Глава 12

В итоге мы все равно оказались в постели, но от этого мне хотелось только разрыдаться. Я поддавалась ласкам мужа, отвечала тем же, пыталась расслабиться, но… внутри горело отторжение: словно я предавала кого-то. Себя.

И пусть бы лучше сегодня было все, как обычно: его сдержанность, мое согласие, отсутствие эмоций и молчаливое принятие, что нам обоим это нужно. Ведь мы женаты восемь лет, и другого варианта у нас просто не существует. Хотя сейчас, лежа на смятой простыне и приводя эмоции в порядок, я пыталась вспомнить, когда, даже до свадьбы, у нас было иначе?

Когда я его страстно хотела в самом начале наших отношений и после свадьбы, он отворачивался. Я закусывала губу, вздыхала, принимая его безразличие, и тихо плакала под размеренный сап. Когда он хотел, я сдерживалась: эмоции — это не то, что я могла отдать ему взамен на холод. Но тело — могла. И его это устраивало.

Со временем меня стало устраивать тоже. А когда в моей жизни появился "Свой сценарий" — тем более. Моя энергия нашла свое воплощение в созидательном русле. И сейчас секс по субботам стал просто очередной галочкой в расписании. Поэтому то, что произошло только что, и особенно — то, что сегодня вторник, просто выбивало меня из колеи.

— Я тебя люблю, — раздался горячий шепот мужа у меня над ухом. У меня сжалось сердце:

— И я тебя, — сказала я тихо, уронив слезинку на подушку. Но тут же поспешила подняться: — Леш, ты прости… мне надо работать. Ты отдыхай, хорошо?

Он улыбнулся, потянул мою руку и выпросил еще один поцелуй. Я провела по его предплечью и, завернувшись в брошенный в порыве страсти халат, вышла из спальни. За дверью тихо заговорил телевизор. Вот. Теперь как всегда. Другого не надо.

Я быстро освежилась в душе, чтобы привести голову в порядок. Впереди рабочий день, рутина и новый сценарий. И ожидание нового сообщения от Марка.

Черт! Еще этого не хватало! Я ведь и впрямь загружена, планов хоть отбавляй, и думать о чем-то еще просто нет времени. Кто-нибудь бы выделил дополнительные часы на общение?

Я провела по запотевшему зеркалу и снова всмотрелась в отражение: глаза смотрели с сожалением и словно в чем-то упрекали. Но в чем? Леша — мой муж, мы живем под одной крышей, спим в одной постели, мы… срослись за восемь лет брака! А сколько еще было "до"! Он занял все мое время и все пространство, наши близкие друзья разъехались, с бывшими коллегами почти не общалась, и, наверное, бюро было отчаянной попыткой залатать эту дыру в общении. Помогло. Правда пока я ни с кем не сблизилась настолько, чтобы изливать душу.

Да и было некогда. Я горела идеей, и она меня вела в каждый следующий день.

Я собралась с мыслями, переоделась и заняла рабочее место. Сначала разберу письма и соцсети, потом — перейду к сценарию.

Рабочий процесс и правда увлек, я быстро влилась в рутину, переговоры и переписку со знакомыми и новыми лицами. Договорилась об интервью с парой блогеров и СМИ. Я вошла в колею.

— Алис? — крикнул муж из спальни. — Когда пообедаем?

Я подскочила: сколько времени? Я совсем забыла о еде! Работа затянула, желудок молчал, мозг работал и не собирался тормозить. Но у Леши был свой распорядок. Он всегда напоминал о режиме приема пищи, сна и отдыха.

— Да, Леш! Сейчас!

Перебирая клавиши, я отвечала ребятам из чата, кто дежурил сегодня в офисе, и параллельно записывала идеи для контент-плана на зиму. Впереди декабрь, волшебная пора, и надо было создать, а затем и передать особое настроение в соцсетях нашего бюро.

Только я поднялась, чтобы заняться обедом, маякнул значок сообщения в мессенджере. Я застыла на полушаге: посмотреть сейчас или ответить после обеда? Вдруг что-то срочное? А что, если это… Марк?

От этой мысли сдавило грудь, и я бросила беглый взгляд через плечо, словно убеждаясь, что за мной никто не смотрит. После чего, поняв, что любопытство сильнее, открыла всплывающее оповещение.

И внутри все упало. Писал Синицкий.

Приглашал на "Некст левел" — ультрасовременную конференцию в игровой индустрии и первую проводимую у нас в городе топовыми компаниями страны. Заявлялись известные спикеры в отрасли, фуршет, неформальное общение и возможность задать вопрос звездам.

Анонс впечатлял, и если бы отправитель был кем-то другим, я бы согласилась не раздумывая, но сейчас я смотрела в монитор, чесала нос и пыталась построить в уме ход мыслей Синицкого: что он выиграет, пригласив меня? Мы теперь вроде как конкуренты.

— Сходи сам, — написала я. — Или пригласи Александра Георгиевича. Ему это нужнее.

— Он занят. Тебе будет полезно. Посмотришь, как организовывают мероприятия ТОПы. В следующем году забабахаешь такое же.

Внутри начала копиться злость: он что, учить меня вздумал?! Или это упрек?

— Спасибо за заботу, но я справлюсь, — ответила я сухо.

— Жаль. Билеты в ВИП-зону пропадают. Уверена, что не пойдешь?

Я закусила губу. ВИП-зона… Это не просто лучший вид. Это доступ к спикерам до и после выступлений. Это нетворкинг высшей лиги. Возможность за чашкой кофе поговорить с тем самым продюсером из "московской студии", чья лекция была для меня библией пять лет назад. Кирилл бил точно в цель.

Мои пальцы зависли над клавиатурой. Гордость шептала: "Не ходи. Это его игра". А холодный, профессиональный расчет нашептывал: "Это шанс. Единственный за год. Пропустишь — будешь жалеть".

Я вздохнула и набрала:

— В чем подвох, Кирилл? Ты же ничего просто так не делаешь.

Три точки печати замигали почти мгновенно.

— Подвох в том, что я хочу тебя видеть. И хочу, чтобы ты увидела, на что способна индустрия без соплей и самокопаний. Ты закопала свой проект в "работе по душе". Он мог бы греметь. Я до сих пор в ярости, что ты ушла. Это было лучшее, что было в нашей студии за последние три года.

От этих слов сердце екнуло болезненно и сладко. Я ушла из "Нарратив геймс" в том числе и потому, что мне обрезали финансирование. Меня продвигали на роль ведущего сценариста сразу с простого помощника, но… в последний момент не согласовали бюджет. И он помнил. И он… в это верил? Или это новый уровень манипуляции?

— А что тебе с того? — не сдавалась я.

— Хочу забрать тебя к себе. Надолго и всерьез. В моей новой структуре. Киселев похлопотал, и теперь я вроде как и сам по себе, а вроде и с компанией. Условия гибкие, они там все молятся на меня. И потому я зову тебя не простым сценаристом, а креативным директором. Ты будешь придумывать, а я — продавать и продвигать. Ты получишь свободу, бюджет и мою веру в тебя и твои идеи. А я получу гения, который наконец-то перестанет бороться с ветряными мельницами и начнет делать хиты.

Я откинулась на спинку стула, как будто от физического удара. Креативный директор. В его структуре. Это был не просто карьерный рост. Это была мечта из прошлой жизни, та самая вершина, на которую я когда-то заглядывалась. И он это знал.

Я закрыла глаза. Передо мной проплыли образы: холодный блеск стеклянного "Олимпа", где мы с Кириллом принимаем овации от восторженного зала, и в противовес этому — теплый свет лампы в нашем съемном офисе, где Оля что-то увлеченно чертит на маркерной доске, Семен перечеркивает все размашистым крестом, Катя вставляет снисходительные комментарии, и я… счастлива.

Нечего думать. Но все же мой ответ был медленным, будто каждую букву я вытаскивала из самого нутра:

— Спасибо, Кирилл. Это лестно. Но у меня свое бюро, я не могу его бросить. И если что-то и будет греметь, то это будет под моим логотипом. А на конференцию… я подумаю. Я бы пошла как рядовой участник. Мне интересны спикеры, а не ВИП-зона.

Я нажала "Отправить" и выключила экран. Руки дрожали. Я только что отказалась от золотых гор и быстрой славы. Но в груди, вопреки страху, разливалось странное, тихое ликование. "Свой сценарий" — это мой голос, мой порыв и мои… друзья. Да, со многими мы породнились за этот год, понимали друг друга с полуслова. Моя пустота внутри начала наконец-то заполняться.

— Алис? — раздалось из спальни. — Ну что там с обедом?

Я выдохнула, закрыла глаза и снова убедилась, что все сделала правильно.