ПОСЛЕДНЯЯ ГЛАВА

Выходила я из блока «Прибытие» на станции«Межгалактический Институт Передовых Астрофизических Исследований 42» уверенно, во-первых, я летела классом комфорт, во-вторых, я не волновалась как все абитуриенты. Рон, верный помощник моего дяди и отца, стоял рядом со мной и обреченно громко вздыхал.

— Я никогда не учился в университете, так что я рад. Но выбирай предметы с умом. — бурчал он. — Я не хочу слушать глупости на протяжении шести месяцев.

— Ты обманываешь? Как ты вообще устроился к нам на работу? — спросила я Рона, толкая его в бок.

Мне очень нравилось, что теперь мы с ним друзья. Оба студенты университета. Его так же как и меня зачислили на второй курс. Рон направился подавать наши документы. А я занесла свои вещи в комнату, обнялась с подругами и обсудила как они провели каникулы. Для всех в этом университете, я решила поправить свое здоровье, после случая с Дакотой и сдавала экзамены удаленно.

Аманда подняла тему Алана и сказала, что он тоже связывался с ней, и даже передал несколько посланий для меня. Она сообщила, что он неоднократно говорил, что будет рад встрече с тобой и любой информации.

Мы с Амандой спешили на новый курс по электронике — первый в этом семестре. Дверь в кабинет открылась автоматически, и я вошла внутрь. Свет в помещении был мягким, но голубоватый отблеск от большого голографического экрана отражался от металла стен, делая их будто холоднее. Я подняла глаза — и всё внутри меня сжалось.

У экрана стоял Алан. Он смотрел прямо в зал, но будто сквозь нас. Тот же человек, которого я помнила по нашей последней встрече. Только теперь — в темной преподавательской форме, с металлическим значком, символом его ученой степени. Без тени эмоций.

Он был моим новым преподавателем.

Я опустила взгляд, но слишком поздно — наши глаза встретились. Всего на долю секунды. Я дернулась, будто от удара тока. Его лицо не изменилось. Каменное. Холодное. Незнакомое.

— Вы опоздали, — сказал он ровно, обращаясь ко всей аудитории, но взгляд всё ещё будто цеплялся за меня. — На первый раз это не будет зачтено. Проходите, садитесь.

Я прошла к столу и села на свободное место рядом с Роном, сердце билось в груди. Аманда бросила на меня короткий взгляд, но не сказала ни слова. Я устроилась на своём месте, разложила планшет и стилус, стараясь не дрожать.

— Сегодня у нас повторение. Построение простых электрических цепей. — голос Алана был ровный, без намёка на знакомство. Он продолжал, будто между нами никогда не было ни писем, ни признаний, ни тревожных поисков в технических отсеках.

Я всё ждала, что он хотя бы посмотрит. Скажет что-то личное, хоть намёк. Но он больше ни разу не взглянул в мою сторону. Я была для него обычной студенткой. Ненужной. Посторонней. И, возможно, так даже лучше. У студентки и преподавателя не должно быть отношений. А он теперь преподаватель. У нас не должно быть прошлого. Не должно быть боли.

Я уткнулась в планшет, чтобы никто не увидел, как мне хочется исчезнуть. Или закричать.

Ни во время занятий, ни в конце Алан не отреагировал на меня, не попросил остаться. Хотя я и ожидала, и боялась такого исхода событий. Видимо после всех попыток встретиться со мной, он решил продолжать свою жизнь и карьеру.

Мы шли молча. Я, Аманда, Рон ушел отсылать ежедневный отчет отцу. Коридоры академии были полупустые — вечер, когда даже свет в панелях кажется тусклее обычного. Аманда шла рядом, не отставала, но и не начинала разговор. Ей было неловко. Она чувствовала, что между мной и Аланом что-то случилось. Но, как настоящая подруга, не стала лезть с вопросами.

В комнату мы вошли тихо. Только закрыли за собой дверь — как раздался голос Софи:

— Нужно срочно сообщить всем первокурсницам, что Алан женат.

— Что?! — я чуть не поперхнулась. Конфета, которую я держала во рту, выскользнула и упала на пол.

Аманда удивлённо посмотрела на меня: — Подожди, это же ложь… правда?

Я молчала. Внутри всё как будто обрушилось. Женат? Софи, довольная своей бомбой, продолжила: — Ну, судя по реакции — он для тебя не просто преподаватель. Вот это у тебя лицо!

Она хихикнула, упав на диван. — Честно, у нас тут давно не было любовных драм. Представь: тайные отношения с преподавателем. Только умоляю, пусть вас не поймают где-нибудь между трансформаторами.— продолжала Софи, служба пилотом явно не шла ей на пользу. Она так много времени проводила на корабле, что по возвращению каждый раз искала сплетни и приключения.

Я разозлилась, но даже не успела кинуть в неё подушкой — на планшете мигнуло уведомление. «Изменение адреса проживания. Новый блок: ВК-7, секция безопасности. Перевод согласован.»

Я сразу всё поняла. Рон. Весь перелёт он твердил, что лучший способ охраны — быть рядом с объектом 24/7. И всё же я думала, что он не посмеет… Я так привыкла жить с девочками. Мы стали семьёй. Маленькой, хаотичной, но настоящей.

Я со злостью схватила планшет, посмотрела на подруг: — Я вас обожаю. И мне очень жаль. Но сегодня будет убит один хороший человек. Звали его Рон. А я отправлюсь в тюрьму на отдаленной орбите.

— Убивай кого-то только не на глазах у охраны. — прошептала Софи, уже с наигранной тревогой.

Я не ответила. Просто вышла в коридор, сжимая планшет так, что пальцы побелели. Направляясь в новый блок, где меня ждал человек, который называл вмешательство в чужую личную жизнь «плановой безопасностью».

_______

Я вошла в комнату.

Мягкий, золотистый, совсем не такой, как в общежитии. Дверь закрылась за мной бесшумно, и в воздухе повис лёгкий аромат древесины и цитруса. Блок повышенного комфорта. Даже слишком. На такое я точно не соглашалась.

Пока я проходила по коридору, подошвы ботинок глушили звук — ковролин был таким плотным, что создавал ощущение, будто я иду не по полу, а по слою тишины. Я осматривала этот блок, но все было не так, в этом номере была всего одна спальня.

В глубине жилой комнаты играла музыка. Романтичная, тёплая, будто плёнка с прошлого века — пианино, чуть хрипловатый голос, дыхание в ритме сердца.

Я свернула вглубь, к жилой зоне. Пространство было уютным, с низким диваном, настоящими книжными полками, даже пледом, не из форменного комплекта, а настоящим — клетчатым, тёплым.

И тогда я услышала воду. Шум воды. Ровный, будто дождь в герметичном куполе.

Остановилась. Что-то не складывалось. Рон не мог заказать такой блок. И музыка. Почему вода течет?

Я шагнула вперёд, медленно, будто в прозрачную воду. Тихо, очень тихо осматриваясь по сторонам — только музыка на фоне и тот самый звук падающей воды нарушали тишину. И в тот момент, когда я собиралась повернуться, чтобы уйти, почувствовала: за моей спиной кто-то стоит.

Не шаг. Не дыхание. Просто присутствие.

Я не успела повернуться, как почувствовала руку на моей шее. Я сразу поняла, кому принадлежит эта рука. Жест был собственнический и такой знакомый. Алан сжал мою шею, провел рукой вниз по моей спине, обнял меня, положил свою руку мне на грудь и начал растягивать мою униформу.

Я оттолкнула его руку. Сердце билось где-то в глубоко в груди. Горячее, пульсирующее. Повернулась к нему, вглядываясь в лицо, словно хотела понять — он ли это на самом деле, или галлюцинация, спроецированная усталостью.

Алан. Стоял в полумраке. Тень ложилась на его лицо, делая его чужим и родным одновременно. Без пиджака, рубашка расстёгнута, на висках блестят капли воды. Волосы влажные, слегка в беспорядке. Он был красив, опасно близко, меня тянуло к нему.

Он потянулся ко мне — губы уже почти коснулись моих, но я упёрлась в его грудь.

— Почему я здесь? — прошептала я, голос дрожал от внутреннего напряжения.

— Потому что ты пряталась от меня, — тихо ответил он. — Я искал тебя на Земле, у заводов твоей компании на Кеплере. Нанимал дронов, ждал у шлюзов. Я устроился на эту работу, чтобы быть рядом с тобой. Чтобы хоть раз встретиться взглядом, как сегодня.

— И что теперь? Ты собираешься держать меня здесь силой? — я старалась говорить спокойно, но голос всё равно срывался.

— Если придётся — да, — он смотрел прямо в меня, и в этом взгляде было что-то невообразимо настоящее. Голод. Страсть.

Он опустился на колени. Его руки обвили мою талию, губы коснулись живота через тонкую ткань формы, и я сжалась от неожиданного прилива тепла. Его голос был тихим, почти шёпотом:

— Больше всего в жизни я жалею, что не поверил тебе. Я сказал тогда, что тебе кажется… а ты была права. Как представлю, что Дакота могла навредить тебе. Из-за меня… Но если ты завтра скажешь, что инопланетяне прячутся в шахтах Кеплера, а единороги бродят по территории парков Земли — я поверю. Я обещаю. Ни дня сомнений.

Я смотрела на него сверху вниз, и внутри что-то переворачивалось. Я чувствовала тепло, которое растекается по моему телу. Безумное желание. Я протянула ему руку. Он взял её осторожно, бережно, как будто мог навредить мне.

Я скучала по нему. Наверное, я ждала его. Его поцелуев и прикосновений.

— Мне все равно, кто ты. С какой планеты, и даже если твой дядя убийца и космический пират, я приму это? Слышишь? Когда ты ушла, мне было так больно и одиноко.

—Хм, Алан? Муради? — я приподняла одну бровь.

— Моя настоящая фамилия известна всем кто проявил хоть какое-то любопытство. Так что это твое упущение. — сказал Алан.

Он усадил меня на диван и долго рассказывал, как проходил через стадии принятия моей лжи, как понимал, что во многих вещах нет моей вины. И как он не дал мне высказаться, не спросил, а потом сильно пожалел о недомолвках, которые появились между нами.

— А как отреагировала директриса? — спросила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Ты просто пришел и сказал я хочу работать здесь и жить со студенткой?

Он усмехнулся, глядя в пол, медленно стянул с меня кофту униформы:

— Сказала: «Всё в чёрную дыру.» — Он поднял на меня глаза. — И добавила, что с нами одни проблемы. Я сказал ей, что как муж, я нуждаюсь в своей жене ежедневно. Ей оставалось только принять это. — Алан продолжал избавлять меня от одежды.

— И еще она просила меня, не выяснять отношений с женой на публике. И соблюдать субординацию. Что ей еще оставалось? — Алан снова был увлечен застежками моей формы.

— Муж? — я замерла, не зная — смеяться или плакать.

— По законам Кеплера, — он встал, медленно притянул меня к себе, — мы уже давно женаты. Ты забыла, ты приняла браслет и тебе осталось только поцеловать меня.

Музыка играла всё тише, приглушённая. Комната дышала теплом. И я сделала шаг навстречу моему мужу. Всего один шаг — но с него, кажется, снова началась наша история.

КОНЕЦ