3

– Едут, – сказала Ариадна Марку и убрала телефон в сумку. – Смотри, какая красота.

Здесь и правда было красиво. Даже далекий от истории и достопримечательностей Марк вынужден был это признать. Он и не бывал никогда в дворянских усадьбах. А Ариадне Отрадное… подходило. Как их называют… этих… Тургеневские барышни! Чтобы по тропинкам с книгами бродить. И угораздило же его связаться с одной из них. Но Марк не жалел. Одно он знал точно: с Ариадной ему скучно не будет. Он вообще не представлял, что она может выкинуть в следующий момент.

Ее выступление недельной давности в защиту друзей произвело на Марка большое впечатление. Девушка, которая моментально потерялась и сникла от слов бывшего мужа, позволяя ему выговаривать оскорбления, отважно бросилась защищать своих друзей, не думая в тот момент, как выглядит со стороны с этими остатками пива в стаканах, крепко прижатых к груди.

Да, может быть, нелепо и наивно, но зато смело. Марк в тот момент почувствовал доселе незнакомую ему щемящую нежность к своей чудачке с обостренным чувством справедливости.

– Пойдем к главному дому, – предложила Ариадна. – Там должно быть как в кино.

Там и правда было как в кино. К дому вела дорожка, обрамленная с двух сторон ровно постриженными кустарниками, на пересечениях дорожек стояли мраморные статуи греческих богов и богинь, перед парадным входом главного дома раскинулся цветник с розами.

Ариадна стояла рядом и периодически тихо вздыхала – романтическая натура, что поделать, а потом вдруг свернула на соседнюю дорожку.

– Ты куда? – удивился Марк. – Дом же прямо.

– Я увидела указатель на лабиринт. Ты знаешь, что раньше устраивали растительные лабиринты? Это была одновременно и игра, и способ уединиться.

– И способ потеряться, – пробормотал Марк.

Но все же ему было интересно. Сюда вроде даже наследница из Америки приехала, и народ собирается солидный. И они с Ариадной тут.

Лабиринт оказался маленький. В том плане, что по площади внушительный, а вот по росту… Кустарникам еще предстоит вырасти, чтобы образовать стену. Пока же он был чуть выше колен. В таком не потеряешься. Но любопытно, да.

– Смотри, как все ровно посадили, словно по линейке, – Ариадна рассматривала лабиринт. – Я бы назвала его «Наша жизнь», потому что мы вот так же блуждаем по дорожкам, идем, а потом раз – тупик, и приходится разворачиваться и искать другую тропинку. И так всю жизнь: дорожка, поворот, тупик и снова поиск.

Марк привык к необычным рассуждениям Ариадны, он стал ее понимать.

– И вы тут, – раздалось за их спинами.

Марк с Ариадной повернулись и увидели Надин. Надин была великолепна в белом брючном костюме с заколотыми наверх волосами и крупными золотыми серьгами. Она уже успела слетать на какой-то курорт, поэтому выглядела загорелой и посвежевшей.

– Нас пригласил профессор Шевцов, – сказала Ариадна после обмена приветствиями. – Он сказал, что очень благодарен за найденные в буфете бумаги.

– Вполне в духе профессора, – прокомментировала Надин. – Ладно, хорошего вам дня, рада была увидеться.

Оставив Ариадну с Марком около лабиринта, она направилась к главному дому.

Марк и Ариадна… кто бы мог подумать. Нет, Ариадна, конечно, замечательная девочка, но чтобы Марк обратил внимание на эту мечтательницу… Что ж, парень оказался умнее, чем Надин думала о нем вначале. Впрочем, вскоре она забыла о них. На скамейке в тени сидела беременная женщина. Рядом с ней сидела еще одна, но Надин интересовала только беременная с медными волосами. Именно ее она видела зимой в квартире бывшего мужа. Надо же… И… неужели?

Осознание ситуации остро полоснуло Надин. Она даже остановилась и отвернулась, делая вид, что рассматривает Афродиту. Почувствовала себя вдруг идиоткой, когда приехала к Шевцову зимой с бумагами и предложением родить ребенка. Тогда Надин считала свое предложение жизнеспособным. А что в итоге? Она одна и без ребенка, зато у Шевцова ребенок будет. Ведь это же его ребенок?

Надин резко отошла от Афродиты и чуть не врезалась в бывшего мужа. Он был в компании невысокой и немолодой женщины с коротко стриженными волосами и яркими бусами.

– Простите, – извинилась Надин, посмотрев на поддержавшую ее руку.

Правую. Рука была с обручальным кольцом.

Вот и ответ на вопрос.

– Привет, – сказала она, подняв глаза на бывшего мужа.

– Привет, – ответил он.

– Я не опоздала?

– Нет.

Надин видела, что он спешит, знала, что говорит глупости. До начала официальной части еще оставалось достаточно времени. Более того, ее краткая речь о неожиданной находке в буфете стояла в расписании не первой. Просто требовалось немного времени, чтобы прийти в себя.

– Со мной Элизабет, – сказал Олег, – мне надо отвести ее в дирекцию. Прости, спешу.

– Да, конечно.

Шевцов опустил руку и продолжил свой путь с гостьей. Надин проводила его взглядом.

Женат. Он женат.

Накрывшее ее при виде кольца чувство потери не хотело исчезать. Хотя почему? Странно. Они давно в разводе и давно друг другу никто. Может быть, все дело в том, что в глубине души Надин всегда считала, что в жизни обогнала Олега, ушла далеко вперед, стала более обеспеченной финансово, открыла собственное дело, имела правильных любовников. Он остался позади. А оказалось… именно он сумел в конце концов устроить свою жизнь. Создал семью, ждет ребенка и организовывает торжественное открытие Отрадного – свой проект, свое детище. Из старой полуразрушенной усадьбы он помог сделать новый интерактивный музей для семейного и дружеского времяпровождения, а не только для любителей истории.

Надин провожала взглядом бывшего мужа, найденную им наследницу рода Черкасских и ощущала себя проигравшей стороной.