямо в солнечное сплетение. Я поняла, что только что задела его за самое больное. За живое и истекающее кровью… Мне самой стало больно от мысли, что, если продолжить говорить ему о чувствах, он сдастся. Он обязательно сдастся мне, позволив до конца довести мой жестокий план.

Альм долго молчал, словно не находя сил сделать достаточный вздох, чтобы снова заговорить. А когда, наконец, начал, слова его слетали с губ едва различимым шёпотом.

– Да что ты такое говоришь… зачем это ложь? – Он болезненно поморщился. – Ты за всё время даже не посмотрела на меня, как на мужчину, ни разу. Но я тебя не виню. Я знаю кто я для тебя, и как меня видят все вокруг. Я знаю, что я для тебя хуже, чем просто урод.

Я поймала его большую горячую ладонь и сжала в своих руках, не позволив снова вырваться, отдалиться от меня. Альма била мелкая дрожь, этого нельзя было увидеть, только почувствовать прикоснувшись. Я встала к нему ещё ближе и прошептала, не сводя с него взгляда:

– Альм, не смей… я люблю тебя таким, какой ты есть. Здесь и сейчас люблю!

У меня самой сжалось сердце. Я не врала ему… я ведь ему не врала! Вот только моей любви к нему было недостаточно, чтобы бросить всё и просто отдаться этому чувству. Признать, что прийти сюда меня вынудил Рэнд, а не желание расстаться со своей свободой, чтобы быть с ним.

– Любишь?… Ты? Меня? Нет… не нужно всё портить, Мора. Тем более после того, как хорошо всё закончилось. Я знаю, что не может такого быть… – Его лицо вдруг ожесточилось, и он хрипло сказал. – Здесь что-то не так. Где Эвон?

Мои мышцы словно окаменели. Он чувствовал… он знал! Мне не удастся его обмануть!

– С ней всё хорошо, она дома с Эггером.

Он недоверчиво прищурился.

– А если я пошлю за ней?

Я пожала плечами.

– Пошли. Она знает, что это может случиться. Я сказала ей, куда и зачем иду.

– Знает? – С какой-то непривычной его тону издёвкой протянул Альм. – Значит, никто не шантажирует тебя? А как же мастерская твоего отца? Ни за что не поверю, что ты так просто оставишь её?

Я горько усмехнулась, чувствуя, как тает его уверенность. Как он со злостью и каким-то мазохистским ожесточением ищет в моих словах ложь, лицемерие… Хоть какую-то лазейку, которая позволит ему отвернуться от меня и заткнуть уши, чтобы не дать этой лжи и дальше отравлять его душу несбыточными обещаниями. И там всё это было. Но не по поводу моих чувств к нему. Говоря о любви, я делала это совершенно искренне, и это путало его. Моя ложь, умело переплетённая с правдой, не позволяла проницательному Альму достоверно отличить одно от другого.

Опытная лгунья и тот, кто привык видеть всех насквозь – мы были достойными противниками друг для друга. Но что перевесит в этой схватке? Моё желание спасти сестру или его чувства ко мне?

– Что мне эта мастерская? Груда хлама и грустных воспоминаний, которые с собой даже брать не хочется. Она позволила нам с Эв продержаться на плаву. И я благодарна, но не более.

Его глаза стали ярче, а зрачки расширились, вот-вот готовые вытеснить фиолетовую радужку.

– Значит, ты действительно решила? А о том, нужно ли мне это, ты спросила? Думаешь, я не завёл себе рабыню раньше? Или двух-трёх? – Альм со злой усмешкой поднял руки перед моим лицом. – Как ты помнишь, эти руки залили кровью не одну планету, я мог набрать много трофеев. Так зачем мне ещё и ты?

Его слова больно ударили по мне.

Я долго смотрела ему в глаза, пытаясь разобрать, о чём же он всё-таки думает. Но по его ожесточённому взгляду сложно было понять, говорит ли Альм правду или просто пытается оттолкнуть меня от себя.

Другие женщины? Почему-то я знала, что их не было… Может быть, в его постели, но точно не в его сердце. До меня он никого так близко к себе не подпускал. Иначе то, что было между нами, не разрушало бы его настолько быстро и сильно.

Я знала это наверняка, ведь он делал со мной точно то же самое… разрушал. Один за другим сбивал с меня слои камня, словно скульптор с молотком и зубилом с монолитного куска мрамора, делая из меня какую-то совсем другую Мору Саан. Прежде я бы никогда в жизни не смогла даже помыслить о том, чтобы предложить себя мужчине. Тем более в качестве рабыни!

Он молчал, ожидая моих дальнейших действий, и я молчала тоже. Пока наконец не почувствовала, что не смогу пробить его «стену», если он действительно так решил. Если выбрал отказаться от меня вместо того, чтобы попробовать побороться за нас …

Я опустила взгляд к своим босым ногам и поджала озябшие пальцы. Поёжилась от внезапного сквозняка. И как я не заметила раньше, что в его кабинете было так холодно? Наверно Альм не любил жару и выставлял температуру ниже, чем была за окном…

Наверно на этом всё. Это был конец и для нас с Альмом… И для нас с Эвон. Мне никогда не достать те планы, потому что больше он меня к себе не подпустит.

И правильно.

Всё правильно, Альм. Я мерзкая лгунья. И пусть я вру тебе, чтобы спасти сестру… Я делаю это с тобой . Тот, каким я тебя узнала, этого не заслуживал. И плевать мне, что говорит о тебе Рэнд или другие. Даже если это правда. Вот такая я на самом деле дрянь… Но я не хочу быть твоей рабыней, я хочу быть просто твоей . Неважно женой, девушкой, подругой…

Но это невозможно, потому что мы с тобой из разных миров. Ты никогда не перестанешь быть воином Империи, а я не стану кемрийкой, даже если прощу вам смерть моих родителей и преклоню колено перед твоим Императором.

– Прости, что вломилась. Действительно, глупо было с моей стороны решить, что я тебе не безразлична.

Его горячие пальцы коснулись моего подбородка и осторожно подтолкнули вверх, заставив вновь поднять взгляд и посмотреть ему в глаза.

Что-то неуловимо изменилось в серьёзном выражении его лица.

– Надев красное, не сможешь снять. – Хрипло прошептал он, склонившись ко мне так, что я почувствовала его тёплое дыхание на своей озябшей коже. – Будешь либо моей, либо ничьей.

Я невольно приоткрыла рот. Мне показалось, что я разучилась дышать от его неожиданных слов. Он ведь только что позволил мне решить, что всё кончено…