Глава 12. Разговорчивый Цербер

Пространство разрезалось прямиком в столовую, и переход в этот раз не вызвал чувства поменянных местами органов. Правда, не у нашего столика, а у самых дверей. Поэтому мне предстоял торжественный вынос Правительницы под взглядами магистров и студентов, что по словам сестры уже начали судачить всякую чушь.

Лай лежала головой на моём плече, и стоило мне зашагать, она устало заговорила, обращаясь только ко мне:

– Зерхо, верни меня обратно! Меня тошнит!

– Тебя от голодухитошнит! – непреклонно отозвался я, нацеливаясь впихнуть в неё сегодня целого кабана.

– Меня от тебя тошнит и от твоего сдохшего инстинкта самосохранения. Вот чего ты такой настырный? Сказала же –есть не буду!

– Инстинкт скончался в «мёртвых землях»! Это, кстати, твоя вина, злюка! Терпи теперь и мучайся! – усмехнулся ей.

– Зерхо, верни меня на место! Я хочу обратно в постельку к своим подушечкам. Не поверишь, они по мне скучают. Обещаю спать до завтрашнего утра и тайком на миссии не бегать!

– Одна? – уточнил я, всё так же по-идиотски улыбаясь.

– Зерхо, имей каплю совести! Вспомни, с кем разговариваешь и что предлагаешь, потаскун Вишнёвый!

«Потаскун?! Серьёзно? Эх, быть тебе шлёпанной сегодня малышка!»

Я резко остановился, так и не дойдя пары шагов до наших мест, и заглянул в зелёно-карие глаза. А перед внутренним взором так и стояла картинка радужной фантазии: кругленькая розовенькая попочка Старосты с красным отпечатком моей ладони.

– Потаскун? – ещё раз для точности.

– Носильщик – носит неодушевлённые предметы: багаж, вещи, вазы с места на место… я же пока не приписываю себя к трупам, хотя думаю многие хотели бы меня прибить!

– Не преувеличивай! Никто тебя убить не хочет! – закачал я головой, а сам прислушался к Мраку, что проверял адептов на эмоциональные всполохи. Но не разочарования или досады от вида живой и относительно здоровой карательницы не уловил.

«Злоумышленник либо хорошо скрывает эмоции, либо отсутствует на ужине, чтобы не спалиться!»

– Спорим! Вот прям щас будет взрыв! – отозвалась мелкая поганка и, положив ручку мне на грудь, провела ею к ключицам, а затем скользнули на шею.

Тонкие пальчики нырнули в завязанные волосы и стали массировать голову, а сама злючка поцеловала мой колючий подбородок, одаривая таким взглядом, что можно было прямо при всех нешуточно полыхнуть. И далеко не демоническим пламенем. Воздух застрял в лёгких от вида глаз цвета топких болот, от её холодных пальчиков на разгорячённой коже. Лай провоцировала меня на глазах у всех, а я с Мраком вёлся, как сопливый юнец, сверкая глазами огнём желания. И как бы мне ни хотелось это признавать – она была права. В спину тут же ударила ревность Покорительниц, что побывали в моей постели и завелись от её игривого поцелуя на публику.

– Прибью тебя… – выдал на выдохе, сдерживаясь от желания утащить поганку куда-нибудь подальше.

– Поздно, Вишенка! Клятва «оберегать мою тушку» не даст! – проговорила Лай, и я впервые увидел это. Тот самый момент, когда смотрят в глаза, но говорят не тебе, а окружающим.

«Лай только что заявила всей Академии, что я её защитник! Она обезопасила себя! Моя ж ты крошка! Я бы лучше не придумал…»

– Так я "любя" прибью! – подхватил я и, подойдя к нашим ребятам, усадил Лай на её место. – Её Высочество доставлено в целости и сохранности, как и обещал! – отрапортовал я и, положив ладонь на плечо Горелли, предложил махнуться местами.

Марко встал с насиженного места и всего на мгновение скрестил наши взгляды.

– Головой отвечаешь!

– Тебе клятвы мало? – ещё раз для понимания недалёких адептов проговорил я, смотря на Горелли сверху вниз.

– Уммм. У вас сегодня деликатесы?! – послышался за спиной голосок Старосты. – Опарыши в собственном соку!

Я резко развернулся и уставился на её тарелку, в котором лежал гарнир.

– Это булгур, Лай!

– Серьёзно? С каких пор разновидность пшеницы ползает? – положив голову на раскрытую ладонь снова одарил меня снисходительной улыбкой Цербер.

«И вот почему этот поучительный взгляд, как на пятилетнего ребёнка, которому объясняют сложное магическое плетение, а тот нифига не догоняет, так будоражит кровь?!»

– Мне даже интересно узнать твой высший балл по иллюзиям, и кто вам так хреново её преподаёт?! Обещаю, как только голова перестанет гудеть – утолю своё любопытство! – веселилась поганка. А потом, подняв руку над тарелкой, выставила один пальчик и резко опустила его вниз. Ноготок упёрся в появившуюся прозрачную сферу, что тут же лопнула, а фиолетовая дымка стала оседать вокруг тарелки, являя истинный вид. В блюде ползали белые толстые червяки, что поедали что-то тухлое в центре.

«Цука! Иллюзия высшего порядка! Многоступенчатая ловушка, и пока на неё не попадёшься в полной мере замысла, она не спадёт. Лай должна была вкусить паразитов и только после этого увидеть, что ест. Ну и какой же безногий шутник решил так разыграть мою девочку?! Ну же, покажись, тварь!»

Красными глазами я осмотрел столовую, но все адепты взирали на спину Лай и косились на её шевелящуюся тарелку с ужасом. Ирига с Марой скривились и синхронно отодвинули свои приборы, перехотев трапезничать. Густав присвистнул, Марко сжимал кулаки, и под его ногами мелко вибрировал каменный пол. Орено вообще уронил поднесённую ко рту ложку, и та разбила фарфор полной еды. Даже завистливые девчонки схватились за рты, сдерживая тошноту и брезгливость.

– Убью!– низко зарычал я на весь зал.

– Да ладно тебе, Вишенка. За безобидные шутки не убивают. Я вижу сквозь иллюзии, да и они угадали с моим предпочтениям…

– Чего?? – возмутились мы с Марко в унисон.

Лай недолго смотрела на нас, потом кинула взгляд на ректора, что также зло посматривал на своих адептов сколь я, и устало вздохнула:

– Ну… опарыши – это чистый белок, – проговорила Староста и взяла ложку, чтобы зачерпнуть паразитов.

– ЛАЙ!! – взвизгнули девочки почти хором. Я же нагнулся и украл тарелку у чокнутой Сальярийки, что уже примерялась зачерпнуть убегающего опарыша.

– Ты не будешь это есть! – вынес вердикт нетронутой тарелке.

– Буду! Говорю же – чистый белок.

– Лай, это – черви! – попытался вразумить ударенную на голову девчонку.

– И?

– И?! Да тебе по статусу не положено такое жевать! – негодованию не было предела.

– Зерхо, – опять подпирая раскрытой ладонью щёку, Лай обратилась ко всем ребятам. – Вы серьёзно все думаете, что я никогда не ела чего-то эдакого?! Да моя первая миссия заставила перепробовать насекомых разных подвидов.

– ТЫ ЭТО ЕСТЬ НЕ БУДЕШЬ! – прикрикнул я на Цербера и запустил тарелку в полёт. Целился в окно, но пространство разрезал Кхел и, поймав посуду, свернул его.

«Неожиданно! Оставался вопрос – куда разгневанный Мрак закинул червей?!»

Лай проводила печальным взглядом полёт тарелки и пробубнила под нос «жадина», адресованное явно мне. Это и выбесило окончательно. Сев на скамью, перетащил чокнутую злючку к себе на колени и посмотрел на сестру. Терра, как и раньше, поняла меня без слов. Она быстро положила в пустую тарелку мясной салат, что последние дни приглянулся Церберу. Густав, что сидел сбоку, положил рядом мандаринки, Ирига налила воды в стакан и чуть охладила его, о чём говорил узорчатый иней на стекле. Но вот специально она это сделала или из-за переживания о Лай – непонятно. КовЭ́р тем временем нарезал хлеба, а Луррус задал вопрос, впервые за весь вечер заканчивая свои раздумья и присоединяясь к нам.

– И что же это за миссия была, что Правительнице Сальярии пришлось есть жуков?

Лай поперхнулась водой и, вытерев губы, посмотрела на Сангра.

– Любопытный, да?

– И хотел бы получить ответ. Ты же знаешь, что любопытство Покорителей губительно?! Можем даже начать пытать, чтобы выведать секреты! А вот как и где мы это будем делать с Кхелом… может не понравиться! – улыбнулся он немного сумасшедшей улыбкой, прикусывая нижнюю губу, отчего Лай вздрогнула всем телом и вжалась спиной в мою грудь.

– Долгая история… – попыталась соскочить Староста, пока я старался втолкнуть в неё вилку с мясным салатом.

– Обожаю красочные рассказы. Да и ты, принцесса, оратор от Богини. Прям заслушался, когда рассказывала о своём последнем дне в родной Академии. А твой "разнос" вообще люблю вспоминать и досадую, что не законспектировал на память! – усмехнулся Луррус, переводя всё в шутку и развеивая напряжение за столом.

Я снова предпринял попытку накормить злючку, но тут Лай глянула на меня и припечатала сверкающим взглядом.

– Я в состоянии сама держать вилку!

– И это говорит мне человек, что полчаса назад не мог ровно сидеть на постели, пока я её одевал, качаясь из стороны в сторону, как неваляшка?! – отбил я, вспоминая, как она брыкалась, ругалась и пыталась выкинуть меня в окно, когда пришло время ужина, а я поставил себе цель во что бы то ни стало накормить мою раненную девочку. Но перед "королевским выходом" нужно было её для начало одеть. Это был отдельный квест на выживание, где я воевал не только с Лай, но и с её колючим защитником.

Цербер щёлкнула пальцами, но ничего не произошло. Нахмурилась и щёлкнула снова, в этот раз удачней. Над её ладонью закружился маленький огненный портальчик, и из него выпал знакомый флакончик с таблетками. Староста молча выпила одну из баночки, посмотрела на свет, сколько осталось и, запив водой, подкинула пузырёк в воздух. Такой же маленький портал открылся и заглотил в себя фуфырик. И куда переместилась баночка, знала только Лай. А вот нам с Мраком стало любопытно, что за таблетки и зачем они нашей девочке?

«– Будем пытать!» – заурчал демон, подкидывая красочные картинки пыток. Сладких пыток. Но ему было меня сейчас не задеть. Я думал о своём.

«Вот бы мне научиться так же быстро и чётко открывать порталы с Кхелом и не лажать с ориентирами!» – пронеслось ревностное в голове.

– Так что с жуками? – напомнил о своём вопросе Сангр сидя напротив Мары и смотря заинтересованно на нашу Старосту.

– Ну… на третьем курсе я сильно поругалась с Ридом. Как раз после того, как меня Алисия приворотом опоила, и я две недели вытворяла всякую… даже говорить стыдно, хрень!

– Какую хрень? – тут же напрягся от её слов, но запихнув в Цербера первую вилку с салатом.

– Тебе лучше не знать! – с набитым ртом ответила Староста. – Никому не знать!! Оказывается, у меня реально богатая фантазия, раз Рид так орал. Сама-то я не помню… меня как затуманило! – проговорила она, и я вспомнил нашу первую встречу с грудастой фифой. Наше "нечаянное" столкновение. И недавнюю иллюзию спальни, где здоровяк Фад тёр лицо и недоумевал от увиденного.

– «Наваждение, не иначе!» – проговорил он тогда, и я с ним солидарен в этом вопросе.

«Ядовитая пустышка наша Верителис!»

Я продолжал кормить с вилочки Старосту, а она неспешно рассказывала свою историю, явно послушавшись совета Сайленса – открыться хотя бы друзьям.

– А если вы не в курсе, Рид – огненный маг. А огненным злиться нельзя – чревато пожарами и извержениями вулканов! Ну и, чтобы Академии не досталось, ушёл во дворец – остыть. Это он любит: посидеть над бумагами, поискать монотонно ошибки и недочёты. Вот только в этот раз его не ждали и подчистить хвосты не успели. Дворец трясло несколько часов кряду. Рид даже Динара с отдыха вытащил и показал ему явные доказательства казнокрадства, пока тот в море с любовницами плещется. Ну и они уже вместе разбирали бумаги, распутывая клубок, чтобы найти злоумышленника и узнать, куда подевалось награбленное.

– При чём здесь жуки? – не выдержал Луррус и задал вопрос, когда Лай вновь открывала свой ротик для новой вилочки. И пока она жевала, я и себе закинул, за что и получил недобрый взгляд.

– Зараза к заразе не пристаёт! Продолжай, очень интересно, – велел я и снова положил себе в рот порцию овощей. Староста покачала неодобрительно головой, но продолжила повествование.

«Интересно, она сейчас понимает, что кусачего Цербера приручают?»

– Да притом. Будучи ещё в опале перед старшим братом меня прикрепили к новой группе карателей, так называемой «чёрной элиты» под кодовым именем "ведьмы". В этой команде было шесть крутых магов, и все мужики, несмотря на название. Я стала седьмой, единственной женщиной отряда, о чём они узнали гораздо, гораздо позже. Нам выдали задание: отследить говнюка и полностью скопировать его повадки.

– Зачем? – вопросила Терра, облокачиваясь на локти и поддаваясь к нам ближе, чтобы ничего не упустить из рассказа Старосты, что зацепил нашу компашку.

– Так мы с братьями не любим людей убивать, казнить, пытать… нам этого и в войну хватило. Мы их любим наказывать. Позорить на всё королевство так, чтобы больше ни у кого не возникло желания повторить подобный трюк. Ну… и без штанов оставлять!

– И что же? – снова нетерпеливо буркнул Сангр.

– Что-что? Разделились на группы и засели в засаде по территории его имения. Под мощнейшей иллюзией и глотком стазиса, чтобы не привлекать внимание магическими всполохами. Мы четыре дня сидели кто где: Морти – на дереве, Я – в розовых колючих кустах, Рауф – в декоративном ельнике, Мик – в конюшне. Ещё двое в доме под иллюзиями, изучали сейфы и запоминали коды к ним. Но больше всего не повезло Даниэлю. Огненному магу достался пруд. Холодно, сыро, не твоя Стихия, но жребий есть жребий. И всё бы ничего, но на второй день есть захотелось. Стазис, конечно, замедляет все процессы в теле, но от голода не спасает, если ты в сознании. Вот мы и добывали всё, что попадалось. Рауф в ельнике яйца змей нашёл, а потом и саму змею. Мик корм у лошадей по-тихому таскал, за что и получил подкованным копытом, Морти на дереве какую-то птицу сырую съел, я паучками баловалась и избавляла розы от тли и муравьёв. Тогда, кстати, и попробовала опарышей. Но больше всего повезло как раз Даниэлю. Кто же знал, что в пруду больше всего съестного. Сначала он всю рыбёшку подъел, потом лягушек, а потом наш обжорка перешёл на деликатесы. Стал мидии со дна вылавливать и улиток жрать.

В общем, первая миссия была самой весёлой в отряде «ведьм»!

А ровно через четыре дня зажиточного говнюка-графа вызвал к себе Правитель. И пока тот, быстро отменив свои планы, ехал к Динару, в четыре разных банка вошли его идеальные копии, что сняли все деньги и перевели на первоначально задуманные цели. Ещё двое побывали у духовников и отписали всё движимое и недвижимое имущество в пользу короны, маг школы и новой больницы, которую некогда обворовали.

Сам же казнокрад до дворца так и не доехал. Динар встретил его у ворот, во всеуслышание лишил его графского титула и поведал людям о хищениях. По словам братьев, граф пререкался, но узрев Ричарда, что запылал и затряс землю, в паре с Правителем, что злился и замораживал в +30 всё вокруг, перекрестившись, решил бежать домой и соглашаться на ссылку. Правда, из имения ему не дали вывезти даже картину. Только вещи и документы. Его жена получила желанный развод за рекордный срок и с детьми уехала к родным, а любовницы не пожелали отправляться в ссылку за своим еб… неудачником.

Так я и помирилась с Ридом и заступила в отряд «Ведьм» единственной женщиной под прикрытием. Сначала было сложно найти с группой общий язык. Я для них была протеже самого К`ярг – главного Карателя. Меня долго не воспринимали всерьёз.

И вот тогда, на мою удачу, Даниэль и стал экспериментировать с экзотической кухней. Он готовил лягушачьи лапки под винным соусом. Почему именно лапки – не знаю! По мне, она отвратительна со всех сторон. Делал улиток с чесноком, запекая их на костре. И в довершение стали речные мидии. Нет, я ещё понимаю морских, но речные – это было сильно! В общем, всему отряду пришлось пробовать и… пока мальчики выворачивали желудок в кустах после пробы, мы с Даном спокойно ели третью порцию и обсуждали, что ещё из жуков можно приготовить на костре. Так в нашем походном меню появились жареные опарыши и печёные кузнечики, а я стала в доску своим парнем для элитного отряда.

– Круть! – выдала восхищённо сестра. – Ты говорила, что уже лет пять являешься карательницей. Ты столько раз уже участвовала в миссиях! Блин, если они все такие же крутые – я хочу в ваш отряд! – выдала сестра.

– Меня интересует другое. Зачем ты ела паразитов и почему тебя не тошнило, как всех? – задал правильный вопрос Деггер.

– Так есть захочешь и траву пожуёшь. А в остальном… Я не чувствую вкуса еды, поэтому и желудок не бунтует на попадание в него всякой дряни!

– Как это не чувствуешь? – одновременно подняли головы Густав и Марко на нас, оторвавшись от сочного бифштекса.

– А… – отмахнулась она от своих адептов и тут же окатила Покорителей негативными эмоциями, что пыталась скрыть.

Обида свербела и резала по живому. Ещё не забытая, ещё не утихшая.

– Меня… с восьми лет травят разными ядами, поэтому я невосприимчива к ним, – Лай развернулась и посмотрела в мои глаза. – Ты тогда был прав, скорми вы меня Назглам, он бы скорее сдох, отравившись мной. Ведь во мне больше яда, чем крови. Даже если в бочку с ядом запихнуть, я скорее захлебнусь, чем отравлюсь! Поэтому травить меня бесполезно, а тем, кто решился подсыпать мне мыш-як, не измельчив его и не подсластив, чтобы вкус перебить, должны устыдиться и пересдать экзамены по ядам вашему магистру.

– Какой мыш-як? – вопросили все сидящие за столом.

– Тот, что мне утром в кашу подсыпали! – качнула плечами Староста и заглотила салат с застывшей вилки в моих руках.

– Ты же говоришь, что не чувствуешь вкуса? – вопросила сестра, пока я натягивался как струна, готовясь брать след и карать недоброжелателей.

– Так я и не чувствую. Тело само начинает реагировать на яд в еде привычным першением в горле и небольшой температурой. Однажды яд перепутали с кислотой и дали хлебнуть целую чарку. Внутри всё сожгло до самого желудка. Единственным способом выжить было раскачать целительский дар. Я несколько часов призывала Анарэль поделиться витком спасительной магии и добилась этого. Черпала слишком много из своей копилки, не зная, как правильно применить и как направить. В итоге, залечив горло, отключилась на несколько дней, а когда пришла в себя, не смогла вернуть чувствительность языку, что уже сам начал регенерацию сожжённых рецепторов на простую соединительную ткань. Я чувствую немного: солёное, острое, кофе и шоколад. И да, чувствую вкус малины. Остальное для меня как подошва от сапога.

– Кофе с красным перцем… – вырвалось из меня, и я вновь заслужил этим внимание Старосты.

– А ты думал, я нарушила уговор и сварила тебе кофейную бурду, а не эксклюзивный напиток? Обижаешь, Зерхо! Я не нарушаю слово!

– Поэтому ты не ешь в столовой?! – отозвалась Мара и переглянулась с парнями. – А я-то думала, что ты просто не любишь при всех снимать свою экипировку.

– Я не ем в столовой, потому что не всем придутся по душе мои манеры – чавкаю, смачно, звучно, стараясь выбесить этим свою родню, чтобы они окончательно от меня отреклись! И да, я ненавижу персонал кухни, чтоб их Етти драли! – выпалила Лай и тут же, увидев глаза Ириги и Тамары, стала бегло поправляться. – Точнее, чтобы выдрали их. Ремнём. Ну вы поняли. Столько раз просила сделать пару блюд поострее, нет же. Все делают пресное и несъедобельное. Ваши же повара – высший класс. Таких куриных крыльев я ещё не ела. Даже без таблетки почувствовала их остроту и пересоленность. Прямо пламенем клюнуть хотелось. Но об этом никто не должен знать, что я хвалю вражескую кухню. Особенно повара короны. Иначе не видать мне любимых малиновых булочек и пережаренных, замаринованных перепёлок! – по-доброму засмеялась Лай, прикладывая холодные пальчики к виску.

– Какие крылья? У нас птица только в четверг на столе появляется? – тут же выдал Пайсон.

– Ну, если это не заслуга поваров, значит, благодарю тех, кто пытался испортить мне ночную трапезу в комнате и снова пролетел с этим! – нисколько не удивившись выдала Староста и как-то измученно облокотилась на меня спиной.

Глаза пылали огнём, внутри вновь разжёг костёр Мрак и пытался поджарить органы, тело окаменело, и единственная мысль была – «убить обидчика!»

«Всех убить…».