Глава 6. О банках, мобилях и маленьких хитростях

Ольга

— Ты не вовремя, Бюсси, — угрожающе процедил Колин, не выпуская Фифу из рук.

— А по-моему в самый раз, — широко улыбнулся Морис. — Фифи, дорогуша, мои поздравления! Прекрасный выбор, когда свадьба?

— Ты все не так понял, Мори-ис, — жалобно пролепетала Фифа, но больше из рук Колина вырваться не пыталась.

— Свадьба летом, — одновременно с ней ухмыльнулся Колин почти дружелюбно.

— Какая жалость, что я не смогу присутствовать. Но обещаю прислать подарки и любоваться вашими свадебными магографиями в газетах.

— Морис… ты же не всерьез! — Фифа чуть не заплакала.

— Дорогуша, если ты считаешь, что влюблена в меня — проверься на приворот. Лиззи, милая, могу я доверить тебе это важное дело?

Ольга с Лиз переглянулись, разом вспомнив, как планировали подлить приворотного самому Морису, и радуясь, что не успели в суматохе первых учебных дней. Мешать Колину в их планы точно не входило.

— Конечно. У Фифи атипичная реакция на темную магию, ты не знал?

— Нет. Но вроде никакой сыпи?

— Все куда серьезнее, Фифи едва не умерла, — вмешался Гектор. — Мы едем к целителю, нужно серьезное обследование. А пока держись от Фифи подальше. Вы оба.

— О, конечно! Никаких проблем! Фифи, дорогая, твое здоровье — драгоценно. Я ужасно расстроен, ты прекрасна и великолепна, и если бы не смертельная опасность для тебя, я бы вызвал этих наглых гэльсов на дуэль за один твой благосклонный взгляд. Но сама судьба против нашей любви, милая. Поверь, я буду страшно страдать в разлуке и никогда тебя не забуду!

Ольга еле подавила смех, Лиз прикрыла рот ладошкой, а оба гэльса подозрительно хрюкнули. Зато Фифа просветлела лицом, похлопала ресницами и улыбнулась Морису, сжав ладонь Колина.

— Ты такой милый.

— Я не милый, дорогая, я — проклятый, — трагически прижал руку к сердцу Морис.

— Он — клоун, сердце мое, — шепнул ей на ушко Колин. — Идем скорее, тебе опасно находиться рядом с ним.

Морис отступил с дороги и поклонился, пропуская Колина с Фифой и Гектора с Лиз и Ольгой… но в последний момент перехватил Ольгу за рукав.

— Как дипломированный фельдшер, я бы не рекомендовал тебе ехать вместе с дорогой Фифи. Вдруг твое присутствие заставит ее покрыться сыпью?

Ольга тихонько хихикнула, таким пафосно-взволнованным выглядел Морис. Хоть сейчас на сцену варьете. И хоть соглашаться с ним ей не слишком-то хотелось, она остановилась и кивнула:

— Ты прав. Гектор, я останусь с Морисом. Уверена, это совершенно безопасно.

Критически оглядев их, — красавчик по такому случаю сделал честные и невинные глаза, — гэльс вздохнул и согласился.

— Ладно. Отвечаешь головой, шевалье.

— Да хоть вместе с печенкой и селезенкой, — небрежно пожал плечами Морис и предложил руку Ольге. — Не прокатиться ли нам, сердце мое? Надеюсь, тебе нравится мой мобиль.

— Только если мы не собираемся писать эссе по анатомии, гипофиз ты мой, — солнечно улыбнулась ему Ольга.

— Оле! Ты же обещала! — упрекнула ее Лиз, обернувшись от мобиля охраны, в который уже усаживали Фифу.

— Да ладно, мы же не собираемся уединяться.

— Лиз, не мешай Оле садиться на муравейник. Не тебе же потом спать на животе, — достаточно громко, чтобы услышали все заинтересованные, прекратил упреки Гектор.

— Не беспокойся, милая, у меня есть отличное заклинание от мелких паразитов. Они никогда меня не задевают, — и Морис смерил выразительным взглядом Гектора.

Тот лишь фыркнул и уселся в мобиль, Ольга засмеялась, а Морис раскланялся, словно на сцене.

— Благодарю, благодарю, уважаемая публика! Приходите еще!

— Клоун, — отсмеявшись, констатировала Ольга.

— Всегда рад поднять тебе настроение. Так что за история с атипичной реакцией? Лиз это выдумала, чтобы потрафить гэльсу?

— Честно, не знаю. Может быть и выдумала, а может быть и нет. — Ольга посерьезнела и оглядела площадь. И еще раз, еще внимательнее. — Куда он делся?

— Кто?

— Твой брат, кто ж еще.

— Пф! Опять этот уродец. Оле, милая, не обращай на него внимания. Он страшный зануда и вообще та еще дрянь.

— Да я бы и не обращала. Но он что-то здесь искал… Морис. — Она резко обернулась и заглянула в хитрые разноцветные глаза. — Вы ищете способ снять проклятие вместе? Скажи мне… пожалуйста, скажи мне правду. Ты тоже считаешь, что если я умру — проклятие с вашего рода спадет?

— Плевать я хотел на это проклятие. Знаешь, мне оно совершенно не мешает. И тебе не будет, когда выйдешь за меня. Поверь, у нас с тобой будет много сильных и здоровых детей. И вообще. Мы идеально друг другу подходим.

— Как мило, что ты хоть мне в глаза не поешь глупых песен о любви.

— Тебе не нравится их слышать, но факта это не меняет. Я влюблен в тебя. Что на самом деле странно, я не склонен к подобным чувствам, но… — он снова пожал плечами, — я не такой идиот, чтобы отрицать очевидное.

— Об очевидном. Ты ведешь себя совершенно иначе, чем неделю назад.

— Возвращаемся к тому, что я не идиот, а только прикидываюсь. — Он лучезарно улыбнулся. — Идем, прокатимся. Вдвоем, без разговоров о моем туповатом братце.

— Туповатом? Не сказала бы, — покачала головой Ольга, вкладывая свою руку в ладонь Мориса и позволяя отвести себя к мобилю. — Великолепная машина. Драккар?

— Разумеется. Последняя модель, панель эбенового дерева, сиденья из кожи горного яка. На ощупь как бархат, ну же, проверь!

Он открыл перед ней дверцу, усадил — и сам сел за руль, огладил его с внезапной нежностью.

— В самом деле удобно, — улыбнулась Ольга, коснувшись пальцами кожаной обивки сиденья.

— Я слышал, в Руссии не слишком любят мобили. Ваш император до сих пор предпочитает старых добрых лошадей.

— Его величество привержен традициям. Да и влияние Храма…

— Тебе, должно быть, приходилось на родине непросто. Некромантка, будущая княгиня. Неудивительно, что как только появилась возможность отнять у тебя титул, ею воспользовались.

Ольга не успела ответить, что это не его дело, как Морис нажал какую-то педаль, и мобиль резко сорвался с места. Голуби и охотившийся за ними котенок порскнули в стороны, одна из птиц от страха уронила кое-что прямо на сверкающий алый капот.

— Дурацкие птицы, — фыркнул Морис и быстрым заклинанием убрал следы голубиной невежливости. — У нас в Брийо тоже полно этой летучей гадости. Особенно любят статую императора Мориса. Вот примерно как здесь.

Он кивнул на памятник около Имперского банка, на макушке которого спал белый мохноногий голубь.

— А мне нравятся голуби, — исключительно из чувства противоречия заявила Ольга. — И утки. Они так забавно толкаются, когда бросаешь им хлеб.

— Кстати, меня назвали в честь него, — не позволил ей сменить тему красавчик. — Ты знаешь, что твоя прабабка имела все шансы занять франкский престол?

— Знаю. Морис Торгаш был в нее влюблен. Роковая женщина.

— Раньше я не понимал, как такой человек, как император Морис, мог влюбиться в продажную девицу и считать ее себе ровней. Теперь — понимаю.

Ольга скривилась. Об этом моменте семейной истории упоминать было не принято. Да что там, она сама узнала о том, как Матильда начинала свою карьеру, совсем недавно. И ни в коем случае не от матери, а вообще от придворных сплетниц во Владимире. Методом подслушивания того, что ее не касалось, но было крайне интересным.

— Если это был комплимент, то какой-то сомнительный.

— А по-моему, отличный комплимент. Я бы влюбился в тебя, даже будь ты продавщицей вон в той модной лавке.

— Вряд ли бы ты в этом случае звал меня замуж.

— Возможно, не так быстро, но позвал бы. Наверное, было бы лучше, будь ты простой продавщицей. Никаких проклятий, никакой вражды и недоверия…

— И я бы понятия не имела, кто такие Д`Амарьяки и какая у них репутация… — в тон ему продолжила Ольга, внезапно понимая, что сейчас совершенно забыла, с кем из братьев говорит. Оказывается, они очень похожи, когда не дают себе труда различаться.

— Туше, — улыбнулся Морис и затормозил перед каким-то удивительно мрачным особняком. — Никогда не встречалась с вампирами?

— Вампиров не бывает! Только не говори, что ты, темный маг, веришь в детские сказки!

— Ну как сказать… в сказки — нет, а вот в легендах иногда есть зерно истины…

Они проспорили о вампирах, легендах, исторических личностях и редкой нежити пару часов. Периодически останавливаясь во всяких интересных местах, придумывая аргументы на ходу и получая откровенное удовольствие от беседы. Какими-такими закоулками они вновь вернулись на Банковскую площадь, Ольга не очень-то поняла.

— Итак, я обещал показать тебе незабываемый вид. Вон на те часы, — сказал Морис, поставив мобиль около Имперского банка.

— Я вижу эти часы каждый день, — пожала плечами Ольга.

— Я тоже. В этом-то и прелесть. Один умный человек сказал, что труднее всего найти то, что спрятано на видном месте. Идем.

Внутри у Ольги что-то задрожало в предвкушении. Что бы там Морис ни говорил, а он точно ищет разгадку проклятия! Непонятно только, вместе с Ренаром или наперегонки. В любом случае она не станет отказываться от подсказки — ни от одного из братьев.

Значит, часы и банк. И Морис Золотой.

— Думаю, ты слышала легенду о том, что Даэли не умер, а ушел в мир драконов?

Ольга вздрогнула. Неожиданный переход.

— Что-то такое слышала, да. Но верится с трудом, в то время драконы закрыли все порталы в свой мир. Как бы он сумел туда уйти? Тем более Даэли художник, а не маг-пространственник.

— Он — нет, а вот герр Курт, один из основателей АМН — да.

— Ну… вообще-то все эти окна в другие миры — не настоящие порталы, а иллюзия.

— Ты иногда занудна, прямо как мой братец. Какая разница, что там на самом деле? Легенда-то есть! Тебе же интересны легенды. Ты сама столько их знаешь.

— Ну… да, — нехотя призналась Ольга. — Но к этой как-то не особо прислушивалась.

— Основная суть даже не в легенде, а в том, почему она появилась. Когда ставили статую Мориса Золотого, кто-то из рабочих оглянулся на часы, отбивающие семь вечера, и кое-что увидел.

— А причем тут статуя?

— При том, что Золотой давал деньги на проекты Даэли, и вообще они были друзьями. Такая вот странная компания подобралась.

— И?

— Даэли ушел один, но на самом деле они хотели уйти в идеальный мир вместе. Просто Морис умер раньше, чем Даэли завершил свои часы. Ему было уже за восемьдесят, для обычного человека это очень много.

— Зануда здесь — ты, — фыркнула Ольга.

— Если тебе неинтересно, то я молчу. Можем пойти смотреть модные шляпки.

Секунду поглядев в наглые разноцветные глаза, она сдалась.

— Интересно. Рассказывай дальше!

— Раз ты просишь… — он с довольной улыбкой поцеловал костяшки ее пальцев и задержал ее руку в своей. — Даэли оставил путь в тот мир для своего мертвого друга. На могиле императора он поклялся, что всегда будет помнить и ждать его там, в мире мечты. И что будет путь, по которому Морис сможет пройти в любой день, пока на часах АМН движется хоть одна стрелка.

Ольга в восхищении покачала головой.

— Красивая легенда. Так что увидел рабочий и почему об этом никто не знает?

— Не то чтобы совсем никто, — тонко улыбнулся Морис. — Ты же понимаешь, такая информация не предназначена для разглашения. Об этом знал только магистр Ордена Лилии. Мой прадед. Ну и, наверное, моя прабабка Жозефина. Они с прадедом были очень близки.

— И ты мне рассказываешь семейный секрет…

— Который я мог выдумать так же, как ты — историю с химерами, желающими размножаться, — сделал Морис невинные глаза.

Ольга его чуть не стукнула. Наверное, потому что ей на мгновение стало стыдно. Но только на мгновение. Уж слишком довольным выглядел Морис.

— Я не выдумала. Вы оба — те еще химеры. Так что это была метафора, — задрав нос, заявила она.

— Разумеется, милая, — тихо и проникновенно сказал Морис, склонившись к ее ушку. — Ты не представляешь, как это приятно, когда твоя любимая девушка так хорошо тебя понимает. Буквально видит насквозь.

— Ах ты наглый, хитрый…

— …красивый, умный и замечательный, — продолжил вместо нее Морис.

— …демонов сын, — закончила Ольга.

— О да. Это тоже наш семейный секрет. Но ты и его разгадала! — просиял Морис.

И Ольга засмеялась. Ну вот как на него сердиться, а? Хотя стукнуть все равно хочется. Или не стукнуть, а… нет-нет-нет! Нет! Она даже думать об этом не станет! Ни. За. Что. У нее жених и репутация, чтоб ее демоны грызли и все зубы обломали.

— Итак, почти семь, и ты хочешь мне показать путь в мир драконов?

— Именно. Я не уверен, что этим путем может пройти кто-то менее сумасшедший, чем Даэли. Но посмотреть на это, я уверен, будет интересно.

— Ты уже видел?

— Нет. Я решил, что вместе будет намного интереснее.

Ольга невольно улыбнулась. Хоть Морис и тот еще прохвост, но приятно же! Поделиться таким моментом… вряд ли Гельмуту бы такое в голову пришло…

Так. Не думать о Гельмуте. То есть… наоборот. Не сравнивать Гельмута с Морисом! Особенно в пользу Мориса.

— Иди сюда. Я думаю, надо встать повыше, чтобы уж точно увидеть.

Запрыгнув на пьедестал рядом со своим тезкой, Морис подал ей руку.

— Нас же увидят! Ты что!

— Не увидят. Я маг или так, погулять вышел? — возмутился он. — Я нас прикрыл. Ординарное отвлечение внимания. Ты ж наверняка сама умеешь.

Вместо ответа Ольга лишь фыркнула. Конечно, она умела. Просто… просто забыла. Умеет же этот наглый франк заморочить голову!

И на пьедестал вместе с ним она полезет не потому, что ей безумно интересно и все внутри дрожит от предвкушения, а потому что это наверняка и есть подсказка на пути к снятию проклятия. Вот.

Она легко запрыгнула следом и даже позволила Морису придержать себя за локоть и почти обнять. Не потому что ей было приятно! Ничего подобного! Просто край был узким, и иначе бы кто-то из них свалился. Ничего более!

— Смотри, без одной минуты семь, — шепнул Морис ей на ушко, от чего по всему телу прошла теплая волна. — Сейчас… сейчас будет…

В его голосе звучал неподдельный восторг и предвкушение, и Ольга всецело их разделяла.

Ну же, двигайся, заклинала она про себя минутную стрелку.

И тут раздался первый удар колокола. А с ним в ясном небе над циферблатом возникло и стало расширяться черное пятно. Оно поглотило собой изображение далекого города с башнями, расползлось чуть не на полнеба, притягивая к себе, маня, обещая…

Звезды.

Неправдоподобно яркие и крупные звезды проступили в чужом небе, складываясь в незнакомое созвездие, похоже на парящего дракона. Послышался трепещущий звук, чем-то похожий на пение деревянной флейты и звон льдинок в бокале. А созвездие дракона уплотнилось, стало настоящим драконом, и он обернулся прямо к Ольге, взмахнул крыльями — и подмигнул.

От восторга перехватило дыхание. На миг даже показалось, что она знает этого дракона, что он хочет сказать ей что-то важное.

И тут прямо сквозь дракона засияло семь звезд, ослепительно ярких, снова что-то зазвенело — и…

Ольга моргнула.

Всего лишь моргнула!

Но дракон уже исчез. А часы АМН пробили в последний, седьмой, раз.

В воздухе повис отзвук колокольного звона и что-то еще, неуловимо прекрасное, таинственное, обещающее настоящее чудо…

А ее щеки коснулось что-то теплое, удивительно ласковое и нежное…

Она вздрогнула, осознав, что не одна. Что она — с Морисом Д`Амарьяком, практически в обнимку, посреди Банковской площади, прямо на пьедестале старого памятника, и он касается ее щеки губами, снимая нечаянную слезу.

Она тут же отшатнулась и едва не упала. Морис еле успел ее перехватить за обе руки и снова — теперь уже откровенно и крепко — прижать к себе.

— Волшебство! — с восторженно сияющими глазами прошептал он… и поцеловал ее. В губы. И она… она почти ответила.

На самом деле очень хотела ответить. Узнать, как это — целоваться по-настоящему, и будет ли это отличаться от поцелуя с Ренаром. И вообще, почему ей сегодня так трудно различить братьев, постоянно кажется, что рядом Рене, а не Морис?!

— Не смей, — шепнула она, отворачиваясь и ощущая, как его губы скользят по линии ее челюсти к виску, и снова прижимаются, и как быстро и неглубоко он дышит, а его сердце бьется под ее ладонью так, словно сейчас выскочит. — Нельзя!

— Можно, — хрипло, каким-то чужим голосом ответил Морис. — Ты моя.

— Нет, — почти так же хрипло возразила она, глотая невесть откуда взявшиеся слезы. — Я не твоя и не буду. Мы враги.

— Не враги. Нет. Я лю…

Он не успел договорить то, что Ольга не желала — или наоборот, слишком сильно желала — слышать. Она толкнула его ладонью в грудь и спрыгнула с пьедестала. Прямо на клумбу золотых бархатцев.

— Мефрау! Вот вы где! С вами все в порядке? — тут же подскочил к ней усатый герр в штатском, от которого исходили ощутимые волны паники. — Где вы были?

— Да здесь мы были, здесь, — ворчливо отозвался Морис, спрыгнувший в клумбу рядом с Ольгой. — Вот прямо на этой клумбе и были.

— Вас тут не было, — обвиняюще ткнул в него пальцем охранник.

— Это вам следует меньше пялиться под юбку мороженщице, — презрительно фыркнул Морис. — Где мы, по-вашему, могли тут спрятаться? Уж не в кармане ли этого мраморного истукана? Идите, охраняйте издали и не отвлекайтесь. Полковнику Бастельеро это не понравится.

Охранник пробормотал что-то недовольное и отошел, то и дело оглядываясь. А Морис как ни в чем не бывало предложил Ольге руку и спросил:

— Ну, дорогуша, какие будут версии?