4

Мама сломала ногу. Просто шла по улице, споткнулась, неудачно упала и…

Когда Ариадне позвонила перепуганная сестра, сразу стало понятно – что-то произошло. Без повода они друг с другом не общались. Так получилось. Сначала Ариадну тяготило подобное положение дел, а потом она смирилась. В жизни и не такое бывает. Она сама с папой много лет не общалась, а сейчас они близкие люди.

Если же отчим и собственная мать долгое время озвучивали мысли о том, что Ариадна нелепа и ни на что не способна, то как ребенок будет воспринимать старшую сестру? Соответствующе.

Но вот произошло несчастье, и сразу позвонили ей. Ариадна тут же отложила в сторону недошитое покрывало, переоделась и поехала в свою старую квартиру.

Почему-то она уже знала, что надо будет закупить продуктов, приготовить ужин, погладить белье и выслушать колкости. Но колкости в данной ситуации – мелочи.

Какие бы сложные отношения у Ариадны ни складывались с родственниками – мама есть мама.

– Проходи, – приветствовал ее отчим, открыв дверь.

Время было еще рабочее, а он сидел дома. По ходу, так и не устроился на работу.

Мама лежала на диване в гостиной. Рядом, у кресла, стояли костыли.

– Как же это так? – застыв в дверях, спросила Ариадна.

И слезы вдруг подступили к глазам.

– Вот так, – тихо вздохнула мама.

Сейчас она казалась маленькой и беспомощной. Беззащитной. Словно с нее слетела вся бравада и куда-то исчез менторский взгляд.

«Она ведь уже совсем не молода», – подумала Ариадна, и сердце ее сжалось.

– Чем я могу помочь?

– Покорми моих.

– Да, конечно.

Прежде чем отправиться на кухню, Ариадна окинула взглядом комнату. Здесь все было так и не так одновременно. Знакомые вещи. Те же самые кресла, телевизор, стол, шкаф. Но все какое-то… будто в упадке. На полках видна пыль, в цветах на подоконнике сухие листья, в углу неразобранные пакеты. А этот… и пальцем не пошевелит, нахлебник!

И такая вдруг злость поднялась внутри. Эта злость была совершенно новым для нее чувством. Отчим сидел на кухне и что-то читал в планшете. Абсолютно расслабленное времяпровождение. Ариадна проинспектировала холодильник и полки с провизией.

– Нужно купить курицу, картошку, лук, морковку, кусок говядины.

Отчим поднял на нее глаза и сказал:

– Купи.

– Что?

– Купи. Я занят. Ты дочь, ты должна ухаживать за родной матерью.

И тут случилось ужасное. Ариадна, заметив на столе кружку с недопитым чаем, взяла ее и бросила на пол. Кружка разбилась, издав характерный грохот. Из чая образовалась коричневая лужица, в которой лежали осколки. На звук из спальни выбежала перепуганная сестра.

Отчим вскочил на ноги и закричал:

– Что ты себе позволяешь?!

Ариадну трясло, но она старалась контролировать свой голос.

– Значит, так, – четко выговаривала слова Ариадна, – мама сломала ногу и не может свободно ходить. Если вы хотите вкусно есть и чисто одеваться, то придется потрудиться. Я сварю суп на ближайшие дни и пожарю курицу. Но для этого кто-то из вас сходит в магазин. Кто-то после того, как я все сделаю, выбросит мусор. И пока я буду гладить одежду, кто-то пропылесосит. Все ясно? Если вы отказываетесь, я сейчас же уезжаю домой.

Она сама от себя не ожидала подобной речи. Ее могла бы произнести Женька или Надин, но никак не Ариадна. Видимо, общение с умными, сильными женщинами сказывалось.

А еще Марк. С ним она стала более уверенной.

В тот вечер, когда бывший муж оскорблял Ариадну в присутствии Марка, она чувствовала себя ужасно. Ей было больно, обидно и стыдно. Ей не хотелось, чтобы Марк все это слышал. Ариадна чувствовала себя униженной. Она тихо вошла в квартиру и не знала, что сказать. Самое главное, в словах Миши Ариадна находила правду. Кому она такая нужна со своими шторами и наволочками? Вот сейчас Марк ее хорошенько разглядит и…

– Эй, ты чего? – спросил он чуть позже, когда Ариадна чистила картошку и чуть шмыгала носом. – Расстроилась, что ли, из-за этого дурака?

Плакать в присутствии Марка не хотелось, а слезы полились бы обязательно, скажи она хоть слово, поэтому Ариадна лишь молча кивнула головой.

– Нашла из-за кого! Слушай, ну не повезло с бывшим мужем, всякое бывает. Он же в прошлом.

Ариадна снова кивнула.

– Ну и все. Давай я картошку почищу. Я ее отлично умею чистить. А ты пока вон… вина выпей, расслабься. Налить?

И Ариадна кивнула в третий раз. В итоге, пока варилась картошка и жарились котлеты, они оба неспешно пили вино под дольки нарезанного яблока и смотрели какой-то глупый, но очень смешной стендап.

– Скажи, – спросила после ужина Ариадна, – ты ведь не считаешь мое занятие глупым?

– Нет, конечно, – удивился Марк. – С чего бы это я должен считать его глупым? Ты такие стильные скатерти отшила в кофейню, мастер-классы проводишь всякие необычные. Я считаю, ты настоящая творческая личность. Вообще, крутая, – он прижал ее к себе и поцеловал в висок. – Надин тебя очень ценит, я же вижу.

Ариадна тихо вздохнула.

– Моя мама вообще в восторге от этой штуки на чайник, – добавил Марк.

И эти его последние слова стали решающими. Хотя с родителями друг друга они пока не знакомились, все же мнение мамы Марка – очень важная вещь. Ариадна обхватила его за шею и сказала:

– Это она еще не пробовала мои пирожки!

Да, Марк, сам того не зная, подарил ей очень важное и ценное качество – веру в себя. И, кажется, эту веру стали чувствовать и другие. Во всяком случае, ультимативное заявление Ариадны не было пропущено мимо ушей. Отчим пошел переодеваться для похода в магазин, а сестра отправилась доставать пылесос. Ариадна же, пока нагревался утюг, написала Марку.

Ариадна: Привет. Я у мамы. Она сломала ногу. Надо приготовить еду. Буду поздно.

Марк перезвонил. Сказал, что приедет за ней на машине, и если нужна какая-то помощь…

– Нет, спасибо, я просто тут немного помогу. Как освобожусь, дам знать.

Когда Ариадна отключила телефон и подняла голову, то поймала внимательный взгляд мамы.

– Это кто?

– Мой молодой человек.

– У тебя есть молодой человек?

– Да, – ответила Ариадна и улыбнулась. Свободно и счастливо.

– Ты изменилась, – тихо проговорила мама.

– Просто у меня изменилась жизнь.

В соседней комнате зажужжал пылесос. Ариадна начала гладить одежду сестры – блузки, брюки, юбку. Вскоре пришел отчим с полной сумкой продуктов.

Ариадна больше не ощущала себя здесь работницей. Она была… командиром.

– Значит, так, поглаженное сложите сами в шкаф. Суп чуть остынет, уберете в холодильник, ужин на плите, а мне пора.

Она посмотрела в окно. Машина Марка стояла у подъезда.

– Завтра приехать не смогу, у меня мастер-класс в «Жирафе», послезавтра постараюсь.

Потом Ариадна подошла к дивану, наклонилась и поцеловала маму в щеку:

– Поправляйся.

Мама в ответ легонько погладила ее по ладони.