Глава 28. Миалтэр Бойрэни (третий)

Убью скотину! На куски порву собственными руками! Да как эта синяя морда посмела?!

— Миалт, не горячись. На тебя смотрят… — встревоженный голос друга, который имел глупость вцепиться в меня обеими руками, все же заставил немного прийти в себя. Но ровно настолько, что бы одарить того предупреждающим взглядом, хорошенько прочувствовав который, друг немедленно убрал от меня свои конечности.

— Не наделай глупостей… — все же тихо прошептал мне Клайдан, ровно в тот самый момент, когда я схватил за грудки стоящего рядом Лейгеля и разъяренно ему прошипел:

— Сссколько ты хоччччешь?

Недоуменно-наигранно вздернутая вверх бровь этого сволочного виорийца, чуть не заставила меня зарычать от ярости. Заметив краем глаза то, как бесчувственное тело МОЕГО почти что фаворита мешком выволакивает с арены парочка служителей клуба, я для улучшения понимания моего вопроса хорошенько встряхнул надменного красавчика, совершенно не понимающего своего печального положения.

— Если ты таким крайне оригинальным образом намекаешь мне на то, что хотел бы выкупить МОЕГО нового раба, то спешу тебя огорчить… Я не собираюсь его продовать и этот мальчик к тебе не вернется.

Возникшее после этого заявления горячее желание тут же хорошенько вмазать по этой самодовольной морде я запихнул как можно дальше. Сейчас не время и не место, отомщу немного позже. После того, как Вей опять будет принадлежать мне. А вот для этого мне просто необходимо согласие моего бывшего любовника. Что самое во всем этом отвратительное… его ДОБРОВОЛЬНОЕ согласие.

— Лей, не создавай себе проблем. Ты же меня хорошо знаешь… — многозначительно предупреждаю я имперца, видимо не понимающего, с кем именно он пытается пререкаться.

— Миалтэр, я тебя не просто «хорошо», я тебя ПРЕВОСХОДНО знаю. Точно так же, как и Правовой Кодекс Империи.

Ехидная ухмылка этой заразы привела меня в еще большее бешенство, а его последующее заявление, поставило на грань его же убийства: — Ты тоже знаешь законы… Точно так же как и то, что теперь этого раба не сможет у меня забрать никто из имперцев, за исключением твоего отца. Но я очень сильно сомневаюсь в том, что Правителю будет интересна одна из многочисленных шлюшек его сына. Так что…

— Я дам тебе… все что захочешь. Конечно, в пределах разумного, — выдавливаю из себя это невероятно щедрое предложение после недолгой заминки, во время которой с трудом сумел взять себя в руки. Успокаиваясь тем, что эта сволочь после получит по полной все, что заслужила.

— Хм, весьма заманчивое предложение.

Задумчиво вперив взгляд прямо в мои глаза, Лейгель скользнул ладонью к моему лицу. Легкое прикосновение его пальцев к моей щеке вызвало лишь дрожь омерзения, и желание немедленно отпихнуть от себя эту расчетливую гадину как можно дальше. Но я даже не шевелюсь. Жду, что именно потребует от меня бывший любовник. Просчитываю варианты его желаний и абсолютно неожиданно слышу то, что выдал этот сумасшедший:

— Я хочу, чтобы ты объявил МЕНЯ своим официальным фаворитом. Сегодня же вечером… перед всеми. На торжестве устроенном в честь твоей «блистательной» победы.

Вот это наглость! Ошарашенно таращусь на чересчур довольное лицо Лейгеля, и с ужасом понимаю, что тот не шутит. Да я от неожиданности даже пропустит тот момент, как пальцы бывшего осторожно обхватили свисающую с моего уха бусину из ливидия.

— А еще я думаю, что серьга парная этой, подойдет мне гораздо более, чем твоему БЫВШЕМУ рабу… Не находишь?

— И не надейся! — рычу и грубо отпихиваю от себя совершенно зарвавшегося имперца.

— Подумай о ссвоем мальчиссшшке. — моментально растеряв все свое наигранное веселье, раздраженно прошипел Лейгель, после чего язвительно добавил: — Я много чего интересссного о нем сслышшал… И из всех этих ссслухов вынессс одну интерессную мысссль… Он тебе дорог. Очень дорог. Я не верил в это, думал-глупые разговоры, а теперь вижу и сам— вссе правда. Ты без ума от своего собственного раба и сделаешь все, чтобы его вернуть. Назови меня сссвоим фаворитом! Ведь иного ссспособа получить его обратно в сссвое пользование у тебя не имеется. А так… Мне он понравилссся. Малыссшш очень красив и я буду только рад, если он будет делить поссстель с нами обоими. Правда в качесстве обычного наложника.

Да ни за что! Что бы я позволил Лейгелю… чтобы он… Вея? Не будет такого. Никогда! Не допущу! И у меня даже появилась идея, как это осуществить. Дикая, конечно, но иного способа вернуть калверианца обратно в свою собственность я не видел.

— Ты забыл, что у меня есть еще одна воможность забрать у тебя МОЕГО БУДУЩЕГО ФАВОРИТА…

— Это какая же?

Настороженность во взгляде и некоторая тревога в голосе бывшего любовника меня слегка порадовали. Так что свою идею я выдал ему уже с совершенно спокойным голосом и полным решимости видом:

— Я по правилам ТВОЕГО клуба могу сейчас заявить о своем участии в поединке и вызвать на бой твоего бойца…

— Миалт, не нужно! — встревоженный голос до этого тихо стоящего рядом Клайдана и несколько неуверенно произнесенное Лейгелем: «ты не посмеешь этого сделать», только лишь подстегнули меня к тому, чтобы я окончательно принял именно это решение.

— Посмею. Можешь объявлять поединок. Сейчас же.

— Младший Правитель, я тоже думаю, что Вам не стоит этого делать.

Негромкий, но тем не менее властный и очень хорошо знакомый голос, неожиданно раздавшийся за моей спиной, заставил меня резко обернуться. Вот же гадство! И какого… этот здесь ошивается и как всегда в самый неподходящий для меня момент?

Гайлан Фиорти — собственной и особо ненавистной мной персоной. Здоровенный виориец низкого происхождения, который к своим тридцати с чем-то циклам умудрился добиться просто неимоверных для простого имперца высот. Стал Приближенным, входящим в сотню самых влиятельных импецев и при этом Главой Центра Безопасности Империи. Да, и при этом еще и главным отцовским Советником… Только вот советы его… Я был более чем уверен, что идея с отправкой меня на завоевание Калвиреи принадлежала именно этому типу, что радости от нашей с ним встречи мне совсем не добавляло.

Ко всему прочему, эта вездесущая пронырливая зараза еще и не одна в клуб заявилась. За его спиной обнаружилось еще около десятка виорийцев из личной охраны Правителя, которые ненавязчиво так оттеснили от нас всех любопытствующих имперцев. А это было уже очень плохо… Так как сразу давало понять о том, что главный безопасник оказался в клубе Лейгеля не с частным визитом, а по долгу службы… И скорее всего, благодаря той шумихе, которую здесь устроил лично я.

— Фиорти, свои мысли Вы можете оставить при себе, мне они совершенно не интересны. И я все равно буду делать то, что посчитаю нужным.

Окидываю этого безродного выскочку крайне пренебрежительным взглядом и ехидно ему усмехаюсь. — Приказывать вы мне не можете, так что…

— Я — нет, но у меня при себе имеется личное распоряжение Правителя доставить Вас во Дворец. Немедленно, и даже невзирая на ваше нежелание этого делать.

Не менее злорадный, чем мой оскал, которым наградил меня этот низкородный засранец, заставил чуть ли не взвыть от злости. Вот значит как? Отцу вдруг приспичило со мной повидаться. С чего это вдруг такая «приятная» неожиданность? Да еще и в такой крайне неудобный для меня момент?

— Фиорти, я думаю, отцу придется немного подождать, у меня здесь есть одно незавершенное дело…

— Если Вы имеете в виду того пленника, что привезли с собой из недавнего… путешествия, то можете о нем не беспокоиться. Ваш отец изымает этого раба в свою собственность «Правом Правителя», уплатив причитающуюся по закону компенсацию его нынешнему владельцу.

ЧТО-О-Оо?! Это еще… Отец покупает Вея у Лейгеля? Да зачем он ему нужен?! Хотя… Глупый вопрос…

— Младший Правитель, мой личный катер уже ожидает нас на взлетной площадке. Думаю, Вам стоит поспешить, поскольку Император уже весьма и весьма недоволен Вами и вашими бездумными выходками о которых ему уже успели доложить.

Тон, которым Фиорти ко мне обратился, был полон ничем не прикрытой издевки и неуважения к наследнику Империи. Да и имперские гвардейцы как-то невзначай поближе к нам придвинулись, повинуясь еле заметному кивку своего прямого начальника. Меня что, опять собираются конвоировать, как преступника? Да нет! Дикость какая-то. Сомневаюсь, что именно таковым было распоряжение отца. Скорее это всего лишь личная инициатива Главы безопасности. Ну и Советник — сволочь самодовольная… и мстительная. А ведь еще не так давно этот напыщенный виориец просто мечтал оказаться со мной в одной постели. И как ни странно, ему даже удалось это осуществить.

Прохода мне не давал, всюду преследовал своим влюбленным взглядом. И что самое непонятное, он не играл в слепое обожание, в отличие от остальных моих приближенных. В этом я, как ни странно, был абсолютно уверен. Подобное внимание со стороны довольно взрослого и самодостаточного мужчины, который небезосновательно держал в страхе всю Империю, мне какое-то время льстило. И именно поэтому я не послал его сразу же, а даже наоборот… принял его в довольно небольшой состав своего ближайшего окружения.

С ним было интересно… Несмотря на свое низкое происхождение, Фиорти был очень умен, образован и интересен как личность. Но ни о каком сексе с ним не могло идти даже и речи. Мужчина был совершенно не в моем вкусе, так как очень сильно отличался от изящных нежных мальчиков, которых я обычно привык видеть в своей постели. И я ему это прямым текстом высказал в тот момент, когда меня окончательно достало его чересчур навязчивое внимание. Тогда этот гад пошел другим путем. Затащил меня в клуб Лейгеля, напоил практически до беспамятства, после чего уже совершенно ничего не соображающего отвез к себе домой.

До сих пор с ужасом вспоминаю тот момент, когда в мой замутненный выпивкой мозг наконец-то дошло, что я совершенно голый лежу в одной кровати с Фиорти… Тоже раздетым. И что этот, в принципе вполне привлекательный внешне мужчина, вместо того, чтобы подставить свою крепкую задницу в мое полное распоряжение, против чего на тот самый момент я уже был совсем даже не против, практически чуть ли не влез в мою. И это при том, что к ней я не подпускал никого и никогда, и не собирался делать этого и в будущем.

Итогом всего этого стал грандиозный скандал с мордобоем, который я устроил безопаснику прямо в его спальне. Фиорти был сильнее, в отличие от меня совершенно трезв, так что скрутил он меня быстро и без особых для себя проблем. После чего навалился на меня сверху и как безумный принялся лапать и оглаживать все мое тело, горячечно выцеловывать лицо, шептать какой-то маловразумительный бред на ухо в который я даже не пытался вслушиваться. Я сопротивлялся как только мог. Извивался как сумасшедший, изо всех сил пытаясь сбросить с себя тяжеленную тушу безопасника.

Остановило его от насилия только мое обещание рассказать все отцу. Хотя может быть даже и не это…. У меня началась истерика… Дико! Никто и никогда до Фиорти не смел ко мне даже пальцем прикоснуться без моего на то разрешения. И вот теперь… Этот низкорожденный, который САМ должен был заботиться о моей безопасности! Он меня не только трогал, он меня целенаправленно подготавливал к тому, чтобы я смог принять в себя его здоровенный член, осторожно разрабатывая мой анус пальцами.

Никогда мне не еще не было страшно до такой степени, что я заскулил от отчаяния и из моих глаз хлынули слезы. И еще я начал орать… Звал хоть кого-нибудь на помощь… Кричал, что ненавижу… Обещал отомстить и клялся, что смерть безопасника будет не из легких. Все это проняло Фиорти сразу же. Ведь мало того, что я был наследником Империи, так еще на тот момент и несовершеннолетним. И если бы отцу стало известно, что его приближенный попытался провернуть с его единственным сыном, сам, лично бы голову тому открутил, причем в самом прямом смысле. Так что поползновения к моей персоне со стороны Гайлана Фиорти прекратились сразу же после этих слов.

Мрачно сжавши губы мужчина торопливо с меня скатился, чуть ли не в лицо швырнул мои вещи и потребовал немедленно убираться из его дома. Обалдев от счастья, что меня все-таки отпустили, я даже не придал значения просто невероятной наглости безопасника. Но вот когда уже вернулся во дворец и окончательно осознал то, что пытался сделать со мной мужчина, чуть с ума не сошел от ярости… Разгромил в хлам почти все, что попадало мне под руку в своих комнатах. Хотел было немедленно сообщить обо всем отцу, но… Не рассказал ему ничего. Потому что совершенно неожиданно для себя вспомнил, что именно шептал мне безопасник, в промежутках между тем, когда целовал… Неужели он и правда меня любит? Тогда почему пытался… Но ведь отпустил же? И не из-за того, что побоялся гнева моего отца. Потому что Фиорти итак знал о том, что его безумная выходка не останется безнаказанной. Прекрасно понимал, чем ему грозит насилие надо мной и все равно рискнул затащить меня в постель? А потом отпустил… Хотя по законам Империи даже попытка изнасилования несовершенного высокорожденного виорийца каралась смертной казнью. Не понимаю, почему тогда Фиорти не довел начатое им до конца, если результат для него все равно был один и тот же — смерть. Пожалел отчаянно ревущего под ним мальчишку, который кричал ему в лицо о том, что ненавидит? Пожалел мальчишку, которого сам он видимо все-таки и правда любил… С ума сойти от всего этого… Что же, как оказалось, я тоже могу жалеть… Иногда. И именно по-этому решил не ставить отца в известность о произошедшем и попытаться выкинуть из памяти всю эту дикость как страшный сон и забыть. Обо всем. Навсегда. И у меня это даже почти что получилось. И все было бы вообще здорово, если бы Фиорти иногда, очень и очень редко, все-таки не умудрялся попадаться мне глаза, чем злил просто невероятно. Вот и сейчас. Появился из неоткуда и только лишь для того, чтобы опять, в который уже раз осложнить мне жизнь…

— Хорошо, я полечу с вами к отцу сразу же после того, как Лейгель отдаст мне Вея, — решив не обострять ситуацию еще больше, покладисто соглашаюсь я на приглашение Фиорти, которое на самом деле более походило на приказ.

— Об этом рабе можете не беспокоится. Я распорядился и его уже отправили во дворец другим катером, так что нас с Вами ничто более здесь не задерживает.

Даже так? Как быстро все организовано… И это все несколько напрягало. Без возражений, от которых все равно не было бы никакого толка, проследовал за Фиорти к его здоровенному черному катеру, который он имел наглость посадить на площадке практически рядом с моим. Как еще и не поцарапал, сволочь! Одна радость… Его подчиненные испарились из общего зала несколько раньше нас, так что клуб мы покинули только вдвоем. И мои опасения о том, что главный безопасник Империи решиться сделать мне очередную гадость, выставив на всеобщее посмешище отправляя к отцу под конвоем, к счастью, не подтвердились.

И все равно, от осознания происшедшего становилось просто тошно. О постоянной слежке мне и так было хорошо известно. Но тут было без вариантов. То, что я являлся наследником Империи, предполагало собой и некоторые неприятные моменты, одним из которых было мое постоянное нахождение под контролем Центра Безопасности. Но обычно ни безопасники, ни отец так резко в мои дела не вмешивались. А очень хорошо помня недавние предупреждение Правителя на счет Вея, я понял, что ничем хорошим для меня сегодняшняя скандальная выходка не завершится. Лишь бы отец не решил отыграться на моем пленнике. Ведь на поединок я выставил его сам и претензий к мальчишке у отца быть не должно. По крайней мере, я очень сильно на это надеялся.