Глава 9

Тимур

«Ха!» – мысленно усмехнулся. Документ в моей руке подтверждает, что я теперь женат. Это бумажка жжет не руку, а сознание. Илья выглядит если не довольным, то расслабленным точно.

Когда они появились, мне было приятно наблюдать за его злостью: как он нервно закусывал губу, как сжимал в кулак левую руку… Он готов был прибить дочь за ее выходку. Только поэтому мне не стоило злиться на Милану.

Спасибо ребятам с охраны: предупредили, что моя невеста решила в черное нарядиться. И настояла же на своем: не смог Илья заставить ее переодеться! Пока они ехали, мы с Артемом уже все перетерли. Этот гад долго шутил и смеялся. Я предполагал, что Милана, поняв, насколько неудачной оказалась выходка, почувствует себя неловко. Ошибся. Я внимательно наблюдал за ней. Она держалась достойно.

Еще утром я представлял совсем другую картину: думал, Милана явится вся в белом, а рядом будет мельтешить фотограф, свадьбу года запечатлеют на камеру, а потом наши фото появятся во всех соцсетях. Заставить меня позировать никто бы не смог, но одна мысль об этом вызывала отвращение. Но Милана смогла меня удивить. Все женщины с детства, по-моему, мечтают нацепить белый наряд и похвастаться подружкам статусом замужней дамы. Но, видимо, Милане эта свадьба претит не меньше моего. Значит, не ошибся: и правда не хочет быть моей женой. Как-то и злость на нее незаметно стала меньше. Но Ильи Сергеевича это не касалось.

Даже получилось немного расслабиться. Хотя спускать с рук выходку Миланы не собирался. Нечего ей позволять делать все, что в голову взбредет!

Странно было то, что возникло желание огородить ее от осуждающих взглядов. Разозлившись на себя, пытался запретить себе об этом думать. Ну, как же! Получалось контролировать подчиненных, но вот собственные мысли… И ещё больше разозлился на себя за это.

Артем, увидев ее, даже присвистнул. Сказал, что рад был бы иметь такую жену, жаль, что к ней еще и тесть прилагается, которого родней считать не хочется.

Я старался о таком даже не думать, мыслей не допускать, что наш брак может стать настоящим. Но не мог с ним не согласиться: Милана приковывала к себе взгляды мужчин. И дело тут не только в черном платье: у нее хороши были еще и осанка, манера поведения, фигура. И, конечно же, девушка была красива. И даже в черном она не источала уныние и тоску: от нее веяло какой-то легкостью, непринужденностью, живостью. Отступать от плана намеченной игры не собирался, но впервые задумался, что не так легко мне может достаться победа, как я надеялся.

– Моя жена поедет со мной, – произнёс властно, как только они с подругой спустились к нам.

Направился к своей машине, не оборачиваясь, чтобы не наблюдать за недовольной миной Ильи. Пусть бесится.

– Что стоишь? – обернулся к Милане. Открыв дверь, кивнул на пассажирское сидение.

Артем собирался уезжать на своей машине, значит, мы сможем остаться наедине. Поговорить не помешает.

– Соня едет с нами! – категорично заявила она.

Подружка молча стояла рядом, переминаясь с ноги на ногу.

– Пусть едет, но, надеюсь, первую брачную ночь мы проведем без твоей подруги?

Обе покраснели, испуганно переглянулись.

«Ой, надо же, смутились»

– Куда мы едем? – спокойным тоном задала она вопрос.

Приподняв немного юбку, стала располагаться на сидении. Распахнутый впереди разрез позволил увидеть тонкое кружево чулка. Не глядя на меня, она ровно уложила складки. А мне захотелось подойти и распахнуть их обратно.

«Стою и пускаю слюни на ее ножки, словно никогда не видел ничего подобного!»

Илья Сергеевич, стоя рядом с моим автомобилем, переводил растерянный взгляд с меня на Милану. А что он думал? Навяжет свою дочь – и мы станем жить по его правилам? Раньше надо было думать! Условия договора я выполнил, а дальше лезть никому в свою жизнь не позволю. Он сам передал мне все права на дочь.

– А отметить? – раздраженно произнёс он, не до конца еще осознав, что потерял свое влияние.

– Думаю, вашей дочери некогда отмечать: она на похороны еще должна успеть.

Ребята пытались сдерживать смех, маскировали его за кашлем. Артем, не стесняясь, заржал в голос. Поймав недовольный взгляд моего тестя, нисколько не стушевался, продолжал хохотать. Подружка испуганно оглядывалась, мечтая наверняка поскорее сбежать.

– Нечего отмечать, Илья Сергеевич. Сделка состоялась. Могу пожать вам руку, как принято во всем деловом мире. А если хотите отметить – это без молодоженов. Я свою часть договора выполнил, на этом все. Жаль, конечно, Милана так старательно подготовилась.

Отвечать она мне не стала. Смерив высокомерным взглядом, повернулась к отцу:

– Ты мое отношение к этому мероприятию знаешь, папа. Тут нечего обсуждать.

– Вот и хорошо. А сейчас мы едем в твой уже бывший дом, ты собираешь пару чемоданов – только необходимое – и мы едет в нашу квартиру. У меня не хоромы на весь этаж, обычная двушка, поэтому захламлять ее не стоит. Карточки можешь сразу вернуть отцу. Теперь ты будешь жить по средствам мужа, а не папы. Понятно?

Мои слова оспаривать никто не посмел. Вот и хорошо. Я в доме хозяин, и решения принимать мне. Понял это и отец Миланы.

– А я могу подарить ей свадебный подарок? – недовольно посмотрел он на меня.

– Да, но это не должно быть жилье: она будет жить со мной под одной крышей.

– Хорошо, тогда мы едем за вами, – бросил Илья, развернулся и направился к своей машине.

– Я лучше на такси домой вернусь, – скосив на меня лицо, словно я этого могу не заметить, выдавила подружка, помахав моей жене рукой.

Милана хотела ее переубедить, но, поймав мой взгляд, сказала, похоже, не то, что собиралась:

– Я тебе наберу, – спокойно произнесла она и отвернулась.

Боится оставаться со мной наедине, но и страх показывать не хочет. Интересно…

Попрощавшись, блондинка убежала.

Заметил, как Артём провожает ее взглядом, скривился. Мы друг друга с одного взгляда понимали. Ему несложно будет догадаться по моей мимике, что на таких вертихвосток внимания не стоит обращать. Не для серьезных отношений такие девушки, не доросли еще. А их бурная молодость может перерасти в не менее бурную зрелость.

Он ухмыльнулся и поднял вверх указательный палец, что означало: сойдет на один разок.

– Пристегнись, – резко произнес, не глядя на Милану.

Занял водительское кресло. Потянулся за ремнем безопасности, рука дрогнула, не смог с первого раза попасть в фиксатор. Чтобы пристегнуть свой ремень, Милане пришлось отпустить руку, удерживающую разрез на ноге.

Мой взгляд остановился сначала на красивой линии женских икр, на тонких щиколотках. Непроизвольно проследил за движением ее руки. Вот, она тянет ремень, а разрез, не удерживаемый ничем, медленно раскрывается, ткань скользит по тонкому капрону. Застыл и смотрю, забыв о том, что нужно попасть замком в фиксатор. Вот, края разъехались, открывая очень эротичную картину: контраст черного кружева на белой коже. Если немного приподнять юбку, можно будет увидеть трусики. Тоже черные?.. Уверен, что да.

На лбу выступила испарина. И это точно не из-за жары. Совсем некстати мое возбуждение! Не хватало ещё, чтобы она заметила, как участилось мое дыхание. Милана уже справилась с замком и поправила юбку, опасливо посмотрела на меня: не заметил ли я, что она сидит в такой провокационной позе? Защелкнув ремень в фиксатор, приподнялся над сидением. Поправив полы пиджака, умудрился хоть как-то им прикрыть свое возбуждение. Да, сказывается воздержание!

Мысленно ругнувшись, завел двигатель. Кортеж с отцом и охраной обогнал нас. Я злился на себя, на нее. Мне не нравилась реакция организма на этот небольшой участок обнаженного, пусть и красивого тела.

Совсем некстати еще вспомнил свое желание поцеловать эти губы во время регистрации брака. Изначально и мысли такой не возникало. Но, когда почувствовал ее трепет, чуть не сорвался. Мысленно я уже стирал большим пальцем помаду с ее губ… Дико захотелось попробовать, какая она на вкус. Даже вуаль поднял. Благодарить надо эту бабу, что без умолку несла какой-то поздравительный бред: вернула в реальность.

– И для чего нужен был этот маскарад? – голос охрипший, раздраженный. Всё-таки, сорвался. Мне надо было отвлечься, и самое надежное сейчас – это злость. – Не хватает внимания? Захотелось выделиться в толпе? – каждое слово звучало резко. – Как всегда, думаешь только о себе?

Дернулась после этой фразы, но постаралась этого не показать. Зацепил за больное. Мама и брат не в курсе, что я сегодня женюсь. Если Владу я позже расскажу, то с мамой сложнее. Я еще не придумал, как ей преподнести эту новость. В ее жизни хватало переживаний, и новые я старался не доставлять. Сообщу сейчас – она сразу же приедет. Скрыть от нее ничего не удастся. Надеюсь, мою невесту в траурном наряде на собственной свадьбе она не увидит. Не забыть предупредить Кощея, чтобы все в сетях подчистил.

Милана, сняв шапочку, закрепленную на голове вместе с вуалью, выбросила ее в окно.

– Какое настроение – такое и платье, – обижено прозвучали ее слова.

Сейчас она не была так уверена в себе, сникла вся после моей фразы. Усугублять не стал: вроде и так дошло. Не поднимая глаз, она смотрела в одну точку на приборной панели.

Говорить больше не хотелось. Напряжение, неправильность всего происходящего выбивали из привычного равновесия. Так, в полной тишине, мы подъехали к дому Миланы.

– Я подожду, не задерживайся, – остановил машину у ворот, заезжать вовнутрь не стал.

Без лишних споров, Милана молча вышла и направилась к дому.

Подошли поздороваться ребята из охраны. С некоторыми вместе начинали работать на Сергеевича, кто-то работал в моей фирме. Слухами, как говорится, земля полнится, ничего удивительного, что в историю моей женитьбы каждый был посвящён, пусть и подробностей не знал. Да и Милана не скрывала свое отношение к нашему браку, поэтому банальных слов поздравления никто не произнес.

Наверное, не прошло и двадцати минут, как появилась Милана. Удивился: собралась она быстро. Вышел с ней один из охранников, что был в загсе, нес два чемодана. Даже не верится. И правда всего два?.. Пока укладывали их в багажник, отчетливо услышал звон стекла. Духи? Навряд ли. Что тогда? Скорее похоже на звон бутылок?..

Уверенной походкой в нашу сторону шел Илья Сергеевич. Ребята разошлись по рабочим местам: нервировать босса сегодня не стоит. Его пасмурное настроение не заметит только слепой.

– Карточки отцу вернула?

– Оставила дома, как ты и… просил, – выделила она последнее слово, намекая, что я не просил, а приказал.

Я знал, что деньги она продолжит брать у отца. Но пусть делает это с оглядкой, не шикует и не шокирует моих знакомых и соседей.

– Я сам смогу обеспечить свою семью. Завтра сделаю тебе карточку. Каждый месяц, пока ты моя жена, будешь получать на нее двести тысяч. Как ты их будешь тратить – меня не интересует, но больше в месяц ты не получишь, так что учись экономить. Да, расходы на ведение хозяйства туда тоже входят.

Она не стала мне отвечать. Или от того, что отец уже находился в зоне слышимости, или просто не считала нужным спорить. Все равно сделает по-своему.

Илья протянул ей небольшой бумажный пакет:

– Тут ключи и документы на машину – это и есть твой свадебный подарок. Приедешь, заберешь в любой день: она стоит в гараже.

– А можно сейчас? – глаза засверкали, хоть она и пыталась открыто не показать радости. Посмотрела напряженно на меня в ожидании ответа.

– Дай ключи, – спокойно произнёс, протягивая руку.

Не знаю, что пришло в ее голову, но глаза вмиг перестали блестеть, потускнели. Без возмущений – хотя мы как раз были видны другим – Милана вытащила ключи, подошла и вложила в мою ладонь. Сжав их на миг в кулаке, поймал взгляд охранника и кинул ключи ему:

– Поедешь за нами.

– Я могла и сама сесть за руль…

– Могла, но я решил, что ты поедешь со мной, – резко проговорил, прервав поток готовящихся уверений.

Машина – это даже хорошо. Сам я ей ее покупать не собирался. Зато теперь всегда можно узнать, куда поехала жена, если телефон забудет. Прекрасное средство для слежения! Немного поколдовать – и можно даже вести съемку в салоне автомобиля. Стоит скорее получить компромат и развестись. Всего пара нужных снимков – и я могу наслаждаться свободой. Понятно, что запирать я ее дома не собираюсь, пусть живет, как привыкла: смогу быстрее получить доказательства измены.

Попрощавшись с отцом, Милана направилась к машине. Она успела переодеться, что не могло не радовать. Легкие, тонкие, синие брючки и кипенно-белая футболка – идеальный вариант для моего спокойствия: не буду как подросток истекать слюной на кусочек обнаженного тела. Посмотрел на неё – и снова разозлился. Захотелось, чтобы она сейчас же села назад: футболка, обтягивающая грудь, раздражала. Могла надеть что-то более свободное! Тонкое кружево не скрывало остро торчащих сосков. Но нет, Милана уверенно открыла дверь со стороны пассажирского переднего сидения.

Девушка расслабленно откинулась на кожаную спинку. С легкой полуулыбкой сидела, о чем-то задумавшись. Меня выводило из себя это спокойствие. Наверное, потому, что сам спокоен не был.

– Когда у тебя в последний раз был секс? – спросил достаточно громко, чтобы она не делала вид, что не услышала.

Хотелось ли мне действительно это знать? Не знаю. Но нарушить ее спокойствие просто мечтал. Помню, как отреагировали они с подружкой на реплику о первой брачной ночи.

Кажется, вопрос прозвучал для нее неожиданно. Вот и сейчас удивилась, смутилась.

– Думаю, тебя это не касается, – поправляя волосы, произнесла она.

– Почему не касается? Хочу знать такие подробности перед первой брачной ночью. К чему мне стоит быть готовым.

Она на меня посмотрела испуганно. Растерялась, не знает, что ответить. Вот и хорошо. Стоит заставить ее испытывать ко мне желание, не только же мне сходить с ума от воздержания.

– Ты же никогда не нарушаешь своего слова. – голос немного дрожит.

– Ты о чем?

– О том, – выдержала она паузу, – Что меня в браке ждет целибат. Прошло пять лет, но я не забыла твоего обещания. Изменилось только одно обстоятельство… – довольно ухмыльнулась она.

– Какое? – я знал, что она в любом случае его озвучит, но повелся и спросил.

– Тебя тоже в браке ожидает целибат, – спокойно произнесла Милана, но глаза выдавали, что это доставляет ей радость.

«Маленькая дрянь!»

– Хм, нас ждут отдельные комнаты? Ты говорил, у тебя двушка?

Хотелось стереть это довольное выражение лица и сказать, что спать мы будет в одной постели. Но разум еще не отказал мне, и я промолчал. Я же в первую ночь не выдержу и трахну ее. Наш брак только на бумаге, нечего его делать полноценным!

– Отдельные комнаты, у каждого своя жизнь, первый, кто оступится, выбывает из игры, – уверенно заявила она, словно не замечая моего состояния.

Дав себе несколько секунд успокоиться, чтобы голос не подвел, продолжил дразнить Милану:

– Мне интересно, сколько ты выдержишь без секса? – нагло ухмыльнувшись, прошелся по ее телу взглядом, задержался на груди, на губах…

– На один день дольше, чем ты! – улыбнулась она, довольная своим ответом.

«Засранка!»

– Какая у тебя любимая поза? – не терял надежды вывести ее из себя. Заметил, что она нервничает, хоть и пытается скрыть.

– Ты об этом никогда не узнаешь, – выпалила она и принялась поправлять челку.

Занервничала. На меня это не похоже, с женщинами мне не хочется разговаривать, узнавать их внутренний мир, понимать их чувства и эмоции… Как бы ни пытался себя убедить, что это все в рамках игры, понимал, что присутствует личный интерес.

– Мне просто любопытно. Мы взрослые люди, причем, женаты. Я хочу поддержать диалог. А ты, что, стесняешься говорить о сексе? – видел, что смущал, но это еще больше раззадоривало. – Я, например, если ты помнишь, люблю быть сзади. Помнишь?.. – выдержал паузу, наслаждаясь ее смятением, – Врываться глубоко в партнершу, срывать с ее губ крики наслаждения. Люблю, когда женщина подо мной страстно отвечает, люблю контролировать весь процесс, держать ее на грани. Только я могу позволить ей кончить. А какой секс нравится тебе?

Мне не было это интересно. Я добился, чего хотел: Милана раскраснелась, смутилась, принялась поправлять одежду. Вот и хорошо, а то сидит тут вся такая невозмутимая!

Я думал, она ничего уже не ответит. Ехали мы в молчании около двух минут. Эти две минуты я наслаждался ее состоянием. Внутри испытывал триумф, что удалось ее вывести из равновесия. Ну, вот она медленно развернулась ко мне, так же как и я ранее прошлась по мне взглядом, прикрыла мечтательно глаза, начала томно говорить:

– Я люблю заниматься сексом медленно, с долгой прелюдией: поцелуями, ласками… их никогда не бывает много. Люблю находить на теле партнера эрогенные зоны и сводить его с ума своими прикосновениями: рук, губ, языка. Мне нравится, когда сознание отключается на предварительной стадии. Значит, партнер так хорош и опытен, что смог добиться от меня максимальной расслабленности. Потом уже неважно, неспешно и долго он берет меня, доводя до оргазма, или это жесткий и быстрый секс. – подняв веки, она посмотрела прямо мне в глаза, уверенно, с насмешкой продолжила: – Хотя ночь длинная и можно успеть не один раз предаться любви, а как это будет, все зависит от партнера. Пусть я не высплюсь, мое тело устанет, даже болит… я смирюсь, если каждый раз он сможет поднимать меня к высотам наслаждения, уносить за грань, оставлять на краю бездны…

Ее голос звучал словно наваждение, сексуальные нотки заставили напрячься каждую клетку моего тела. Я слышал свое громкое дыхание.

– …Пока я медленно возвращаюсь в реальность, я люблю, чтобы меня обнимали и целовали…

Резко нажал на педаль. Хорошо, что это мерс – и тут тормоза работают четко. Удалось избежать столкновения с впереди едущей тайотой. Я от этих картин, что живо рисовало мое воображение, совсем забыл, что за рулем! Какого хрена со мной это происходит?! Ярко описанные подробности сыграли со мной злую шутку: я представил себя в этот момент с ней в постели, неудивительно, что так возбудился!

– Вот такой секс люблю я. – ее даже не остановило то, что она чуть не припечатала лбом лобовое стекло.

Она спокойна, улыбается, а я сжимаю руки на руле так, будто боюсь, что сейчас он переломится.

Откинувшись на спинку сидения, она прикрыла глаза. Я видел край ее улыбающихся губ. Она это сделала специально! Довела и радуется! Ничего, я еще на этом поле отыграюсь!

Мы уже подъезжали к моему дому. Затевать новый спор нет смысла, да и настроения. Поднявшись в квартиру, занес в комнату ее чемоданы, бросил возле кровати.

– Проходи, это твоя комната. Другая спальня, соответственно, моя.

Сейчас она уже не была в себе так уверена, как в автомобиле. Видимо, ей было страшно оставаться наедине с почти незнакомым мужчиной. Ведь, по сути, мы друг друга не знали.

– Захочешь секса – стучись, но не факт, что ты его получишь, – ухмыльнулся, наблюдая за ней.

Сложив руки на груди, Милана застыла в дверном проеме.

– Душ общий, – подмигнул ей, добавив: – Замок имеется. Может, зайдешь в комнату, осмотришься? – ничего не ответив, она продолжала стоять в проеме. – Тогда по существу, – без тени улыбки продолжил я. – Ты должна в доме поддерживать порядок. Меня целый день не бывает дома – и эта обязанность на тебе. Никаких посторонних в моей квартире быть не должно. Каждый вечер будь добра готовить ужин. Это пока все твои супружеские обязанности. Думаю, у меня, как мужа, не так много пожеланий, ты должна справиться. Остальное время проводи, как хочешь. Я уехал, буду поздно.

– Я могу приглашать сюда Соню? – единственное, что она спросила.

– Можешь, – крикнул, уже выходя за дверь.

Пусть веселятся, быстрее сорвутся!