Глава 16. Кто же наш враг?

Я смотрела на Стронгов, не зная, что им сказать. Доложить о провале миссии? О трусливом побеге? Об отсутствии информации? Хотя пищу для ума я получила. Моё видение. И его следовало обсудить.

Повернув голову к лежащему Зерхо, я усмехнулась:

– Серьёзно? Кабинет Стронга?

Наклонившись к Вишенке, спросила еле слышно с издёвкой:

– А чего тогда не в родовое гнездо для встречи с родителями?

– Вот когда согласишься выйти за меня замуж, тогда и познакомлю! – так же легко отозвался этот несносный Покоритель, и я была довольна. Со стороны должно казаться, что мы хорошие приятели. Ну в крайней мере – напарники. – Слезьте с меня, ваше Высочество, а то нас не так поймут! Нечего благородной карательнице сидеть верхом на мужчинах!

Сделав вид, что делаю ему огромное одолжение, я поднялась на ноги и подала Зерхо руку.

– Ты хотел сказать "благородной леди"?

– Нет. Я сказал всё правильно! – сверкнул он глазами, и, ухватив за ладонь, поднялся на ноги. – Правитель, – перевёл он своё внимание на хозяина комнаты, – нас ждали в мёртвых землях. Чтобы сохранить жизнь пришлось…

– Уносить ноги! – влезла я в его отчёт, переводя огонь на себя. – Но очень надеюсь, что эта гадина запомнит нашу встречу! – смотрела я на свою ладонь, что ещё пульсировала магией. Сжав кулак, увидела, как маленькие молнии разлетелись вокруг.

«И что мне теперь с этим делать? Кажется, я слишком часто просила небеса о молнии! Что ж… буду ходить теперь как грозовая туча. Хотя с моими габаритами – тучка. И только от студентов будет зависеть – получат ли они молнию под зад!»

– Вы не сумели найти зацепки, как я понимаю? – изучал нас настороженный чёрный взор.

– Мы…

– Нашли немного. Главное Лай узнала, как создают Назглов! – перебил меня Вишенка и получил локтем в бочину.

– Зерхо, тебя родители не учили не встревать в разговоры старших? Тебе не кажется, что с моим опытом мне удастся лучше донести о ситуации?!

– Вопрос о твоём старшинстве ещё нужно обсудить! Сдаётся мне, что я старше! – тихо ехидничал этот Покоритель, прекрасно зная: я сейчас не про возраст говорю.

– Зерхо… – устало произнесла и была перебита вновь.

– Да, досадное упущение в воспитании, согласен! – послышался смешок Дибериуса, заставляя посмотреть на него.

В комнате почему-то повисло напряжение и исходило оно от Тайрена. Я ощущала, как он натянулся, словно струна, видела, как сжал кулаки и челюсть. Глаза вспыхнули на мгновение огнём. И я замялась.

«Он же не собирается сейчас грубить своему Правителю? Это делу не поможет. Да, позорно удрали. Но это был мой приказ. Здесь меня защищать он не должен. Хотя… может дело в другом?»

– Ты чего? – тронула я юношу за плечо. – Я чего-то не знаю? Твоя семья, она же… – ком встал в горле от страха, что и его родным я когда-то могла перейти дорогу с мечом на плече. И что я вообще знаю о моём Покорителе? – она жива?

– Да, – простым ответом успокоил Зерхо, переводя взгляд с Правителя Севера на меня.

– Фух, а я уж подумала, что некому будет на тебя жаловаться… – попыталась пошутить я, но вдруг сердце сжалось. По телу прошёлся жар, и я почувствовала магию. Кровную магию. Меня ищут!

Стоило схватить ртом воздух, как рядом оказался Тайрен, что взволнованно сжал в своих объятьях, спрашивая, что со мной. Вот только ответить я ему не успела. На пальце раскалился родовой перстень, для переброса искателя в любую защищённую крепость, а в комнате закружился огненный переход.

Облегчённо вздохнув, освободилась из загребущих ручонок и тихо вымолвила:

– Кровный поиск. Я нужна Риду.

Вот только из огненного портала выскочил не Ричард. А Равьер Вейлд. Найдя глазами, он метнулся ко мне с возгласом «Лай» и, оттолкнув Зерхо, налетел на меня. Впечатав в стол Стронгов, этот полоумный впился в мои губы поцелуем. А я от этого выверта просто подняла ладони вверх, идиотка!

«Согласна, не лучший мой манёвр. Надо было через плечо кинуть или отойти в сторону, подставляя Реуса под такое приветствие. А с поднятыми руками казалась, что я сдаюсь на милость магу. Да что оправдываться – я просто растерялась от его прыти, как тогда с Террой!»

– Равьер! – закричал на огненного мага старший брат и за шиворот сдёрнул с меня.

– Тебя когда бешеная белка укусила, рыжий? – вытирая губы тыльной стороной ладони, поинтересовалась я.

– Ты что себе позволяешь? – вторил мне брат.

– Да отстань ты! – вырвался из рук Рида Равьер. – Задолбал уже. На хрен ты её отпускаешь на такие миссии? Не жалко сестру?

Мы с Ридом приоткрыли рты, смотря на И.О. командующего.

«Где мы просчитались? Я ведь всегда старалась на глазах других держаться почтительно с Ричардом. Всегда делала вид, что он – мой наставник. За что и получила в рядах карателей прозвище «ЗЛО». Точнее «ЗЛУ» – "зубастый любимый ученик". Чего я только не слышала за годы работы с карателями, пока мы притирались друг к другу: ЗЛУ не место среди нас; ЗЛО должно быть только в академии. От фантазии парней у Рида иногда даже дёргался глаз. Особенно когда я приходила на миссии в плохом настроении, и отряд всем скопом уговаривал Рида приласкать зло, чтоб не бушевало. Даже тогда он не наорал на них и не выдал, что мы брат и сестра!»

– С чего ты взял, что Цербер…? – спокойно начал Рид, но Равьер решил сегодня побить все рекорды в наглости с начальством.

– Хватит врать! – перебил его рыжий. – Я, по-твоему, совсем дурак?! Я ЛайЛиоНетти с рождения знаю. Думаешь я мог забыть её ауру после внушения Эйнара? Это невозможно! Я люблю её! – выкрикнул он в лицо Риду и пытливо посмотрел в мои глаза. В этот момент в комнате разорвался переход, и из него вышел ректор Сайленс с Леей.

«Замечательно! Ещё бабушки мне не хватало! Теперь точно жди нотаций о правильном выборе и сортировке ухажёров по дням недели, чтобы они друг с другом не сталкивались! Ну Равьер, ну зараза! Услышу от Ба хоть одну проповедь – убью!»

– Выходи за меня! – выдернул из воображаемых пыток рыжий, чем только подогрел во мне жажду его крови. – Я люблю тебя, сколько себя помню. С момента как впервые увидел на руках у королевы Сафоры. Обещаю защищать ценой жизни!

Вейлд подошёл ко мне и, взяв за руку, продолжил признаваться на глазах родных:

– Обещаю защитить даже от братьев, что гоняют тебя по смертельным миссиям. Заживём вдвоём. Единственное, что тебе придётся делать – это нянчиться с нашими детьми…

– Заткнись! – зашипела на неугомонного.

– Ландыш мой, соглашайся. Обещаю быть тебе верным мужем.

– Детка… – послышался родной голос Ба. – Соглашайся! Когда ещё тебе предложение руки и сердца добровольно сделают? А, ландыш? – засмеялась Ба от нового прозвища, которым будет меня доставать.

– ЛЕЯ!! – в унисон рыкнули мы с братом на Ба, которая держала в руках интересную книгу с полки Стронга и листала её с повышенным интересом.

– Соглашайся. Я навсегда останусь у тебя единственным…

– Ты! – рыкнул брат и согрел комнату. – Это ты сделал?

– Я, и что? Убьёшь меня теперь? Ну, вступила Лай в полную силу, плохо разве? Как видишь, Сальярия ещё стоит!

– Убью! – выдал мой вечно спокойный брат и призвал пламя.

Вот только от расправы над другом уберегла Ведьма.

– Я прошу прощения. Это, конечно, не моё дело. Но в смысле вступила в силу? С тобой?

– Да!

– Нет!! – надеюсь, мой вопль был громче, чем рыжего. – Это слишком далеко зашло Равьер!

– Да ладно тебе пусть помечтает! – усмехнулась Ба. – Когда ж ещё представится шанс грезить о чужой невесте королевских кровей! – листая книгу, язвила эта… Ведьма.

Вейлд посмотрел на меня пристально.

– Но мы же с тобой?

Я уронила голову на поднесённые руки и закачала головой.

– Это был розыгрыш, Вейлд. Мы с тобой никогда не были близки. НИКОГДА!! И никогда не будем!

– Но?!

– Ты достал команду, и мы решили поиграть на твоих нервах. Согласна, с подставным пузом и воплем "милый, у нас будет тройня" – я перегнула, но, видят боги, ты сам напросился! – объяснила я с рычанием в голосе. – Вот чего ты попёрся с нами?! Мы лучшие каратели, и нам не нужна нянька!

– Как я мог отпустить тебя? Я же… люблю.

– О, да тут запущенный случай! – отложив книгу, подошла ближе к нам Лея. – Он очарован твоей магией, Лай. Ещё немного и станет одержимым! Надо это дело исправлять.

И Ба посмотрела на меня, намекая, кто это должен сделать. Вопрос только – как?

– А ты был прав, Бран. Как скучна наша жизнь без Сальярийцев! – усмехнулся Стронг, наблюдая за происходящим, но не вмешиваясь. А вот Реус меня насторожил, он очень пристально смотрел на Зерхо, что горел алыми глазами за спиной Вейлда.

«Да вы издеваетесь?! Тай же знает, как я отношусь к начальнику! Ведь знает же? Пора это всё заканчивать, пока на одного карателя не стало меньше. И я сейчас не за жизнь рыжего переживаю. А за свою!»

– Давай-давай! Не стой дурнем! – выдернула меня Лея из раздумий и подтолкнула к Равьеру, заставляя положить на его грудь ладонь. – Давай, посмотри, кто уготован ему судьбой! Это просто.

– Не-не-не. Спасибо. Мне недавнего видения хватило! – стала отнекиваться я, но это же Лея, и проще цунами остановить, чем её.

Ба встала за моей спиной и шепнула:

– Не трусь. Я помогу. Давай, пора уже брать дар под контроль. Он нам нужен, а практика тебе не повредит!

Эллея приказала прикрыть глаза и заглянуть в его судьбу. И мне пришлось. Дар откликнулся стремительно и показал картинки.

Вот Вейлд с царапиной на шее сидит в нашем целебном блоке. Вот Факлер даёт распоряжение третьекурснице обработать рану. И что удивительно – они знакомы. Давно знакомы. Каратель спокойно общается со студенткой, и от неё нет привычной людской паники. Рыжий жалуется на мой несносный характер и шипит от целебной магии. Они прощаются, но позже ещё несколько раз случайно встречаются с ней в городе.

Вот он идёт с задания, уставший, голодный, а затем его чуть не сбивает с ног новая знакомая. Она заплакана и мямлит что-то о публичном доме мадам Гредас и о «вступление в силу». Вейлд ведёт её в свой дом и пытается успокоить девочку. А она, на грани истерики, рассказывает про проваленный экзамен, о семи днях на пересдачу, о малом ресурсе Анарэль, о своей никчёмности и угрозой скорого вылета из «Эолзер». Говорит о желании вступить в силу, чтобы стать хорошим целителем. Равьер только сжимает кулаки и пытается не орать на неё. Он предлагает себя вместо незнакомца. А потом, вспомнив мои слова, поднимает голову к потолку и утомлённо вздыхает:

– Цербер с меня четыре шкуры сдерёт! Прости, я не должен был предлагать подобное. Но и в руки первого встречного отдавать не хочу!

– Цербер? – удивляется целительница с ярко-рыжими волосами. – Не узнает. Я ничего не скажу!

– Она узнает! – уверенно отзывается Рыжий, зная о маячках.

– Но я же сама прошу! Сама пришла! Я объясню всё Старосте! Она поймёт. Прошу, помогите!

– Сама пришла… – повторяет он, и его осеняет. – Ты? Так это ты… искорка?

Его глаза горят от осознания.

– Ну Цербер… ну махинатор! Сразу сказать не могла? – злиться он на меня за свои измотанные нервы и ожидания, что я сулила.

– Что сказать? – не понимает его слов студентка.

– Не бери в голову!

Вейлд поддаётся вперёд и целует рыжую целительницу.

– У меня только одно условие! – говорит Равьер, оторвавшись от целительницы. – Ты не сбежишь от меня и позволишь ухаживать за тобой, искорка. Ведь ты, кажется, моя судьба!

Я отдёргиваю руку и пытаюсь разложить ведение по полочкам. Чувствую, как на меня смотрят несколько пар глаз.

– Убью тебя, если причинишь ей боль! – проговариваю тихо. – Не смей распускать руки!

– Что? Ты видела ту, что мне предназначена судьбой? Это не ты?

– Нет, – бросаю и отвожу глаза. – И то, что ты считаешь любовью – флёр моей магии. Это она тебя тянет ко мне.

– Тянет… – соглашается Равьер, а потом вспоминает мою угрозу. – Ты видела, кто мне предназначен? Ты знаешь, кто она, раз грозишь оторвать руки и… она… твоя студентка?! – догадывается он, и я прикусываю губу.

– Заткнись и запомни: живи, как жил. Она сама столкнётся с тобой. Сама попросит о помощи! Смотри не проворонь свою искорку! – добавляю я и, достав клинок, молниеносно провожу по его шее, оставляя неглубокий порез.

– Лай, за что?! – возмущается рыжий, прижимая руку к кровоточащей ране.

– За мои нервы! – деланно бросаю я и, щёлкнув пальцами, открываю ему проход в «Эолзер». – Обработай рану в академии и иди отсыпайся! Война ещё не закончена, мне нужны бойцы, а не подобия умертвий!

Равьер смотрит недоверчиво, но всё что нужно я ему уже сказала. Больше просто не могу.

– Иди-иди, рыжий! – повелительно машет ему ладонью Ведьма, довольно улыбаясь. – А то вместо царапины ещё и пинка даст за брошенные слова. Повадились тут всякие замуж звать, когда у самих истинная где-то рядом ходит!

Глаза Вейлда становятся растерянными. Всего на мгновение, но я вижу, что он не может поверить до конца в мои слова. Каратель, держась за шею, качает мне головой и молча заходит в портал, не смотря на Рида, что откровенно злится и продолжает нагревать пространство.

– Надеюсь, я не пожалею об этом! – вырывается у меня в его спину, но я сворачиваю пространственный переход, чтобы не слышать его ответ.

«Дело теперь за тобой. Не проморгай девушку, что исцелит твоё сердце! Перебьёт флёр моей магии!»

– Лай! – зовёт меня брат. – Ты и правда увидела его будущее?

– Да… – смотрю я в пустоту. – Как всё-таки судьба любит над нами шутить. Люди могут ходить рядом друг с другом и даже не подозревать, что счастье рядом. Буквально протяни руку, присмотрись. Надо было ему соглашаться на уговоры родителей о смотринах. Ходил бы уже глубоко женатый! – грустно усмехаюсь и смотрю на Рида.

Он точно теперь знает, кого я увидела. О ком я говорю.

Развернувшись к столу Стронга, прочищаю горло и спокойным голосом говорю:

– Что ж… давайте вернёмся к теме нашего разговора.

Территория АйнКрада. Местонахождение: кабинет Правителя Стронга

Тайрен Зерхо

Лай подробно рассказывает о нашей вылазке. А я никак не могу вникнуть в ход разговора. Мысли сейчас совсем не о Назглах и незваном госте. Мысли вокруг Старосты. Вокруг рыжего карателя. Руки так и чешутся от желания догнать и на кол посадить, за поцелуй МОЕЙ невесты! Одним словом – я сгораю внутри от ревности.

«И часто её вот так замуж зовут?»– крутится в голове навязчивый вопрос.

«Ведь я не слепой и прекрасно видел, как на неё смотрят мужчины. Да что мужчины – Верителис доказывает, что и девушек тянет к зубастому Церберу. Да и я… меня же тоже тянет к ней, как магнитом. Хочется быть всегда рядом, дотрагиваться до неё, слышать её голос, видеть ядовитые глаза. Вот только искренние ли мои чувства к ней? Может, я тоже одурманен её магией, её эмоциями?»

Мрак рычит внутри, напоминая, что демонов силой не пленить. Да и когда мы познакомились, Лай прятала эмоции и потенциал магии под щитами – это даёт надежду на истинность моих чувств.

– Зерхо! Зерхо, опять столбнячная болезнь началась? – зовёт меня Лай.

Подняв на неё глаза, пытаюсь понять, о чём она спрашивает и чего хочет от меня.

– Ау, каратель вызывает Покорителя! – язвит паршивка, видя, что я сейчас погружен в свои мысли. – Где та земля, которую я просила набрать? – подходит ко мне и без спроса начинает ощупывать карманы моей куртки, пока я туплю. – Только не говори, что ты её в пещере оставил! – начинает Староста нервничать, не найдя искомое.

– В штанах поищи! – смеюсь и вижу, как Лай замирает.

– Ты сдурел? Хочешь, чтобы я там ревизию устроила? При всех?! – тихо рычит она, поднимая на меня зелёно-карие глаза.

– Нет, просто даю направление, где искать, раз уж ты сама приступила к этому, – и вытаскиваю из заднего кармана штанов маленький наполненный мешочек.

– Ты! Несносный! – шипит она и, забрав мешочек, идёт к Лее, что не скрывает своего веселья, видя нашу перепалку. – Ба, посмотри, может, скажешь что-то про это. Мы нашли Назгла в кругу чёрной земли.

– Ловушки! – уточняю я. – Капкан, рассчитанный на Сальярийцев, – подхожу к Ведьме и наблюдаю, как Лея высыпает на ладонь землю и растирает её между пальцев.

– Демонический капкан? – спрашивает Стронг, наливая в бокалы янтарную жидкость для себя и Рида, что уселся в кресло для гостей.

– Именно. И она активировалась, сработав даже на меня. Не пленила, но к нам прибежали переростки, – отвечаю отцу.

– Полукровка… – подаёт голос Реус. – Это нужно было учесть! Мог бы быть и повнимательнее, зная, с кем идёшь! – включается у брата режим зануды.

– Интересненько, – вздыхает тем временем Лея. – Да наш смертник балуется тёмными ритуалами. Могу сказать одно – он псих.

– В смысле? – уточняет Дибериус, не обращая внимания на наши с братом взгляды.

– В плане, что от таких ритуалов крыша едет, если ты не ведьма. Что ещё было рядом с этой землёй?

Староста рассказывает про дохлого Назгла, об отсутствии семени в его загривке и о нападении его сородичей. Подчёркивает все детали, даже сторону света указывает и векторы переноса.

– Да, дела. – вздыхает Ведьма. – Не могу сказать наверняка, но наш псих – долгожитель, – а увидев непонимания в глазах окружающих, объясняет: – Если то, что вы говорите правда, то, возможно, мы имеем дело не с последователями, а именно с создателем Назглов. Он нашёл способ продлить себе жизнь за счёт умерщвления Дриад. А после и созданных тварей.

– Сколько ему может быть лет? – интересуется отец у Ведьмы.

– Не могу сказать. Зависит от того, как давно он балуется тёмной запретной магией, – отвечает Дибериусу Лея. – Были времена, когда Ведьм выпивали и тем самым продлевали свою жизнь за счёт их. Тогда маг от двух смертей Древних ведьм мог прожить тысячи лет, – её слова не добавляют оптимизма.

– Вот, дьявол! – ругается К`ярг и залпом выпивает алкоголь, что отец ему предложил.

– Он назвался Истинным Правителем, – вспоминаю я, переваривая услышанное. – Что это может означать?

– Без понятия. Может, это кто-то из королевской династии или, может, просто фанатик, возомнивший себя королём всего мира, – пожимает плечами королева Сальярии.

– А он… он может быть..? – Лай запинается, видно, что слова даются ей тяжело. Цербер сглатывает и, смотря на Ведьму, спрашивает прямо:

– Может быть, что Эйнар не умер?

В комнате повисает звенящая тишина.

– С чего ты взяла, что это отец? – медленно поднявшись и подойдя к Лай, интересуется Ричард.

– Аура, – еле слышно сознаётся Староста. – И голос. Он назвал нас "сучатами" и был явно не в восторге, увидев Зерхо рядом со мной.

– Этот человек ненавидит АйнКрад… хоть и является носителем демона, – подхватываю я и делюсь ощущениями. А проглядеть такие эмоции гостя я как эмпат не мог.

Ричард и Эллея красноречиво переглядываются. И их молчание нагнетает обстановку.

– Детка, – переводит своё внимание Ведьма на внучку. – Можно выжить без оторванной руки, ноги. Но без сердца не живут! Его тело предали огню, прямо в тронном зале, – холодно говорит Лея, не моргнув даже глазом. Не выдав никаких эмоций. Потому что их нет. Эйнар мёртв для всех. И для своей матери тоже.

– Сожгли, а пепел развеяли, чтоб наверняка! – жёстко добавляет Рид и ждёт чего-то от Лай. И дожидается.

В моей девочке растёт цунами из чувств. И нет, в них нет скорби, сожаления – в них только осознание слов родных. Их слова – ключ к её запертым воспоминаниям. Всего шаг и я стою за её спиной. Близко. Настолько, что она чувствует мою поддержку. Я готов ко всему. Стать опорой, щитом, жилеткой. Но Лай есть Лай.

– Значит, не он… – отстранённо говорит Староста с едва уловимым облегчением. – Кто же наш враг? – почти шепчет себе под нос вопрос Цербер.

– Это нам и предстоит узнать, – положив руку на плечо ЛайЛоиНетти, Ведьма пытается поймать ядовитый взгляд.

– А заглянуть в будущее или прошлое ты не можешь? – подняв голову, интересуется Староста у своей Ба.

– Детка, я не настолько сильна. Да и после выпитого концентрированного зелья, что мы сварили с Мирреей, я не могу заглядывать настолько далеко. Дар до сих пор не восстановился после того эксперимента. И вряд ли уже восстановится. Слишком топорно я призвала его служить мне.

– И как же нам теперь быть? Выжидать очередного нападения? – злится Староста.

– Нужно раскачивать твой дар! – уверенно говорит Лея.

– Да он же ведёт себя как… как осёл. Я могу пока только во сне что-то увидеть.

– А ты думаешь, что я сразу стала провидицей? – всплёскивает руками Ведьма. – Тоже сначала думала, что у меня обычные сны, и лишь потом поняла, что это не Дежавю. Тебе надо тренировать его. Так мы сможем узнать следующий ход этого психа!

Лай мнётся, не зная, что противопоставить. Чувствую, она не уверена в себе. Хочу подойти, убедить в том, что она справится так же, как и всегда. Хочу подарить уверенность, но меня опережает Ричард.

– Один раз нам удалось уберечь Динара, второй раз можем не успеть… – напоминает о себе Ричард де К`ярг, залпом выпивая ещё бокал горячительного. И Лай сдаётся.

– Ладно, выхода всё равно нет. Учи! – обращается она к бабушке.