Интермедия

Академия Магических Наук, в одной из пустых аудиторий

– Итак, уважаемые магистры, все в сборе. Из хороших новостей: никого из вас до сих пор не поймали. Из плохих… вы – криворукие имбецилы! Так феерически облажаться!

– Мы сделали все, что в человеческих силах!

– Они подозревают Курта, мы практически добились цели!

– Никто бы не смог большего!

– Вот именно поэтому вы сидите здесь, как трусливые крысы, и ждете, пока вас всех переловят поодиночке! От вас требовалось сделать элементарнейшее дело – вовремя нажать на спусковой крючок. И что мы видим? Вы, магистры и доктора наук, мнетесь и мекаете, словно последние двоечники! Вот вы, да, вы. Клялись, что в стрельбе дадите сто очков вперед любому чемпиону?

– Вы не понимаете, это же совершенно иное! Стресс! Темнота! Для настоящего ученого совершенно неприемлемо…

Не дослушав, она взяла со стола пистоль и выстрелила страдальцу под ноги. Тот подскочил, едва не намочив брюки.

– Что вы делаете? Это… это недопустимо! Я буду жаловаться…

– В ученый совет, уважаемый? Ну-ну, – ухмыльнулась она, щелчком пальцев убирая след от пули в деревянном полу. – Вперед. Жалуйтесь лично доктору Курту.

– Магистры, магистры! Не нужно ссориться! – встрял еще один неудачник. – Эксперимент не удался, но это не беда, мы продолжим и непременно добьемся успеха! Давайте обсудим план мероприятий. У кого есть идеи?

Она скривилась в отвращении. План мероприятий, это же надо! С кем приходится работать, ужас! Тихий.

– Да. У кого есть идеи, магистры? – с еще более злой ухмылкой подхватила она и, щелкнув пальцами, прикурила тонкую сигарету в мундштуке. – Наверняка – гениальные.

Гениальных идей оказалось – на симпозиум хватит. Выслушав штук пять, она постучала мундштуком по кафедре.

– Неудивительно, что вы так и не получили своей лаборатории, магистр. С вашей-то решительностью.

– Вы решительно зарубили мне финансирование…

– Не вы ли нажаловались в комиссию…

– Хватит ябедничать! Вы не на ученом совете!

– Эксперименты продолжительностью полгода, вы серьезно? Не проще ли подождать, пока Бастельеро угробит свой спецкурс сам?

– Отличная идея. Предлагаю слегка ему помочь, и организовать несчастный случай непосредственно во время практических занятий. Доктор Курт одобрил первому курсу отработку в городском морге.

– Наконец-то, хоть одна здравая мысль! – Один из неудачников зааплодировал. – Браво, магистра…

– Без имен, коллега, – прервала она, и тут же загомонили остальные:

– Как, не посоветовавшись с нами, без…

– Вот не надо тут изображать Курта! Этот соглашатель, этот предатель истинной науки! Знаете ли вы, уважаемые коллеги, что…

– Ма-алчать! – У нее в руках снова возник пистоль. – Я вам не доктор Курт. Рассуждать будете потом, когда сделаем наше общее дело. На кон поставлено будущее науки! Прогресс! Вы забыли, что от вас ждут результата, и от этого результата будет зависеть, получим ли мы новейшие иномирные технологии или так и будем отставать от развитых миров на десяток веков? И вместо того, чтобы действовать, вы тут…

Ее прервал стук в окно, хотя аудитория находилась на седьмом этаже.

Магистры в панике повскакивали с мест. Кто-то тут же поставил портал, кто-то закрылся всеми возможными щитами, кто-то побежал к запертой двери.

Она одна осталась на месте, за кафедрой. И расхохоталась.

– Да успокойтесь уже, уважаемые магистры. Это не облава. Из вас нарушители закона хуже, чем из ваших же студентов.

– Что происходит?

– Я так и знал, что добром это не кончится.

– Где мои капли? В моем возрасте такие потрясения…

– Так. Отвечаю на вопрос уважаемого магистра Хоф… ладно-ладно, никаких фамилий. Конспирация и еще раз конспирация. Так вот. Только что вы слышали, как вон там, – она ткнула сигаретой в мундштуке в окно, – прибыло обычное магическое послание. Откройте окно, магистр, возьмите почту.

На несколько секунд в аудитории повисла тишина: пока один из молодых магистров открывал окно и впускал спецвыпуск «Беспристрастного трибуна».

– Почта-шмочта! – раздался склочный голос, едва закрылось окно. – Сколько можно! В прошлый раз вы обещали, что возьмете дело в свои руки, и что? Погибла люстра, историческое наследие нашей Академии, между прочим, произведение самого Даэли! А эти темные выродки как позорили нашу альма-матер, так и позорят!

– Губить уникальные произведения искусства недопустимо!

– Мы так не договаривались, историческая ценность…

– Ваши шкуры – вот где историческая ценность, пни вы замшелые! – рявкнула она, снова постучав пистолем по кафедре. – От вас ни малейшего толку! Нужно было всего лишь добить пару совершенно беспомощных, обессиленных первокурсников, и что?

Она обвела взглядом толпу склочных бездельников, остановившись на одном из самых молодых.

– Едва не пострадал один из Д`Амарьяков, – бестрепетно встретил ее взгляд он. – Не хотелось бы вовлекать в это дело еще и Черного Карлика.

– Так это был страх, а не непреодолимые обстоятельства?

По всей аудитории послышались ехидные шепотки: профессора не любили. Взаимно. Но, стоило отдать ему должное, он был единственным в этой толпе, кто действительно пытался хоть что-то сделать.

– Я еще не настолько сошел с ума, чтобы устраивать массовое убийство. Оба гэльских герцога, оба младших Д`Амарьяка, Волкова и Хоббстен – это гарантия, что они объединятся, а не рассорятся. Или вы хотите, чтобы в наши внутренние дела сунули нос спецслужбы половины континента?

– Вы правы, магистр, – нехотя кивнула она. – Ваша импровизация оправдалась. Что ж, по крайней мере, как я и говорила, никого из вас еще не поймали. Но! – Она многозначительно подняла палец. – Время не ждет. У нас нет полугода не предварительные ласки. Нужно действовать, и у нас есть по крайней мере один отличный вариант. Морг. Ну-с, кто из вас достаточно умен и заинтересован в успехе, чтобы взяться?

Она многозначительно глянула на профессора, но тот лишь усмехнулся и не ответил. Фыркнув и не обращая внимания на очередные трусливые переглядывания и перешептывания, она развернула газету, пахнущую свежей типографской краской. Глянула на передовицу – и довольно выдохнула. Вот оно! Темные маги сами по себе – хаос и разрушение, что в очередной раз подтвердилось. Саморазрушением.

– Так-так, коллеги! Смотрите-ка, Единый в самом деле благоволит нашему делу! Вот послушайте, что пишет «Трибун».

– «Трибун»? – оживились магистры, всегда падкие на сплетни. – Как это касается нашего дела?

– Непосредственно, – довольно кивнула она, показывая зернистую магографию Д`Амарьяка, проклинающего какого-то лощеного идиота.

– Кто это? Причем тут? Почему? – тут же посыпались вопросы.

– Наш первокурсник изволил показаться во всей красе прямо на Банковской площади. Как мы все знаем, в каждом темном маге прорастают семена саморазрушения. Этот мальчишка уродлив не только снаружи, но и изнутри…

– И он – любимый сын Черного Карлика… – вполголоса прокомментировал один из магистров.

Его она проигнорировала и зачитала особо яркие фразы из статьи:

– Темный маг напал на беззащитного прохожего. Герцог Бастельеро покрывает убийц. Опасные маньяки бродят по городу, жители в опасности. Глава Академии пригрел разносчиков чумы. Невинным детям угрожает эпидемия. Так-так… а вот еще: протеже ректора Курта оскверняют памятник просветителя и мецената Мориса Золотого. Ходят слухи, что будущая королева учится на темном факультете. Каких друзей она приведет с собой? Тьму, чуму и проклятия? Не пора ли храму Единого воспротивиться мракобесию главы Академии и закрыть рассадник нечистой тьмы?

– Закрыть?! Как это закрыть? – тут же возмутились магистры. – Это уже слишком!

– Нам же могут сократить финансирование!

– Тихо! Тихо, я сказала!

Магистры замолкли, а она едва сдержалась, чтобы не обозвать их идиотами вслух.

– Никто не сократит нам финансирование, глупости. АМН необходима всем. Но – без доктора Курта, вы согласны?

– Само собой! Курт – предатель! Курт – жадный мерзавец!

Пару десятков высказываний о наболевшем она пропустила мимо ушей. А дав магистрам высказаться, продолжила:

– Итак. Скандал нам на руку. Кажется, вы утверждали, что имеете знакомства в прессе, дорогой коллега? Вот и прекрасно, позаботьтесь, чтобы волна поднялась повыше. Пусть Курта смоет той грязью, что он здесь развел.

Волну поношений в адрес Курта, а заодно и десятка-другого не присутствующих на собрании коллег она снова пропустила мимо ушей. Вместо этого обдумывала, кому бы поручить… ага. Пожалуй…

– Уважаемый коллега, – вкрадчиво сказала она, поймав взгляд нужного человека. – Уверена, с вашим умом и опытом не составит труда…

Через десять минут пререканий, ценных указаний и прочей пены предварительный план мероприятия (Создатель, какой идиотизм!) был утвержден, а собрание завершено на весьма оптимистической ноте. Магистры начали расходиться.

– А вы, дорогой коллега, не торопитесь. – Она положила руку на плечо магистру. Тот вздрогнул. – Обсудим подробности, не утомляя наших занятых коллег.

– Конечно, магистра…

– Без имен, прошу вас. Итак, отработка в морге завтра, предварительный план у нас есть.

– Э… уже завтра? – без энтузиазма отозвался «избранный». – Но план довольно сырой… и финансы, где я возьму…

– Засуньте этот план Курту в задницу. – Она подмигнула магистру, отчего тот вздрогнул еще раз. – И не слушайте идиотов. Я знаю, что и как нужно сделать. Вы готовы?

– Э… разумеется, во славу нашего общего дела…

– И ради гранта лично для вас.

– А… я же не ради… – энтузиазма в «избранном» резко прибавилось.

– Конечно-конечно, коллега. Итак, слушайте внимательно и запоминайте. Повторять не стану…

Кабинет главы Кроненштутц,

в то же время

Полковник Бастельеро

– Людвиг! – На стол шлепнулась газета. – Если это попадет королю, утро мы встретим на границе Пустоши в качестве мусорщиков! – Герман Энн нервно дернулся. – Что себе позволяют твои студенты?

– Адекватная реакция темного мага на оскорбление. Хотя вызов на дуэль был бы уместнее, – хладнокровно ответил полковник Бастельеро, мечтая вернуться в прошлое и придушить Черного Карлика до того, как он вздумал размножаться. – Напомнить, кто именно заставил меня принять должность профессора?

– А это? Это что такое? – палец генерала Энна ткнул в довольное лицо будущей королевы всея Астурия, княжны Волковой-Мортале, самым возмутительным образом обнимающейся с одним из карликовых выродков перед статуей Мориса Золотого.

– Это – недоработка ваших людей, генерал. Именно они должны держать газетчиков подальше от княжны. Я – дознаватель, а не охранник!

– Твоя забота, чтобы газетчикам было нечего снимать, Бастельеро. А ведь такая была приличная и добродетельная девушка! Манеры, репутация, образование… – укоризненно покачал головой Энн. – Наверняка она под ментальным влиянием этих двух негодяев. Уверен, ей самой бы и в голову не пришло вести себя настолько возмутительно. Наша будущая королева…

– Нет там никакого ментального влияния, – вздохнул Людвиг, с ужасом и восхищением вспоминая поведение этих троих на последнем занятии.

Даже Ланс Веннер, лучший его сотрудник, дипломированный психолог и менталист, и тот не способен удержать этот потоп и ураган в рамках пристойности и благоразумия. Хуже того, сам Ланс меняется не в лучшую сторону, поддаваясь на их провокации.

– Есть! – нахмурился Энн. – Наверняка ты просто недостаточно хорошо искал.

– Ну извини, я вообще-то некромант, а она – не труп. Пока еще.

– Именно что пока еще. Ты нашел того, кто уронил люстру? Выяснил, что за заговор в АМН? Я так и знал, что мы выловили не всех массенов. Эта зараза расползается как холера.

– Да какой там заговор, Герман! Кучка старых пней мечтает спихнуть Курта, который не желает финансировать их завиральные проекты и недостаточно уважает их седины. На его месте я бы выгнал их без выходного пособия, а лаборатории отдал кому-нибудь с неразжиженными мозгами.

– То есть это, – Энн похлопал ладонью по газете, – не связано с покушениями?

– Маловероятно. Ты же знаешь редактора «Трибуна», он собрал стаю беспринципных шакалов, и те приносят ему всё, что только может потянуть на скандал. Так что это лишь совпадение. Которым старые пни вполне могут воспользоваться, если только сумеют договориться.

– Я думаю, ты их недооцениваешь. Оба покушения почти удались, и мы не нашли ни одной толковой зацепки.

– Хоть они и старые пни, но все же магистры, – пожал плечами Людвиг. – Уронить Барготову люстру мог бы каждый первый академик, сделать это, не оставив следов – каждый второй. Думаю, нам пора подключить к этому делу менталистов посерьезнее Веннера…

– Нет! Даже не заикайся об этом! – Энн обхватил виски ладонями. – Их величество категорически запретил включать в это расследование кого-то еще. Академия слишком важна, чтобы рисковать ее репутацией. Мы и прошлогодний-то заговор еле замяли.

– Ты всегда можешь пойти по простому пути, Герман. Убить подозреваемого, выдать мне его труп – и он расскажет все без утайки, – светло улыбнулся Людвиг.

– Похоже, общение с отродьями Черного Карлика плохо влияет и на тебя, полковник.

– Само собой! – Людвиг улыбнулся еще шире. – Когда я вынужден жить на работе и вижу любимую жену раз в неделю – я зверею. Так что, пожалуй, еще немного в таком режиме, и я сам уроню какую-нибудь люстру. Возможно, прямо на ближайшем ученом совете.

– Лучше урони ее на Д`Амарьяка.

– Которого из них? Это официальное разрешение, надеюсь?

– На старшего! – разозлился Энн. – И покажи княжне эту проклятую газету! Ей должно быть стыдно так себя вести! Ее репутация – наше национальное достояние, а она не успела стать королевой и уже устраивает вот это!..

– Так может, ей не стоит становиться нашей королевой, Герман? Как будто в Руссии нет больше ни одной невесты для его величества! Тем более Ольга Волкова не сможет родить ему детей, так что весь смысл брака теряется.

– Так. Бастельеро. Хоть ты и кузен короля, но обсуждать его выбор невесты – не в твоей компетенции. Так что изволь-ка…

– О тираже газетенки я уже позаботился, а ее редактор уже ждет в моем «гостевом» кабинете. Поговорю с ним через часик, когда дозреет.

Энн выдохнул и покачал головой.

– Вряд ли этого достаточно, чтобы сохранить репутацию княжны.

– Разумеется, нет. – Людвиг, до того расхаживавший по кабинету начальника, рухнул в кресло и со вкусом потянулся. – Сдается мне, ей глубоко плевать на репутацию. Иначе бы она не сбегала через окно. Кстати, если эта информация появится в газетах…

– Надеюсь, не появится… Погоди. Ты сказал про детей. Но ведь Волковы рожают девочек, с чего ты взял, что эта не родит вовсе? У нее нет никаких медицинских противопоказаний, она идеально здорова.

– Ее мать тоже была идеально здорова, и ее бабка, и все вплоть до Матильды. Однако с Ольгой все несколько сложнее. Она ищет способ снять родовое проклятие, и что-то мне подсказывает, что они с Д`Амарьяками заключили союз именно по этому поводу.

– А мне что-то подсказывает, что ты сам знаешь о проклятии Волковой намного больше меня и его величества.

– Возможно. В дневниках моих предков довольно много того, чего нет нигде больше. А Дитрих Бастельеро был другом княгини Волковой и одним из основателей АМН, так что… – Он предостерегающе поднял руку. – Нет, это не касается безопасности Астурии. Сугубо частная информация…

– О невесте его величества. Людвиг, ты должен…

– Нет. Пока Ольга не вышла за Гельмута, я ничего не должен. Разве что порекомендовать ему выбрать другую невесту.

– Почему ты не сказал этого пару месяцев назад?

– Потому что пару месяцев назад Волкова не сбегала через окно, не поступала в АМН и не общалась с Д`Амарьяками как с лучшими друзьями. Я ответил на твой вопрос?

– Не ответил.

– Ну извини. Пока это все, что я могу сказать. Кроме того, что нам стоит посмотреть на покушения под другим углом. – Людвиг развернул ту же газету и ткнул в другую статью. – Уверен, такое ты уже видел.

На третьей странице сообщалось о проповеди очередного единоверца, поносящего темных магов, которые суть отрыжка мироздания, противоестественные иномирские технологии и самих иномирян – порождение Хаоса и ложь во плоти, – а также требующего поставить злобных и неразумных драконов на службу добродетельному, избранному Единым человечеству.

– Видел. Опять они собрали толпы идиотов, развесивших уши, – вздохнул Энн. – Вот где нужны менталисты. Нужно прекратить это движение как можно скорее. Как-то не хочется погружаться в новые века мракобесия.

– Обрати внимание на сожженный мобиль. С чего-то же они взяли, что мобили – это технология из другого мира. Здесь же, кстати, доктор Курт обвинен в сотрудничестве с иномирянами.

Энн длинно выругался.

Людвиг пожал плечами и продолжил:

– Вот это точно пахнет недобитыми массенами. Их любимые идеи об использовании драконов.

– Кто ж не мечтает о дармовщине. Значит, ты считаешь, здесь есть связь?

– Уверен. Кто-то из массенов остался в АМН. Кто-то, о ком не знал Курт. Недобитку прямой резон от него избавиться.

– Хм. Что ж, найди его. Или их.

– Скорее их, – поморщился Людвиг. – А ты бы вызвал на беседу этого проповедника. Мы, конечно, не лезем в идеологию и не идем поперек Храма, который одобряет эту чушь. Но сожженный мобиль развязывает нам руки.

– Пожалуй.

– Я бы и сам не отказался поболтать с проповедником, так что, если он случайно сломает шею при побеге или там схватит инфаркт, зови меня, не стесняйся. И… знаешь что, Энн…

– Что?

– Расспросите его о богоугодных порталах. Что-то мне подсказывает, что там, где ругают драконов, науку, иномирные технологи и темную магию, просто боятся конкуренции.

– Конкуренции в чем?

– Что общего между драконами и доктором Куртом, а, герр генерал?

– Хм… порталы.

– Именно.

– Единоверцы желают запретить порталы?

– Чужие порталы, Энн. А это значит, что они готовы предложить свои. Как монополисты.

– Ты совсем меня запутал, Бастельеро. Какие еще чужие порталы? Это какая-то чушь!

– Ну почему же. Есть порталы стихийные, они же естественные. На их основе разработаны внутриконтинентальные порталы, которыми мы пользуемся почти полтысячи лет. Есть порталы драконьи, межконтинентальные и межмировые. Они отличаются от стихийных, и мы не можем их воспроизвести до сих пор. То есть никто, кроме Курта, не может, и то его технология пока нестабильна и требует доработки…

– И сказочного финансирования. Так. И?..

– Что, если есть третий вариант? Межмировые порталы, отличные от стихийных и от драконьих. Новая сила. Конкуренты драконов.

– Ох, Создатель. Твоя фантазия, Бастельеро, не знает границ. Тебе бы романы писать. Бульварные.

– Напишу. Когда выйду в отставку. В мире Рины, кстати, пишут отличные романы. Я читал пару-тройку… десятков.

Людвиг мечтательно улыбнулся, вспомнив последний подарок любимой супруги. В твердой обложке. Как удачно, что бриттский и тамошний английский очень похожи, хотя реалии миров и отличаются. Но это делает их книги только интереснее. Вот, к примеру, про адвоката Перри Мейсона… хм. Надо будет дать начальству почитать. Очень поможет в работе.

– Так. Бастельеро. Я все понимаю, ты переутомился, но чушь-то не неси. Ты – некромант, а не пространственник. Твоя задача – не научный прорыв, а поимка заговорщиков в АМН. Прежде всего их руководителя и организатора. Без разжижения мозгов.

– О, это невероятно сужает круг подозреваемых, – усмехнулся Людвиг. – Найти умного, решительного лидера, который хочет спихнуть Курта. Да таких в АМН всего-то не более полутысячи! Раз плюнуть.

– Да хоть обплюйся, Люци. Но чтобы глава заговорщиков был в этом кабинете не позже, чем через неделю!